Праздники. День дурака

      Если бы Джон только знал, чем обернется его вполне безобидный розыгрыш на День дурака, он ни за что не стал бы связываться с Шерлоком и его своеобразным чувством юмора.       А началось все с того, что Джону до дрожи надоело бояться открывать собственный холодильник. Никогда не уверенный, что может в нем обнаружить, он, перед тем как открыть дверцу, собирался с духом, как перед битвой.       И не зря.       Увлеченный экспериментами Шерлок регулярно тренировал выдержку соседа, подбрасывая ему очередные малопривлекательные (а то и откровенно опасные) объекты, которые совершенно спокойно соседствовали с обычными продуктами.       Джон терпел долго. До того самого момента, пока уверенный, что в бутылке обычное молоко, не добавил себе в утренний чай нечто, что молоком только казалось. Спасал его Шерлок, так как коллеги доктора Ватсона даже приблизительно не имели понятия, чем он отравился. Провалявшись два дня в горячке, Джон, придя в себя, первым делом поставил условие своему гениальному соседу: либо он, либо отдельный холодильник для его дряни.       Шерлок, и сам изрядно напуганный, согласился сразу. Ну, не считать же серьезным сопротивлением нытье в течение всего четырех часов? Битва была выиграна, и новый небольшой холодильник поселился в комнате эксцентричного гения.       Но радовался Джон не долго.       Всего через пару недель Шерлок, на радостях, забил свой холодильник до отказа и жалобно попросил Джона пристроить «эти замечательные глазные яблоки» в продуктовый холодильник «всего на пару дней». Потом были пальцы, потом чья-то печень в морозилке, потом – жабьи внутренности, сиротливо приткнувшиеся на тарелочке около овощного рагу, которое Джон готовил вчера, в течение, мать его, двух часов!       Еще через две недели в распоряжении Шерлока было уже два холодильника, а Джон, каждое утро спускаясь на кухню, продолжал тренировать свою выдержку и психику.       Тридцать первого марта Джону пришла в голову отличная (как ему тогда казалось) идея, как разыграть своего соседа на День дурака и, одновременно, напомнить ему их уговор насчет опасных веществ рядом с продуктами. В тот день Шерлок целый день мотался по городу, продрог, проголодался и мигом умял сытный омлет, заботливо приготовленный Джоном.       - Шел бы ты спать, Шерлок. - Джон надеялся, что после хорошего ужина Шерлока разморит, и он пойдет спать пораньше, позволив Джону осуществить задуманное.       Шерлок зевнул, оторвался от микроскопа и совершенно по-детски потер правый глаз кулаком. Джон не смог сдержать ласковой улыбки.       - Ты, вероятно, прав. Что-то я немного устал. Посплю, пожалуй, пару часов, а потом сяду за эксперименты.       У Джона уже одно слово «эксперименты» вызывало нервную почесуху.       Шерлок царственно удалился в душ, потом захлопнулась дверь его комнаты. Джон выждал для порядка минут сорок и заглянул в комнату соседа.       Шерлок спал, свернувшись калачиком, обхватив руками подушку. Лицо его во сне разгладилось и стало совсем молодым, губы чуть улыбались, словно ему снилось что-то приятное.       Джон успел прекрасно изучить все повадки Шерлока и знал, что, несмотря на свои слова, проспит он глубоким сном до самого утра, и пушкой его не разбудишь. Когда надо, Шерлок мог не спать сутками, но когда выпадала возможность, и он чувствовал себя в полной безопасности, детектив спал очень крепко.       Джон достал инструменты и подошел к холодильнику. Его план был прост и незатейлив, как табуретка. У всех холодильников предусмотрена возможность перенавески двери для открытия как справа, так и слева. Оставив ручку на прежнем месте, Джон, повозившись, перенавесил крепление двери так, что если тянуть за ручку, дверца не открывалась. Ну, а с другой стороны открывалась легко. Удовлетворенно хмыкнув, он убрал инструменты и отправился спать, предвкушая завтрашнее утро.       Утром Джон проснулся в приподнятом настроении, спустился вниз и сварил себе кофе. Попивая ароматный напиток, он засел за столом, поджидая Шерлока.       Друг вышел на кухню без четверти девять заспанный и взъерошенный. Джону нестерпимо захотелось пригладить его торчком стоящие кудряшки, провести рукой по сгорбленной спине и поцеловать в висок, желая доброго утра. Но он только крепче вцепился в кофейную чашечку.       Шерлок покрутился около вскипающего чайника, глубокомысленно погипнотизировал взглядом сушилку для посуды и шагнул к холодильнику.       Джон затаил дыхание.       Шерлок чуть помедлил, зевнул, и дернул за ручку.       Дверца, естественно, не поддалась.       Шерлок дернул еще раз, сильнее.       Потом чертыхнулся и дернул со всей силы.       Ручка от дверцы осталась у него в руке. Джон нахмурился. Он не ожидал, что Шерлок оторвет ручку. Но розыгрыш как раз подходил к кульминации, поэтому он прикусил язык.       - Джон! – в голосе Холмса была растерянность пополам с недоумением. - Кажется, у нас сломался холодильник!       - Да ты что, Шерлок? – притворно удивился Джон. – А я пять минут назад брал молоко и все прекрасно работало! Дай-ка мне посмотреть.       С этими словами он с легкостью распахнул дверцу, достал молоко и быстро закрыл ее прямо перед носом у изумленного детектива.       - Видишь, как просто, Шерлок! А еще гений называется. Завязывай со своими ядовитыми экспериментами, иначе мозги протухнут.       С этими словами он, безмерно довольный, прошел в гостиную и уселся в любимое кресло.       Шерлок на кухне затих, как мышь под веником.       «Ой, не к добру», - подумал Джон, но с кресла не двинулся. Наоборот, развернул газету и, временами прислушиваясь, углубился в новостную колонку.       Сосед не выходил из кухни и вообще не подавал признаков жизни еще с полчаса. Потом пришел в гостиную, уселся напротив Джона и стал сверлить его глазами.       Что? – Джон вытерпел около пяти минут.       - Ты специально перенавесил дверцу. Я осмотрел холодильник и это совершенно очевидно. Только я не понимаю – зачем?       Джон возвел глаза к потолку. Он совершенно не учел специфическое чувство юмора гения.       - Шерлок, сегодня первое апреля. Я тебя разыграл.       - Это я понял. К твоему сведению, я в курсе, что это за праздник. В детстве это был мой любимый день в году.       - Не понял?       - Это единственный день, когда я мог издеваться над Майкрофтом совершенно безнаказанно. Я понял, что это был розыгрыш, только не понял, в чем его смысл?       - Шерлок, если ты такой умный – догадайся! – и довольный Джон удалился в свою комнату.       Спустя еще час на кухне что-то дико загрохотало. Задремавший было доктор, в чем был, кубарем скатился вниз и застал чудесную картину – Шерлок, грязный до невозможности, уныло взирал на сорванную сушилку и разбитую гору посуды. На самом верху издевательски красовалась расколотая пополам любимая чашка Джона.       - Шерлок! Какого хрена ты творишь?!       - Я только хотел прибраться на кухне.       - Да уж! Я вижу. Что на тебя нашло, гений ты недоделанный! Сам-то цел?       - Палец только порезал…       - О, Господи, Шерлок, за что мне это наказание? Марш в гостиную!       Джон провозился целый час, приводя в божеский вид кухню и выметая осколки из самых труднодоступных мест. Потом продезинфицировал Шерлоку царапину.       - Зачем ты это затеял?- недоумевал он, забинтовывая палец. - Откуда такая любовь к порядку?       - Я думал, ты имел ввиду, что мне надо прибраться на кухне. Ну, под видом розыгрыша.       - Нет!!! - гаркнул Джон и подхватив пузырек с перекисью, захлопнул двери своей комнаты.       Он снова попытался подремать – вечером предстояло идти на дежурство. Покрутившись примерно с час, он понял, что не уснет и решил, что пора приготовить обед.       Кухня встретила его небывалым количеством продуктов, разложенных и расставленных на всех возможных поверхностях. Посреди этого ужаса стоял Шерлок весь в муке, в кастрюльке побулькивало какое-то малоаппетитное варево, похожее на ведьмовское зелье, а плита была залита чем-то липким.       Джон досчитал до десяти, выгнал Шерлока из кухни и два часа убирался. Потом приготовил обед и позвал несчастного экспериментатора к столу.       - Шерлок, послушай. Ты же знаешь, меня ужасно раздражают твои эксперименты в холодильнике. Я столько раз просил…       - О! Ну конечно! – лицо Шерлока прояснилось, как бывало всегда, когда его озаряла очередная догадка. - Я-то думал, что ты сердишься, что я совсем не готовлю и не хожу в магазин, а все гораздо проще! Джон, - он повернулся к нему и растерянно заглянул в глаза, - но зачем же так сложно? Ведь ты мог просто сказать, и я бы сразу все убрал?       - Господи, дай мне силы! Да я просто хотел пошутить. Понимаешь, Шерлок? По-шу-тить! На день дурака положено подшучивать над близкими. Ну и заодно напомнить тебе, что пора бы убрать из холодильника все лишнее, что ты попросил там подержать «только пару дней».       - Джон? Что ты только что сказал?       - Насчет розыгрыша?       - Нет, ты сказал, что я твой… близкий?       Джон даже вздрогнул. Надо же. Из всей пламенной речи Шерлок зацепился именно за это.       - Ну конечно, близкий, Шерлок. Ты самый близкий мне человек.       - Ясно, - детектив сорвался с места и, подхватив пальто, вылетел за двери.       Джон остался за столом, недоуменно перебирая в голове весь диалог. Что сейчас было?       Шерлок вернулся только к вечеру. Доктор уже собирался на работу, когда он стремительно вошел в гостиную и, не снимая пальто и шарфа, быстрыми шагами приблизился к Джону, резко вторгаясь в его личное пространство.       - Шерлок, что… - попытался отступить Джон, но не успел.       Шерлок вцепился рукой ему в предплечье и резко дернул на себя, подхватывая второй рукой, обнимая, притягивая к себе. Всего секунда, и его теплые сухие губы накрыли губы Джона.       Целоваться Шерлок, видимо, совсем не умел, поскольку ничего не делал, не шевелился и просто прижимался своими губами к губам опешившего Джона. Когда тот пришел в себя, и нашел в себе силы отстраниться от давно желанного тела, Шерлок смотрел на него настороженно и очень внимательно.       - И что это было? – затаив дыхание поинтересовался Джон.       - Первоапрельская шутка, - убийственно серьезно ответил Шерлок.       - Не смешно.       - Как умею.       - Шерлок, - Джон чуть откашлялся. – Ты ведь в курсе, что шутить сегодня, согласно традиции, можно было только до двенадцати дня?       - Да, но я бы не дожил до следующего года.       - Мы все еще о шутках?       - Да какие уж тут шутки, Джон…       Джон еще минуту вглядывался в глаза Шерлока и то, что он там увидел, очень ему понравилось. Поэтому, отбросив сомнения, он снова шагнул к терпеливо ждущему гению и, притянув поближе вихрастую голову, крепко поцеловал тревожно сжатые губы. Шерлок, сначала замерший в его руках, постепенно расслабился и начал отвечать. Вернее пытаться повторить за Джоном его же действия.       Джон весело хмыкнул от осознания того, что есть еще область, в которой он, Джон Ватсон, может чему-то поучить самого Шерлока Холмса. И никогда еще процесс обучения для них двоих не был настолько приятным.