Затерянная башня 1: Белое солнце и Чёрная луна.

Узумаки Наруто

      Первый день. Казалось бы, волнительно. Но сегодня не должно происходить ничего такого. Знакомство. Ознакомление с правилами Академии. Начисление баллов, штрафов. Назначение отработки. Ознакомление с расписанием уроков. Расписание библиотеки. Возможные дополнительные занятия. Всё то, что в прошлое посещение Академии я благополучно пропускала. Да и не знала.       Сидящий рядом Саске медленно проворачивает голову в мою сторону и смотрит во все глаза. А я пожимаю плечами. Что он хочет от сироты, которую с приюта пинком под зад отправили на вольные хлеба? Там не до уроков было. Вопрос стоял о выживании! Наловить рыбу. Найти, где помыться и постираться. Это сейчас как сыр в масле катаюсь.       С одной стороны... Послать бы всё. Научиться делать клонов. Работы с маной и чакрой нам хватит на ближайшие десять лет не меньше. Теория и база есть. Сидеть тут, в общем-то, бессмысленно.       — Что ты об этом думаешь, Саске? - Брюнет пожимает плечами. Правильно. Это я на уроках всегда спала и слушала вполуха. — Интересно... Когда им надоест наблюдать?       В этом мире все какие-то чересчур равнодушные. Или это кажется? Тогда я буянила так, что на меня невозможно было не обратить внимание. Всячески пыталась показать, что существую. Что вот она я! Я тут! Я не призрак. Не тень. Не монстр. Обычный ребёнок.       А в этот раз? Рядом Саске. Два хвостатых друга. Сестра, о которой надо заботиться. Дом, где ничего не ломается, есть продукты и одежду можно купить. Даже «няньки», решающие все административные вопросы. Меньше угроз для жизни. Благодать не иначе.       Да. Тогда я сама становилась инициатором всех встреч. Провоцировала. Доводила до того, что моё присутствие и существование невозможно было игнорировать. А в этот раз... Я просто сижу и жду. Правильно? Или нет? Да и чёрт с ними всеми!       Что делать с Кушиной?       Глаза цепляются за аловолосых Узумаки впереди.       Клан Узумаки. Когда-то после окончания войны, когда острые вопросы были решены, я не только взялась за изучение кланового наследия, но даже посетила Узушио. Исследование оказалось не только интересным, но и плодотворным. Нашлось крупное хранилище знаний Клана.       Правда, с находкой и подтверждённым статусом наследницы... Мне пришлось доказывать своё право владения. Это вам не кровью имя написать. Пять лет кропотливого изучения Фуина, истории, техник, призыва и тайдзюцу. Получив статус Главы, я автоматически подписалась на возрождение крови.       Остатки клана Узумаки стеклись в Коноху почти сами. Таким образом, долг Главы выполнен. И сейчас у меня есть знания целого народа! Можно идти захватывать мир!       Кушина Узумаки. Можно отправить её на перерождение. Можно просто упокоить. Оставить скелетом. Дать тело. Не велика проблема. Другое дело — наши с ней отношения. Любить? Будет сложно. Воспоминания местной Наруто идут вразрез с моими. Тут будет зависеть от неё самой.       Дать шанс? Почему бы и нет? Ненависти, как и любви к ней, у меня нет.       — Наруто Узумаки! — выкрикивает учитель, смотря на меня гневным взглядом, скрещивая руки на груди. — Что ты можешь рассказать о своём клане?!       Вот что самое интересное. Раньше подобный выкрик со стороны учителя воспринимался бы мной как проявление агрессии. Попытка обидеть и выставить дурочкой. Реакция соответствующая. А сейчас... Я вижу в этом возможность проявить себя. К тому же вопрос не такой уж и сложный. Достаточно проявить наблюдательность.       Поднявшись, подхожу к доске и быстро чиркаю основные пункты, по которым можно понять, кто перед тобой. Как правило, алые волосы. Большой запас жизненных сил. Фуин-дзюцу. Ничего такого. Приходится тянуться вверх — доска высокая, а я мелкая, — но почерк у меня разборчивый.       На деле Узумаки может быть и с чёрными волосами, и, как у меня, золотыми. Простая генетика. Но многие на это закрывают глаза.       Некоторые фыркают. Кто-то бросает комментарий об очевидности. Кто-то не гнушается упомянуть, что я фактически отлучена от клана и, по их скромному мнению, не имею права носить эту фамилию. Ну и куда без этого? Всех задевает, что я не разговариваю. Видимо, факт того, что дочь Хокаге немая, не слишком афишируется.       Спасибо.       Оставив приписку, вежливо кланяюсь и отправляюсь на место.       Показать себя. Да? Когда никто о тебе ничего не знает, все относятся с осторожностью. Тихонь не трогали. Но там тоже свои нюансы. Хинату обходили стороной из-за Клана Хьюга. Находились смельчаки и полудурки, но немного. Остальных — кому как повезёт.       — Кстати, Саске, ты не слышал ничего о восстании твоего Клана? — Если я правильно помню, оно произошло где-то в районе этого года. — Оставим без внимания или поможем? - На лицо мужа ложится чёрная тень. Мда. Это тебе не маму нечаянно воскресить. Радостного немного. — Думай. Это и твой клан тоже. Отмахнуться честь Главы Клана не позволит.

Фугаку Учиха

      Вот уже вторую неделю я смотрю на документ, который мне предоставил АНБУ Листа. Тот самый, что приставлен к дому Хокаге наблюдателем. Но обычно их отчёты ко мне не попадают. Не то положение. Хокаге приказал?       Я знаю, что он уже почти год живёт в доме Хокаге. Знаю, что тренируется — наблюдатели докладывали, сначала с недоумением, потом с уважением. Хах. Я думал, это просто способ привлечь внимание. Детский бунт, желание доказать что-то, попытка заставить меня пожалеть. Я думал, он наиграется и вернётся.       Но поступление в Академию — это уже не шутка. Не каприз. Он действительно решил стать шиноби? И меня бесит, что я узнаю об этом из сухого отчёта, а не от него самого.       Я беру бумагу в руки, перечитываю «Заключение о пригодности к обучению». Пальцы сжимают край листа — на секунду, и я отпускаю, не позволяя этому жесту затянуться. Что мне делать? Документы говорят, что он вполне способен стать полноценным шиноби. Не гением — нет, показатели не те, но способным, упорным, достаточно сильным, чтобы не позорить клан.       Может, я слишком предвзят? Слишком привык смотреть на Итачи и Хаяку, которые с лёгкостью проходили все тесты с самого начала. Слишком давно поставил на Саске крест, перестал ждать от него чего-то стоящего. Челюсть сжимается и тут же расслабляется.       Медкомиссия. Результаты анализов. «Заявление на поступление в Академию Шиноби». Всё чинно, благородно, с печатями и подписями.       Это моя вина. Чёрт. Следовало вместо пустого наблюдения просто уделять ему больше времени. Тренировать, показывать, объяснять. Хоть геном и слабый, он всё ещё упрямый Учиха, и это я должен был сделать из него воина. А вместо этого просто смотрел со стороны, замечая только неудачи и не замечая попыток.       Микото из-за всего этого уже две недели со мной показательно не разговаривает. Ходит по дому, готовит, занимается делами, но на меня не смотрит. А если смотрит, то этим своим осуждающим взглядом, от которого хочется провалиться сквозь землю. Я знаю, чего она ждёт: чтобы я пришёл к нему, сказал что-то, признал, что был неправ.       И что я должен ему сказать? «Прости меня, сын, я в тебя не верил»? Или «Прости, я не хотел, чтобы ты пострадал, поэтому не тренировал тебя»? Меня самого от этого передёргивает. Я глава клана Учиха, я не должен оправдываться перед собственным ребёнком, не должен просить прощения за то, что считал правильным. Но, глядя на этот документ, я уже не уверен, что был прав.       Хотя, может, на нём это и сработает. Как минимум перестанет избегать нас. Может быть. Взгляд падает на календарь, потом на часы. Сегодня он идёт в Академию. Глубокий вдох. Я собираю документы, аккуратно складываю в папку, поправляю воротник, проверяю, на месте ли оружие и выхожу.

***

      Академия встречает меня шумом. Дети, родители, учителя — все толпятся у входа, кто-то суетится, кто-то хвалится успехами, кто-то плачет. Я останавливаюсь в тени старого дерева, прислоняюсь к стволу, складываю руки на груди. Меня не замечают — или делают вид, что не замечают. Учих не любят, но боятся, и это меня устраивает.       Саске выходит не один. Рядом с ним идёт девочка с белыми волосами и шрамом на лице — Наруто Узумаки-Намиказе, дочь Хокаге. Я видел её в отчётах, сухих строчках, минимуме эмоций, но вживую она другая. Держится уверенно, слишком уверенно для ребёнка, и в её походке, жестах, в том, как она осматривается по сторонам, чувствуется что-то взрослое. Не наигранная серьёзность, а настоящая, выстраданная.       Рядом с ней Саске выглядит спокойнее. Не таким зажатым, как в последний раз, когда я видел его в квартале. В груди что-то сжимается — дыхание, и всё прошло. Они о чём-то переговариваются, вернее, она жестикулирует, а он отвечает — коротко, по делу, без лишних слов. Слышал, что она немая, теперь вижу сам.       Она замечает меня первой. Взгляд скользит по моему лицу, останавливается на гербе Учиха, потом переводится на Саске. Тот напрягается — плечи становятся жёстче, спина выпрямляется. Ему не нравится. Наруто что-то показывает ему — спрашивает, наверное. Саске кивает. Коротко. Резко.

Наруто Узумаки

      Чувствую на себе взгляд ещё до того, как выхожу из дверей Академии. Тяжёлый, цепкий, учиховский. Фыркаю про себя. Не оборачиваюсь. Пусть смотрит.       Учебный день закончен без происшествий. Соклановцы обошли стороной, заняв наблюдательную позицию. Но меня всё же интересует кое-кто конкретный. Бросаю короткий взгляд в сторону дерева. Фугаку стоит в тени, сложив руки на груди. Лицо — каменное. Но я вижу: он смотрит не на меня. На Саске. Интересно, он вообще знает, что мы его заметили? Или думает, что прячется?       Саске напрягается. Чувствую — плечи становятся жёстче, дыхание сбивается на долю секунды. Не оборачивается. Молодец.       — Игнорируем. — Мысленно бросаю ему. — Он не подойдёт.       Саске не отвечает, но напряжение чуть спадает.       Уже на входе в квартал нас ожидают АНБУ. Бесшумно подходят и вручают мороженое. Вот так сюрприз! Прикипели душой?       Заглянули в детский магазинчик, прихватили милую игрушку сестрёнке. Внимание к нам куда выше, чем ожидалось. Учихи не скрываясь останавливаются на крышах зданий, фактически провожая нас. Из-за этого даже простые жители останавливаются, оглядываясь в нашу сторону.       Может, не таким уж плохим было решение не появляться долгое время на людях? Ждали результатов тестирования? Или просто не верили, что нечто подобное может произойти? Неужели состояние клана настолько плачевное?       Пройдя ещё немного, едва успеваем затормозить — перед нами возникает Шисуи. Почему не Итачи? Было бы куда логичнее, пригласи он нас на территорию клана. Или это для того, чтобы показать отчуждённость Саске от семьи? Разве это не глупо? Люди не дураки. Если молчат, не значит, что не складывают пазлы.       В груди вспыхивает раздражение. Выдыхаю. Не сейчас.       Первые пару секунд мы просто стоим. Я улыбаюсь старшему Учихе. Слышала о нём от Итачи, но познакомиться не получилось. Жаль. Вот только ситуация не располагает к милой беседе.       Саске, не дожидаясь, проходит мимо в сторону дома. Я машу рукой, приобнимая его за локоть — приходится тянуться вверх, он выше. Логично. Он не бегал за ними. Никак не мешал. Ничего не просил. Они не проявляли к нему ни заботы, ни беспокойства. Так почему он должен с уважением относиться к ним?       — Саске Учиха. Глава Клана ждёт тебя. — Юноша встаёт в пол-оборота. Смотрит на старшего холодно и равнодушно.       Пойдёт? Или не пойдёт? Для меня эта встреча как посещение кафе. Чай с пирожным я могу и дома попить. С другой стороны, между ними не настолько плохие отношения, чтобы излишне проявлять враждебность. В какой-то момент им придётся пересечься. Так почему не сейчас? Чем этот момент хуже другого?       Пожимаю плечами.       — АНБУ с нами. — Сопровождение спокойно встаёт за нашими спинами. Фыркаю. Прикрываю глаза, просто осматриваюсь по сторонам. Сова отправилась домой с игрушкой. Остался только Волк.       — Хорошо. — Прикрывает глаза, на лице — тень грусти. Он прекрасно понимает, что к чему.       Взять в свой, по сути, квартал АНБУ. Подразделение ниндзя, которое относится к безопасности скорее правящей верхушки, чем самой деревни. Фактическое проявление недоверия не просто к клану. К своей семье. Пощёчина.       Сильно они его задели.

***

      До квартала доходим спокойно. Даже не торопимся. Стоило пригласить более вежливо, а не так демонстративно. Ворота. Клановые гербы. Торговая улица. И знакомая дорога до его дома. Мда. В моей памяти это место было жутким и практически нежилым. А вот теперь удаётся увидеть другую его сторону.       Уже около дома АНБУ перемещается на крышу. Шисуи, поклонившись, отправляется по своим делам. А мы заходим во двор.       — Саске... — У входа в домашней одежде стоит женщина. Итачи пошёл в мать. А вот Саске от каждого взял понемногу. В их приветствии чувствуется неловкость. Я просто киваю и улыбаюсь — в знак мира и дружбы. В груди — тепло. Глупое, бесполезное, но приятное.       — Проходите на кухню. Обед уже готов. - Разуваемся, молча проходим в нужную комнату, где сидят все члены семьи Учих из главной ветви.       — Какой официоз и враждебность. — Фугаку быстро окидывает нас взглядом. Ворон на его плече растворяется. Сообщили. Так вот почему Шисуи не стал провожать нас дальше. — Ты не один. — Отмечает как бы между прочим.       — Наруто Узумаки-Намиказе. — Представляет Саске. Кланяюсь как полагается, но всё же вкладываю в это чуть больше смысла — лёгкий намёк, кем являюсь для их сына. После этого он помогает мне устроиться на стуле и только потом садится сам.       — Фугаку Учиха. — Представляется, чуть кивая. — Микото Учиха — моя жена. Итачи — старший сын. Хаяка — средняя дочь.       Осматриваю их всех. Саске говорил, что отношения с отцом у него были натянутые. Что он всегда ставил Итачи в пример, оставляя без внимания его собственные заслуги. Что брата он любил, но тому вечно не хватало времени. А потом... Да и сестры у него не было.       Я прекрасно понимаю: единственный человек из всех присутствующих, кого он действительно хотел бы видеть — мама.       Но знаете... Я не злюсь на них. И Саске — тоже. Честно говоря, мы даже благодарны. Если бы они лезли в нашу жизнь, если бы постоянно задавали вопросы, контролировали, требовали объяснений... У нас не было бы ни одного козыря. Никакого оправдания для резких перемен. А так — тишина. Свобода. Мы сами по себе. И это...       Уголки губ дёргаются в ехидной усмешке.       ...это просто замечательно.       Интересно, кто начнёт разговор?       — Так что вам от меня надо? — Ни отец, ни глава клана. Даже не по имени. Кто-то решит — неуважение. А я вижу откровенное смятение. И это забавляет. Такой серьёзный мужчина, глава клана, а не знает, как разговаривать с собственным сыном.       — Жизнь в доме Намиказе. Сокрытие личности. Тренировки. Самостоятельное поступление в Академию. — Мужчина пробует на вкус каждое слово. — Чего ты хочешь?       Ни упрёков. Ни попытки надавить положением. Что же... То, что Саске смог получить такого союзника, как дочь Хокаге. К тому же без помощи клана развил систему чакры и смог поступить в Академию. Удача — тоже навык.       Сейчас я совсем немного зауважала этого человека. По сути... С Саске разговаривает не Глава Клана, а именно отец. Или просто старший рода. Он понимает: всё, чего добился младший, ни он, ни клан не имеют никакого отношения. И даже если ему это не нравится... Он принимает это.       Хаяка не выглядит довольной. Ну и ладно.       — Чтобы вы и дальше оставались безучастными. — Отправляю в рот кусочек рыбы.       Недолго думая, достаю из портфеля листок и ручку. Пальцы чуть дрожат — от напряжения или от усталости? Не важно. На губах — ехидная усмешка. Пишу:       «Даровав свободу птице... Вы не заставите её вернуться в клетку.»       Выдыхаю. Кладу листок на стол.