Судьбы нет. Есть только ты.

- Танюша, зайка, всё готово! Я жду тебя! - Позвала Джулия из кухни. - Ага, - отозвалась та, старательно перебирая эскизы и наброски моделей и модулируя всё это со снимками на ноутбуке. - Малыш, только не торопись, чтобы всё окончательно остыло! - Иду, иду, красотка моя! Сейчас! Джулия вошла в спальню. Она застыла у двери и стала любоваться Таней: та, полусидя, полулёжа, над чем-то колдовала в своём ноутбуке, закусив нижнюю губу и время от времени улыбаясь, глядя на проделанную работу. Джули затаила дыхание. На её возлюбленной была облегающая чёрная майка с глубоким вырезом и изображением смешных котят на груди, красивые бёдра облегали атласные серые бриджи с крупными серебряными пуговицами, пришитыми, как украшение. Ларина, не замечая её присутствия, продолжала работать пальцами по клавиатуре, периодически теребя губы ногтем мизинца. Джулия стояла и невольно ею любовалась, внимательно рассматривая каждую деталь одежды и каждую часть её тела. Хотелось накинуться на неё, разорвать майку, стянуть бриджи вместе с бельём, впиться пальцами в красиво завитые локоны...Но сперва нужно покормить. Джули, с чувством невыполненного долга, подошла к кровати, на которой восседала за ноутбуком её богиня. - Солнышко, - выдохнула она ей в ушко, - идём кушать. - Сейчас, сейчас...Ещё чуть-чуть...Вооот так! - Ларина, нажав на ENTER, довольно захлопнула ноутбук и обняла Джулию. - Мой котёночек, - прошептала Джули, чувствуя лёгкое возбуждение от её жарких прикосновений. - Кушать? - Да! Кушать! Давай руку, идём. Оказавшись на кухне, Таня вдохнула ароматный запах пиццы. - Ничего себе! - С восторгом воскликнула она, открывая духовой шкаф. - Джули, то есть, ты сама это сделала? - Ну, не сама, а духовой шкаф. - Но ведь саму пиццу не шкаф готовил, прежде чем поставить её туда? - Так я взяла замороженную. У тебя там в морозилке лежала. - Ну всё равно, ты молодец! - Правда? - Правда. - Ну спасибо, любимая. - И как раз пора доставать. - Сказала Таня, надевая специальную варежку. ........ Наталья сидела у окна и постоянно курила, держа в руках фотографию Лариной. Нервы были на пределе, но она твёрдо знала - это того стоит. Нежно гладя фото пальцами, она вспоминала то время, когда Таня была рядом, когда даже какое-то время жила у неё. Память, словно вычислительная машина, предательски выдавала картины, при воспоминании которых, Наталья себя просто ненавидела: ... Наташа, схватив Таню за локоть, с силой дёрнула к себе и прошипела в лицо: - Слушай сюда, девочка. Пока ты подо мной, пока живёшь у меня - ты в моей власти и живёшь по моим законам. - Я не хочу жить так, как этого хочешь ты! Я не робот! - Ты не робот, да. Но долги нужно если не отдавать, то хотя бы отрабатывать! - Наташ, я же сказала, я верну тебе деньги, потраченные на моё лечение, но не сразу. Ты сама это знаешь. - Красотка, а мне не нужны деньги. - Окей, я могу отработать в твоём проекте столько, сколько ты скажешь. - Пожизненно. - Чего? - Шучу. Конечно, отработаешь. Для начала, это будет не проект. - Я готова. Не проект? А что? - Знаешь, - Наташа выпустила Танин локоть и оглядела её с ног до головы, - ты ничего такая. С мужиками у меня не клеится, да и нафиг надо. А вот с тобой я бы не отказалась дружбу завести. - В каком смысле? - Во всех, Ларина. Ты нравишься мне, почему бы не поразвлечься? - Бантеева похабно хохотнула и стянула с плеча шлейку Таниной майки. - Руки убери. - Спокойно ответила Таня, поправляя шлейку. - Ларина, - Бантеева настороженно отвела взгляд, затем снова глянула на неё исподлобья. - Ларина, ты мне жизнью обязана. Помни об этом и благодари за то, что это будут просто ночи со мной, а не каторжный труд каждодневных приёмов клиентов с утра и до ночи. - Ты жестока...Разве так поступают с людьми? Ты помогла мне, я благодарна тебе... - Ну так может, покажешь свою благодарность мне поближе? - Наталья прижала её к стене. - Не трогай меня, - Таня предприняла попытку освободиться, но силы были неравны. - Не трогай, Наташа! Не прикасайся ко мне. - Пойдём, не бойся. Просто сделаешь мне приятно и всё. Не знаешь, как? Я покажу. - Не трогай! Не трогай! - Таня принялась отбиваться руками. Без лишних слов Наташа, схватив её за вырез майки, рванула её в стороны. Раздался треск рвущейся ткани и майка в один миг оказалась висящей на бёдрах, словно тряпка. Стоя перед ней в лифчике, Таня хотела прикрыться руками, но Наташа схватила её за запястья и потащила в сторону спальни. - Отпусти! Не трогай! Отпусти! - Кричала Таня, вырываясь и пытаясь её даже укусить. Отвесив ей мощную и звонкую пощёчину, Бантеева грубо толкнула её на кровать. Упав на мягкую кровать, Таня съёжилась и осталась так лежать, закрывая лицо руками. - Не бойся, моя маленькая, это не страшно. Потом ты привыкнешь. - Сказала Наташа, склонившись над ней и расстёгивая джинсы. - Прости, что ударила. Но ты сама виновата. Ты вообще в последнее время слишком упрямая и своевольная. Одним движением она перевернула Таню на спину. Глаза их встретились. Наташины глаза выражали необузданное и дикое желание и похоть, Танины - обиду и боль, смешанные со страхом... Наташа вернулась в реальность, когда заметила, что сигарета дотлела до конца, роняя пепел прямо на стол. По её щекам текли слёзы. Сердце сдавила такая боль от того, что она когда-то была такой, что хотелось выть. Она боялась этих воспоминаний. Очень боялась. Потому что после этих воспоминаний ей хотелось разбить все зеркала, висящие у неё дома и отражающие монстра, способного в прошлом на то, что она творила с той, которую впоследствии полюбила всем своим чёрным сердцем. Но воспоминания, как на зло, полились, как из рога изобилия, сменяя картины одну за другой: ... - Глупая, ну чего ты ревёшь? Всё было превосходно. Мне всё очень даже понравилось! Детка, а ты такая сладкая и горячая. Я не ожидала. - Бантеева, почти не обращая внимания на Танины слёзы, не спеша нарезала по комнате круги. - Я тебя ненавижу. - Сквозь слёзы прошептала Ларина. - Ну-ну-ну...Не надо так с теми, кто тебя любит. Иначе в следующий раз это будет не просто секс, а садо-мазо. - Чего?! В следующий раз?! Это что, был не последний?! - Нет. - Наталья остановилась около неё и нагло улыбнулась. - Ты будешь спать со мной столько, сколько я этого захочу. - Наташа...Как ты можешь... - Танечка, расслабься. Всё же круто. Ты такая нежная, ласковая. Если будешь такой всегда - горя не будешь знать... Ударив кулаком по столу, Наталья обхватила голову руками и громко простонала голосом, полным боли и отчаяния. Как бы ей хотелось стереть из памяти всё, о чём она ей напоминала в течение долгого времени. Это было её наказанием. Это был её крест. Сейчас, после осознания всего, что она делала, она понимала, что действительно любит Таню. Любит всей душой, всем сердцем. И это уже не дикая и животная страсть, не желание оказаться с ней в постели и получать долю ласк и наслаждений. Это чувство, которое не давало ей покоя ни днём, ни ночью. Чувство, благодаря которому она сама была готова на нежность, на бескорыстность, на самые безумные поступки. Осознание того, что её Таня, её любимая девочка теперь с другой и любит её, как сумасшедшая, доводило почти до бешенства. Стиснув кулаки, она решила идти до конца. Ванг говорила ей о какой-то войне насмерть? Что ж, она готова................. - Малышка, чем займёмся? - Джули, закончив подкрашивать один глаз, принялась за второй. - Можно в тир сходить. - Отозвалась Ларина, подкрашивая ресницы. - Ааа, то есть, заново начать не начатое. - Да. - Таня!!! - Вдруг Джули подскочила, словно ошпаренная. - Таня! Фотки! - Ты чего? Какие фотки? - Те фотки...В сейфе...У нас дома, в Риге. Ты же должна была их сжечь. Там уже Линда, наверное, выбралась наружу нафиг. Татьяна расхохоталась. Ванг смотрела на неё непонимающим взглядом. А Тане больше всего в её словах понравилась фраза " у нас дома, в Риге". - Ну зайчик, ну что смешного? Мы же не закончили с ритуалом... - Возмутилась Джули. - Сядь. И глаз докрась. Всё нормально. Никто сроки не устанавливал. Вернёмся и всё сделаем. Я сделаю. - Если эта сучка выбралась оттуда... - Не выбралась. Это нужно сделать для того, чтобы больше никаких полицейских, пап-мам, ближайших родственников и так далее к нам не являлось. Эти фотографии - как нежелательная энергия, которая притягивает таких же нежелательных гостей. Я бы, например, не хотела бы встретиться с её мамой. - Это точно. - Давай поторопимся, пока тир не закрылся. Метко попадая во все мишени, Джули гордо держала голову, периодически поглядывая на изумлённую Татьяну. Разнеся все мишени в пух и прах, она гордо передала ружьё Тане, которая, взяв горсть патронов, хладнокровно его зарядила. Прицелившись, она приготовилась. Выстрел. Точка, появившаяся около центра мишени, привела Джули в восторг. Ещё выстрел. Центр. Снова выстрел. Снова центр. Через минут десять от центра мишени осталась сплошная огромная дыра. - Ну Ларина, ты молодец! - Захлопала Джулия в ладоши. - На себя посмотри, - ответила в её стиле Таня. - У тебя абсолютно все выстрелы безупречны. - Так мы обе молодцы. Ну что - в бар? - А может, ну его нафиг? - Ну почему? Посидим, победу отметим. - А может домой? - Ну Таааняя... - Ты так хочешь выпить? У меня дома знаешь, какой бар есть классный? Там выбор такой, что даже у Бантеевой такого нет. - Таня. - Джули пригрозила ей пальцем. - Я поняла. Больше ни слова о ней. Да, извини. - Так что, куда идём? Домой? Или в бар? - Ладно, хрен с ним, идём в бар. - Умница! Обнявшись, они вышли из тира и принялись ловить такси. Ждать не пришлось. Машина подъехала в одно мгновение. Запрыгнув в салон, они направили таксиста в первый ближайший бар. Опрокидывая стопку за стопкой, обе чувствовали себя на все сто. Энергия била ключом, настроение было на высоте. Несколько отшитых горе-кавалеров вызывали дикий смех. И они смеялись. Громко и весело, взрывая этим смехом весь бар и почти заглушая музыку. Когда бармен налил им ещё по стопке, опьяневшая Таня обняла сидящую рядом у барной стойки Джулию и мечтательным и сладким голосом произнесла: - А я вот часто наш отбор вспоминаю. Какие все были смешные. - Ага, мастер Гахан...Пффхахахах! - Смех Джулии пронёсся по залу. - Ты, идущая за ручку с Бантеевой. И с огромным ножом. Хахах! - Ой, а ты? Ещё наряд такой...Блин, такой...Занавеска, блин! Хахахах! Джули ущипнула её за ягодицу. Вскрикнув, Таня подскочила и, потеряв равновесие, оказалась на полу, продолжая истерично хохотать. С трудом сползая с высокого стула, Джулия попыталась её поднять, но заразительный смех подружки настолько сильно подействовал на неё, что засмеявшись, она споткнулась о её ноги и упала на неё сверху. Кое-как поднявшись и рассевшись по местам, они вновь выпили по стопке. На брудершафт. Страстный поцелуй вызывал шквал аплодисментов и щелчков фотокамер в телефонах. Не обращая на публику никакого внимания, они продолжали долгий и сладкий поцелуй. - А Далецкий? - Продолжила Джули, оторвавшись от губ Тани. - "У меня щитовидка горит". Больше у него ничего там не горело? Задница, например. Заметив погрустневший взгляд Тани, Джули коснулась рукой её плеча. - Тань, Тань, ты что? Тань, ну прости меня. Больше не буду про далецкую щитовидку. Честно. - Да ладно. Пошёл он. В пень. - Вот-вот. А эту помнишь? Как там её...Василиса, Василиса...Не помню фамилии. Тоже кадр. На одном испытании: "Может, она замуж хочет? Ну если она сюда пришла, значит, что-то ей надо" - Хахахаха! Всё фигня. Ты вспомни, как я на одном испытании вообще зависла. Даже Сафроша испугался. - Это, где мы Илью искали? - Да-да. - Охх, Танька, классное время было. А я всегда за тобой наблюдала. Всегда. - Да? - Ага. Следила за каждым твоим шагом. Ты этого не замечала даже. - Ну, что-то такое я даже чувствовала. Но и в самом деле, не обращала внимания. - А Платонова помнишь? - Помню. Да я всех помню. И бабу Майю. И Арсения Кор..Корлениуса... - Ооо...Милейший, вот этой нимфе больше не наливать. Бармен, улыбаясь, кивнул. Таня положила голову на барную стойку, закрывая глаза. Джули, взяв её за талию, помогла слезть со стула, попутно доставая из сумочки мобильный, чтобы вызвать такси. Ввалившись в квартиру, они падали раза три, путаясь и спотыкаясь друг о друга. Наконец, кое-как дотащив Ларину до кровати, Джули аккуратно уложила её, подложив ей подушку под голову. Раздевшись, Джули, не включая свет, принялась за Таню. - Корлениус! Ты в чёрном конверте сегодня! - Эхом прокатился Танин пьяный голос, за которым последовал короткий хохоток. Глядя на неё, Джули и сама тихо засмеялась. - Баба Катя... - Снова отозвалась Таня. - Баба Катя...Она не баба, она Катерина...Башарик, пошёл вон... - Короче, страстная ночка воспоминаний мне обеспечена. - Весело сказала Джулия, расстёгивая пуговицы Таниной шёлковой рубашки.