Чистое Сердце!

Этот момент отпечатался у меня в памяти с фотографической точностью. Бывают такие воспоминания, которые остаются с тобой навсегда. Вплоть до мельчайших подробностей. Мгновения, застывшие во времени. Не знаю, почему так бывает. © Кэрол Рифка Брант. Скажи волкам, что я дома Воспоминания — это частички вашей души, хранящиеся в разуме для надёжности и занимающие место в сердце для жизни… © 2015 Волнуясь, ты не изменишь ситуацию в лучшую сторону, а только лишь все усложнишь. © Илья Алексеевич Дружинин

Глава 22 или «Ты хотел знать…»

Всю ночь пролежав в постели так и не заснув, Драко, как только часы показали шесть часов утра, вскочил с кровати и прямо в одежде встал под холодные струи душа. Позже войдя в гостиную, Драко заметил Луну, сидящую в кресле. — Доброе утро! — Утро добрым не бывает. — буркнул Драко, тоже садясь в кресло. Блондин казался более угрюмым и бледным, чем обычно. — По тебе видно. — сказала Полумна, и помедлив сказала. — Драко, что тебе известно о Патронусах? — Вы, что, сговорились? Слизеринца уже начало это раздражать. — Нет, я серьёзно. Почему ты не сказал Гермионе, какой у тебя Патронус? Патронус. Патронус. А, что, если он… — Я не умею вызывать его! Просто не умею! Мои воспоминания не настолько яркие, чтобы вызвать его! — Попробуй! Драко с сомнениями потянулся за своей волшебной палочкой. — Экспекто Патронум! — крикнул блондин и взмахнул волшебной палочкой, перебирая воспоминания из детства. Ничего. Лишь волна тепла пробежала к волшебной палочке. — Я же сказал, у меня ничего не получится! — Попробуй ещё раз! — Экспекто Патронум! — крикнул блондин, вспоминая свой первый полёт на метле. Ничего. Всё та же волна тепла пробежала от руки к волшебной палочке, и из неё вылетело несколько искр. — Не вышло! — Попробуй ещё! Подумай, о чём-нибудь более чётком. Вспомни своё самое счастливое воспоминание. — Экспекто Патронум! — крикнул блондин, вспоминая его вчерашний поцелуй с Гермионой. И из палочки вырвалась огромная серебристая Пантера, совсем такая же, как и у Гермионы. Пантера пробежалась по комнате и растворилась в воздухе. — Ну, в общем, всё так, как я и думала! — Что это значит? — А это значит, что мне теперь известно из-за кого поменялся Патронус Гермионы! — И из-за кого? — Да уж, Малфой, подумай хорошо. У вас одинаковые Патронусы. А до этого у неё был Патронус — Выдра. — Почему? — Потому, что она влюбилась в тебя сама того не подозревая. А теперь, когда она поняла, боится тебя потерять. — Это правда? — Мне не зачем тебе врать! Да, и этим не шутят. — Спасибо! — сказал Драко и вышел из гостиной. Он направился к комнате его любимой. К комнате Гермионы… Шаг. Выдох. Удар Сердца. В висках стучит от волнения, а ноги подкашиваются. А ему ещё в таком состоянии нужно преодолеть довольно большое расстояние. Но единственное, что не даёт ему отступить — это… Шаг. Вдох. Удар Сердца. Лестница преодолена. Но его мысли путаются от волнения и Драко не может вспомнить куда ему идти, хотя он живёт в этом поместье всю свою жизнь. Слизеринец растерянно оглядывается, пытаясь сориентироваться, но ничего не получается. И единственное, что не даёт ему отступить — это осознание того, что… Шаг. Выдох. Удар Сердца. С каждым шагом его сердце стучало всё сильнее и сильнее. Он чувствовал себя, как мальчишка получивший письмо из Хогвартса. Когда он подошёл практически вплотную к двери, которая ведёт в комнату Гермионы, сердце застучало ещё сильнее. И, если до этого оно стучало из-за волнения и какого-то детского предвкушения, то сейчас от предчувствия. И весьма нехорошего предчувствия. И сейчас, когда он почти у цели, разум, вопреки сердцу и интуиции, буквально вопит о том, что лучше повернуть назад пока не поздно. И единственное, что не даёт ему отступить — это осознание того, что за этой дверью находиться действительно дорогой ему человек… Гермиона… Он рывком открывает дверь и заходит в комнату. То, что он увидел заставило его ужаснуться: Гермиона раскинулась на полу и металась в болезненной агонии. Драко тут же подбежал к ней. Девушка была без сознания. Страх овладел им. Драко боялся за Гермиону и не мог ничего сделать. А ведь нет ничего хуже, чем видеть боль человека, которого любишь…