Темная и Белая жизнь

Всадник опешил, услышав раздающийся в его голове голос. Конечно, он привык к этому, общаясь с Сапфирой. Но, когда слышишь чужой и при этом очень странный, непохожий на других голос, перестаешь понимать происходящее. Так произошло и с Даеаном. Оглядевшись в поисках того, кто с ним разговаривал, он, однако, обнаружил, что кроме него и этого дерева никого не было. «Подойди ко мне, древний», — прошелестел нежный голос. Всадник не стал церемониться и выкрикнул во всё горло: — Где ты? Что тебе надо от меня? И кто ты вообще такое?! «Тише, древний, не привлекай к себе внимания. Лес хранит в себе опасности, я не смогу тебя защитить от него. Прежде чем я отвечу на твои вопросы, подойди ко мне и прикоснись», — спокойно попросило его неизвестное создание. Даеан тяжело засопел — его распирало желание спилить это дерево к чертовой матери. Да, он был почти уверен, что с ним говорило именно оно. Но рассудок говорил об обратном. Он предлагал ему успокоиться и выполнить просьбу незнакомки. Единорог не понимал, что произойдет дальше, и неведение настораживало его. Голос снова обратился к нему, теперь немного настойчивее: «Ну же, подойди, притронься. Тогда ты все поймешь». Посмотрев назад, туда, где был выход обратно в лес, а после на новый рисунок, украшавший его плечо, — язычки пламени. «Символы на камне, сон, судьба, рисунок… Что связывает всё это? И она говорит о каком-то древнем… Я должен понять все это, или после у меня не будет такого шанса», — обдумав все про себя, он решился. Подойдя к стволу из светлого магического камня, он с опаской начал тянуться к дереву. До касания оставались миллиметры… И воздух вспыхнул. Белое сияние окутало территорию, и мальчик зажмурился, чтобы не ослепнуть. Загадочный яркий свет одновременно пугал и вызывал интерес. Не зная, что ждет его впереди, он решил встретить опасность лицом к лицу и не показывать свой страх. Секунду он не понимал, что произошло. Когда резкий свет померк, он смог с лёгкостью открыть глаза. Первым, что он увидел, был маленький росток на месте большого дерева из магического камня. Он раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но смог лишь издать непонятный хрип. Он пробовал множество раз, но кроме этого звука ничего произнести не смог. Теперь Даеан понял, что стал немым. Принять это было трудно: оказаться в другом месте, остаться без голоса. Это было выше его сил. Но он держался, до боли прикусив нижнюю губу. Боль помогла ему сконцентрироваться, не впасть в панику и обдумать, что делать дальше. «Не бойся, древний, ты можешь разговаривать со мной мыслями. В этом прошлом тебя не существует, я хочу показать тебе мою судьбу, что я пережила и что случилось с этим миром». «Но… зачем?» — с трудом спросил он. «Ты сам просил, я решила, что словами тебя будет трудно убедить. Лучше будет показать все, чтобы ты поверил». «Я… Я не думал, что так получится…». «Давай отложим этот разговор, у нас не так много времени. А история не такая уж короткая», — сказала она деловым тоном. Всадник послушался её и замолчал. Все же история этого существа была ему интересна.

***

За много веков до возникновения Дерева Гармоний. Безжизненная земля, покрытая твердой коркой магматической лавы. Планета только начала свой цикл рождения. Ее подземные воды пробивали себе путь наружу. Из-за высокой температуры вода практически сразу становилась парообразной и распространялась по всему миру, проливаясь дождями на его сухие безжизненные земли и наполняя будущие реки, моря и океаны. И это продолжалось множество лет, пока на свет не появились первые растения, а за ними — млекопитающие. Планета развивалась с каждым новым циклом. Пока в один момент в ее существование не вмешался посторонний. Это изменило всё. — Сестра, смотри, какая красивая планета. Может быть, мы там поселимся? — предложила темная сфера, испускавшая тонкие лучи. Белоснежная сфера обратила свой взор туда, куда указывал младший брат. Её светлые лучи, словно живые, хаотично двигались вперёд-назад. — Вул, ты меня удивил своей проницательностью. Я бы не заметила ее, молодец, — похвалила она своего спутника. Они вместе направились к планете. Она оказалась совсем юной. Даже первых цивилизованных аборигенов еще не было. — Эроса, смотри, она совсем чиста, неужели мы наконец-то нашли дом? — с ноткой надежды спросил Вул свою старшую сестру. Эроса выдержала задумчивую паузу, что заставило темного понервничать. Но, получив умилительный взгляд, она перестала с ним играть и твердо ответила: — Да, братик, мы нашли его. Тёмный ярко засиял, его лучи задвигались чаще, он кружился вокруг своей сестры и доставал ее вопросами: — Что будем делать? Как назовем её? Какова будет моя роль? Кого создадим? — и все в таком духе, пока резкое прикосновение луча не остановило эйфории мальчика. Он резко отстранился от сестры, вжав все свои лучи в себя. — Бррр… зачем ты так сделала? Ты же знаешь, что я этого не люблю, — надулся он, обиженный действиями Эросы. — Прости, по-другому, я не смогла бы тебя успокоить, — виновато оправдалась она. Вул обижался всего мгновение — скоро его лучи снова стали радостно хаотически двигаться. — Прощаю, чем займемся? — поинтересовался он у сестры. Светлая посмотрела по сторонам. — Давай создадим стражей, которые будут управлять солнцем и луной, — предложила она младшему брату. Тот подпрыгнул от великолепной идеи своей сестры. — Замечательная мысль! Чур, луна моя! — по-мальчишески рассмеялся он, уходя от светлой. Она увидела удаляющегося брата и крикнула: — Ты куда направился? — Ой, извини, давай это будет сюрприз, у кого какой страж получится, — предложил он, снова немного приблизившись к ней. Эросе не понравилось то, что предложил её младший брат, но она решила не расстраивать его и подыграть: — Хорошо, через пару лет встречаемся тут. Лучики Вула стали шевелиться медленнее — это означало, что он слегка расстроился. Для него пару лет означали всего-навсего каких-то два дня. Он развернулся и направился в сторону горизонта… Прошла пара лет с того дня, как они разлучились. Темный вернулся к своей сестре. Его иссиня-темные лучи весело двигались, словно играли друг с другом в догонялки. Он подлетел к своей светлой, которая наблюдала за восходящем солнцем. — Эроса, я вернулся и не один, — с таинственностью в голосе предупредил он её. Она отвлеклась от солнца и полностью переключила свое внимание на брата. — Вул, с возращением, я так рада тебя видеть! И кто это с тобой? — озадаченно спросила она. Вул лишь хихикнул, как нашкодивший ребёнок. Потом сделал маленький кружок вокруг себя — и из темной материи появился жеребец. Он был высокий, статный, его тело было словно покрыто черным звёздными небом на пике его красоты, а на боку красовалась одна яркая звезда, вокруг которой собрались множество более маленьких. Грива его была не очень короткой, но и не очень длинной, она пурпурными колтунами свисала ему на глаза, закрывая половину лица. На конце хвоста можно было увидеть множество скоплений звезд, хвост был того же цвета, что и тело и двигался сам собой, будто ветер дул на него. Так же у жеребца были крылья и рог телесного цвета, и на том, и на другом были мелкие скопления звезд, крылья не имели перьев — они были покрыты живым пламенем и по виду походили на драконьи. На его голове красовалась темно-серая корона, увенчанная тремя зубцами: двумя поменьше, по бокам, и посередине — одним большим с круглым фиолетовым камнем в центре. На груди у стража был нагрудник из того же материала, что и корона, в центре его тоже был камень, но только большего размера. Эроса была поражена увиденным, создать такого стража из звездного неба было высшим искусством. Она была рада за брата. — Он просто замечательный, ты здорово постарался, — похвалила она темного. Вул был счастлив услышать похвалу от сестры. — Его зовут Орион. А где твой страж? Светлая сконцентрировала свой луч на одном месте, он начал отделаться от неё, образуя кобылку, которая была ростом с ночного стража. Она имела такие же крылья, но их размер и форма были другие: ровные, без каких-либо углов, одни лишь полукруглые очертания, похожие на облака. Цвет крыльев переливался от коричневато-оранжевого на самых кончиках до белоснежного у туловища. Так же было окрашено и все тело кроме гривы, хвоста и кончиков копыт — они тоже переливались, но с темно-оранжевого до цвета тёмной орхидеи. На тёмном поле, словно оно было живым небом, мерцали едва заметные звезды. Её рог был чуть длиннее, чем у черного стража. Метка имела вид множества спиралевидных лепестков, которые делились на три уровня: первый был похож на кружок солнца, второй состоял из малинового цвета лепестков со звездочками, а третий — из темно-фиолетовых, под цвет гривы, лепестков. Вул был удивлен творением своей сестры, но затем он с подозрением посмотрел на белого стража. — Сестра, а как ты назвала своё творение? Лучи Эросы нежно шевелились — было видно, что она довольна проделанной работой. — Галаксия, — коротко ответила светлая. Ее брат ещё сильнее насторожился: ему не нравилось это создание. Сестра заметила, как поменялось настроение темного. — Вул, что-то не так? — Нет, все хорошо, — соврал он. Она понимала, что не решился доверить ей свои мысли, и это её огорчило, но она не стала допрашивать брата и вместо этого сменила тему на самое главное: — Нам надо даровать им сознание и силу, с помощью которой они смогут поднимать и опускать светила. Мы должны будем наградить каждого частицей своей энергии, — объяснила сестра. Темный без раздумий согласился с ней. Он первым стал наделять своего стража силой. Вскоре к нему присоединилась и Эроса, протянувшая свой лучик к телу черного жеребца. Прикосновением она наделила его частичкой своей души. Закончив с этим, они приступили к творению светлой. Вул не хотел этого делать, даже прикасаться этому существу он считал омерзительным. Но сестра наблюдала за ним, проявить неуважение и тем обидеть её было бы высшим позором. Он брезгливо протянул свой самый слабый лучик и передал стражу лишь малую часть своей силы. Эроса, наблюдавшая за ним, понимала: что-то тут не так, но все же закончила передачу Галаксии своей силы и частички души. Брат и сестра отошли подальше, чтобы лицезреть превращения своих творений. Стражи, бывшие до этого простыми куклами, стали оживать. В их пустых глазах зажглась искра сознания. Каждый сделал первый вдох, наполняя свои легкие воздухом. Осмотревшись по сторонам, белая заметила пару сферических существ, одно из которых было темным, а другое светлой. Она наклонила голову набок, присматриваясь к ним. Вдруг одно из этих существ заговорило с ней: — Приветствую тебя в этом мире. Я твоя создательница, меня зовут Эроса, — поприветствовала она оживших стражей. Белый страж преклонила перед ней колени. — Моя госпожа, я благодарю вас. Чем я могу служить вам? — её примеру последовал и черный страж. — Я не знаю, кто меня создал, но тоже благодарю вас. Могу ли я вам помочь? — с почтением спросил он. — Галаксия, встань, не нужно склоняться передо мной. Ты была рождена, чтобы хранить огненное светило, опускать и поднимать его. Орион, ты был создан не мной, — к светлой сфере приблизилась темная. — Это я создал тебя, меня зовут Вул. Ты был рожден хранить холодное светило, опускать и поднимать его. — Вы стражи, вам придется контролировать день и ночь в этом мире. Это очень ответственная миссия, и мы рассчитываем на вас. Мы же сами уйдем на сто лет в анабиоз — нам надо восстановить силы, которые были отданы вам. — Но, сестра, я чувствую себя отлично. Мне не нужен отдых! — возмутился темный. — Вул, это лишь внешнее состояние. Через пару лет ты почувствуешь слабость. Я не могу этого допустить. Тот не особо доверял словам своей сестры, но обычно Эроса всегда оказывалась права. И на этот раз темный решил не спорить и признать права своей сестры. — Хорошо, — покорно согласился он с ней. — До свидания, стражи, до скорых встреч! — светлая сфера испустила мощную волну. Вул был несколько удивлен, но не подал вида. Он втянул в себя все лучи и образовал маленький комочек. Сестра обхватила его, и они скрылись под землей.

***

Миновало три века со дня исчезновения создателей. После вспышки, которая окутала всю планету, флора и фауна стала эволюционировать быстрыми темпами. За это время планета кардинально поменялась. Она больше не была такой красивой и нетронутой. Мириады светлячков стали выходить из земли и соединяться в единое целое. Они словно понимали, кто какое место должен занять. Так за несколько мгновений светлая собралась из частиц в единое целое. Она стояла, окутанная ярким сиянием. Эроса снова воссоединилась с планетой и осталась довольна увиденным. Она смотрела, как новый вид развивался, постигал науку, переходил из каменного века в эпоху Средневековья. Пространство озарила новая вспышка. Темные огоньки стали собираться так же, как до этого золотистые, и в этот мир вернулся младший брат Эросы. Он был удивлен увиденным и, подлетев к светлой, с озадаченным видом задал ей вопрос: — Сестра, что тут произошло, пока мы спали? — спросил он, шокированный видом местности и аборигенами. — С пробуждением тебя, Вул. Это новый вид, который будет развиваться и жить тут, — просто ответила Эроса. — Ты хочешь сказать, что мы с тобой создали их? Но почему у одних есть крылья, у других рог, а у остальных нет ни того, ни другого? — Так распорядились природа и генетика. Тут мы бессильны что-либо изменить. Я лишь дала толчок, позволив жизни быстрее зародиться на этой планете. Лучи Вула начали медленно-медленно шевелиться. Он был расстроен, ведь сестра ни слова не сказала ему об этом. — Получается, та сила, которую ты выпустила, это и был толчок, о котором ты сейчас упомянула? — Да, прости, что не сказала тебе об этом. И за то, что скрыла, сколько мы провели в анабиозе. Нам потребовалось не сто лет, а триста, — она понимала, что это известие очень расстроит темного, и решила исправиться: — Вул, пойдем проведаем наших стражей. — Триста лет… — он произнес эти слова тихо и печально. Но когда Эроса напомнила ему о стражах, у него проснулся интерес. — Давай, я уверен, что с ними всё хорошо, — и они переместились туда, где находились их творения.

***

Яркая вспышка — и две яркие сферы, темная и светлая, оказались перед поляной. На поляне лежала Галаксия, а к ней прижимался жеребенок со светло-фиалковой шерсткой, завивающейся голубой гривой и глазами цвета морской волны. У малютки были крылышки и рог. А в воздухе парил Орион, рядом с которым испуганно кружила кобылка, изо всех сил стараясь держаться в воздухе. Она выглядела старше фиалкового жеребёнка. У нее были белоснежная шерсть, розоватые глаза и розовая грива. — Папа, я боюсь… — она нервно взглянула на черного жеребца. Она была не уверена в своих силах и в том, что на этот раз у неё все получится. Но ласковый голос отца придал ей уверенности. — Все будет хорошо, на этот раз точно получится. Главное — верь в себя и не дай страху затуманить твой разум. Очисть его от всего, думай только о нём. И тогда увидишь, все выйдет, — с улыбкой на лице поддержал он свою дочь. — Хорошо, — сказала кобылка уже увереннее. Она сосредоточилась, её рог стал сиять ярко, словно первые лучи солнца. Она вся напряглась, стиснула зубы, будто пыталась поднять что-то тяжелое. Малышка пыхтела, стонала, и потихоньку светило, согревавшее планету, начало восходить. Когда оно достигло определённого места, кобылка остановилась, и солнце вместе с ней. Тяжело дыша, она начала расслаблено падать, но её успел подхватить Орион. Подлетев к Галаксии, он уложил жеребенка рядом с матерью. Эроса и Вул молча наблюдали за этим процессом. Они были очень сильно удивлены — не тем, что у кобылки появилась метка на боку в виде солнца, а тем, что их стражи смогли завести потомство. Насколько помнила светлая, она не вкладывала в их сознание эту функцию. Она была изумлена тем, что за время из долгого отсутствия в этом мире стражи эволюционировали. Но Эроса была довольна тем, что увидела. А вот темный был этим чрезвычайно недоволен. Его страж, его творение было нагло украдено из-под его контроля. И теперь он наблюдает, как Орион находится в обществе этих кобылок. Его окутали злость, гнев и бешенство. Темные лучи стали двигаться еще быстрее, показывая, что увиденное его раздражало. Не выдержав, он издал крик, подобный раскату грома:  — Что тут происходит?! От такого звука жеребята в ужасе проснулись. Они вдвоём прижались к Галаксии, а она, в свою очередь, накрыла их крыльями. Орион заметил своего господина и, резко взмыв в воздух, предстал перед темным. — Мой господин, я приветствую вас. Прошу прощения, я не знал, что вы прибыли…. — он хотел продолжить свою вежливую речь, но его грубо перебили. — Что это ты делаешь? — словно сквозь зубы гневно обратился к стражу Вул. — Я вас не понимаю… — Хватит из меня делать идиота, я говорю про этих жеребят. — Мой господин, это мои дети, — растерянно, не понимая причины гнева своего создателя, произнес Орион. — Кто тебе разрешил иметь детей?! Я не прописывал в твоём сознании эту функцию. Ты меня очень сильно подвел, Орион! — Но, господин… — ТИХО!!! — выкрикнул темный так громко, что жеребец упал на землю. — Ты будешь разобран и переработан. Твои выродки будут полностью уничтожены. Орион не поверил свои ушам: его господин, создавший его и давший ему цель жизни — быть стражем луны — теперь хочет уничтожить его и детей. Он не мог этого допустить. Поднявшись на ноги, он бесстрашно посмотрел на сферу. — Я этого не допущу! Вы можете забрать меня, но детей я не позволю тронуть! — дерзко заявил он темному. Вул не думал, что его страж может пойти против него. Услышав такое, он стал протягивать свои лучи к Ориону и его семье. Галаксия видела, как к ней приближались темные нити, напоминающие хлысты. Она закрыла собой детей, не позволяя смертоносной силе притронуться к ним. Темные лучи были всего в нескольких сантиметрах от малышей, но внезапно Вул почувствовал болезненный спазм, и все лучи обратно вжались в него. Он помнил это чувство, когда старшая сестра пропускала через его тело слабый разряд силы, чтобы успокоить. Но сейчас удар был в два, нет, в четыре раза сильнее. Темный завыл от боли и быстро отлетел на несколько метров. Обернувшись к сестре, он зло посмотрел на неё: — Что все это значит, Эроса? — Хватит, Вул, ты что не видишь? Или твоё высокомерие затмило твой разум? — строго спросила светлая, с укором посмотрев на брата. Её лучи все еще двигались спокойно, но неравномерно. Это означало, что она была готова ко всему. — К чему ты ведёшь сестра? — гневно процедил он. — Пока мы с тобой были в анабиозе, стражи обрели разум и самостоятельность. За эти триста лет они сами научились решать, чем им заниматься и что делать. Ни ты, ни я, ни кто-либо ещё не смог бы это остановить. — Что именно остановить? — — Развитие личности и души, — спокойно сказала она, и в этих словах было какое-то величие. — Личность? Душа? Как это возможно? Они лишь марионетки, у них не должно этого быть! — возразил Вул. — Я не могла оставить их такими. Мне пришлось вложить в каждого частичку своей души, дав им способность быть самостоятельными и самим решать, что делать, — раскрыла она свою тайну. Вул не вытерпел ещё одного обмана. Его лучи сгустились и стали похожи на щупальца. — С меня хватит, с этого дня и этого года я не признаю тебя своей сестрой! — он резко покрылся темной дымкой и покинул поляну. Светлая хотела пойти за ним, но её взгляд упал на жеребят. Они были напуганы. Сперва ей нужно было успокоить их и доказать, что она им не враг. Галаксия приблизилась к ней и благодарно склонила голову. — Моя госпожа, благодарю вас за спасение моей семьи. Я не знаю, что я делала бы, если бы они исчезли, — покорно произнесла хранительница Солнца, сложив крылья и показывая своих детей. Две кобылки прижались друг другу, старшая обнимала и прикрывала своими крылышками младшую, которая тихонько дрожала, уткнувшись мордочкой в грудь сестры. К ним подлетел черный жеребец и что-то сказал на ушко каждой. — Я прошу прощения за моего брата, он не должен был так поступать. Я не знаю, что на него нашло. Теперь вам предстоит быть осторожными, он так просто от вас не отстанет, — со скорбью в голосе предупредила Эроса. — Мы понимаем, госпожа, — ответила Галаксия. В ее словах чувствовалась тревога. Между собеседниками повисла гнетущая тишина. Ни страж, ни светлая не могли более ничего сказать. Но эту тишину нарушил детский голосок, привлекший внимание светлой к маленьким кобылкам. Розовогривая малышка застенчиво обратилась к Эросе: — Спасибо, что защитили нас, — было видно, как она волновалась, говоря эти слова. Светлая подлетела к ней поближе и нежным голосом спросила: — Как тебя зовут, дитя? — Селестия, — скромно ответила та, опустив голову и нервно поглаживая правое копыто. — Не бойся меня, Селестия, я не причиню вреда ни тебе, ни кому-либо еще. А кто это там прячется за твоей спиной? — обратилась создательница к маленькому жеребёнку, который испуганно жался к старшей сестре. Селестия была удивлена тем, что не почувствовала присутствия своей сестры, которая закрыла глаза и думала, что надежно спряталась за белой спиной. Нежно улыбнувшись, она отошла в сторону, и теперь младшая сидела одна. Светлая подлетела к кобылке поближе и дотронулась до нее своим лучиком. Галаксия и Орион насторожились, они все еще не решались довериться Эросе из-за поведения ее брата. Но, увидев, что ничего не произошло, родители успокоились. Их подозрения исчезли так же быстро, как и появились. От испуга кобылка подпрыгнула, завизжала и, увидев маму, быстро подбежала к ней и уткнулась мордочкой ей в грудь. — Луна, все хорошо, чего ты испугалась? — спросила Галаксия свою дочь. Та дрожащим голосом ответила: — Я… не знаю… — Глупенькая, посмотри на свою сестру, она не испугалась. — Она старше меня и храбрее… — И что с того? Ты тоже можешь быть храброй. Невзирая на возраст, ты должна побороть страх и взглянуть опасности в лицо. Луна повернулась в сторону светлой и своей сестры. Переводя взгляд с одной на другую, она наконец поняла, что боялась зря. Вынырнув из объятий матери, она решительно подошла к Эросе, и, набрав в легкие воздух, в полный голос сказала: — Меня зовут Луна, спасибо, что защитили нас! — Селестия была удивлена. Она никогда не видела младшую в таком состоянии, и это ей понравилось. Тихая и незаметная, она показала свой характер. Конечно, в неподходящий момент, но все же показала. Эроса была счастлива, её лучи начали двигаться нежно и плавно. Она думала, что отпрыски стражей не примут её. Но Орион помог ей, успокоив детей и уговорив их познакомиться создательницей. — Приятно с вами познакомиться, Селестия и Луна. Мне приятно видеть вас живыми и здоровыми. Я не допущу, чтобы мой младший брат причинил вам вред, — она подлетела к стражам. — Галаксия, Орион, я горжусь вами, у вас замечательные дети. Но сейчас я вас покину, мне нужно найти Вула и остановить его, пока он не натворил чего-либо в этом мире. — Госпожа, позвольте мне вам помочь! — выступил вперёд черный жеребец. — Нет, ты останешься тут. Будешь защищать свою семью и хранить луну. Я сама должна разобраться с этим, — дальше она уже не слушала ночного стража. Яркая вспышка озарила Эросу, и она исчезла, оставив после себя маленькое белое облачко. Продолжение следует…