Глава 7
3 февраля 2015 г., 19:17
Музыка все так же гремела, а Гвендолин продолжала вливать в себя алкоголь. Было так хорошо и приятно… И никакие мысли ее больше не заботили…
— Поехали с нами? — предложил Бен, охотно соглашаясь с решением друзей продолжить вечер в более уединенном месте.
— Куда, если не секрет? — хитро улыбнулась уже порядком подвыпившая девушка.
— А куда ты хочешь? — ехидно спросил Джордан, темноволосый парень с потрясающей улыбкой.
— Ну не знаю… — протянула Гвен, закусив губу. — в Париж! Поедем?
— Все, что пожелаешь! — усмехнулся Бен, вставая из-за столика. Он подошел поближе, протянув руку, — мисс, разрешите проводить вас до автомобиля?
— Разрешаю, — рассмеялась девушка, но стоило ей встать, как кто-то схватил ее за руку.
— А я не разрешаю! — прогремел над ухом голос Гидеона. А ведь она уже и забыла, что пришла с ним!
— Привет, Гидеон, — улыбнулась ему путешественница, — хочешь с нами? — подняла голову, наивно хлопая глазками и совершенно серьезно предлагая поехать с парнями.
— Нет, и ты тоже никуда не поедешь!
— Не смей мне указывать! — возмутилась она, злобно глядя на него. — Бен, я еду!
Парень усмехнулся и, взяв Гвен за руку, повел к выходу.
— Эй, Бен! — Гидеон позвал блондина, тот обернулся. Брюнет с размаху врезал тому в челюсть, а Гвен невольно вскрикнула. Де Виллер же, схватив девушку за локоть, вывел из клуба.
— Что ты творишь?! — не сдержавшись, выкрикнул Гидеон, подходя к мотоциклу.
— Не кричи на меня! Я хочу поехать с ними! Бен классный и мне с ним весело!
— Гвен, ты пьяна!
— Ну и что! Я хочу с Беном, пусти! — вырвалась Шеферд и побежала к клубу. Гидеон тут же поймал ее и, схватив за талию, подтянул к себе. Брюнетка вырывалась, но крепкие руки держали, словно оковы.
— Пусти! — крикнула она, пытаясь укусить парня, но тот сгреб ее в охапку и направился к мотоциклу.
— Нет, ты поедешь со мной! — сурово ответил Гидеон, усадив Гвен на железного коня, одел на голову шлем и, посадив ее перед собой направился домой. Она пыталась вырваться, но потерпела неудачу.
***
Солнце пробивалось своими теплыми лучиками сквозь шторы на окне и, отражаясь от стеклянной поверхности, светило девушке прямо в глаза. Зажмурившись, она улыбнулась, почувствовав тепло, и медленно открыла глаза, щурясь от яркого света. — Доброе утро, — прошептал Гидеон и Гвендолин повернула голову. Он ласково улыбался, глядя на нее. — Доброе утро, — она повернулась на бок, глядя на него. Но тут голова начала буквально раскалываться от боли, и в память врезались детали вчерашнего вечера: танцпол, бар, текила и трое парней, которые пытались увезти ее невесть куда. — Как спалось? — спросил парень и, протянув руку, дотронулся до щеки путешественницы. Та прижалась к его ладони, улыбаясь. — Гидеон, прости меня, пожалуйста. Я правда не хотела всего этого гово… — затараторила она, но договорить парень не дал, прильнув в поцелуе. «Ну конечно, единственный действующий способ заткнуть кого-нибудь — поцелуй! Ну, хорошо, Гидеон. продолжай. Я совсем не против», — пронеслось в голове у брюнетки, и она улыбнулась своим мыслям. — Я знаю, в тебе играл адреналин. Видимо они подсыпали тебе что-то в напиток, — произнес Гидеон, оторвавшись от девушки. — Ты не сердишься? Я столько всего наговорила… — она отвернулась от него, повернувшись на другой бок. К глазам подступили слезы, и Гвен пыталась не плакать, но ей все меньше удавалось сдерживаться. — Прости меня.....я… Я…- она не удержала всхлипа, и тут по щекам потекли слезы, — я… я не хотела… боже!.. я столько всего наговорила тебе! Гидеон нахмурился, когда Гвендолин отвернулась от него. Он услышал тихий всхлип и понял, что она плачет. — Эй, ты чего.....не плачь, слышишь? Я все прекрасно понимаю… Мне все равно, что ты вчера говорила, я понимаю, что ты была под действием алкоголя… Гвенни, милая, не плачь, пожалуйста… Я люблю тебя! Юноша повернул ее к себе лицом, но брюнетка закрыла ладонями лицо. Не нужно, чтобы он видел ее такой. Но парень осторожно убрал ладони девушки от лица и посмотрел в глаза, притягивая ее взгляд. — Гвенни… — он поцеловал путешественницу, передавая все те чувства, что не мог передать словами. И Шеферд понимала их. Он чувствовал себя последним подонком, от того, что Гвен плакала. Это он во всем виноват. В этот момент Гидеон пообещал себе, что больше никогда она не будет плакать, тем более из-за него…
