Синий рассвет

Саске в принципе никогда не страдал похмельем, и это было огромным плюсом к его общедерьмовому образу существования. Потому что будучи студентом колледжа и имея собственную квартиру, которую он делил с братом-пофигистом, ему приходилось очень много пить. Просто со всеми подряд за компанию, а компания была огромна, и каждый её представитель предпочитал напиваться именно в его квартире. Но особенно много и часто Саске бухал со своим лучшим другом Наруто - Узумаки, казалось, работал на пиве, как на топливе, а без пары стаканов какого-нибудь сорокаградусного пойла на ночь просто не мог уснуть. Саске при любом удобном случае проклинал его бабку Цунаде и чёртовы гены. Но в данное конкретное утро Учиха пожалел о своей суперспособности, потому что лучше бы у него были похмельные глюки, чем чёткое осознание реальности происходящего. И нет, просыпаться в одной постели с потным, похмельным и не всегда одетым лучшим другом - это было делом привычным, но то, что в него намеренно тыкали членом, оказалось чем-то откровенно новеньким. - Узумаки, ты совсем охуел? - хрипло поинтересовался Саске, потирая сонные глаза и одновременно пытаясь оценить степень своей одетости и чужой раздетости. По ощущениям выходило, что они на двоих располагали только одними боксерами, и хорошо, что те были на заднице Саске. - Шёл бы в ванную дрочить. - Да блядь, я просто яйца хотел почесать, и тут понеслось, - оправдался Наруто, сильнее зажимая Учиху между горячим собой и холодной стенкой. - Вставать лень, а тут ты весь такой ко мне прижимаешься, м-м... Вот если у Саске вообще не было похмелья, то у Наруто поутру обычно съезжала крыша. Он бегал как заведённый, готовил божественные завтраки и тут же сжирал большую часть, нёс всякий бред, думая, что это крайне остроумные шутки, и сам же над этим ржал так, что стёкла в окнах звенели. Так что Саске почти не удивлялся происходящему - за три года крепкой дружбы с этим психом он просто заебался уже удивляться. А Узумаки, тем временем осознав, что жертва окончательно проснулась и не сопротивляется, конкретно взялся лапать и тереться об Учиху сзади. Саске упёрся всеми четырьмя в стену, пытаясь скинуть придурка с кровати, но куда уж ему сдвинуть эту тушу! Наруто, воспользовавшись небольшим освободившимся пространством, пропихнул волосатое колено между ног Саске, одной рукой взял шею в почти боевой захват, а второй принялся гладить по приподнявшемуся бедру. - Ну Саске, ну давай, ну чё ты, а? - ныл Узумаки, крепче прижимая того спиной к своей груди. - Итачи за стенкой, поди, охуеет с нас, - проворчал Саске, слабо пытаясь отпихнуть чужую ладонь от собственного стоящего члена. Он просто ещё не до конца проснулся. Ну и в целом, если не врать себе, ситуация внезапно кинканула его скудную на эротику фантазию. - Итачи свалил на работу минут двадцать назад, - сообщил Наруто. - Так что можешь кричать в полный голос, детка. Саске прыснул, а потом заржал, извернувшись и уткнувшись лицом куда-то в сгиб локтя Наруто. Тот не растерялся, и тут же подмял Учиху под себя, наконец-то схватив его за член через ткань боксеров - придушенный смех вылился в долгий сладкий стон, от чего у Наруто по телу пробежали восторженные мурашки. - В какой дерьмовой порнухе ты выцепил эту фразочку? - отрывисто на выдохах спросил Саске. Он с трудом приподнялся на коленях, и теперь Наруто мог свободно гладить его стояк и притираться к заднице своим. И, о-блять-чёрт-возьми, это было действительно круто. - Не помню. Там все ролики так стрёмно называются, типа: "Десять негров имеют белую цыпочку"... Или вот: "Брутальный блондин трахает своего лучшего друга". - Сука ты, Узумаки. Я тебя самого трахну, - снова рассмеялся Саске. Нет, ну серьёзно, как этого дебила вообще кто-то в постели терпит? Это ж как в том анекдоте про "поржали, и баиньки". Разве что дело не в размере - с размером всё было очень даже в порядке. Саске прикусил губу, почувствовав, как влажный член скользнул ему под яйца между крепко сжатых бёдер. Упс, кажется, сегодня сучкой был именно он. - В другой раз - как пожелаешь, детка, - мурлыкнул Наруто ему в шею, прежде чем подтянуть назад и поставить Саске в коленно-локтевую. Наглая ладонь наконец-то пробралась под резинку боксеров, идеально-грубо обхватив член Саске, и тот со стоном прогнулся, подставляясь и упираясь лбом во влажную подушку. Учихе надоело препираться, ему просто было слишком охуенно, и мысли отказывались строиться в логические цепочки, а из горла рвались только придушенные ругательства да тихие стоны. Жаль, что Наруто мог пиздаболить абсолютно в любой ситуации. - М-м, детка, ты так охуенно пахнешь... Саске с ужасом почувствовал, как Наруто прикусил кожу у него на боку, почти уткнувшись носом в подмышку - лицо обдало жаром от столь откровенного, грязного и будоражащего жеста. - Да ты совсем ебанулся?! - взвизгнул Саске, мозг которого заклинило в фазе "это полный пиздец", а он так и не мог определиться, пиздец в данном случае означает хорошо или плохо. - Я охуенно воняю потом и вискарём, который ты на меня вчера пролил! - О, да. А ещё этой своей яблочной фигнёй для душа. И Хьюгой, - довольно подтвердил Наруто, и снова шумно вдохнул, теперь уже вжимаясь лицом куда-то в волосы за ухом. - Бля-а, завались, просто заткнись нахрен, - простонал в ответ Саске. Этот прикол про его любимый Хьюго Босс и однокурсника Неджи был настолько старым, что никто над ним давно уже не смеялся. Вот блять - блять! - про Хьюгу он хотел вспоминать в последнюю очередь, особенно сейчас, когда Наруто наконец додумался стянуть с него долбаные трусы, когда его большой горячий член так круто притёрся Саске между ягодиц, а пальцы полезли туда, где Учиха в здравом уме низачто не позволил бы себя касаться. Хотя, о каком здравом уме может идти речь, когда он кончает под своим лучшим другом, лишь ощутив, как тот спускает ему на спину? Нахуй, нахуй смысл, логику, стыд, дружеский кодекс и прочую хреноту - от такого кайфа нельзя отказываться из-за тупой чужой морали. Подумав об этом, Саске отметил, что мозг снова начал функционировать как надо. Хоть он и не мог сказать точно, сколько времени прошло между этой мыслью и моментом, когда его с головой окунуло в умопомрачительный оргазм. Узумаки теперь лежал у стенки, но опять-таки обнимал Саске сзади, при этом лениво водя руками по его покрытому липкой спермой животу и урча, как огромный довольный котяра. - Пусти меня, ёбаный извращенец, - зевая, сказал Саске. - Так не держу же. - А, ну да. Поднявшись, Учиха оглядел натюрморт из пустых бутылок, равномерно рассредоточенных по его комнате, в очередной раз зарёкся пить и пошёл в ванную. - Саске-ку-ун, давай продолжим в душе? - Иди наху-уй. - Но... - Я сказал: иди нахуй. - Пф, как грубо, - буркнул Наруто себе под нос, а потом завопил во всё горло: - Ты такой неромантичный, Саске-ку-ун! Из-за двери ванной послышался хриплый смех, потом грохот, смачные ругательства и, наконец, звук льющейся воды. Наруто раскинулся на постели, обнял подушку обеими руками и глубоко вдохнул тяжёлый запах. Пахло потом, вискарём, яблочной фигнёй для душа, Хьюгой... И сексом. Закрыв глаза, Узумаки улыбнулся. Он знал, что бы ни случилось - завтра он проснётся в этой самой постели. И Саске никуда от него не денется.