Чистое Сердце!

Доверие нужно заслужить. Но есть в этом мире такие люди, которым доверишься сразу же, несмотря на то что они когда-то сделали… © 2015

Глава 11 или «Слизерин!»

Драко и Гермиона вернулись в Хогвартс рано утром вместе с настоящими родителями девушки и сразу же пошли в кабинет директора. Пока ещё Гриффиндорка ужасно волновалась, хотя страшно ей не было. Она с гордостью и храбростью приняла вызов Дамблдора, и чтобы он не задумал, его планам не суждено сбыться. Он убил её приёмных родителей в надежде на что-то… Теперь ей придётся притворяться, изображать доверие к директору и ненависть к факультету Слизерин, куда её собственно переводят. Сердце стучало как бешенное, грозясь вырваться из груди и ускакать вдаль. Видимо её волнение заметил Слизеринец и успокаивающе сжал её руку. Через пять минут они дошли до горгульи и, сказав пароль: «Лимонные Дольки!», стали подниматься по лестнице. Сейчас директор точно будет шокирован… Дамблдор спокойно восседал в своём кабинете на очень удобном кресле, как на троне, поглощая свои любимые Лимонные Дольки и задумчиво смотрел в окно. На его лице читались спокойствие, безмятежность и уверенность. Уверенность в завтрашнем дне. Уверенность в идеальности собственного плана. Директор точно знал, что его план сработает, что никто не сможет, да и не посмеет спутать его карты. Все верны ему. Верят каждому его слову. Преданны до мозга костей. Но он ошибся… И эта роковая ошибка сейчас постучала в двери его кабинета. Сказав короткое «Войдите!», он продолжил поглощать сладости, без которых он не может жить. И видимо зря… Осознание того, кто сейчас вошёл в его кабинет появилось со скоростью света, заставляя подавится директора его любимой сладостью. Откашлявшись, он пробежал взглядом по пришедшим: Эдвард и Виолетта Элрик, настоящие родители Гермионы, поглядывали на него с тихой яростью и ненавистью, не понятно почему находившийся в комнате Слизеринец с презрением, впрочем, как всегда, в этом не было ничего не обычного, если бы он не держал Гриффиндорку за руку, а сам козырь Дамблдора — Гермиона была полностью разбита, впрочем, он на это и рассчитывал, когда убил Грейнджеров, но помимо этого она смотрела на директора как на спасителя — с надеждой, слепой верой и преданностью. «Не всё потерянно!» — пронеслась радостная мысль в голове Дамблдора, и он заговорил: — Гермиона, девочка моя, кто эти люди? — Мы, родители Гермионы! — сказал Эдвард. — Насколько я знаю, родители Гермионы — Грейнджеры. — Приёмные… — сказала пока ещё Гриффиндорка и заплакала. Только вот слёзы были настоящие. Слёзы потери. — Они мертвы… их убили… — Мне жаль, очень жаль, Гермиона… — неискренне тяжело вздохнул директор. — Ты же знаешь правила, ты не сможешь учиться без… Но может Молли согласится принять опеку над тобой… — Вообще то у неё есть родители! — послышался возмущённый голос Виолетты. — И у нас есть все необходимые документы, и она вернулась в наш род! — произнёс Эдвард. Мозг Дамблдора лихорадочно пытался собрать все мысли вместе и придумать способ склонить весы удачи в свою сторону. «Девчонка мне верит и это главное… Она поможет мне…» — единственная связная мысль пронеслась в голове директора. А тем временем Эдвард продолжил: — Мы бы хотели, чтобы наша дочь училась под её настоявшим именем — Гермиона Вилуиза Элрик и перевелась на Слизерин. — Что ж, — скрывая раздражение сказал Дамблдор. — это ваше право. После заполнения всех нужных документов директор произнёс: — Жаль, что Гриффиндор лишиться такой умной и отважной ученицы как вы, Гермиона… Ваши вещи перенесутся в спальню девочек факультета Слизерин, а остальное, я думаю, вам расскажет мистер Малфой. — Не сомневайтесь, профессор! — насмешливо произнёс Слизеринец. — Думаю, нам уже пора! — строго сказал Эдвард. — Да, да, конечно! — подал голос директор. Когда все уже вышли, Гермиона остановилась и напоследок кинула обречённый взгляд на директора. Затем стремительно выбежала из кабинета. Эдвард и Виолетта обняли на прощание свою дочь и попросили Драко приглядеть за ней. Затем пошли прочь из Хогвартса, чтобы потом трансгресировать в поместье рода Элрик. Драко с Гермионой отправились в гостиную факультета змей. Неподалёку от входа в гостиную Гермиона замешкалась, поэтому Драко поддерживающе сжал её руку и остановившись произнёс пароль: — Яд Василиска! И часть стены ушла в сторону. Гермиона глубоко вдохнув, смело и гордо прошла в внутрь помещения. В комнате были зеленоватые стены на которых висели картины, флаги и гобелены. Факелы, скудно дававшие свет, горели тёмно-зелёным пламенем. В воздухе летали свечи, а также магические светильники. В комнате стояли два дивана, несколько кресел, журнальный столик, пара письменных столов. И конечно же камин, пламя которого переливалось от нежно зелёного до тёмно-зелёного цвета. Драко кашлянул пару раз для привлечения внимания и спокойно произнёс: — Вас наверно интересует, что здесь делает Гермиона, так вот это Гермиона Вилуиза Элрик, её родители Эдвард и Виолетта Элрик, о которых она сама не так давно узнала, перевели её на наш факультет. Надеюсь на ваше понимание. Все удивлённо смотрели на бывшую Гриффиндорку, но буквально через минуту все вернулись к своим делам — вот что значит Слизеринская хладнокровность. К Гермионе и Драко подошла Панси Паркинсон — девушка с длинными тёмными волосами и с серыми или с серо-зелёными глазами, из-за тусклого света факелов Гермиона так не поняла. Вполне нормальная Слизеринка. Она не казалась такой, какой её все описывали. Даже по тону её первой фразы можно было определить дружелюбие: — Привет, я Панси Паркинсон, но можешь меня звать просто Панси. Я надеюсь тебе понравится на Слизерине. Если что-то случится обращайся ко мне. Пойдём, я тебе провожу в комнату. И прежде чем Паркинсон потащила Гермиону за руку, бывшая Гриффиндорка услышала шёпот Драко: — Не переживай, она просто не привыкла к нерасчётливым людям. Она очень хорошая и отзывчивая, а ты такая же, поэтому Панс так отреагировала. Гермиона еле успевала за Слизеринкой, но наконец-то мучения кончились, они дошли до комнаты. Комната была выполнена в слизеринских расцветках, но несмотря на это казалась очень уютной. Тут было всё необходимое. Просто, но со вкусом. Зайдя в комнату Панси сразу же уселась на кровать и тут же начала говорить: — Твоя кровать там, — она показала в сторону соседней кровати. — Как ты? — Прости? — Я знаю о… твоих приёмных родителях и бывших друзьях… и о узнике — последнее слово Панси практически сказала одними губами. — Драко рассказал? — Нет родители, они… ну ты поняла… Так как ты? — Ужасно… А самое обидное, что я сама дала нож, который вонзили в мою спину. Но за что они убили… родителей, пусть они были мне не родные, но я любила их… — Гермиона уже плакала. Слизеринка подошла к ней и успокаивающе сжала руку. Гермиона грустно улыбнулась и с благодарностью посмотрела в глаза Слизеринке.  — Спасибо… — одними губами прошептала бывшая Гриффиндорка. И спустя некоторое время они легли в свои постели и окунулись в мир Морфея…