Пролог.
26 июня 2012 г., 11:05
Таня сладко потянулась в кровати. Сегодня тридцатое августа. Еще пару денечков, и начнется последний учебный год. Но пока что рано еще об этом думать. Нужно вдоволь насладиться последними свободными днями каникул. Девушка зарылась в теплую и мягкую постель с надеждой поспать еще часок. Но увы, этому желанию не дано было сбыться. В Таню стрелой полетела подушка, пущенная через всю комнату умелой рукой.
-Вставай, сиротка! Долг перед родиной зовет!
Заявила насмешливо Гробыня. Она уже не спала, что было удивительно. Темная захохотала и запустила в Таню еще одной подушкой в форме сердца. Но на этот раз рыжая изловчилась и словила подушку еще в полете. Таня подняла голову и недовольно спросила:
-Склеп, какой еще долг? Ты что, во сне об угол гробика треснулась?
Но девушка лишь показала ей язык. Она легла поперек кровати, свесив голову вниз и, в таком положении, захохотала.
-Сиротка, ты что? Начинается учебный год. Готовь сабельки. У тебя же что ни год - а все борьба.
Таня надулась. Швырнула обе подушки в их обладательницу и ни разу не промахнулась. Драконбол давал свое. Гробыня снова захохотала. Сегодня с утра она была в доброжелательном настроении. Ревнивый паж скрипнул зубами. Фиолетововолосая девушка запела:
-Ра-асцветали я-яблони и груши...
Таня попыталась забиться под подушку, что бы хоть чуть - чуть заглушить этот звонкий голос для себя. Но все оказалось бесполезно. Гробыня пела громко, но к удивлению, не фальшиво. Тогда Таня откинула одеяло и села на кровати.
-Голос тебя не подводит, разноцветная. Пойду на тренировку. Может, хоть там я не услышу тебя.
Гробыня хмыкнула:
-Надейся, рыжая.
Таня быстро оделась, вытащила из-под кровати футляр с контрабасом и покинула комнату, оставив в ней поющую Гробыню и возбужденного пажа.
***
Таня спускалась по лестнице Атлантов. Осталось еще совсем немного до низа, как вдруг перед девушкой словно выросло что-то, преграждая ей путь. От неожиданности Таня выронила футляр и, потеряв равновесие, упала на ступеньку. Ее ладони гулко шлепнули по камням. На секунду у Тани помутилось в глазах. Когда голова перестала кружиться, она подняла глаза на того, кто так небрежно заставил ее упасть. Она встретилась взглядом с черными, холодными глазами, увидела ехидную ухмылку и прокручивающуюся тросточку. Перед ней стоял никто иной, как Глеб Бейбарсов и выжидательно смотрел на девушку...
