Желание.

Наглая ухмылка не слезала с лица, а красивые, чуть сощуренные синие глаза следили за блондинистой макушкой где-то между ног. Его макушкой, его тонкими пальцами, сжатыми в кулаки. О да, Мэтту нравилось выигрывать споры и потом любоваться его унижением, его внутренней борьбой с самим собой, со своей чертовой гордостью. Наблюдать, как он медленно опускается на колени, резко дергает молнию ширинки, приспускает джинсы. Потом заносчиво поднимает вверх глаза. В них рыжий видит упорство, непокорность, непризнание своего поражения. И это куда круче, это будоражит нервные окончания, это возбуждает. О да - этого стоят все проигранные самим Мэттом ранее споры. Вдруг что-то меняется, голубые глаза затуманиваются пеленой некой апатии или (смеет ли Мэтт надеяться?) возбуждения. Дерзкий немец своими прохладными пальцами хватается за резинку боксеров, неспешно снимает. Мэтт уже чувствует неровное и горячее дыхание там, где необходимо. Блондин способен сохранить свой буйный нрав даже в подобной ситуации, сдерживаясь, но в меру - он знает, что нужно и когда. Даже сам Мэтт не знает, чего он хочет сейчас... до тех пор, пока Мелло не концентрирует все его ощущения в одной точке - проходится мокрым языком по нежной головке, потом еле касается ее же губами, обжигая неровным дыханием. Мэтт изо всех сил пытается не дернуться навстречу, сжимая руками край стола, на который опирается. Его губы сейчас такие горячие, его прохладные пальцы таким контрастом ощущений сжимают член у основания, что это становится все труднее. Мелло же, не поднимая глаз, опускает голову ниже, обводя языком мошонку, а порой даже полностью ее заглатывая. Он, видимо, собирался добиться полного подчинения Дживаса - и тот не смог бы сейчас поспорить с тем, что это получилось. Подушечками пальцев Мелло легонько коснулся ствола члена, приподнимая, а затем аккуратно, не больно, но ощутимо и неожиданно приятно куснул нежную кожу яичек. Непередаваемое ощущение. Пару раз Мэтт выдыхает чересчур шумно и прям чувствует, как ухмыляется блондин. Конечно, ему нравится управлять. Нравится иметь власть, даже отсасывая другу. Мелло закрыл глаза, немного отстранился. Все теми же полуукусами блондин поднялся к концу, облизал губы и плотно обхватил ими головку. Задержался на секунду, вскидывая глаза на Мэтта, словно удостоверяясь, что тот уже полностью в его власти. Да, уже, да, ну же... Связных мыслей в голове Мэтта нет, веки подрагивают, но, поймав взгляд Мэлло, он на секунду задыхается. Эти его дикие глаза, его плотно сжимающий чувствительную головку рот... Повел вниз. Касается каждой клеточки кожи. Не опускает взгляд. Высовывая дальше язык, подавляет рвотные позывы и берет глубже. Не в первый раз же. Снова назад, обильно смачивает слюной конец, обсасывает, проводя рукой вниз. Сжал ею член у основания и резко отстранился, с характерным звуком вытаскивая орган изо рта. Пара движений рукой, чувствуется пульсация горячей плоти. Немец ухмыляется, облизывая губы. Мэтт откинул голову назад, подавляя желание протянуть руку, схватиться за эти дергающиеся при движениях светлые волосы и задать свой темп, прекратить эту медленную пытку... Но нет. Это уж точно лишнее - только не с ним. Парень закусил губы и посмотрел вниз, на Мелло. Встретил ответный взгляд, на секунду замер, а потом взял себя в руки. - Ты еще не закончил... - Я только начал, - голубые глаза поймали свет тусклой лампы и снова скрылись за волосами. Мэтт прикрыл глаза и попытался расслабиться, получая заслуженный выигрыш... Ему нравились споры с Мелло. Особенно, когда тот ему подыгрывал. Ведь не может же гордый Кель сам предложить сделать Мэтту минет.