"Такие далекие,такие близкие"

Раннее приятное утро в Японии. Когда лучики солнца только крадутся по зеленым листьям деревьев, когда слышишь первое щебетание птиц, первые выезды и грохоты машин, владельцы которых стремятся на свою работу как можно быстрее. Маленькие улочки еще неподвижно стремятся вдаль, а магазины еще не намереваются открываться для своих посетителей. Неподвижная гармония в городе, где гармонировала природа с техникой, традиции и новые технологии современной жизни. Вот и первая роса пробежалась по листочкам растений возле некоторых домиков Токио, а вместе с ним и Икебукуро... А Мари, сладко спав, лежала в мягкой кровати, мило зажмурившись от крадущихся лучей солнца, что пробегали по ее лицу. Отблески рассвета на стеклах оставляли небольшую радужку, которую не так просто увидеть. Вот так лежишь, прикрыв глаза, и наслаждаешься столь чудесным моментом. Лениво подтянувшись, девушка открыла сначала один, а затем и второй глаз. Как же не хотелось просыпаться – да и мягкая постель так и манила, чтобы на ней лежали и лежали. За окном виднелось ярко-голубое небо с облачками-овечками, а улица уже постепенно просыпалась, высыпая людей с домов. Нехотя Мария посмотрела на циферблат будильника, а затем снова прикрыла глаза. Всего-то восемь часов утра, можно и полежать. Но постепенно мягкая улыбка уходила из лица, смытая жестокой реальностью, и лицо показывало ярчайший ступор: – Опять опоздала, б***ь! – чисто по-русски заявила несчастная, выскакивая из постели. Ну а кто бы будил? Семья, в которой она жила, уже давно была на работе, а бедняге пришлось только одно – бежать изо всех сил. Конкретно и короче говоря, наша героиня с отчаянными криками отбежала кросс по всей квартире по маршруту "ванная-кухня-спальня" и буквально выбежала из дома как резанная. И в спешке отправилась в новую школу. Нет, конечно, это мог бы быть чудесный выходной перед началом учебного года, если бы не одно великое "но" – опоздание на рейс. Согласимся, что в самый неподходящий момент надо все подряд: вот этот сувенирчик, вот эту сладкую булочку, вон тот чудесных закат посмотреть, а из-за такой частой безалаберности Мари приехала на три дня позже обычного. Бывают в жизни огорчения, особенно такого плана. И сейчас происходила та же дилемма, только удача все-таки немного улыбалась событиям – церемония открытия проходила в восемь тридцать, но даже за такой срок надо было хотя бы добежать до автобуса. Мария это сейчас и делала, набрав в сумку все школьные причиндалы и бежав до станции. Отходящий автобус подождал и все-таки забрал украинку с собой. Вот и следующая остановка – школа Райра. Большое здание, не выделяющееся дизайном, но имеющее аккуратные черты традиционных школ - одинаковые окна, нормальная покраска и ограждение, представляющее собой красивый кованый узор, заканчивающийся кирпичным забором. Вот послышался звонок, и ее будущие одноклассники потянулись к входу. Дверцы автобуса открылись, и девушка побежала к воротам своей уже школы. На уличной площадке ее поджидал Рюо, который был чернее тучи. Когда она все-таки подоспела, то оба старшеклассника помчались на церемонию открытия. Церемония была везде одна и та же – слово директора, слова родителей, небольшие очерки для новых учеников, рассказы о достоинствах этой школы. Единственным отличием было то, что все стояли как в армии – по стойке "смирно" и внимательно слушали речи учителей. Марии это было несколько непривычно – все на ее родине на линейке тоже, конечно, слушали подобное, но там можно было пошутить, поболтать, а тут такие вещи не прокатят. От скукоты зеленоглазая пробежала взглядом по другим ученикам: вот Рюо, стоящий в другом ряду, а вот Микадо, расположенный чуть дальше, и, судя по всему, готовый зевнуть на весь зал, вон какой-то толстяк, глазеющий с мыслями "Чего бы поесть?", вот там черноволосый японец с темно-карими глазами, смотрящий через окно зала на облака. Многим такие подобные вещи докучали, значит, мысленно она была не одинока. Эти напряженные полчаса все-таки прошли, и все ученики разбежались по своим кабинетам, оставляя коридоры пустыми. Прозвенел звонок, все сели за одиночные парты. Это было несколько непривычно для Мари – обычно в ее краях парты ставили на двоих человек. Она сидела неподалеку от окна - это были самые дальние места в кабинетах и даже в первый день учебы приходилось садиться за изучение предмета. Хорошо, что уроки были не столь сложные – язык, история, ОБЖ, география и право – хотя каждый ученик внимательно слушал новые темы. А наша же героиня мирно, якобы учась, калякала ручкой анимешные рожицы с затейливыми узорами. Ну а что такого? Она человек творческий, вдохновение приходит иногда некстати, да и в такой тематике как "аниме" она закрепилась в художественном деле. Хотя она рисовала и исподтишка, но похоже все-таки это заметили и другие ученики. Не столь из-за практичности, а скорее от любопытства, уже на второй перемене к ней подошла девушка с короткой стрижкой и серыми глазами: – Красиво рисуешь! – Э-э-эм… с-спасибо, – от такой открытости украинка даже растерялась, хотя ее взору предстало что-то другое – на шее девчушки красовался странный шрам, и с языка Мари сорвался вопрос: – А что с твоей шеей? – А? Да не обращай внимания, – ловко отмахнулась Хариме Мика. – Небольшая операция. "Странно. Что такого ей не понравилось в своей внешности? Причем здесь шея? Почему он остался?" – задумалась девушка. – Я вообще не такая приставучая, так что... извини, если обидела, – заткнулась украинка. "Может, на это были причины?" Но извинение Мика так и не услышала – она подбежала к своему любимому, обнимая его и словно забывая обо всем. Сейдзи же с легкой улыбкой смотрел в ее глаза. Внешность у девушки была не типичная для японок. Может, она сама приезжая? – Ты, конечно, говорила, что умеешь рисовать, но это… – Рюо разглядывал творчество на бумаге. – Д-д-да это я так, просто, – Рюо слишком внезапно появлялся, так что перепугаться от его голоса вполне возможно, что несчастная и сделала. – А я знаю, что у нас есть парочка… отаку, – в разговор вошел Микадо. Последнее слово с трудом выдалось в его голосе. С чего бы? – Они бы такое оценили. – Ты насчет Эрики с Уолкером? – спросила староста класса, снимая очки в круглой оправе. – Ну, а о ком же еще? – Кстати, и правда, – ответил обоим Рюо. – Они на этом помешаны. – А мы сможем познакомиться? – несколько тише спросила Мари. – Думаю, да, они часто в одном кафе сидят, я как раз хотел тебя туда отвести, – улыбнулся Рюо. Он часто рассказывал об одном известном в районе кафе. – Можем сходить после уроков. – Значит, решено, – довольно хлопнула в ладоши девушка. – Идем туда. А вы с нами пойдете? – восторженные зеленые глаза посмотрели на двоих брюнетов. – Думаю, что можно, – развел руками Микадо. – Анри, пойдешь? – Да можно… ой, а я с тобой даже не знакома, – староста подала руку. – Анри Сонохара. – Мари, – подмигнула украинка и пожала ей руку. – Так, после школы у выхода, собираемся там, – быстро все организовал Рюо. На этом и прозвенел звонок на следующий урок. Мари с трудом верилось, что уже в первый день она успеет подружиться с некоторыми людьми. Захотелось побыстрее познакомиться и с той парочкой, о которой завелся разговор. Часы медленно тикали, отчитывая секунды. Время шло слишком долго. Девушка ожидала, да и пока что решила и сама вслушиваться в речь учителей, чтобы хоть что-то за сегодня усвоить, параллельно с этим рисуя комические лица мультипликационного жанра и ожидая окончание уроков. Наконец-то закончился первый учебный день в школе Райра. Постепенно вечерело, а компания одноклассников быстро собралась в поход на кафе. Единственной опоздавшей, как всегда, была Мария, хотя… не она одна. Сонохаре приходилось сделать отчет и она передала по телефону, что появится позже, – у каждого должен был быть номер старосты класса, поэтому особого труда это не доставляло. А что касается остальных, то те мирно отправились пешком по центру города. Первые включенные фонари, большое количество посетителей магазинов, но достаточно светлое небо дополняли мирную картинку этого похода. Рюо вместе с Марией оживленно спорили насчет действительно важных тем: – Котята или жирафы – вот в чем вопрос. – Жирафы как бы в зоопарке, – заявил на всю округу Рюо. – Свободу жирафам! – заорала уже Мария. – Ты ограничиваешь их права! – А я сказал, котята! – Жирафы! – Котята! – Жирафы! Микадо же наблюдал превосходное обсуждение, приложив руку ко лбу. Он бы и встал на сторону Рюо, но побаивался "великой и неповторимой женской логики". – Я… я… тоже за жирафов, – скромно затянул Микадо. – Видишь, я не одна, – злорадно улыбнулась девушка, обняв Микадо, от чего лицо парня стало помидорного цвета. – Тс, - цокнул парень и с хмурой рожей перешел дорогу. Среди толпы людей выделялся один огромный мужчина, раздающий буклеты. Несмотря на такую устрашающую внешность, он улыбался как ребенок. Одет он был в форму, рекламирующую свое кафе. – Русский суси! Заходите в Русский суси. Здесь очень вкусно… – громоподобным гласом восклицал мужчина. – Саймон, а мы к тебе, – улыбнулся Рюо. Мари была озадачена – они идут именно сюда? Она ожидала чего угодно, но это… – Я очень рад, – улыбнулся Саймон. – Русский суси – вкусный суси. Заходите! Троица взяла буклеты и вошла в кафе – помещение, выполненное в традиционном японском стиле, с отдельными картонными комнатками. Они зашли в такую коробку и начали рассматривать меню. – Суси... с борщом? – глаза Марии медленно приобретали форму блюдца. – Ну да. На то и русский суси, - спародировал Рюо Саймона. Через пару минут к ним присоеденилась Сонохара. – Все равно не понятно. И такое у вас едят? – возмущалась девушка. – Ну, вроде, никто не жаловался, да и вполне вкусно, – тихо сказал Микадо. – Так, славянка, что заказывать будешь? – Да я не знаю, честно. Ну, давай, вот: суси с лососем. – Возьму то же самое. Мы ведь отметить пришли, а не объедаться, – улыбнулся Рюо. – Да, я тоже. – И я, – решила Анри. Пока часы беспрерывно тикали, а тишина стала особо напрягать, столь скромный парень как Микадо сумел найти новую тему разговора: – Кстати, Мари, это… ну... помнишь, я рассказывал, что знаю одного русского здесь? – Ээм… да, ты говорил что-то подобное. – Так вот, это и есть Саймон. - Что? – мягкий шок отразился на лице девушки. Нет, ну ведь она бы приняла его за иммигранта, но чтобы это был русский… – У него фамилия Брежнев, – зашел исподтишка и Рюо. – А-а-а… э-э-э... – Честно говоря, и сам с трудом поверил, но это так. Туристы очень часто идут к нему за помощью, несмотря на его "экзотическую" внешность. В дверях показалась еще одна группа людей. Вроде совершенно разные, но ходят всегда друг с другом. Двое из них что-то активно обсуждали, а вот следующие двое заходили сюда с желанием лишь отдохнуть. Жители Икебукуро уже давно знали этих ребят. – А вот и наша пара отаку, – улыбнулась уже Анри. – Это они? – Ага, те, которые пониже. Звать компанию не понадобилось. Тогуса знал некоторых из ребят, и как раз подошел поприветствовать знакомых, остальные же отправились за ним. – Ну здравствуйте, ребята. Последний год? – Ага. – А кто это у нас? Впервые вижу, – обратив внимание на незнакомку, спросил Кехэй Кадота. – Я… Мари, приехала недавно. – Ясно, меня зовут Тогуса. – Кехэй Кадота. – Нет, ты Дотачин, – хихикнула единственная девушка среди этой компании. – Я же просил не называть меня так. – Меня, кстати, Эрика зовут! – Уолкер, рад знакомству. Отмечаете? – Да почему бы и нет? Повод есть. – Ой, а что это такое? – Эрика неожиданно выхватила блокнот у Марии. Только через пару секунд Маша заметила пропажу. – Н-не надо! Это так… – О боже, Уолкер, взгляни! – развертывая блокнот налево и направо, завопила отаку. – Это же Сиэль! Здоровенный Сиэль, а няшка-то какой! – Ась? Ого, – даже у парня отвисла челюсть. – Так вы, сударыня, отаку? – Ну… есть немножко, – покраснела Мария. – Блин, я же никогда не была знакома с мангаками! Это потрясающе! – расхвалилась Эрика. – Да так… мне еще учиться и учиться… – Но Эрика права: хорошо нарисовано. Слушай, а знаешь ли ты о... ––-Прошло двадцать минут––- – Нет, ребята, вы, конечно, как хотите, но любовь у Отонаси и Канадэ самая чувствительная. – Совершенно не согласен. Вот, например, в "Президенте студсовета", что, любви не было? Там она лучше подстроена. – Я остаюсь при мнении, что яой все равно спасет мир, – в который раз заявила Эрика. – Боже, нет, я потерял ее, – Рюо шепотом проговорил это в темном углу. – Как я мог! – Крепись, Рюо, крепись, – в том же углу присел и Микадо. – Боже, нашли себе еще одну... они что, почкованием размножаются? – Да кто этих анимешников знает, – Тогуса с прозванным Дотачином присоединились к компании не-отаку и уже поедали готовую порцию. – А все-таки победил яой, – темное скопление ауры Эрики защитило помещение от назойливых криков Уолкера. Очередная яойная манга главенствовала с остальными… – Да ладно, оставь его, – хихикнула девушка. – Мы-то в этом толк знаем. – Все, я тебя не знаю. Как ты могла предать меня? – стал взывать к совести Эрики Уолкер. – Пойдем почитаем Розарио-вампир? – А как же, тебе одни голые бабы и нужны. – Я же гомосеков не осуждаю. – Как ты их назвал? – сверкнули глаза Марии. – А-а-а-а-а! Ладно-ладно, не буду, никогда больше не буду! – выбежал в туалет от столь страшного взгляда парень. Тогуса с Кадотой, молча игнорируя их, обсуждали свои проблемы, а вот Микадо с Анри пытались утешить дружка Марии, хотя тот уже изрядно выпил, пытаясь отойти от своего "горя". Конкретно говоря, все бы так и продолжалось, пока судьба не захотела снова злобно пошутить над нашими героями. Неожиданно прогремело что-то тяжелое, отразившее небольшую корку тротуара. Резкий звук прозвенел в ушах посетителей русского кафе. От этого умолкли все, даже Эрика с Уолкером, хотя девушка тихо хихикнула себе под нос. А затем прошлась и череда громоподобных звуков, отчего Микадо вместе с Марией подошли к окну. То, что она увидела, несколько ее удивило. – Холодильник? – Здесь становится опасно, надо уходить, – проснулся из депрессии Рюо, хватая под руку Марию. Но не тут то было. Дорожный знак проломил стекло помещения. Тысячи осколков пронеслись перед глазами, а Анри, Тогуса и Кадота решили выбежать с помещения. Остальные последовали их примеру. Хотя то, что было на улице, было предельно понятно каждому. Каждому, но только не Марии. – Опять они за свое! – Да что происходит, объясните! – не выдержала девушка, убирая руку от Рюо. – Интересно, что дальше-то будет? – Не могут не сидеть без дела! Конечно, для этих слов в голове украинки не находилось смысла. У них что – знаки летают сами по себе? Даже ритм сердца резко ускорился, затягивая зеленоглазку в панику. – Только не это! – Рюо понял, что уже слишком поздно. Раскатом грома по улице разлетелся яростный крик, отражаясь от стен домов и устрашающе дробясь на тысячу и одно эхо: – Изая!