Услышь меня, Воля Ада: Черное золото

      Несколько дней спустя       После третьего обхода за сутки уже хочется выть.       Паранойя Коджи растет просто не по часам, а по минутам. Секундам. Это не только жутко напрягает, но и никому не дает покоя, что еще хуже. Единственное мое желание сейчас - схватить его за что первое под руку попадется и рожей ткнуть в ту унылую тишь, которая сейчас царит во всем Аду. От самых первых уровней, до тех забытых щелей, куда даже не ступает нога самого отмороженного Стража. Ни одной странной личности. Ни одной потасовки. Даже не верится.       Старейшая отнеслась ко всему это на удивление спокойно - это была вообще ее инициатива увеличить патруль. Разумеется, никто и не подумал, что единственный "патруль" во всем Аду - это я. Ну, пожалуй, еще и Гримм, который, завидев меня не в настроении, тут же увязался следом. Я не сразу заметила у него отсутствие цепей - наверное, только из-за того, когда он следовал за мной, я так и не услышала знакомого звона. Если он не умер на поле боя, или где там еще, то как оказался здесь? На мой совершенно разумный и адекватный в данной ситуации вопрос "Какого черта?" он лишь самодовольно ухмыльнулся. Захочет - расскажет.       Коджи ждал меня, как обычно, около гигантского дерева со своим неизменным посохом в руках. В этот раз он был внизу, на своих двоих, а не развалился наверху, чтобы немного позлить меня - как он выражался, для профилактики. Оракул выглядел еще мрачнее чем обычно. Я едва сдержала стон. Если бы я не знала его так, как знаю, то с первого взгляда бы заявила (и ни капли ошиблась) - этот парень явно свихнулся. Причем давно. И явно неизлечимо. — Как обстановка?       Я раздраженно снимаю с пояса Зампакто и опускаюсь на землю. — Тишь. Гладь. Скукота. Уныние, — я недовольно откидываю назад хвост белоснежных волос. — Я достаточно доступно для тебя излагаю?       Коджи выдыхает. Облегченно? Недовольно? Сконфуженно? Старейшая мне свидетель, я его сейчас придушу. Не замечая моего пристального взгляда, который так и норовит проделать в нем десяток-другой сплошных дыр, Оракул устало опускается рядом.       Я вскидываю бровь. — Неужели безделье так утомляет?       Он не отреагировал на еще одну очевидную провокацию - уже в который раз. Это раздражает меня еще больше, нежели его бывшие язвительные ответы, которые обычно перерастали в уже осмысленные остроумные перепалки, развлекавшие хотя бы на время. — Либо ты сейчас же становишься адекватным, либо я тебе врежу, клянусь.       Коджи фыркает - пожалуй, это его самое яркое проявление за последние несколько дней. Прогресс. — Времена не позволяют.       Я в ярости вскочила на ноги, схватив Зампакто и метая глазами гром и молнии. Оракула, кажется, это нисколько не впечатлило, словно он все видел на десятки шагов вперед. Однако не исключено. — Ты, — сквозь зубы прошипела я, на что он только рассеяно поднял голову, — чертова тряпка, или ты сейчас прекращаешь корчить из себя мученика, или я...       И земля содрогнулась как от удара. Тряхнуло так сильно, что если бы Коджи резко не вскочил со своего места, я бы уже оказалась лицом и остальными частями тела в серой субстанции. В ту же секунду неведомые подземные толчки повторились с удвоенной силой. В метре от нас не выдержала и с дерева рухнула одна из старых полых веток, поднимая за собой столбы пыли, тем самым еще больше создавая впечатление суматохи.       Что здесь происходит, черт побери?!       Вопрос так и вертелся у меня на языке несмотря на всеобщий хаос, как Оракул, еще активнее сгребая меня в охапку, резко срывается в сторону - краем глаза я замечаю рухнувший на то место острый осколок булыжника со скалы наверху. Какого Дьявола?! Коджи резко разворачивается, словно это поможет ему найти виновника всего происходящего, когда я едва успеваю сохранить равновесие.       Все затихло так же неожиданно, как и нагрянуло. Мы замерли в ожидании очередного сотрясения, но ничего так и не произошло. В негодовании стряхивая пыль и серый прах с одежды, я выжидающе смотрю на Коджи, настойчиво требуя объяснений. По правде говоря, признать правоту тех его слов для меня еще хуже, чем получить любой выговор от Старейшей за его убийство.       Оракул сначала тупо пялится вверх, а потом медленно оборачивается. Я скрещиваю руки на груди и многозначительно вскидываю бровь. Коджи довольно ухмыляется впервые за эти несколько дней. — А я предупреждал.       Я закатываю глаза. — Мне это совершенно ни о чем не говорит. — Ухмылка Оракула становится еще шире, а мое терпение - еще меньше. — Коджи, не зли меня. Ты ведь знаешь, чем это для тебя закончится.       Пожав плечами, он ткнул посохом вверх на то, что осталось от скалы - булыжник, свалившийся вниз, оказывается, составлял примерно две трети всей ее площади. Соответственно, маленький неестественно острый огрызок, оставшийся там и торчащий как сук на дереве, явно не вписывался в установленный фон моего пребывания. Коджи свалит - я мигом это исправлю. — С началом, — ухмыльнулся тот, глядя на меня снизу вверх. — Так вот откуда ветер дует, — я театрально склоняю голову на бок, едва сдерживая насмешку. — Это и был наш жуткий и разрушительный Армагеддон, от одной только мысли которого тебя бросало то в жар, то в холод? Признаться, я ожидала чего-то гораздо большего. Хотя бы в качестве платы и морального удовлетворения за твою неизлечимую паранойю.       Оракул закатил глаза, но все же промолчал. — Сдается мне, это еще не все, — наконец проговорил он после полуминутной паузы. — Пойдем, я хочу кое-что проверить.       Я недовольно скрещиваю руки на груди, но Коджи, даже не глядя на меня, поднимает посох с земли и срывается с места, бросаясь вперед, - словно не сомневается, что я последую за ним. Момент моего закипания все ближе и ближе. Ну, будет и на моей улице праздник! Резким движением вернув Зампакто за пояс, я нехотя следую за ним. Он у меня еще попляшет, я обещаю...       Оракул вывел нас с основных постов на Нижних уровнях - от меня не укрылось, что на пути нам не попалось ни одной Воли Ада. Во всей обстановке почти ничего не изменилось, разве что на местности то и дело встречались тонкие напоминания о произошедшем: поваленные сухие ветки, камни и булыжники, хаотично разбросанные по всему пути и прочие подобные мелочи. Те немногие грешники, которые нашли себе пристанища на Нижних уровнях и попавшиеся нам на пути, в страхе расходились, едва завидя нас - из тени можно было различить в их давно уже потухших глазах ужас и замешательство.       Но один факт, встретившийся нам на пути, заставил немедленно остановиться. Я медленно опускаюсь на корточки под напряженный взгляд Коджи. Помимо привычного серого праха в Долине сквозь пальцы скользит что-то еще. Шершавая сталь. Я погружаю руку в песок чуть глубже и выуживаю оттуда цепь. Обрывки адских оков.       А позади тишина. — Ну и? — произношу я, даже не оборачиваясь. Но не получив ответа я спохватываюсь и тут же меняю тон: — О, Всеведующий, что же вы на это скажете? Просветите низшие умы холопов ваших... — Хватит, — резко обрывает мою театральную речь Коджи, оказываясь у меня за спиной. — Этого я и боялся.       Я поднимаюсь на ноги, оттряхивая черную форму от серого праха. Оракул говорит что-то еще, но мой слух резко перебивает дикий рев в голове. Несомненно, он принадлежит Воле Ада - я борюсь с желанием схватиться за голову, - но явно не одной: сотне, тысяче? Коджи продолжал о чем-то настойчиво рассуждать, в то время как я могла лишь прислушиваться к постепенно утихающей симфонии в собственной голове. Видя, что я его не слушаю и даже не пытаюсь, Оракул перестал говорить - его вопросительный и удивленный взгляд упал на меня. Перед тем как рев окончательно затих, я смогла безошибочно определить место происходящего - Первый уровень.       Что-то не так. — ... вообще слышишь? - как из тумана раздался голос Коджи. — Или снова издеваешься?       Я резко вскидываю голову вверх. Переливчатое и непостоянное черное небо Нижних уровней не внушало никаких сомнений - что-то явно происходит. Субстанция неестественно шевелилась, словно металась в разные стороны, будто бы уворачиваясь от невидимых ударов; среди мутных подобий облаков граница то и дело выплевывала вниз струи подозрительного черного дыма. И дыма ли вообще? — Ад сошел с ума... — шепчу я, замечая как Коджи резко опускает на меня взгляд, — как и ты.       Тот едва ли не задохнулся от возмущения. — По-твоему, это смешно?! — Пока не знаю, — довольно ухмыляюсь я, прыгая вверх, к границе, — но сейчас мы это непременно узнаем.       Коджи метнулся за мной. Преодолевать границу было гораздо неприятнее чем обычно: казалось, что в ней что-то поселилось, вроде паразита, и теперь какая-то уже неизвестная мне структура обтягивает каждый сантиметр моего тела, неистово тянет назад. Тем не менее, мы все же выбрались на Второй уровень и, не теряя времени, сразу же метнулись еще выше . На первый взгляд все было как обычно, словно загадочное явление не достигло этих земель, но потом можно было легко разглядеть трещины в скалах, клочках земель и, опять же, почерневшее подобие океана, словно туда специально вылили тонны две чернил. На пару секунд мне показалось, что на знакомом клочке земли (ровно пятом слева) мелькнуло несколько белоснежных форм. Впрочем, неважно. Сейчас они ничем нам не помогут.       И это все могло произойти за те две минуты?       Миновав Второй уровень, мы оказались в непроглядном черном тумане. И это теперь Первый уровень? От неожиданности я вдохнула поглубже и тут же резко выдохнула, сдерживая приступ кашля. Что еще за дрянь? Коджи нервно оглядывался вокруг. — Что за чертовщина?! — мой голос звучал несколько приглушенно.       Теперь становится ясно, что Первый уровень, от чего бы то ни было, пострадал сильнее всего. Оракул что-то ответил, но я не услышала ни звука. Явно недовольный, он резко взмахнул посохом - я успеваю только заметить искры, срывающиеся с огромного ограненного камня. Секунду спустя черный туман около нас разлетелся в стороны, образуя несколько квадратных метров чистого пространства. — Ничего не видишь? — эхом отозвался Коджи, опуская руку с посохом.       Я закрываю правый глаз и всматриваюсь в черноту лишь левым - через маску. Туман вызывал своего рода помехи: неприятные, но вполне преодолимые. Я смутно вижу пути, пронизывающие Первый уровень, но помимо всего происходящего странным является еще неоспоримый факт: ни одной Воли, ни одного грешника.       Я сощуриваюсь. — Пусто. — В каком смысле "пусто"? — В прямом, — я оборачиваюсь, вновь видя и его, и окружающий дурдом наполовину нормально. — Никого. Абсолютно.       Взмахнув посохом, Коджи направился вперед, подтягивая безопасную зону за собой. Я за ним.       Наш пункт направления был совершенно очевиден - начало, место, где открываются Врата. Не упуская из виду белоснежные полосы, несметное количество которых образовывали целые лабиринты, я умудрялась оглядываться по сторонам. Ни одной Воли, опять же, и ни одного грешника. Не то что бы я их не вижу - даже не чувствую. К сведению, чем ближе мы продвигались к началу, тем гуще и противнее становился туман и сужались квадратные метры нашей очищенной зоны. Хороший стимул для того, чтобы ускориться. — Чем дальше, тем веселее, — ухмыляюсь я, уже полагаясь на силу маски, а не на собственное зрение. Туман превратился в сплошное непроглядное черное полотно.       Коджи пальнул в меня мрачным взглядом словно из пистолета. — А тебе все смешно!       Я начинаю дико хохотать, схватившись за живот. — И не говори!       Спустя минут пять пришлось остановиться. Воспользовавшись передышкой, Оракул вновь взмахнул руками, усиливая давление на окружающую нас среду - дышать в зоне стало заметно полегче. Впереди я вижу какое-то смутное движение. Вероятно, ощутив то же, Коджи начинает усиленно всматриваться в черноту. Мы достаточно близко, чтобы разглядеть, что там происходит - да и подходить ближе все-таки опасно. А если даже я это признаю, то смысл послушаться столь дельного совета уж точно есть. — Что это? — удивленно спрашивает меня Оракул, явно не понимая шевеление в тумане.       Я замечаю силуэт среди хаотичного движения, заметно отделившийся на фоне всей неурядицы. Никаких сомнений - это фигура Воли Ада. Приглядевшись еще, я понимаю, что все это впереди - и есть Стражи: их сотни, тысячи, и все настойчиво пытаются куда-то пробиться, попасть. Раздается громкий рев, который подхватывают и остальные. Оракул отшатнулся.       Мы в самом эпицентре возрастающей бури.