Просыпайся, Король

— Коро-о-ль, просыпайся, Коро-оль. До Ичиго голос Пустого доносился, словно через призму. Большую, необъятную призму, которая отделяла реальность от тонкой границы царства сновидений. — Коро-о-оль, — голос Пустого был эфемерно-тихим, спокойным и казался парню осязаемым. — Просыпайся, Коро-оль. Пустой вздохнул. Цыкнув, он произнес: — Выбора нет, — и вылил на парня воду из капюшона Зангетсу. Промокший до нитки Куросаки подскочил и сел, бешеными глазами оглядывая пространство вокруг. Вода стекала по его рыжим волосам, по щекам, с кончика носа сорвалось несколько прохладных капель. Ичиго протер сонные глаза и вскоре осознал, что очутился в своем внутреннем мире. Наткнувшись на гадко ухмыляющегося Пустого, стоящего рядом с ним и держащего в руках черную ткань, нервно тыкнул в его живот пальцем, будто проверял, настоящий ли Пустой. — С добрым утречком, — произнес Хичиго, откидывая предмет в сторону, который, подхватив порыв ветра, полетел на другое здание. — Ты-ты… ты совсем рехну-у-у... — Куросаки не сумел побороть зевоту, что вызвало смех Хичиго, — …лся. Зачем ты меня сюда притащил?! — Я?! — Пустой потерял дар речи от такой наглости. — Это кто еще здесь рехнулся, Король. — Чего? — Ичиго свел брови. — Я говорю, я тут не при делах, — и замотал руками прямо перед собой, как бы подтверждая это. — Прыгаю я по небоскребам, и тут бац! Твоя тушка лежит. Ну, думаю, посмотрю, чего ты тут забыл. Подхожу, а ты дрыхнешь, — рассказывал Хичиго, смотря на хмурого и сонного парня. — Ну, думаю, не буду мешать, пойду дальше прыгать. Возвращаюсь, а ты все спишь. Вот и решил тебя разбудить. — Откуда ты воду взял? — Ичиго завел руку в мокрые волосы и чуть встряхнул; брызги пошли в разные стороны. — Крыша протекает, напарничек, — пожал плечами Пустой. — Если бы ты чаще сюда приходил, то знал бы, в каких мы со стариком условиях живем. — Какая еще крыша? — Ичиго удивленными глазами уставился на Пустого, что излучал невинность и само спокойствие. — Эта, — показал пальцем наверх. Ичиго поднял голову и раскрыл рот. И вправду. С верхнего небоскреба, который находился над ними, что-то капало и разбивалось о стекло. — Мы воду решили в капюшон старика собирать, а то капает… раздражает, — Пустой скривился, вспоминая звук, который долгое время стоял у него в голове. — А тут вот пригодилась, — серые губы расплылись в улыбке. Ичиго, сглотнув, поднялся с места, как сразу же почувствовал, как все его тело жутко заболело. — Что за… — Это я тебя будить пытался, — произнес альбинос, смотря на свои черные ногти и вспоминая, как несколько раз пнул парня, но тот так и не отреагировал. Получив гневный взгляд, поднял руки. — Я не виноват, что ты так крепко спишь! Спасибо лучше бы сказал, — Пустой сделал грустное выражение лица. Ичиго, еще немного постояв, развернулся и, ничего не ответив, исчез.

***

Ичиго снилось, что он птица. Летает над морем вместе с чайками, касается глади воды и подставляет лицо холодным брызгам, холодящим кожу. Затем резко взлетает вверх, к небу, к солнцу, к звездам, ощущая порыв легкого ветра, который развевает его волосы. Ичиго делает мертвую петлю и, широко улыбаясь, чувствует себя свободным. — Проснись, дубина!! Ичиго широко распахнул глаза. Первое, что он увидел — была пустота. Синигами, не почувствовав опоры под ногами, посмотрел вниз и… ничего не увидел, кроме бездны, в которую падал, свернувшись калачиком. — Утречка, Король, — прозвучал скрипучий голос. Куросаки повернул голову и увидел рядом с собой Пустого, который, держа руки за головой и закинув одну ногу на другую, падал вместе с ним. Синигами в момент обнял его, крепко обхватив руками и ногами, словно Пустой был спасительной тростинкой. — Король, ты совсем долбанулся?! — ворчал Хичиго, пытаясь выбраться из стального захвата. — Я, если ты не заметил, с тобой падаю, недоумок ты рыжий! — Мы падаем!! — заявил Куросаки, закрывая глаза и прижимаясь к белой груди. — Да ну?! — альбинос широко раскрыл глаза. — А я-то думал, мы за столиком в кафе сидим! Официант! Мне кофе без сахара и без сливок! — Почему… почему мы… — Иду я по внутреннему миру, придумываю план по захвату твоего тела, — рассказывал Пустой, предугадав вопрос, — смотрю: ты на краю небоскреба лежишь, вертишься. Я и пошел тебя на середину перетащить, а то мало ли… свалишься еще, а нам со стариком тебя потом доставать. Уже схватил тебя за руку, чтобы оттащить, а ты, придурок такой, перевернулся на другой бок, упал и меня за собой потащил! Ичиго еще крепче обхватил Пустого, шмыгнул носом. — И что нам делать? — Тебе нужно разобраться со снами — это как минимум. — Я сейчас, что ли, разбираться буду?! — Ичиго поднял голову, недовольно смотря на совершенно спокойного Хичиго. — Хм, — Пустой пропустил вопрос мимо ушей, — старик рассказывал, что в конце этой дыры живет чудовище, которое иногда выбирается из своей пещеры и поедает все, что сюда попадает. Кажется, — Пустой постучал пальцем по подбородку, — сначала оно оплетает своими щупальцами ноги, чтобы жертва не смогла убежать, затем руки, шею, а потом разрывает на пять частей! Ичиго задрожал, вцепившись руками в белую ткань косодэ. — И что с нами будет? — ныл Куросаки, боясь смотреть вниз. — Сожрут, — Пустой поставил локти на плечи Ичиго и оперся на руки подбородком. — Но можно позвать старика. Думаю, он придумает что-нибудь. Ичиго, уже собирающийся сказать, как же Зангетсу их услышит, если они неизвестно сколько времени падают, как его ноги коснулось что-то… скользкое. — Стари-и-и-и-и-ик!! — пронесся душераздирающий вопль по всему внутреннему миру. Зангетсу, гордо стоящий на флагштоке, вздрогнул, покачнулся и чуть не упал.

***

— Знаешь, старик, с ним надо что-то делать, — сказал альбинос рядом стоящему Зангетсу. — Может, его к психологу отвести? Или сразу к психиатру, — рассуждал Пустой, задумчиво глядя на ясное небо. — Для начала его нужно разбудить, — изрек умную мысль Зангетсу, смотря на хозяина сквозь темные стекла очков. Взгляд Пустого упал на Ичиго, который, опираясь щекой на флагшток, видел сладкий-пресладкий сон. С уголка его губ стекала слюна, а сам синигами так широко улыбался, что мог дать фору даже самому Пустому! — Не, — Хичиго попятился назад, — сам давай. — Если это сделаю я, то расскажу ему, что то чудовище ты выдумал. Хичиго передернуло. Вспомнив, как тогда кричал и вырывался перепуганный Ичиго, по телу альбиноса прошла дрожь. Хотя после Пустой долго смеялся, когда «щупалец» оказался самым обычным бинтом от рукояти зампакто. «Вот только Королю будет не до смеха… да и мне», — думал он. — Так и быть, пойду тебе на уступки, — произнес Пустой, отгоняя мысли, и подошел к синигами. Уже приготовился разбудить его пинком, как Зангетсу его остановил: — Будь с ним мягче. Хичиго, пробурчав что-то себе под нос, легко ударил Ичиго по щекам. — Вставай, Король. Ичиго, изогнувшись, потерся щекой о бледную ладонь, но так и не проснулся. Хичиго, не на шутку озадаченный таким действием, хотел уже отдернуть руку, как Ичиго произнес: — Да-а-а, сильнее, — говорил Ичиго во сне, чем ввел в замешательство Хичиго и Зангетсу, — сильнее, — на лбу альбиноса выступили капельки пота, — еще сильнее, — очки Зангетсу скатились на кончик носа, — быстрее, Ренджи, — Пустому стало дурно, — держи удар, Ренджи! Хичиго и Зангетсу одновременно выдохнули. «Не дорос, — пронеслось в их головах, — и хорошо». Хичиго же разбудил хозяина пинком под бок, представляя, как в страшных муках корчится красноволосый лейтенант, посмевший присниться его Королю.

***

Ичиго было… тепло. Даже немножко мягко. Уютно. Ему казалось, что он спит на теплой перине, обнимая маленького кролика — игрушку детства, которую когда-то потерял. Но на самом деле… — Старик, — тихо произнес Пустой, уже не зная, плакать ему или смеяться, — что делать? — По-моему, тебя все устраивает, — ответил Зангетсу, стоя на флагштоке и глядя далеко-далеко вдаль внутреннего мира. — Ну… меня-то да… — Хичиго задумался, — а вот Король удивится. Совсем чуть-чуть. — Поживем — увидим. Хичиго одобрительно кивнул и обнял Ичиго, спящего у него на груди.