Отчаяние.
2 июля 2012 г., 15:01
-Что? А ну, дай!
Таня вырвала журнал из рук Ягуна, который пришел к ним в комнату с ошарашивающей новостью. Глаза девушки бегали по заголовкам, не обращая внимания на подробности.Черные буквы прыгали перед глазами.
POV Тани.
Меня словно ударили, когда зашел Ягун с новостями. Перед глазами заерзали звездочки, картинка расплылась. Неужели старый, добрый Тибидохс разрушен? Учителя пропали? Ученики без памяти? Я неосознанно всхлипнула. В носу закололо. Ягун бросил на меня тревожный взгляд.
-Тань, ты чего?
Он постарался придать голосу непринужденность, хотя я чувствовала, что он убит. По крайней мере - морально. Ноги подкосились. Я упала прямо около подушки. Отлично. Разревелась в ее перину. Мои весы вышли из равновесия. Чаша с названием "судьба" - перевесила. Наконец кто-то присел на мою кровать. Голос Гробыни ошарашил. Я слышала его только раз, когда девушка потеряла магию. Он звучал... горестно?!
-Сиротка, мы что-то придумаем.
И говорит не только мне, а внушает и себе.Казалось, что девушка сейчас расплачется. И правда - я услышала всхлип. Оторвалась от подушки и перевела взгляд на свою соседку. Та сидела, подперев голову рукой. Я проследила за ее взглядом: он упирался в плакат, который Гробыня повесила около окна. Магический, "живой" плакат, на котором была изображена Тибидохская драконбольная команда. Они все улыбались, смеялись. Лишь Горьянов чуть-чуть приподнял уголки губ. По бокам стояли Соловей, Сарданапал, Меди, Зуби, Тарарах. На заднем плане мельтешили все остальные однокурсники. А лицо... лицо у Склеповой было такое, будто у нее отобрали все. Я подалась вперед, обняла ее за плечи.
-Ох, Гробыня.
Так и нашел нас Ягун.
End POV Тани.
POV Гробыни.
Да. наверное, от меня не ожидали такой реакции. Что же, наверное, так и должно быть. Не каждый знает, какая я на самом деле. Лишь Таня знает. Узнала, когда на четвертом курсе у меня отобрал магию Триглав. Но и Танька не знает всю меня. Это только на людях я броская, незаурядная, блистающая и наглая Гробыня. А дома я становлюсь вновь той девочкой, которую зовут Аня, у которой на самом деле русые волосы и нет тяги к черному юмору. Честно говоря, я не знаю, почему становлюсь такой при других. Может потому, что я хочу быть кем-то? Значить хоть что-то? Особой популярности я не добивалась, бывая Анькой. Но Гробыней мне повезло больше. И я дала себе слово - быть сильной. Но иногда, очень - очень редко, я снимаю маску, становлюсь СОБОЙ. Становлюсь настоящей. Паинькой, любящей родителей и той, которая спит со старыми, пушистыми, детскими варежками. Именно такая настоящая я. Что видят другие - обман. Правда скрыта ото всех. наверное, навсегда.
End POV Гробыни.
POV Гурия (без акцента)
Я не подозревал, что буду в такой ситуации. Все это как-то странно. даже не верится, что Чума сделала то, что хотела много лет подряд.Разрушила Тибидохс. В котором я надеялся начать новую, свободную жизнь. Без докучающих фанов, без нудных теток и главное - без Джейн. Огромные надежды я положил на эту школу.
Да, мы попали в самое пекло и занесло нас к Древниру в бороду, но я не собирался покидать друзей. Если они решили, что я струшу и вернусь в Магфорд, то они глубоко ошибаются. Не собираюсь я сдаваться. Не в моей манере.
Я зашел в комнату девочек. Там, видно, меня ждали. На одной кровати сидели в обнимку Таня и Гробыня, Ягун. На другую привалился Вайленок. В кресле около окна - некромаг. Я решительно прошел мимо и присел на другое кресло. Некоторое время мы молчали. Я успел рассмотреть лица истинных Тибидохцев.
Таня с Гробыней имели убитое выражение лица. Ягун нахмурил брови, сжал губы до того, что они побелели. Ванька прислонился к спинке кровати и прикрыл глаза. Верхняя губа чуть-чуть приподнята, открывая белые зубы, которыми он изредка кусал нижнюю губу. Некромаг же имел такое лицо, что описать трудно. Казалось, в нем читались одни негативные эмоции: ярость, злость, отвращение. И даже капля равнодушия. Не всем были понятны его эмоции, но я уже много что видел в жизни. В гибких пальцах он сжимал трость. Видимо, он и правда никогда с ней не расстается. Иногда он поднимал руку и поправлял черные пряди, спадавшие на глаза. Трудно было сказать, что выражало мое лицо. Но мне было искренне жаль.
End POV Гурия.
POV Ваньки.
Весть о разрушенном Тибе повергла меня в шок. Несокрушимый, вечный, древний замок перестал существовать на этой планете. От этой мысли бросало в дрожь. Даже не верилось, что такое возможно. Мне рассказал Ягун. И первое, что почувствовал я - страх. Дикий, острый страх. Я боялся за все, что хоть десятой долей касалось Тибидохса. За магических зверей, учеников, учителей, за магию. Закрыл лицо руками, когда холод прошелся по коже, пробежал по венам, заражая, словно вирус. На меня будто обрушилось что-то. Я резко выпрямился и кинулся к другу. Вцепился в его плечи, потряс и крикнул:
-Ты врешь! Ты все врешь!
Ягун зло ответил:
-Ты думаешь,я смогу так шутить?
Истерическим смешком я ответил:
-Ну разумеется. Ты же второй Петросян в мире.
Любитель пылесосов размахнулся и врезал мне по лицу. Кулак попал по носу. Что-то громко хрустнуло. В следующую секунду нахлынула боль и водопадом полилась кровь. Ягун остановится и, подав мне носовой платок, повел к Гробыне. Следующие десять минут ушли на то, что Склепова вправляла мне нос и заживляла парочкой темных заклинаний. Я тихо шипел от боли, но после вышел из комнаты молча. В глазах щипало. Но я уже дал слово - не плакать. Мужчины не плачут. Даже в таких случаях.
End POV Ваньки.
POV Глеба.
Когда зашел Ягун и отдал мне газету, я вначале не поверил. Да, Чума могла сделать что угодно, но не разломать школу. Но после я понял, что это не шутка. Не розыгрыш. Это реальность. Я сжал кулаки, почувствовал, как мышцы наливаются силой. Как в груди что-то поднимается. Что-то грозное и великое. Почему-то я сразу подумал о Тане. Захотелось спасти хоть ее, уберечь от темных, цепких лап Чумихи. Но стоп, при чем здесь эта светлая? Я же ее не переношу. Но сколько не уговаривал я себя, чувство ответственности за Таню росло и вставало на передний план. Она же такая хрупкая. А я некромаг. Я - урод для нее. Пустое место. Опасный дикарь. Я интуитивно ощутил, как глаза блеснули черным огнем.
End POV Глеба.
POV Ягуна.
Я решил пойти и купить "Сплетни и бредни". Там я надеялся найти что-то про Тибидохс. И не зря надеялся. На первом листе прыгали черные буквы, дразня читателя и образуя страшные слова:"Тибидохс разрушен. Знаменитая школа сокрушена Чумой - дель - Торт." В глазах зарябило. Сердце упало вниз, затерялось среди чувств. В голове одна каша, и лишь одна ясная мысль:"Твоей бабуси нет. Все повержены. Тупик."
