Лёд и Пламя

Pov.Джинни Уизли.       Я мгновенно опустила глаза. Чёрт, спалил! Зато теперь я успокоилась. Всё бы ничего, если бы Парвати не подошла и не протянулась мне скрученный пергамент. На вопрос от кого, она ответила, что не знает. Развернув бумажку, я сразу поняла от кого записка, даже не прочитав не единого слова. Такой почерк только у одного человека. У Гарри Поттера.       Я начала читать. Вот что было в записке: « Джинни, прости, я не знаю как так вышло, но мне кажется, что у меня пропали чувства к тебе. Думаю, и ты тоже охладела. По тебе это видно. Давай останемся друзьями. Ещё раз прости! Гарри». Я очень удивилась и даже немного обрадовалась. Не судите меня за это!!! Мы бы всё равно расстались. Просто теперь всё стало проще.       Я показала записку Гермионе, и попросила, что бы та передала Гарри, что я с ним согласна. Тот кивнул мне и улыбнулся.       В замечательном настроении я отправилась на УЗМС. В этом году его посещали только из гриффиндора: я и Дин, из Пуффендуя не было никого, из когтеврана только Полумна и из слизерина, как ни странно посещали Забини и Нотт.       Первую половину урока Хагрид рассказывал нам о Мантикорах, а во второй половине показал детёныша этой твари и показал их силу. В общем, урок оказался довольно интересным. После УЗМСа у Гриффиндора по расписанию была Травология, а потому я направилась к теплицам. Там уже стояла наша компания. Гермиона настаивала на повторении материала, а мы, то есть я, Рон и Гарри, считали, что это лишний и ненужный труд. Спор продолжался до начала урока.       Сегодня мы проходили ползучую Антенницу. Это такая дрянь, которая норовит дотронуться до тебя своими ядовитыми усиками всеми возможными способами. Весь урок мы, борясь с побегами, рыхлили землю в их горшках. Честно говоря, на обед мы пришли выжатые, как лимон. Быстро поев, мы помчались на Трансфигурацию, памятуя о том что Макгонагалл не любит опозданий.       Уже у класса меня нагнала сова, которую я отправила Малфою. Наконец — то он что-то ответил! Быстро отвязав аккуратно сложенный пергамент, на котором каллиграфическим почерком было написано «Мисс Уизли», я отпустила сову. Вот что было в записке: «Приходи В Астрономическую Башню в 8.00 вечера» Подписи не было. Я задалась вопросом, кто же это? Малфой? Вряд ли. Сову он скорее всего отправил в совятню и прислать её мог кто-то другой. Но кто тогда? Гарри? Нет, мы же расстались. Может Дин? Хотя, тоже вряд ли. Так и не придумав ничего путного, я решила сходить на это «свидание».       На трансфигурации я была жутко рассеянной, и почти не улавливала нить рассуждений профессора. Мне повезло, отвечать мне не пришлось. Пара перед ужином у Гриффиндорцев седьмого курса была свободна. Я решила подготовиться к встрече с неизвестным.       Я решила надеть кремового цвета балетки и чуть более тёмного цвета платье длинной чуть выше колен. Так как браслеты, кольца и прочие украшения я не терплю, я решила надеть любимые часы с ремешком из огненно-рыжей драконьей кожи, подарок Чарли. Свои кудрявые волосы я решила не трогать, лишь тщательно их расчесала. Макияж тоже был простым. Лёгкие светлые тени и тушь. После некоторого раздумья губы я решила не красить.       Без десяти восемь, я захватив палочку, мало ли что, незаметно выскользнула из гостиной и направилась к Астрономической башне. Ровно в восемь по моим научным часам я поднялась в Башню. У парапета стоял ОН. Малфой. Я застыла, пораженная тем фактом, что это действительно ОН, человек который мне нравился, но был своего рода «запретным плодом». Малфой, видимо почувствовав, что он не один, обернулся и произнёс тихим голосом: — Ты пришла.