Воскрешенная любовь

Глава 28. Остановите Землю - я сойду (и снова лирика)

POV Эдвард Луч солнца лился сквозь стекло окна, и настойчиво бил в глаза. Схватив край одеяла, я натянул его на голову и окунулся во тьму, но одеяло не было привычным. Слишком мягкое, пушистое и пахнущее иначе. Поглубже вдохнув я улыбнулся. Хороший все-таки был сон, жаль, что он кончился. А все из-за этого солнца, вот еще одна причина, почему Белла не любит этот нахально лезущий во все уголки свет. Ммм… Белла. Во сне она была со мной, прямо здесь, в моей кровати. Такая родная и домашняя, словно дикая кошка, которая в моих руках становится ангелом. Таким чистым, искренним и нежным. Перекатившись на другую половину кровати, я распластался в позе звезды. - Ай, ну я понимаю, что ты не сумоист, но на Дюймовочку ты как-то не смахиваешь, - рассержено прошептал женский голос где-то справа, где были мои правая рука и нога. Я тут же подскочил с места, из-за чего голова начала кружиться, а перед глазами поплыли звездочки. – Знаешь ли, то, что ты положил на меня руку, это нормально, но то, что я стала подставкой для ног, это уже слишком, - все также шепотом говорила девушка. Я протер глаза кулаками и после снова проделал это действие, потому что то, что я видел, до меня никак не доходило. Белла, поджав под себя ноги, сидела на моей кровати и, уперев настойчивый взгляд в мои, до сих пор не до конца проснувшиеся глаза, пыталась прожечь во мне дыру. «Это был не сон!» пронеслось в моих мыслях, и я улыбнулся как последний болван. - Неужели тебя это веселит? – всё так же, не сводя глаз, шептала Белла. - Это был не сон, - как заклятие пролепетал я. Из-за чего глаза девушки округлились, а брови поползли вверх. - Ты это о чем? – уже настойчиво говорила Белла. - Я думал, что мне это приснилось, - расплылся во все более идиотской улыбке я. - Болван, - просто, как-то обыденно произнесла Белла, поджав губы, что бы ни рассмеяться. – И вообще-то я тебя еще не простила. Моя чувствительная натура была тронута до глубины души, и теперь я даже не знаю, как мне справиться с этой раной! Комично приложив руку ко лбу, девушка упала на кровать и закрыла глаза. - Белла, из тебя никудышная актриса. И что это за спектакль? – хотя её поведение немного удивило меня, раньше она всегда была сдержанной и немного сухой, а теперь словно другой человек. - Да ну тебя. Не умеешь ты развлекаться. И вообще-то я хочу, есть! – как-то невзначай произнесла Белла, отбивая странный ритм пальцами. – И сегодня солнце, - уже более грустно произнесла она. – А как ты знаешь, когда встает солнышко, кровожадные и жуткие бабайки-вампиры прячутся в свои каморки. - Солнце, - взглянув на задний дворик дома я немного прищурился, блестевший снег ослеплял. – Но я не думаю, что это такая большая для нас проблема, - залезая на кровать и обнимая любимую девушку, я повалил нас на мягкий матрас, из-за чего Белла довольно засмеялась, обвивая руками мою шею. - Тшш… - приложив пальчик к губам, девушка продолжала улыбаться. – К нам кое-кто идет, - прошептала возлюбленная. - Эдвард? – постучала мама в дверь моей комнаты. - Эээ… да! – я непонимающе смотрел на Беллу. Черт возьми, она слышала все, что происходило в доме. От этого по мне пробежала волна мурашек. Какой кошмар! Я бы не хотел слышать всего этого. - Что у тебя там происходит? Я слышала смех, - Белла прижала ладошку ко рту и зажмурилась, пытаясь не рассмеяться и не сдать нас. - Это, - я в недоумении посмотрел на любимую, которая пальцем показывала на компьютер. – Было видео. Я смотрел видео, - пытаясь поверить самому себе, я перевел взгляд на дверь, наверное, пытаясь предугадать мамину реакцию. - Ммм, ну что же. Ладно, через несколько минут завтрак. Я все также тихо лежал на кровати, то ли боясь пошевелиться, то ли опасаясь, что мама стоит и подслушивает, что именно происходит в моей комнате. - Да не бойся ты, - проводя ладошкой по моей щеке, Белла приподнялась. – Она уже давно ушла, сейчас твоя мама наливает себе чай. А Карлайл выходит из ванной. Эллис не может выбрать, в чем завтра пойти в школу, а Рози ей пытается помочь, - и тут Белла рассмеялась, снова упав на кровать. – Эммет, твой братец сказал, что сегодняшняя прическа Джаспера похожа на задницу бабуина. И теперь Джас пытается догнать эту громилу. Я рассмеялся, но все же какой-то странное чувство засело в груди, не позволяя наслаждаться весельем полностью. И это что-то было связанно с Беллой. А точнее с тем, чем являлась Белла. От третьего лица Это было не просто странно или необычно. Это было немного пугающе, завораживающе, и в такой же степени опасно. Молодой парень часто задумывался о своем будущем с ней, о сущности. В общем, он посвящал почти все свободное время этому обдумыванию, которое буквально сжигало его изнутри, которое заставляло просчитывать каждый его шаг, каждое действие. А ему совершенно не хотелось этого. Эдвард хотел быть беспечным, счастливым и влюбленным. Но все сводилось против него. Разве можно быть беспечным, когда твоя девушка вампир? Кровожадное, дикое и опасное существо. Совершенное оружие, идеальный убийца. Снаружи такая хрупкая, нежная и безобидная, а внутри опасная, с манерой менять свое решение в доли секунды. И ему было тяжело, не только из-за того, что она другая, а из-за того, что ему приходилось быть осторожным. Из-за того, что он не мог рассказать кому-либо о ней, не мог поделиться даже с близкими людьми. И это было тяжело, чертовски тяжело. Все, что для красавицы было обыденным, нормальным, Эдвард воспринимал, как что-то новое, немного пугающее, опасное и несвойственное ему. Разве парень мог привыкнуть к тому, что вампирша все слышала? Его сердцебиение, дыхание, иногда казалось, что и мысли девушка могла читать, как открытую книгу. А её манера решать проблемы? Казалось, что девизом Беллы было: «Убей или будешь убит»! При этом ей это нравилось - быть жесткой, неподвластной. Вокруг себя девушка возводила стену, прочную, надёжную, чтобы никто не мог приблизиться к ней, никто не мог причинить ей боль. А Эду было тяжело, намного тяжелее, чем его возлюбленной. Ведь ему хотелось быть таким же, как она. Сильным, решительным, стойким, что бы он мог защитить её по-настоящему. А не как та комедия, которую они разыграли, что бы ввести Эллис в заблуждение. Парень чувствовал себя слабее, чем его возлюбленная и ему это совершенно не нравилось. Словно маленький, беззащитный мальчик. В своих мечтах, Эдвард представлял как защищает любимую, как борется за нее. Но действительность другая. Он слаб, и что бы не говорила Белла, парень не мог чувствовать себя защитником. Эдвард уступал девушке в силе, в знаниях, в выдержке. Ему было тяжело от того, что они не были наравне. Девушка была выше, а это значило, что она главная, она босс. А если Белла бос, то Эдвард подчиненный. Абсолютный матриархат! И её слова, что он является опорой и поддержкой, являлись лишь пустым местом, звуком. В то время, когда на деле она была всем! И из-за этой несправедливости ему хотелось крикнуть во весь голос «Остановите Землю – я сойду»! А все, потому что он устал, запутался, потерялся в себе, в чувствах. Конечно, Эд любил Беллу, любил как никого в своей жизни. Эти чувства были священны, но эту грань между вампиром и человеком стереть было невозможно. И из-за этого хотелось кричать еще больше! Что бы слышал каждый, что бы знал, как несправедлива эта чертова жизнь, которая играет с судьбами людей, как в куклы. И их различия было невозможно убрать. Потому что вампирша не хотела губить его жизнь, его душу. Считала себя эгоисткой лишь из-за одной мысли об этом. А Эд мечтал, хотел, что бы любимая стала человеком. Но больше он хотел стать таким же, как она. Стать вампиром. Диким, сильным и всемогущим, что бы они были вместе вечно! Но страх, сжигающий его изнутри, не давал покоя. Парень каждый раз содрогался от этой мысли, потому что он боялся будущего, что ему предстоит. Это неведение было намного опаснее, чем страх или боязнь. И все эти чувства, эмоции, переживания, сводили его с ума. Заставляли сомневаться, осторожничать и переживать. Ведь он всего лишь человек! Хрупкий, ломкий и... смертный. А Белла… А что она? Ей также хотелось кричать, молить «Остановите Землю – я сойду»! Но ко всему это прибавить: «Остановите Землю – я сойду! А потом прокрутите все на полгода назад, когда не будет меня и его воспоминаний обо мне»! Белла молила небо, что бы любимый забыл её, что бы их ничего ни связывало. Ведь она понимала, что вскоре им придется расстаться, потому что с ней у парня нет будущего. А Эд не хотел этого слушать, он был молод и глуп. Девушка была готова отдать все, что угодно. Каждую клеточку своего тела, остатки души и крохи сердца, лишь бы вернуться в прошлое и не идти в тот день в школу, а уехать куда-нибудь на Аляску. Что бы больше никогда не встречаться с ним. Потому что в ту встречу она обрекла его на смерть, которую Эдвард не заслуживал. И каждую ночь Белла думала, что если бы они не встретились? Что, если бы она не полюбила его, а он её? Ответов было много, и каждый становился откровением её души. Но какой бы не следовал ответ, Белла приходила к одному единственно верному выводу - Эгоистка! Жалкая, глупая, ничтожная эгоистка! Думающая только о себе и о своих радостях. Даже не думающая о душе Эдварда, которую она убивает с каждой минутой пребывания вместе! Таковы были внутренние миры обоих. Он, опасающийся будущего и неизвестности, которая его подстерегает. И она, эгоистичная особа, убивающая все, что её окружает. Так они и жили, скрывая друг от друга все то, что копилось в их сердцах. То ли боялись признаться, то ли пытались уберечь от суровой правды. А время, которое не боялось ничего, продолжало свой стремительный ход, приближая холодную зиму, и радостное Рождество!