Часть 1
7 января 2015 г., 00:12
Регулус Блэк часто слышал, что когда человек умирает, перед ним проносится вся его жизнь. Вроде как от сознательных лет до самого последнего момента.
Регулус Блэк в это не верил.
Ему доводилось видеть смерть многих людей. И все они встречали свой конец по-разному. Кто-то, трусливо дрожа, стоя на коленях или же просто ползая по полу, захлебываясь в слезах и соплях, полубезумным от страха голосом шептал слова пощады. Кто-то гордо поднимал голову, упрямо сжимал челюсти, встречал свой конец достойно, оставаясь сильным до конца, не изменяя своей вере и убеждениям, бросая вызов всему миру. Кто-то даже не успевал понять, что случилось, а его тело, как подкошенное, уже безжизненно падало на землю.
Регулус Блэк был уверен, что в этот момент никто из них не вспоминал свою жизнь от начала до конца. Их больше заботило настоящее.
И неизменно он приходил ко одному выводу: все это глупые россказни сентиментальных и жалких писателей.
Вот и сейчас, едва стоя на ногах от выпитого из чаши зелья, он все-таки с горьким, почти ставшим родным разочарованием, понимал, что никакая жизнь перед его глазами не проносится. Он ведь даже себе не хотел признаться, что все-таки, в глубине души надеялся на это. Но все эти мысли, будто кислота, с шипением и бульканьем растворялись в его отравленном и воспаленном сознании. А в голове билось только одно: воды.
Он почти не почувствовал, как холодная склизкая рука хватает его за щиколотку, а ноздри заполняет мерзкий запах гнилого мяса и подводной тины. Еще инстинктивно он скреб ослабевшими руками по сырому скользкому камню, будто через слой ваты слышал стоны и крики Кикимера, так стремившегося помочь своему хозяину, но не смевшего ослушаться приказа.
Силы стремительно покидали его, а инферналы все пребывали. Теперь уже больше шести конечностей облепили его тело, буквально отрывая от камня. Пальцы соскользнули, ногти были сломаны и разбиты, острые камни нещадно обдирали кожу с его рук, по которым текла кровь. Почувствовав, как легко и жадно его принимает вода, Регулус горько усмехнулся онемевшим ртом.
И вдруг, совершенно внезапно, в голове прояснилось. А воспоминания закрутились подобно яркому калейдоскопу.
...Вот в раме старинного фамильного зеркала отражается худой, нахмуренный мальчик, старательно завязывающий галстук. А вредное зеркало ехидно называет его растяпой, забывшей заправить рубашку в штаны.
...Сириус, улыбаясь, треплет его по голове, незаметно показывая большой палец, косит глазами на разъяренную Беллу, на платье которой, Регулус якобы совершенно случайно уронил пирожное.
...Длинные тонкие пальцы Нарциссы, изящно скользя по клавишам пианино, наигрывают его любимую композицию, а Регулус довольно щурится, смотря на улыбающуюся девочку.
...Его руки дрожат от волнения, а живот скрутило так, что тяжело было идти, но его спина идеально прямая, а шаги четкие и ровные. Распределяющая шляпа, легко опустившаяся на его голову, закрывает ему весь обзор. Но это было не важно, а важно только её решение. И оно незамедлительно звучит на весь зал. А мальчик, облегченно выдыхая, уже спешит к столу Слизерина.
...Оглушительные крики на весь дом заставляют его подскочить на кровати и испуганно оглядеться по сторонам. Вскакивая с постели, он несется по лестнице вниз, на кухню. По разные стороны большого обеденного стола стоят Вальбурга и Сириус. Они кричат и ругаются настолько громко, что по началу Регулус даже не понимает, что происходит. Казалось, еще секунда и они вцепятся друг в друга подобно кошке с собакой.
— Не тебе осуждать её! Это её выбор и ты не имеешь никакого права говорить всякие гадости! — сжимая руки в кулаки, зло выкрикивает Сириус.
— Она осквернительница нашего рода! Хочет сбежать с этим грязнокровкой! Какой позор! — с пеной у рта визжит женщина и вдруг срывается на фальцет. — А тыы?! Да как ты вообще смеешь меня в чем-то упрекать?! Мерзкий паршивец! Я твоя мать!
Регулус вдруг оборачивается и видит застывшую в дверях Андромеду. Её бледное лицо особенно ярко выделяется в застывшем мраке коридора. Девушка встречается с ним взглядом и тут же резко дергается в строну выхода.
— Меда! Стой! Ты куда? — мальчик решительно кидается за ней. Андромеда останавливается, смотрит на него несколько секунд потом тихо, едва слышно выдает:
— Я ухожу, Регулус.
— Уходишь? Как...Как же так? Меда? А мы? — растерянно произносит мальчик, вглядываясь в её лицо.
Девушка поджимает губы и отводит взгляд. А потом лицо Регулуса искажается от злости и он, медленно отступая, выкрикивает:
— Ну и уходи! Уходи к своему магглу! Ты не нужна нам!
Он резко разворачивается и бежит что есть сил вверх по лестнице. Стараясь удержать собственные слезы, мальчик не слышит одинокого тихого всхлипа, прозвучавшего за его спиной.
...Снитч переливается и блестит в его руке всеми оттенками золота, его легкие крылышки слегка примяты и едва шевелятся. А Регулус под рев трибун победно вскидывает кулак вверх. Они выиграли Гриффиндор! ВЫИГРАЛИ! На него тут же налетает Рабастан, стискивая в медвежьих объятьях, что-то радостно кричит ему в ухо. Краем глаза Блэк замечает, как Поттер злобно сплевывает на землю и, сжимая метлу в руках, широким шагом идет в замок. Сириус сначала кидает презрительный взгляд на радующихся слизерницев, потом какой-то особенно острый на Регулуса, затем тоже разворачивается и бежит догонять друга. А Регулусу было все равно: он был счастлив.
... — Эй, Рег! — парень хмурясь поднимает от книги голову, слыша веселый голос своего брата, который, засунув руки в карманы брюк, вразвалочку направлялся к нему. Коридор был битком набит ученикам, однако Регулусу удалось отвоевать себе место возле окна.
— Как поживают твои дружки-Пожиратели? — продолжает Сириус насмешливо щурясь, он внимательно вглядывается в лицо брата
— Они не Пожиратели, — холодно цедит парень. С чего он это взял? Рабастан бы сказал. Регулус знал, что идет массовая вербовка старших курсов, но никто из его друзей еще не обзавелся Черной меткой.
— Да ты, оказывается, совсем не в курсе, брат. Руди вот уже с наколочкой ходит. Скоро настанет очередь и его братца, — Сириус ухмыляется во весь рот, но глаза его остаются серьезными и, видя как недоверчиво смотрит на него парень, мрачно добавляет: — Смотри, Рег. Наше будущее близко. И нам придется выбирать.
— Ты-то я смотрю уже давно выбрал, — презрительный кивок в строну компании гриффиндорцев. Сириус вдруг хватает его за грудки и рычит сквозь зубы:
— Зато я знаю, что никто из них меня никогда не предаст! В отличии от вас, змей!
Регулус потом и сам не понял, как удержался от того, чтобы не выхватить палочку и не швырнуть в него парой-тройкой заклинаний. Он только оттолкнул от себя брата и, небрежным жестом поправив рубаху, с каменным лицом произнес:
— Я бы не был в этом так уверен.
Подхватив книгу, он обошел Сириуса и твердым шагом направился в кабинет Заклинаний.
...Сознание заволокло дикой болью, набатом она звучала в каждой части его тела. Левую же руку Регулус вообще не чувствовал. По лицу градом катился пот, но он не позволил ни единому стону сорваться с его губ. Подняв голову, Регулус отрешённо наблюдает, как одобрительная усмешка змеится на губах Темного Лорда. По лицу Беллатрисы расплывается безумная, похожая на оскал улыбка, а ее глаза, обращенные на Волан-Де-Морта, светятся восхищением и обожанием. Дура, - думает Регулус, чувствуя, как перед глазами все темнеет.
...Крестраж. Все-таки не зря Регулус перерыл всю библиотеку их поместья. Парень догадывался, что Темный Лорд просто одной жизнью не ограничится. Вскоре Блэк вычислил, что является вместилищем осколка души Волан-Де-Морта. И Регулус осознал, что если он не уничтожит крестраж, то никто другой на это не решится. Однако не стоило наивно полагать, что он останется в живых. Хотя Регулус, как никто другой, хотел жить.
Высоко вверху, там, где находился свод пещеры, а воздух пах солью и свежестью, ярким, непреодолимым светом сияли звезды, маня к себе своей красотой и загадочностью. Он хотел бы воспарить к ним, посмотреть на мир сверху, а сам опускался ко дну, в непроглядный мрак и холод.
Регулус Блэк закрыл глаза.
