Глава 24
14 мая 2015 г., 02:03
После полудня Саджо вошел в небольшую комнату, где по обыкновению разместились Тирас и его фавориты. Юноша сидел в кресле у камина и читал очередную книгу об истории страны, чей частью он теперь являлся. Рядом с ним восседал Ово, все такой же задумчивый, размышляющий о Хошо и том, что будет, когда он снова прибудет в замок. Остальные фавориты плавали по комнате в танце, разучивая каждое движение до автоматизма. Осенью должен будет состояться пир в честь сбора урожая. К нему-то омеги и готовились, тихо перешептываясь между собой. Один из омег сидел на стуле и играл на арфе, выдавая тонкими пальцами красивую мелодию.
Оглядев собравшихся, Саджо набрал горсть клюквы в миске, что захватил в главной зале, и отправил в рот кисловатые ягоды, а после подошел к Тирасу. Мужчину заметили не сразу, первыми его увидели омеги и, остановившись, поклонились, замерев на месте.
Ово заметил сначала их замешательство, потом уж бывшего любовника. Поднявшись, так же склонился в почете. Тирас не замечал никого вплоть до момента, когда его плеча коснулась рука Ово. Вскинув голову, юноша увидел улыбающегося супруга с миской ягод. Ово, кивнув Саджо, отошел к остальным омегам. Воспользовавшись освободившимся креслом, король сел в него, откинувшись на спинку. Внимательным взглядом он рассматривал Тираса.
Тот продолжал сидеть в кресле, коротко кивнув:
— Ваше величество.
Юноша смотрел на супруга все с той же холодностью, все же не одни.
Прошло два дня с тех пор, как он узнал о письме, и пока еще чувствовал обиду, но она становилась меньше. Надежда перебарывала. Да и более ужасные вещи он уже простил Саджо. Подумаешь, письмо какое-то. Впрочем, бета смотрел с неким напряжением и подозрением. Теперь он и вовсе сомневался, что знает этого человека хотя бы немного. А предугадать его дальнейшие действия было просто невозможно.
— Как день прошел? — спросил Саджо, оглядывая юношу. Снова набрав в ладонь ягод, отправил горсть в рот. Он с самого утра ничего не успел съесть, дел было очень много, оттого сейчас восполнял силы клюквой, собранной для вина.
— Все было замечательно, — отозвался юноша. — Большое вам спасибо за подарок. Он очень мне понравился.
Саджо кивнул, видя на столе рядом с супругом шкатулку, в которой был десяток пуговиц из слоновой кости и золота. Вообще это было новшество и пока им владели не многие, так как эта роскошь стоила очень дорого. Саджо, как только увидел круглые меленькие предметы, которые ему принесли в качестве дани, сразу же решил подарить их Тирасу. Ведь он, как младший супруг, просто обязан был иметь нечто подобное, его задача вводить новшества для повседневного пользования и быть предметом подражания для всех омег. Та одежда, в которой в последнее время ходил младший король, уже пользовалась большой популярностью. Поэтому Саджо понимал, что пройдет совсем немного времени, когда пуговицы станут неотъемлемой частью одежды.
— Не за что, — усмехнулся альфа, продолжая разглядывать мужа. Вновь взяв несколько ягод, подвинулся к Тирасу и с улыбкой коснулся одной ягодкой его губы. Тирас сначала растерялся, но послушно раскрыл губы, принимая плод, зацепив языком и кончик большого пальца мужчины. Тот завороженно наблюдал за губами юноши, за его языком, скользнувшим между губ. Подняв глаза выше, мужчина предполагал увидеть как минимум скривившееся лицо, но, против его ожиданий, оно было привычно каменным.
— Даже не скривился, они же кислые, — рассмеялся Саджо, облизывая тот палец, что прихватил ранее юноша.
— Мне нравится их вкус, очень необычный и освежающий, — отозвался Тирас, внимательно глядя на супруга. Саджо казался удивительно расслабленным, веселым. Хотя от него не пахло вином. — Позвольте узнать, как ваш день прошел? — успел спросил Тирас, прежде чем ему в губы уперлась еще одна ягодка.
— О, все было весьма... динамично, — прошептал Саджо, неотрывно следя за исчезновением третьей ягодки. — Один пленник сбежал и понесся в тоннели под замком. Заблудился, и пришлось его спасать, искать по воплям. А когда мы нашли его, он даже разрыдался от счастья и сам попросился в камеру, — продолжал рассказывать с улыбкой мужчина, чувствуя возрастающее желание. И это только от наблюдения за тем, как юноша ел. — Говоришь, ягоды освежают?
— Д-да, — кивнул Тирас, уловив в словах альфы некий подтекст.
— Может, тебя еще где-нибудь стоит освежить? Ягодами, — предложил Саджо и скользнул одной рукой, перепачканной в клюквенном соке, под ворот туники юноши.
— Но... мы же не одни, ваша светлость, — прошептал Тирас, чувствуя, как сердце трепещет от предвкушения. Желание подстегнула и близость альфы, который, нависнув над ним, смотрел весьма голодным взглядом.
На слова юноши, Саджо просто поднял голову и оглядел омег.
Ово смотрел вполне сдержанно, невозможно было понять, о чем он думает. Остальные омеги с потрясением. Все, кроме светловолосого, смутно знакомого альфе. Тот откровенно выражал свое недовольство разворачивающимися действиями.
— Пошли вон, — прорычал король и вновь склонился над Тирасом, беря в руки клюквинку и скользнув ею по губам супруга, очерчивая контур. Но в этот раз он не позволил Тирасу съесть ягодку, отведя ее в сторону, приблизился сам и впился в губы беты поцелуем.
Омеги, краснея и бледнея, выскочили из комнаты. Только Ово шел спокойно и уверенно. Впрочем, ему еще пришлось и Режи схватить за руку и вытолкать, потому как он сверлил взглядом супружескую пару.
— Отпусти меня, — рыкнул Режи уже в коридоре. Ово прикрыл дверь и окинул его тяжелым взглядом.
— Ты там сейчас не нужен, — проговорил он и подошел к смущенным омегам, стоящим у окна.
— А разве... так откровенно... Они же... — попытался что-то сказать взволнованный Кор. Он впервые в жизни видел подобную близость между старшим супругом и младшим. — Неужели так всегда?
Ово едва сдержал усмешку от слов омеги, но ответил честно:
— Это только начало, то чем они занимались. Поверь, скоро ты об этом узнаешь подробнее.
Молодому человеку понравилась наивность одного из фаворитов. Именно таким и должен быть омега в его возрасте.
В этот же момент послышался приглушенный стон Тираса из комнаты, и перепуганный неискушенный омега кинулся к дверям.
— Ты куда? — растерялся Ово и бросился следом за ним, что уже схватился за ручку двери.
— Но он же... ему же больно! — бледнея, прошептал Кор.
— Так, послушай меня, — схватив омегу и отрывая его руку от двери, прошипел Ово, краем глаза зацепив происходящее в комнате (все же омеге удалось приоткрыть дверь).
Увиденная сцена поразила Ово, такой страсти между ним и Саджо не было никогда.
А именно: Тирас, полураздетый, стоял на коленях на кресле, хватаясь руками за его спинку. Саджо стоял за ним, сильными руками крепко держа за бедра и буквально насаживая на себя. При этом альфа целовал Тираса в шею и оголенное плечо. Сам юноша с довольными стонами выгибался, разжигая страсть.
Захлопнув дверь, Ово оттащил Кора к остальным и, толкнув к ним, четко проговорил:
— Сейчас Тирасу меньше всего нужна твоя помощь. Поверь мне, ему сейчас очень даже хорошо.
Ово чувствовал, как в нем просыпается желание от увиденного. Это какая же страсть должна быть, чтобы завести и других?! А желание между альфой и бетой чувствовалось, оно ощутимо витало в воздухе. Но вместе с тем омеге было завидно. Ведь Саджо никогда так не относился к нему. Он его обнимал-то только в случае необходимости.
— Но он же... — напомнил о себе взволнованный Кор.
— Это не крики о помощи, это стоны наслаждения, — не менее взволнованно прошептал Ово. — Когда ты выйдешь замуж, у тебя будет точно так же, — уверенно проговорил он, но тихо добавил: — Правда, может немного иначе.
Потому что и у него все было иначе. То, что он увидел, отчетливо говорило о том, что Саджо хотел Тираса так, как не желал еще ни одного омегу вокруг себя.
— Да, просто трахает он его сейчас, — со злобой проговорил Режи, оказавшись за спиной Ово и глядя на омег с отвращением. Трясутся, словно дети малые. Было бы от чего.
— Они любовью занимаются, — почему-то рыкнул Ово. Он вообще не любил подобные выражения. А сейчас было немного обидно и за Тираса. Попробовал бы кто-то просто оттрахать его, да Саджо голову бы тому оторвал! Впрочем, подобное было, но тогда король просто убил альфу, что покушался на его собственность.
— Как скажешь, — пожал плечами Режи, обходя Ово и толкая его в плечо. — И что он нашел в этом старике?
— Почему старике? — удивился Кор, уже более-менее пришедший в себя. — Его светлости Тирасу восемнадцать, а тебе шестнадцать. Всего год разницы.
— Пф, — фыркнул Режи, окинув омегу испепеляющим взглядом. — Все равно старик, а я молодой и красивый.
— И что? — усмехнулся Ово, справившись с возбуждением. — Метишь на его место? Не старайся зря, время только потеряешь.
— Король будет моим, — прорычал Режи, кинув на первого фаворита яростный взгляд. — Я молод, девственен и могу родить наследника.
— Эх, — снисходительно вздохнул Ово и шагнул к омеге. — Ты глупец, раз считаешь, что у тебя есть шанс. Красота твоя не столь уж и потрясающая, сын у Саджо есть и без твоей помощи, а молодость... Ты думаешь, она главное в жизни?!
— А разве нет? — вздернул брови Режи, насмешливо скалясь в лицо первого фаворита. — Тебе двадцать? Нет, больше. И что ты имеешь? Ты стар, хоть красота еще и при тебе, большего у тебя нет. Бывший любовник, старик и бесприданник. Кому ты нужен?!
В это же время весьма довольный Саджо хлопнул дверью комнаты и, окинув омег горящими веселыми глазами, направился вдоль по коридору.
Но Ово не обратил на него внимания. Он не любил насилие как таковое, но иногда закрывал глаза на свое мировоззрение. Схватив рукой Режи за подбородок, Ово впился ногтями в его щеки и, приблизив свое лицо к его, прорычал:
— Ты был первым красавцем в своей деревне? Но тут таких, как ты, много. И брось свои надежды соблазнить короля. Даже если это у тебя получится, ты не сможешь удержать его. Отступись, пока не поздно. Саджо не будет терпеть тебя рядом с собой, — отдернув руку, словно сжимал что-то мерзкое, Ово откинул заплетенные в толстую косу волосы на спину и направился к двери в комнату, где все еще оставался Тирас.
Как же он был зол на Режи. Он ему вообще не нравился. Но сам он не мог от него избавиться. Оставалось ждать, когда омега натворит дел, и его выкинуть.
Услышав в спину слова Режи, Ово едва не зарычал от ярости:
— Король все равно будет моим, и я удержу его, я не ты.
— Ну-ну, — усмехнулся Ово. Открыв дверь, обернулся и окинул омегу взглядом. — Думаешь, ребенком его удержать? Что ж, попробуй, — более не говоря и слова, первый фаворит захлопнул дверь.
— Идиот, ты понимаешь, что сейчас заимел себе злейшего и опаснейшего врага?! — спросил Кор, кинув на Режи взгляд полный негодования.
— А он мне и не нужен, — пожал плечами омега. — Его вообще убрать надо.
— Дурак, — мотнул головой другой омега, Савр. Он был самым тихим и спокойным из всех, но это не означало, что он простак.
Ово вошел в комнату и окинул ее взглядом. Тирас сидел в кресле и поправлял одежду. Заметив красные потеки на шее и плече Тираса, Ово испуганно спросил:
— Что он с вами сделал? Может, Кор был прав, и нужно было вмешаться? — подскочив к королю, Ово оглядел его внимательнее. — Это ягоды, — облегченно выдохнул он и сел рядом.
— Да, — смутившись, кивнул Тирас, заканчивая поправлять одежду, что была сильно испачкана соком ягод, а следовательно, больше не могла служить одеждой. Сок вряд ли удастся отстирать.
— А я уж испугался, мало ли что он мог сделать с вами, — выдавив улыбку, объяснил свое волнение омега.
— Ово, а как между вами близость проходила? — спросил Тирас, уже не первый день сгорая от любопытства.
— Явно не так, как у вас, — не особо смутился омега. — Всегда было все быстро и без удовольствия. По крайней мере, с моей стороны. Саджо приходил или вызывал меня раз в неделю-две. Мы даже и ночи вместе не провели. Он действительно просто выпускал накопившееся желание.
— А течки? — хмуро спросил Тирас. Он полагал, что Саджо со всеми одинаково внимателен, если можно было так сказать.
— Только несколько, за все пять лет, — пожал плечами Ово. — Но перед этим Саджо всегда требовал, чтобы я пил травы, он не хотел, чтобы я забеременел от него. Мы даже узлом ни разу не связались... Ни в одну из течек.
— Ясно. Извини, что спросил, — отведя взгляд, прошептал смущенный Тирас. Все же подобная тема была сугубо личной, и спрашивать о ней не всегда было уместно даже у близких друзей.
— Ничего, — улыбнулся Ово. — С вами ведь иначе? Саджо даже днем к вам приходит, сам. И по вашим стонам мне стало ясно, что он вас не просто хочет, а стремится удовлетворить.
— Ово! — покраснев, воскликнул Тирас. Но все же с грустью добавил: — Это все равно ничего не значит. У меня нет запаха, потому можно представить перед собой кого угодно.
Возразить Ово было нечего, хотя хотелось успокоить и ободрить. Но как, омега не знал. Он так же вполне мог предположить, что Саджо видел перед собой Джейми. Его он, по крайней мере, не единожды так называл в постели.
— Я даже не уверен, что стоит ли сейчас признаться Саджо в своих чувствах. Вдруг еще рано, — уже взяв себя в руки, задумчиво проговорил юноша.
— Вы знаете, что в этом вопросе не у меня вам искать совет, — виновато улыбнулся Ово, глядя в зеленые глаза.
Наступило неловкое молчание. Понимая, что это окончание разговора, Тирас поднялся из кресла, чувствуя, что ноги дрожат, и все тело еще подчинено слабости.
— Пойду, приведу себя в порядок, — предупредил Тирас и направился к двери.
Ово только кивнул в ответ. Слова Режи задели его, и теперь он совсем не был уверен, в чем-либо. Скорее наоборот, боялся приезда Хошо.
Тирас открыл дверь и направился к лестнице на второй этаж замка. Для этого ему пришлось пройти мимо фаворитов, потому четко расслышать слова одного из них:
— ... Я не собираюсь вечно служить этому старику, и я смогу занять его место. Кому нужен бесплодный?! А значит, от него легко откажутся.
Остановившись за спиной Режи, Тирас поднял ладонь и накрыл ею тонкое плечо омеги. Другие фавориты вздрогнули от неожиданности и отвели глаза.
— Тебя никто не держит подле меня, — четко проговорил Тирас на ухо Режи. Того затрясло от страха. Попасться он не хотел, так как на этом могло закончиться его служение королю. А это не приемлемо.
Отпустив омегу, Тирас гордо прошел дальше, чувствуя, как в груди снова вздымается боль от осознания, что у него никогда не будет детей. И от понимания, что в словах омеги есть доля правды.
— За один день, — прошипел Кор, — ты обрел двух могущественных врагов.
— Черт! — прорычал Режи, сжав кулаки. Как он мог так глупо попасться и упасть в глазах его величества?! Как теперь все исправить?
Придется действовать быстрее.
***
Вечером в главной зале собрались все члены королевской семьи на ужин, и вполне весело проводили вечер. Рей увлеченно разглагольствовал с Лу о каком-то новом оружии. Саджо иногда вставлял свои реплики, голосуя за или против доводов сына. Все было спокойно и непринужденно, когда в зал ворвался Фол и кинулся к королю. Упал перед ним на колено, взмолился: — Ваша светлость, позвольте отлучиться на несколько дней? — Что-то случилось? — спросил Саджо, впервые видя советника таким перепуганным и взволнованным. — Мой супруг, у него лихорадка. Я очень беспокоюсь о нем, — едва выдавил Фол, глядя в пол перед собой. Он так надеялся, что король разрешит оставить службу, хотя бы на пару дней. — А как Рики? — встрепенулся Тирас, не дав супругу сказать и слова. — Он... С Мили, ваше величество, — растерянно отозвался бывший страж. — Но это опасно, если он заразится, может не пережить, Рики слишком мал, — вскочив на ноги, прошептал Тирас. — Я знаю, но... — начал было Фол. — У вас есть родственники, которые могли бы принять мальчика, пока Мили болен? — снова не дав мужчине договорить, спросил Тирас. — В другой деревне, — растерялся Фол. Он совсем не знал, что делать. Просто боялся. — Тогда, позвольте мне присмотреть за ним, — обратился Тирас к Саджо. — Что? Но он же простолюдин, — растерялся Саджо. — Пусть Фол отвезет ребенка к родне. — Времени нет, нельзя допустить, чтобы Рики перенял болезнь, — твердо и решительно проговорил юноша. — Саджо, умоляю, позволь мне присмотреть за мальчиком. — Ваша светлость, это слишком большая честь... — начал было Фол, с опаской глядя на Саджо. — А тебе что дороже сын или пересуды народа?! — вспылил юноша. — Саджо, пожалуйста! — Как хочешь, — пожал плечами тот. — Спасибо! — улыбнулся Тирас и выскочил из-за стола. — Фол, отведи меня к Мили, я заберу Рики, пока он болен, и заодно сам осмотрю его. — Тирас, ты же сам недавно переболел, — хмуро напомнил Саджо. — У меня была несколько другая болезнь, — отмахнулся юноша, не собираясь вдаваться в подробности. Он не мог сказать супругу, чем именно был вызван жар. — И все же, пусть ребенка принесут слуги, — настаивал король. — Нет, я сам, — отрицательно мотнул головой юноша и, схватив Фола за руку выше локтя, потащил к дверям. — Стража, — рыкнул Саджо, глядя им вслед. — Проводите его светлость. Стремительно ворвавшись в небольшой, но такой уютный дом, Тирас первым делом кинулся к спальне. Мили лежал на постели, взмокший и раскрасневшийся, дыхание было рваным и болезненным. — Как я и думал, — прошептал юноша, осматривая омегу. — У меня есть необходимые лекарства. Они быстро снимут жар. Я заберу Рики, а травы передам с Морэ. — Спасибо, огромное вам спасибо! — едва ли не плача, прошептал Фол, видя, как супругу плохо. — Пока не за что, — отмахнулся Тирас и подошел к кроватке, взяв малыша, проверил температуру. Лобик Рики был вполне нормальной температуры. Оставалось надеяться, что лихорадку ребенок не подцепил. — Привет, мой хороший, — прошептал Тирас, укутывая мальчика в более плотную пеленку, чем была на нем. — Морэ, возьми все необходимое. — Да, ваше величество, — кивнул омега и принялся собирать пеленки и другие вещи мальчика. — Господин Фол, вот настой, — проговорил он, протянув мужчине темную бутылочку. — Десять капель на небольшое количество воды. Влейте вашему супругу. Позже я еще вернусь. Пока этого должно будет хватить. — Да, — растерянно кивнул альфа, приняв лекарство. Собрав необходимые вещи, Тирас и Морэ покинули дом советника. Стража, рассыпанная по двору, тут же последовала за королем, удивляясь его поведению. Взять на время ребенка простого человека. Это было неслыханной дерзостью. Но раз сам Саджо разрешил, значит, нет в этом ничего странного. Тем более что сам Тирас король. Спустя час Морэ вернулся с травами и настоями для лечения омеги. От Фола было мало толку, он даже миску удержать был не в состоянии, поэтому омега сам сделал все необходимое. Закончив, сообщил, что вернется утром и останется с Мили на день. Обессиленный волнением, альфа осел на пол рядом с постелью своего супруга и, удерживая его руку своими, тихо расплакался. В давнем прошлом Фол уже потерял младшего брата из-за лихорадки и теперь очень боялся повторения. Смерти Мили альфа просто не переживет.***
Саджо сидел на краю постели и наблюдал за спящим Тирасом, рядом с ним был маленький сверток с ребенком. А над ними стоял Рей, внимательно и хмуро глядя на маленького кроху. — Ревнуешь? — шепотом спросил Саджо, видя напряженное лицо сына. — Нет, — мотнул головой мальчишка. — Просто чувство странное, когда смотрю на Рики. — И какое же? — уточнил Саджо. — Не знаю, как объяснить, просто, словно дышать легче стало рядом с ним. И защищать хочется, заботиться... Рей был растерян новыми чувствами, он уже понял, что испытывает их только тогда, когда смотрит на мальчика. Прежде, даже Тирас такого не вызывал. Саджо же нахмурился. Ему было знакомо то, что чувствовал Рей. Неужели сын повторит его судьбу? Не хотелось бы такого же печального конца, как был у него и Джейми. — Тебе пора спать, — проговорил Саджо, внимательно посмотрев на Рея. — Да, — кивнул он, но не оторвал взгляда от мальчика перед собой. — Рей, — позвал Саджо, понимая, что сын нашел свою пару. Это было уже точно. — Иди. Завтра еще навестишь его. — Да, — снова кивнул Рейдер, но с места не сдвинулся. Скрипнув зубами, Саджо подошел к нему и подтолкнул к двери. — Отдохни, — проговорил он и закрыл за сыном дверь. Вернувшись к постели, принялся сам рассматривать супруга и ребенка. Мягкая улыбка царила на лице беты, рука нежно и заботливо обнимала мальчика. Тирас был бы хорошим папой. Если бы мог им стать.***
Тирас и Рей вместе ухаживали за Рики уже второй день. Не без помощи Морэ, конечно же. И оба светились от счастья. Рики был хорошим и спокойным ребенком. За эти два дня Тирас даже ни разу не показался рядом со своими фаворитами, погрузившись в заботу о мальчике, и Саджо пришлось сказать Ово, что беты еще какое-то время не будет. Предполагалось, что мальчика заберут, когда Мили поправится. Но омега не справился с болезнью, даже травяные настои юного короля не помогли. Оттого сейчас Саджо стоял на пороге своей спальни и наблюдал, как Тирас и Рей едва ли не дерутся, за право держать мальчика на руках. — Тирас, ну дай мне подержать, пожалуйста. Я аккуратно, обещаю, — просил Рейдер, протянув руки к Рики и Тирасу. — Но ты его вот только что держал, — возмущался юноша. — Теперь моя очередь. — Тирас, — выйдя на середину комнаты, проговорил напряженно Саджо. Тишина тут же наступила в комнате, супруг и сын уставились на мужчину с удивлением: никто из них не услышал, когда вошел альфа. — Ваша светлость, — кивнул Тирас, прижимая голову Рики к плечу. — Отец, — радостно заулыбался Рейдер. — Рей, возьми ребенка и оставь нас на несколько минут, — приказал Саджо, глядя в насторожившееся лицо беты. Тирас, поняв, что разговор будет серьезным, отдал пасынку Рики и проводил их взглядом. Оставшись наедине с королем, спросил: — Что-то случилось? — Да, — кивнул Саджо, пройдя к столу, плеснул себе в кубок вина. — Мили не справился с лихорадкой. Слова короля раздались в тишине комнаты словно гром среди ясного неба. Тирас пару мгновений не понимал слов мужа, но когда осознал, подскочил к нему и, схватив за руку, воскликнул: — Почему? Он умер? Но травы должны были помочь. Саджо обернулся к Тирасу и сочувственно окинул его взглядом. Сейчас Тирас был взволнован, и вся его холодность улетучилась, на лице то и дело одни эмоции сменяли другие. — Он умер, — подтвердил мужчина. — Еще в первую ночь. Тирас отдернул руку и отошел от альфы, потрясенно глядя на него. — Почему ты мне говоришь об этом только сейчас? — Ты сам хотел заботиться о ребенке. И я позволил. Фол все равно не в состоянии взять на себя родительские обязанности. Он потрясен смертью омеги и хочет уйти в монастырь. Об этом он сообщил мне этим утром. — А как же Рики? — растерянно спросил Тирас, прижав дрожащие руки к груди. — Завтра его отвезут к родственникам в другой деревне, — отрезал король. — Нет, — прошептал Тирас. Он не хотел расставаться с мальчиком. Слишком привязался за столь короткое время. — Позволь мне, Саджо. Умоляю, отдай мне Рики на воспитание. — Он не твой сын! — гаркнул Саджо, чтобы напомнить привязавшемуся к младенцу Тирасу правду. — Я знаю, у меня никогда не будет детей, — согласился Тирас. — Поэтому и прошу тебя. Какая разница, кто заменит родителей Рики, я или не знакомые ему люди, у которых своя жизнь и свои семьи. Прошу! — Ты король и также не имеешь отношения к ребенку и не должен забывать о своих обязанностях, — Саджо, нахмурившись, стоял у стола и напряженно смотрел на супруга. По лицу беты было видно, что он действительно хочет воспитать ребенка. Хочет дать ему все, что только может, отдать свое тепло кому-то, кто в нем нуждается, кто примет его. Шагнув к супругу, Тирас уткнулся лбом в его грудь, пальцами сжав тунику на мощной груди. — Пожалуйста, Саджо! Я действительно хочу воспитывать Рики. Мужчина вздохнул с обреченностью. Что ему делать? С одной стороны, мальчик совершенно никто ни ему, ни Тирасу, а с другой — он пара Рею, и сын тоже привязался к младенцу. Как король, Саджо может усыновить чьего-либо ребенка, тем более что у Тираса никогда не будет детей. Народу нечего будет возразить. В крайнем случае, можно выдать ребенка за своего бастарда. — Ты станешь его опекуном, но не более. Усыновлять его мы не будем, — четко выговаривая каждое слово, начал Саджо, чувствуя, как напрягся Тирас. — Ты будешь растить его до достижения им брачного возраста, потом он станет супругом Рейдера. Они пара. Тирас вскинул голову и со слезами в глазах посмотрел в лицо мужчины. — Благодарю тебя, Саджо, — прошептал юноша, привстав на носочках, и поцеловал супруга в губы. — Но ты не должен забывать о своих обязанностях. Пусть большую часть времени с ребенком будут няньки. Можешь сам выбрать их, — потребовал альфа, разорвав поцелуй. — Хорошо, сделаем, как ты скажешь. Главное, что Рики будет со мной, — расплылся в искренней благодарной улыбке бета, снова уткнувшись лицом в грудь супруга.
