ЧП, или Чрезвычайно Привлекательный

Не поверите! Гормоны у меня за последний месяц взыграли так, что, в конце концов, меня чуть не исключили из универа, когда я напал на ничего не подозревавшего альфу с параллели. Я бы на него даже не взглянул, честно! Но его парфюм… Тот самый, который преследовал меня во снах и наяву уже долгое время. Это невозможно. Так жить невозможно. Однажды я все же не стерпел и заглянул в тот самый аптечный пункт под предлогом начинавшегося насморка. Моего альфы – моего альфы! – там не оказалось. Эх… Ушел почти ни с чем. Ну, в смысле, капли-то для носа я все равно купил. Я начал замечать за собой то, что старался всегда подавлять. Например, я стал чаще кричать на других и раздражаться из-за мелочей, был готов разреветься на пустом месте и с удовольствием делал из мухи слона. Обижаться на каждого, кто на меня не так посмотрел, стало чем-то вроде моей фишки. И главное – я не мог вовремя сдержать себя, чтобы где-то не накосячить. Стыдно так всегда становилось потом… Но я быстро себя успокаивал тем, что у всех бывают плохие дни. Плохие дни… Спустя этот долгий и тяжелый месяц мой организм таки довел меня до точки. До крайней точки гнева, возбуждения и негодования. Было бы странным, если бы те самые дни календаря не наступили. Кусая подушку, я всхлипывал от обиды за себя – что ж у меня так всегда все не вовремя! – и дожидался наступления раннего утра. Родители на днях уехали в незапланированный отпуск за границу. Меня оставили дома, конечно, студент, тебе учиться надо, молиться на диплом, не спать ночами. Да я и так не сплю! Скоро заработаю истощение и загребу в больницу такими темпами. И вот, нерадивая ночь понедельника и я, текущий юный омега без спасения в виде хоть пачки таблеток. Поразмышляв логически, я подумал, что в шестом часу утра мало кто выходит из дома, и решил примерно в это время выбраться из квартиры и перебежками добраться до ближайшей аптеки. Догадайтесь, кто работал в ближайшей к моему дому круглосуточной аптеке? А теперь, когда я, укутанный в десяток длинных свитеров и шарфов, надетых в надежде хоть немного скрыть мой запах, стоял перед нужными дверьми, пытался совладать с собой. Вдох-выдох. Все, погнали. Стоило мне только зайти внутрь, я не сдержался, надрывно и негромко простонал. Черт побери, здесь все помещение было буквально пропитано запахом ЧП-альфы. Но я все же почему-то был рад, что попал в его смену. И тут я разозлился на себя: неужели не смогу преодолеть соблазн? Я что, малолетний подросток или какой-то извращенец? Со вторым, конечно, можно еще поспорить, но явно не сейчас, когда из угловой комнаты в зал вышел мой чрезвычайно привлекательный красавец. О, этот его взгляд… Я на секунду правда испугался. Потому что в голубых глазах я прочел узнавание, испуг, а следом настоящую ярость. Почему-то в тот момент я почувствовал себя настолько маленьким и беззащитным, что захотелось сжаться и спрятаться где-нибудь подальше. Видимо, альфа понял это, и вскоре его взгляд изменился, он стал мягче, но тем не менее недовольным. — Какой, скажи мне, умный омега станет выходить из дома в течку? — заводился он, явно волнуясь, подходя и затягивая меня за прилавок. Когда я сел, всунул мне пластиковый стакан с водой, половину которой расплескал, пока нес. Взял пачку подавляющих с полки и, выдавив сразу две капсулы, сунул в мой приоткрытый рот. Я только и успел возмущенно стрельнуть в него глазами. Вообще странно все это. Интересно, как со стороны выглядела наша встреча. Зашел в аптеку обычный парнишка, а там неожиданно буквально с порога его обвинили в несообразительности и впихнули какие-то лекарства. Все это происходило с минимумом слов и максимумом действий. Я уже не говорил о том, что нормальные фармацевты так, как этот, не поступают. Ну даже если мыслить иначе, где вы видели альфу, который спасает текущую омегу таблетками, если это не ваши родители или друзья? Еще пару минут, и подавляющие начали действовать, а стакан с водой, наполненный уже третий раз, снова опустел. Вода всегда меня успокаивала. В любой ситуации мог сделать глоток, и мозги сразу начинали работать в нужную сторону. Но ладно я, сейчас мне уже ничего не грозит. А вот альфа явно сдерживался изо всех сил, чтобы не накричать на меня. Я сразу это понял. По сжатым кулакам и желвакам, поджатым губам и нервной походке из стороны в сторону. Но я не рискнул произнести что-либо. Однако даже десять минут напряженного молчания для меня перебор. — Меня Дрейк зовут… — альфа посмотрел на меня задумчиво и промолчал. А затем кивнул словно самому себе и достал свой телефон, набирая чей-то номер. — Алекс, — представился он в ответ и скрылся в соседней комнате, приложив трубку к уху. С кем и о чем он разговаривал, я не знал, да и не интересовался. Меня больше впечатлила рабочая обстановка Алекса – м-м-м, а имя у него подходящее такое. Все аккуратно разложено на своих местах, стекла блестели от, вероятно, регулярного протирания, на задней стене висела фотография какого-то загородного дома в весенний период, когда вокруг буйствовала природа и цветы пестрили своим разнообразием. Недалеко от входа на стуле дремал охранник, не обращая ни на что внимания, над головой его размеренно тикали часы. Тут я подумал о том, что просто терял время: люди постепенно просыпались и выходили из дома на работу или учебу, а я пусть и выпил подавляющие, все равно останется какая-то вероятность попасть в передрягу. Пора уходить, прикинул я и хлопнул себя по коленям, поднимаясь со стула. Вышел из-за прилавка и поправил одежду, снова закутался в шарфы и двинулся к выходу, как меня нагнал изумленно-раздраженный оклик: — Ты куда это собрался? Я обернулся. За моей спиной стоял явно злющий Алекс и со сложенными на груди руками ждал моего ответа. Поняв, что не дождется от меня ничего, кроме тех обрывочных «домой», «люди на работу», «а я тут», Алекс строго взглянул на меня и сказал: — Стой здесь. И не дай бог ты куда уйдешь, я все равно тебя найду. И он скрылся все в той же угловой комнате, но вышел оттуда меньше чем через минуту, уже с рюкзаком и позвякивал ключами от машины. Ой-ей… Когда я думал, что мне ничего не грозит, кажется, я чертовски ошибался. Потому что сейчас я печенкой чуял, что поеду я куда угодно, но не к себе домой. Наверное, поведение и взгляд Алекса сказали мне об этом. — Шон, мой сменщик подойдет через двадцать минут, аптеку я закрывать не буду. Мне нужно уйти. Охранник понятливо кивнул и хмыкнул. Попрощавшись, Алекс взял меня за локоть и потянул на улицу. Было еще так же темно, когда я выходил из дома, но люди действительно пробуждались, дороги заполнялись иногда проезжающими мимо нас машинами, а по улочкам шли завернутые в одежду по нос редкие пешеходы. До автомобиля Алекса мы дошли за пару минут, а я все так же молчал, не представляя, как поступить в данной ситуации. Вроде мы и не знакомы совсем, и было бы очень опасно садиться внутрь, но… Я его месяц не видел! Я скучал! Поэтому я решительно залез в салон, когда мне услужливо приоткрыли дверцу. Хотя скорее всего даже если я попытался бы убежать, меня бы сразу же поймали. Честно говоря, я немного боялся. Это только сейчас на меня действовали подавляющие, а что будет потом… Тем более, я не видел, чтобы Алекс их забирал с собой, когда мы выходили. Он не спросил моего адреса, стало быть, везет он меня наверняка не ко мне домой. А по судорожно сжатым пальцам на руле и открытому окну можно было предположить, что кому-то совсем невтерпеж. А еще полчаса его присутствия рядом, и невтерпеж будет уже мне. Чтобы хоть как-то отвлечься от тягостных раздумий, я включил радио. Немного полистал и почти сразу попал на хорошую песню. Негромко подпевая, я поднял себе настроение и видимо даже немного успокоил этим самого Алекса. Он расслабился и теперь уверенно вел машину, изредка поглядывая на меня и почти незаметно улыбаясь. — Алекс, – начал я в какой-то момент, — скажи честно… Мы едем к тебе? Что заставило его рассмеяться, я так и не понял, но после его слов у меня вылетели все слова, которые я когда-либо знал: — Малыш, если ты надеешься на то, что я отвезу тебя домой, забудь об этом. Я не хочу тебя пугать, но скажу, как есть: с этого дня твоим пристанищем станет моя квартира. Я имею в виду навсегда, а не только на период течки. На душе было то самое чувство, когда надо что-то сказать – а нечего, надо взглянуть на человека – а не получается, нужно заставить перестать руки трястись – а не выходит. Тут автомобиль резко остановился у обочины, и Алекс посмотрел на меня. — Дрейк, я тебя не отпущу. Ты слышишь меня? Я не ответил. Не мог! Я… Меня повернули лицом к альфе и притянули за плечо. Все произошло так неожиданно, что мне пришлось ухватиться одной рукой за Алекса, другой – за сиденье. Он медленно провел ладонью по моей щеке, следом по шее, а потом притиснул ближе, опустив руку на талию. Было очень неудобно, но я был готов терпеть все что угодно, чувствуя его дыхание на губах. — Я не позволю тебе уйти, — повторил он. А я сжал ворот его куртки, когда Алекс поцеловал меня. Нежно, почти просто касаясь, но альфа делал это настолько осторожно и чувственно, боясь меня напугать, что я не выдержал и прижался к нему сильнее. Но скоро оторвался от его губ из-за нехватки воздуха, а Алекс, не обращая на это внимания, потянулся ко мне обратно и лизнул краешек рта. Перевел дыхание и отпустил меня, после чего завел мотор, и мы снова двинулись вперед. Его квартира встретила нас тишиной. — Ты завтракал? — мирно спросил Алекс, вешая мою и его куртки в шкаф. Вот что-что, а завтракать сейчас я явно не собирался. — Эм… Нет. — Значит, сейчас будешь, — и Алекс поманил следом за собой на кухню. — Алекс, ты уверен, что это именно то, зачем мы приехали? — Тебе понадобятся силы, Дрейк, а когда перестанут действовать подавляющие, минимум сутки нам точно будет не до еды. Поэтому не жалуйся. Мне была приятна его забота, она грела и сердце, и душу. Даже учитывая то, что мы практически не знали друг друга, казалось, что мы давно знакомы. Потому что только с по-настоящему близкими людьми ощущалось такое умиротворение. Пока я попивал вкусный чай с разной провизией из холодильника, Алекс залез в свой рюкзак и вытащил – о мой бог – раз, два, три, четыре пачки презервативов, прямо таких же, которые я брал родителям, и как ни в чем не бывало начал поочередно срывать с коробочек прозрачные обертки. — У нас в аптеке есть свой склад. Вот и… — объяснил Алекс содержимое своего рюкзака, когда я ошалело уставился на эту картину маслом у меня перед глазами. — Ясно. Мы еще немного поболтали за столом, пока Алекс прибирался, я написал родителям сообщение, что неделю буду недоступен и со мной все хорошо. Ну, не думаю, что они и сами скоро прочтут мою весточку. Когда я почувствовал, что подавляющие переставали действовать, у меня поднялась паника. Я попросился в душ, Алекс конечно же не отказал. Наверное, я просидел бы там и дольше, но спустя полтора часа, когда альфа по-серьезному начал долбиться в ванную комнату, я решил не оттягивать неизбежное. Быстро вытеревшись и скривившись от ощущения смазки между ягодиц, я проигнорировал сложенную одежду и просто обмотал вокруг себя пушистое полотенце. Тихо повернул замок и приоткрыл дверь – снаружи было тихо, и я надеялся проскочить в спальню незамеченным. Как бы не так! Стоило мне чуть-чуть высунуться из ванной, как меня тут же схватили крепкие руки и прижали к стене, надавив всем весом. Я даже пикнуть не успел, меня уже целовали так, что перед глазами все плыло, а колени дрожали. С меня прямо там сдернули полотенце и подняли над полом, заставляя тем самым обхватить тело альфы ногами. Мои руки вцепились ему в волосы, я прогнулся и выдохнул ему в рот, покусывая то верхнюю губу, то нижнюю. Мир закружился, и вот я уже лежал на неприятно холодной постели, но когда сверху меня накрыло горячим телом, все капризы сразу прекратились. Долгие поцелуи, короткие вздохи, жаркие стоны, жалобные всхлипы. Вскоре я мог ощутить голую кожу Алекса, невероятную и такую теплую. Страсть накрыла нас с головой, особенно когда таблетки окончательно перестали действовать, и наши запахи смешались. Когда я коснулся его там, то неловко отдернул руку. Было так непривычно и… неловко. Страшно, одним словом. Я тоже не ангел, и далеко не вчера испытал на себе, какие бывают игрушки, но это… Я потерял мысль, когда Алекс погрузил в меня палец. Сначала один, следом второй, затем третий. Я не успевал дышать, из горла вырывался низкий вой. Алекс явно наслаждался процессом и с видимым удовольствием растягивал все действо. Я хныкал, дергался, а Алекс целовал меня за ушком и наглаживал свободной рукой все тело. Вдруг, словно что-то вспомнив, он на миг замер, а потом задвигал пальцами еще плавнее. — Расскажи мне, зачем ты месяц назад покупал презервативы… Не для себя же? — рыкнул мой чрезвычайно привлекательный мне в ухо, продолжая мучительно медленно разрабатывать внутри. — Ах… Нет, для папы… с отцом, м-м-м… Я тянулся, извивался, скулил, но Алекс неумолимо мучил, пока я не потянулся к своему естеству с определенной целью. Моя рука была отброшена в мгновение ока и прижата к подушке. Я застонал. Ну разве так можно… Когда он погрузился в меня, по его виску скатилась капля пота – Алекс с трудом держал себя в руках, чтобы не сорваться. Я кусал губы, пережидая почти болезненное ощущение наполненности и в один момент двинул бедрами, давая тем самым сигнал к действию. Это… Это было волшебно… И первый раз, и второй, и все те разы на протяжении целой недели. Мы не подходили к телефонам, не выходили на улицу, время от времени перекусывали и ходили вместе в душ. А потом я в зеркале заметил ее. Яркую, с уже желтеющим синяком метку на шее. Устроил Алексу взбучку, на что он только смеялся и ласково меня целовал в попытках утихомирить. Но пусть я и возмущался, мне на самом деле было очень приятно ощущать на себе те собственнические заскоки Алекса. А спустя еще пару дней он куда-то уехал и вернулся с кольцом. Сделал мне предложение. — И только попробуй не сказать мне «да». Я и не рискнул. Но мы договорились провести свадьбу только после окончания моего обучения. Осталось дело за малым: оповестить об этом родителей.