Моя жизнь - это ты...

Чимин стал надвигаться на Чонгука, не отрывая взгляда от его глаз. Малыш не знал, что ему делать. Конечно, именно в этот момент животные инстинкты плясали только так, ведь альфа пах самым любимым запахом мяты, и этот аромат прокрадывался через ноздри в лёгкие и наполнял собой изнутри. Тепло разносилось по всему телу. Кажется, в этом нет ничего такого, ведь малыш до сих пор был влюблён в Чимина, но принципы гораздо сильнее инстинктов. Пусть Чонгук и хотел почувствовать объятия, поцелуи, тепло, губы и близость старшего, но совесть не позволяла, ведь у Чимина была назначена свадьба, ещё и обида на старшего не могла угомониться внутри. Также омегу пугал этот до жути страшный и незнакомый взгляд, который он видел впервые в глазах хёна. Его милый, добрый и в то же время умный и серьёзный хён был сейчас совсем другим, тем, кого малыш не знал. За то время, пока малыш раздумывал об этом, он не заметил, что Чимин уже стоит прямо возле него. Старший немного нагнулся и посмотрев на руку Чонгука, которая зажимала осколок, он немного ухмыльнулся. Осторожно вытащив кусок фарфора из руки омеги, он отбросил его как можно дальше. Чимин улыбнулся младшему мягкой улыбкой, но в глазах плясали черти, которые ничего хорошего не предвещали. Старший протянул руки к Чонгуку, подхватив под ноги и придерживая спину, он поднял малыша с пола, быстро кинув того на кровать, нависая сверху. Он посмотрел в такие любимые и глубокие глаза омеги, которые горели желанием. Приблизив лицо к лицу тонсэна, оставив между ними расстояние в 5 см, он прошептал ему в губы: - Почему же ты вкусно пахнешь? Это сводит меня с ума. Твои губы всё такие же сладкие? Я их так давно не пробовал. Альфа накрыл губы малыша нежным поцелуем, пока тот плавился от ощущений. Он, его самый любимый Чимин, сейчас целует его. Как же он скучал по этому. Всё было хорошо, но когда омега почувствовал руки старшего у себя под футболкой и более настойчивые поцелуи, то его стала охватывать паника. Он разлепил глаза и стал отпихивать от себя Чимина, толкая его в грудь, но старший ещё сильнее вжал малыша в кровать. Чонгук царапал спину, плечи, шею хёна, бил по спине, но ничего не помогало. Воздуха уже не хватало, а Чимин целовал всё настойчивее. Малыш решился на крайние меры. Он пнул старшего коленом прямо в пах, от чего тот прикусил губу младшего до крови и застонав от боли ослабил хватку. Чонгук быстро отпихнул от себя скорчившегося Чимина и еле-еле добежал к выходу из комнаты, так как ослабевшее тело от потери крови и выделяющейся смазки из ануса не позволяло двигаться, хоть чуть-чуть быстрее. Но не успел он выбежать за её пределы, как его прижали к стенке, больно вжав спиной в твёрдую поверхность. - Ты чего это бьёшься? Хёну больно. И куда это ты собрался, а? Убежать решил? Не выйдет. - шипел Чимин прямо в лицо малышу, прижавшись к нему вплотную. - Хён, что с тобой? Почему ты так себя ведешь? - со страхом в глазах спросил Чонгук. - Малыш, ты слишком сладко пахнешь и слишком красив. Ты даже не представляешь, насколько ты вкусный. - заворожённо шептал Чимин, смотря сквозь пелену желания и алкоголя. Чимин приблизил лицо к лицу младшего, облизнув его нижнюю губу и подбородок, где красовалась дорожка крови и маленькая капелька, которая стекала с места укуса. Он стал посасывать и оттягивать губу, на что младший тихо простонал от боли. Чимин стал опускаться от подбородка к шее, оставляя дорожку поцелуев. Он прикусил выступающую венку и сразу зализал укус. Чимин опустился на ключицы, которые виднелись из-под растянутой футболки и стал целовать каждый сантиметр кожи. На все эти манипуляции Чонгук отвечал очень несмело, так как ему было стыдно. Он пытался вырваться из хватки Чимина, но не мог, так как старший был гораздо сильнее. Ещё и тот трюк с болевым приёмом между ног не получится, ведь Чимин крепко зажал коленями ноги малыша. Альфа пробрался руками под футболку омеги и стал хаотично поглаживать спину и живот. Затем он стал снимать эту ненужную тряпку, но из-за сопротивлений Чонгука, он не мог, поэтому просто разорвал её на нём. Чонгука сразу стало пронизывать чувство удовлетворения, когда спина соприкоснулась с холодной стеной, а торс - с рельефной и горячей кожей пресса альфы, который, непонятно когда, успел стянуть с себя рубашку. Чимин прижался к Чонгуку и стал страстно и грубо целовать его губы. Он подхватил его под ягодицы и приподнял так, чтобы омега обвил талию ногами. Но тот этого не делал, поэтому Чимин подхватил его за бёдра, расставляя их в стороны и устраиваясь между ними. Он понёс его к кровати и кинул на неё. Альфа навис сверху, расстегнул ширинку брюк и стянул их с себя, оставаясь в одном белье. Затем он стал стягивать шорты с малыша. Тот сопротивлялся и пытался убрать руки, но Чимин не придавал этому никакого значения. Он уже стянул с омеги и бельё. Альфа поцеловал нежную кожу груди малыша, после чего опустился чуть ниже и облизнул низ живота. От этого жеста Чонгук задрожал. Ему было ужасно страшно, ведь он мог лишиться девственности из-за какой-то течки, то есть не искренне и не по своей воли. Его размышления прервал Чимин, который стал раздвигать сжатые ноги малыша. Чонгук начал дрожать. - Чимин, прошу, не делай этого. Прошу, не надо. Отпусти меня. У тебя скоро свадьба. - шептал Чонгук умоляюще смотря в глаза напротив. Альфа наклонился к малышу и тихо шепнул на ухо: - Тебе понравится, расслабься. Просто не дёргайся. А свадьба мне не нужна. Мне нужен только ты. - Не надо, прошу. Прекрати! - стал плакать и кричать в истерике омега. - Не ори! - уже закипая стал кричать старший. - Отпусти меня, прошу. Это же всё инстинкт. Это всё не правильно! - стал бить по рукам хёна тонсэн. - Прекрати брыкаться! - кричал Чимин, настойчиво пытаясь раздвинуть ноги младшего. - Нет! - плача кричал Чонгук, продолжая бить хёна. Всё это Чимину не нравилось и жутко бесило, поэтому он быстро стянул с себя бельё и провёл рукой по каменному от возбуждения члену. Альфа придвинулся к лицу Чонгука и, расставив ноги по обе стороны от его головы, направил член ко рту малыша. Тот стал крутить головой, но Чимин схватил его за волосы и протолкнул сквозь сжатые губы огромных размеров плоть. Он стал двигать бёдрами, вбивая член в рот всё больше и резче. Чонгук задыхался, а головка упиралась в глотку, что вызывало рвотный рефлекс, поэтому он решил немного расслабить горло чтобы входило больше, ведь ему не хотелось плохих последствий. По подбородку стекала слюна, а опухшие и красные губы скользили по плоти, вбирая её чуть больше середины. От этой картины Чимину захотелось сразу кончить, но он не мог, так как было слишком рано. Ещё пару движений и Чимин вытащил член из рта омеги с хлюпающим звуком. Чонгук лежал и плакал, а альфа не обращал внимания. Так, как омега не раздвигал ноги, то Чимин решил сделать по другому. Он перевернул его на живот и потянул на себя, заставляя стать раком. Омега стал ещё громче рыдать уткнувшись лицом в подушку. - Ты был непослушным, поэтому твоя девственная попка за это поплатиться. - шептал на ухо Чимин, прижавшись телом к спине малыша. - Не надо, умоляю. - шептал дрожащим голосом Чонгук. Чимин лишь ухмыльнулся. Он провёл пальцем по сжавшемуся колечку мышц, из которого вытекала вязкая ароматная жидкость, и стал его поглаживать. Он опустился и поцеловал дырочку, после чего провёл по ней языком. Всё это вызвало у малыша дрожь по телу и, то ли всхлип, то ли стон. Чимин улыбнулся и протолкнул язык в колечко мышц. На это омега только сжал покрывало, которое накрывало кровать. Слёзы текли по щекам уже сами по себе. Чимин не услышав никакой реакции, выпрямился и проведя по члену, направил головку ко входу. Когда альфа коснулся головкой ануса, то услышал всхлип. Такая реакция его не удовлетворила, поэтому он без растяжки толкнулся вперёд и вошёл сразу на всю длину грубым толчком. Благодаря выделяющейся смазке это было сделать легче. Из глаз малыша брызнул новый поток слёз и рыданий, рот издал звук крика, руки сжали покрывало ещё сильнее, а спина прогнулась в пояснице до хруста позвонков. Член был длинным и толстым, поэтому, когда Чимин начал резко двигаться, то Чонгук стал стонать от боли. Альфе это ласкало слух, поэтому он стал ещё сильнее вдалбливаться в хрупкое тело. Из-за этого, из ануса малыша потекла кровь, а тот сильнее заплакал. Чимина это не останавливало и он продолжал вкалачиваться в тело. Позже он решил посмотреть на такое родное и красивое лицо омеги. Альфа, не выходя, перевернул малыша на спину и устроившись между ослабевших ног стал двигаться. Найдя такие мягкие и вкусные губы он стал грубо целовать их, но малыш не отвечал и стискивал зубы. Тогда альфа прикусил губу тонсэна и во рту почувствовался металлический привкус. Омега ойкнул и расцепил зубы. Воспользовавшись моментом альфа протолкнул язык во внутрь и встретился с языком малыша. Немного с ним поиграв, он стал оглаживать нёбо, дёсна и зубы, при этом вбивая младшего в кровать и не обращая внимание на кровь, которая вытекала из ануса и пачкала покрывало. Чимин, не отрываясь от губ малыша и не выходя из него, приподнял его и улёгся на спину потянув того за собой. Чонгук оказался сверху и Чимин, вцепившись в его бёдра мёртвой хваткой до синяков, стал насаживать малыша на себя. Тот сидел словно марионетка и безжизненная кукла. Ему было уже на всё плевать. Хуже уже быть не может. Чимин насаживал на себя малыша, а потом приподнявшись на локтях и, потянув на себя младшего, поцеловал его. Он задел ту самую точку и малыш прогнулся в спине, прижавшись сильнее к старшему и простонав тому в губы. Чимин ухмыльнулся и стал вбиваться именно под этим углом, заставляя малыша стонать и выгибаться. Сделав ещё пару толчков, он излился в тонсэна и из ануса малыша потекла смесь вязкой жидкости с его же кровью и семенем старшего. После него кончил и Чонгук, пачкая животы спермой. Чимин обессиленно откинулся на подушки, потянув на себя омегу и, не выходя из него, сжал в объятиях. Чонгук лежал, как безжизненная кукла. Ему было очень плохо. Из ануса вытекала противная смесь, стекающая по члену старшего, который всё так же находился в нём, а внутри завязывался узел и происходила сцепка. По всему телу были синяки, укусы и красные засосы, губы опухшие и в кровоточащих ранах. И самое противное это то, что всё это с ним сотворил его самый любимый, добрый, умный и понимающий хён, который был под действием инстинктов и алкоголя. Пока малыш об этом думал, Чимин поднял голову малыша за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. Взглянув на него нежным взглядом, он накрыл губы малыша поцелуем. Нет, не требовательным и не грубым, а нежным и чувственным. Но омега опешил от другого. В поцелуе присутствовал вкус соли. "Чимин плачет?" - подумал про себя Чонгук. Он оторвался от губ альфы и, посмотрев в его глаза, увидел слёзы. - Чимин? - удивлённо спросил Чонгук. - Спи, малыш. - улыбнулся Чимин и закрыл глаза, отправляясь в царство Морфея. Когда малыш увидел, что старший заснул, то тихо прошептал: - Я тебя люблю, хён. - произнёс Чонгук и мило улыбнулся. Кожу стягивали высохшие дорожки солёных слёз, но малыш, прижавшись к хёну сильнее и положив голову ему на грудь, мило улыбался и погружался в сон. Ему было непонятно, почему старший плакал, но ему было хорошо и уютно в его объятиях. - Я тебя тоже, малыш. - произнёс Чимин, который всё это время притворялся, с улыбкой на лице и поцеловал Чонгука в макушку...