It's you (prequel)

Описание: Кёнсу любит наказания, и Джонин рад дать ему это. Руки связаны за спиной, лицом он уткнулся в подушку, единственная поддержка – колени. Так, Джонин имел Кёнсу позже в ту же ночь. Иногда Ким был мил (например, когда позволял Кёнсу спать в его кровати в обычные дни), но сегодня явно не тот день. Над старшим издевались последний час, единственное, на что прерывался Джонин, это смена положений. Кёнсу снова чувствует жар младшего и почти задыхается, его член болезненно ноет и подрагивает, прижимаясь к животу. Хозяин наклоняется над своим питомцем и неистово проводит ногтями по его спине, бледную кожу красиво окрашивают ярко-красные полосы. Его голос хриплый, он тихо шепчет на ухо старшего, время от времени игриво покусывая его: - Мой мальчик всегда такой нетерпеливый… мне это нравится. Кёнсу протяжно стонет. Чувство, будто вся кровь стремительно перетекла в его член, сложно стерпеть. Он слишком сильно возбуждён, и любое малейшее касание пальца рядом с эрекцией заставит его кончить, если он не попытается сдержаться. - Ты собираешься меня трахать или нет? – вырвалось у него, голос заглушен подушкой. Джонин до боли впился ногтями в спину Кёнсу, оставляя после себя красные полумесяцы. Он погладил старшего по внутренней стороне бедра, его горячий член прижимался к обнаженной коже питомца. - Когда я тебя учил отвечать мне? – Кёнсу издаёт еще один стон и бормочет что-то бессвязное. Ему приходится прикусить губу, чтобы не повторить одну и ту же ошибку дважды за ночь. Взмах ладони Кима и на ягодице старшего появляется алый отпечаток ладони. Джонин тянет Кёнсу за волосы, оттягивая его шею. – Скажи мне еще раз, почему я должен тебя наказать. Кёнсу нуждается в нём, он, казалось, совсем отчаялся, так как в уголках глаз появились блестящие слёзы. Он откликается стоном на каждое прикосновение тела Джонина к его, ему нужно больше. - Я был плохим мальчиков. Господин, пожалуйста, возьмите меня. Мольбы Кёнсу – музыка для ушей Джонина. Нет ничего прекраснее для Кима, чем стоны старшего для него и только для него. Он приставляет свой орган к входу питомца и толкается, грубо и резко, даже не задумываясь о смазке. Ким предпочитает игнорировать капли крови, что стекают из дырочки старшего, пока он похотливо вколачивается в него. Слёзы скатываются из глаз вниз по щекам, и Кёнсу почти кричит. - Джонин, пожалуйтса… - бормочет он, даже не замечая, что назвал хозяина по имени, чего он никогда не делал. Он задыхается, Кёнсу издаёт тихие всхлипы и тяжелое дыхание, пытаясь наслаждаться болью. Питомец не может жаловаться, ведь он это любит – грубо и с привкусом боли. Он хочет сказать, но никогда не произнесёт вслух свою мысль: Джонин не умрёт, если время от времени он будет растягивать и подготавливать старшего. Но счастье младшего намного важнее, чем его собственное, а это – его обязанность. По правде говоря, Кёнсу рад, что встретил Джонина несколько лет назад. Он даже не представляет, что бы делал, если бы эта встреча не состоялась. Сначала, предполагалось, что он будет секс-игрушкой и питомцем младшего, ничего больше. Но прошли годы, и Джонин стал нежнее, старался, по крайней мере, и даже позволял ему спать в своей кровати в большинстве случаев. Кёнсу знал, что у Кима доброе сердце, просто тот не хочет этого показывать. - Я не слышу тебя, - Джонин протягивает руку и обхватывает пальцами сочащийся член Кёнсу, надрачивая ему в том же темпе, что и толчки. В результате этих действий с губ старшего слетает громкий стон. Кёнсу прикусывает свою губу, почти прокусывая её, но тут же забывает о ней, и его бессвязная речь сменяется четкими матами. - Блять, Джонин, двигайся быстрее! Порви меня, чтобы я не мог ходить несколько недель! – по комнате разносятся стоны вперемешку с криками, в голове туман. Ему одновременно больно и приятно. Джонин толкается еще сильнее, еще безжалостнее, ударяя по простате старшего снова и снова. Он хочет сказать что-нибудь похабное, но у него просто нет сил. Не в этот момент, когда Кёнсу дрожит и громко стонет под ним. Ему кажется, что старший отчаянно просит его о чем-то вроде «Пожалуйста, дай мне кончить», но он не уверен, потому что питомец снова вскрикивает, когда Ким опять попадает по его простате. Джонин кусает лопатку Кёнсу и сильно засасывает, чтобы сдержать стон. Он чувствует, как его в его животе что-то сжимается, и понимает, что он близок. Его толчки становятся хаотичными, беспорядочными. Ким издает гортанный стон и за ним следует громкий стон старшего, слышатся обрывки «трахни меня сильнее» и «я почти…». Джонин имеет Кёнсу, теряя разум, ему сложно выдержать узкость стенок старшего. Когда хозяин слегка ударяет член Кёнсу и в тот же момент так удачно попадает по простате, старший выкрикивает его имя так громко, что горят легкие. Его сперма стекает сквозь пальцы Джонин на простыни. Ким, чувствуя сжимающиеся стенки старшего вокруг своего органа, достиг пика наслаждения, заполняя своего питомца спермой. Он лениво толкается пару раз и падает на кровать. Усталость берёт верх, и Ким даже не может пошевелиться. - Ты сегодня хорошо себя вёл, Кёнсу, - говорит он, перекатываясь в сторону, чтобы развязать руки старшего. Джонин обвивает руками живот старшего. Он смотрит на фигурку Кёнсу, и отчего-то в пальцах покалывает, а на лицо просится широкая улыбка. - Иногда мне интересно, каково это быть тобой. Кёнсу поворачивает голову в сторону своего хозяина и сонно улыбается, получая улыбку в ответ, и старший просто не может остановить себя от поцелуя. - Хорошо, тепло. Я не могу объяснить это чувство. Может, в следующий раз я покажу вам, как это. Джонин слабо улыбается и еще раз чмокает старшего в губы, притягивая его ближе, и оставляет нежный поцелуй на макушке питомца. - Возможно, в следующий раз.