И даже смерть не разлучит их...

Глава 2. Хината и Кира, держась за руки, двигались в сторону отеля, что находился через улицу, буквально в пяти минутах ходьбы от ресторана. За руки держались они относительно странно — Кира крепко держал руку Хинаты, и чуть ли не тащил ее за собой. Последняя в свою очередь едва поспевала за шагами спутника, крича ему чтобы он сбавил темп. -Кира, медленней, пожалуйста! — взмолилась Хьюго, одергивая руку парня. Наконец он ее заметил и слегка сбавил шаг. Что это с ним? Почему он так себя повел? Кира и сам не понимал, он просто поддался порыву. Ему хотелось бежать… бежать с ней. Последний час мысли об убийстве совсем вышли из его головы. Разговор с Хинатой оторвал его от насущных проблем и словно окунул в омут желаний. Он недоумевающе оглядел запыхавшуюся девушку, будто видит ее впервые. Затем выпустил из своей руки нежную ладонь Хинаты, приводя мысли в порядок. -Прости, я немного задумался, — неловко бросил тот, и продолжил идти дальше. -Эм, не страшно, ты, кажется, частенько так задумываешься, — хихикнула она и последовала за парнем. Дальнейший их путь прошел в молчании, но никого из них это не смущало, а наоборот, как-то успокаивало. Хьюго, краснея, изучающе оглядывала красивые черты лица парня: высокий лоб, скрытый несколькими спавшими на лицо черными, растрепанными прядями; заостренный нос и какие-то преступные сизо-черные глаза. Он был высокого роста, с накаченным телом и светлой кожей, кажется, солнце он совсем не жалует. Одетый в черную рубашку и такого же цвета пиджак, с простыми грязно-серыми брюками, Кира шел, опережая Хинату всего на шаг. Сейчас его разум был немного затуманен, не давая рационально думать. Единственные ясные мысли были только об обладательнице аметистовых глаз, таких чарующе искренних и миролюбивых. Трэвис все никак не мог понять, как такая хрупкая, беззащитная и слабая особа перешла дорогу опасному и влиятельному человеку. Что такого нашла Хината, за что ее хотят убить? И что за странное чувство разливается в его груди — щемящее, колющее, но в тоже время приятное? -Вот мы и здесь, — заговорила Хьюго, и шагнула в сторону входа в отель. — Пойдем, ты чего застыл? — позвала она парня. Кира послушно следовал за ней, с легкой улыбкой наблюдая за ее веселым шагом. Вдруг он ощутил тревожное чувство и стал оглядываться по сторонам. В толпе посетителей отеля он разглядел несколько подозрительных личностей, пристально наблюдавших за парочкой — за ними следят. Следят довольно давно, кажется, еще с посиделок в ресторане, но Трэвис настолько ушел в мир грез, что сделался слишком беспечным. Тревога очистила его разум, и он, наконец, вспомнил для чего он здесь. Нужно действовать. -Я живу на втором этаже, — произнесла она, заходя в лифт. Лифт. Прекрасная возможность для удара, но не в отеле. Слишком много людей вошло с ними в это маленькое душное помещение с маленькой камерой наблюдения на потолке. Не сейчас. Возможность еще будет. Кира и Хината вышли из тесного лифта на своем этаже, и не спеша потащились по длинным коридорам, устланным красными дорожками. Обогнув один поворот, они прошли мимо пары дверей и остановились у номера двести тринадцать. Кого же было удивление Трэвиса, когда он обнаружил, что его номер находится по соседству. Ирония судьбы, не правда ли? Он непроизвольно издал смешок. -От чего тебе весело? — спросила Хината, уже отворившая дверь в номер и с улыбкой наблюдающая за поведением брюнета. -Ничего, — коротко буркнул он, одергивая себя. — Входи. -Заявляешь так, будто пускаешь меня в свой номер, а не наоборот, — обиженным тоном бросила Хьюго, но послушала парня. — Прости за бардак, кажется, горничная сюда нос еще не совала. Подожди секунду, я найду свой кошелек… — Хината скрылась в одной из комнат, оставляя Киру наедине с собой. -Так, сейчас идеальный момент. В номере только она и я. Никаких свидетелей. Ничего, что могло бы помешать мне, — читал он мантру. В ожидании девушки, Трэвис оглядел комнату, в которой находился и непроизвольно его взгляд упал на валяющиеся на полу папки. Увидев заголовок, он моментально опустился на пол, рассмотреть все получше. -Дело пятилетней давности: нападение на семью полицейского Учиха, — зачитал он вслух и, словно одержимый, начал изучать документ. -Что ты делаешь? — из-за спины Трэвиса послышался взволнованный голос девушки. Хината неуверенно подходила к парню, прижимая к груди кошелек. -Откуда это у тебя? — не поворачиваясь, задал встречный вопрос Кира. Холодно, отстраненно, говорил так, словно приказывал. -Что? Ты… -Отвечай! — раздался крик, от которого девушка сильно испугалась и вздрогнула. Не дойдя до парня, она попятилась назад — идти к Кире уже совсем не хотелось. В глазах читался не поддельный страх. Треск. Что-то сломалось? Наверное, это рушится созданный Хинатой образ «принца» Трэвиса. -Я… веду свое расследование по… по этому делу, — дрожащим голосом, испуганно произнесла Хината. — В-в чем дело?! -Ты… — прорычал Кира, но тут же успокоился, — Кхм, это же произошло больше пяти лет назад. Зачем оно тебе сейчас и какой от него прок, — бросив папку на пол, где она и лежала, непринужденно задал вопрос. Трэвис старался вести себя так, словно его вспышки эмоций никогда и не было, и он совсем не заметил напуганную девушку. -Я… я занимаюсь этим делом уже больше двух лет. Такое серьезное дело, так глупо слили и припудрили какой-то дешевой фальшью, — Хьюго немного успокоилась, вместе с поутихшими эмоциями Киры. Она опустилась на пол собирать документы. — Тут очевидно замешано нечто большее, чем огласили в новостях. Для меня, как для журналиста, это дело — сенсация, если я его раскрою. -И? — Трэвис нервно сглотнул. До него начала доходить причина, по которой заказали Хинату. Она нашла нечто, что вынудило ее прикончить. — Ты его раскрыла? -Какое тебе дело? — подозревающее покосилась на него девушка. Его гнев утих, и теперь проснулось любопытство, но Хината не понимала и совсем не разделяла его чувств. Страх девушки ушел, а ему на смену пришла обида. — Ты очень странно себя ведешь, с момента, как мы оказались в отеле, — она заметила и теперь подозревает его. Все-таки инстинкты у нее есть. -Да в целом никакое. Пять лет назад перед тем, как я покинул Японию, об этом деле говорили повсюду. Вот и вспомнилось, — попытался выкрутиться парень. По реакции девушки он так и не понял, поверила она или нет. Но поспешных выводов делать не стала. -Понятно. Напугал же ты меня, — убрав документы подальше, она вернулась и протянула парню несколько купюр. — Возвращаю должок за обед. -Не стоило, но если ты настаиваешь… — он взял деньги и сунул их в карман. Ее руки были очень холодными, а в глаза она ему больше не смотрела. Боится? —Хината, я… — начал приближаться Кира. Хьюго отстранилась на пару шагов назад и грустно отвела взгляд в сторону. Повисло молчание. Неожиданно в дверь постучали: -Обслуживание номеров! — раздалось за дверью, и Кира понял, что лучше здесь больше не оставаться. Еще один шанс упущен, да и в груди снова покалывает. Но эта боль не такая игривая, она будто рвет изнутри от одного взгляда на поникшую Хинату. -Я, пожалуй, пойду, — произнес Кира, понимая, что не может и не хочет здесь оставаться. -А! Да… Пока, — тихо шепнула Хьюго на прощание уходящему парню. 28 октября. Сегодня я снова ходил в полицию, и меня снова вышвырнули, так ничего и не сказав. Почему они закрыли дело об убийстве моих родителей?! Почему СМИ голосит о том, что это дело рук какого-то маньяка?! Все ведь не так! Я с силой ударил стену ванной, выложенную голубой кафельной плиткой, от чего та треснула. Где-то час я стою под струями холодного душа, безуспешно пытаясь остудить голову. Безуспешно пытаюсь подавить гнев, чтобы не явиться в участок и не устроить там очередной скандал… Как же я их ненавижу! Я знаю, на них кто-то давит. Кто-то имеющий в руках власть и большие деньги. Они боятся. Но! Мало того, что они ни черта не делают и прикрываются несуразной ложью, так еще и не хотят мне говорить кто всему этому виной! Я снова ударил стену кулаком, так сильно, что костяшки пальцев неприятно хрустнули. Выключив воду, я вышел из ванны, даже не притронувшись к полотенцу. Кинул взгляд на кровать, устланную кипой бумаг, фотографий, газетных вырезок — всей чепухой, что могла мне помочь в поисках виновника. Целый месяц поисков, беготни, звонков и все не дало никаких результатов. Как же хочется все бросить. Все бросить, и кинуться с крыши какой-нибудь высотки вниз. Покончить с жизнью и больше не мучиться с этим гневом, беспомощностью… с этой болью. Но я не могу. Нужно найти брата… Точно, куда ты пропал, Итачи! О смерти наших родителей знает вся страна, но ты даже не позвонил, не сообщил где ты, что с тобой. Да хотя бы жив ли ты! Меня часто одолевают смутные сомнения по этому поводу, но я чувствую — ты жив. Жив, и также как и я пытаешься докопаться до истины. Надеюсь, у тебя дела обстоят лучшим образом… Хах, видел бы ты меня сейчас, наверно поставил фирменный щелбан, и сказал какую-нибудь несуразную отговорку. Я скучаю, брат. Мне ужасно одиноко… Одиноко и страшно оставаться одному в этом огромном пустом доме. Я устал пугаться каждого шороха, потустороннего звука. Устал пугаться самого себя, случайно увидев отражение на глянцевой поверхности. Скоро я покину Японию, этот город, этот дом… Уеду в Европу в поисках убийцы, ведь, брат, ты же уже знаешь кто убил наших родителей? Пусть я не до конца уверен, но больше никаких зацепок нет, и пока единственная ниточка не ускользнула от меня — я буду действовать. Неважно сколько это времени займет — я найду и убью того ублюдка, и отомщу за нашу семью. Я скинул покрывало на пол, вместе со всеми бесполезными бумажками, и рухнул на кровать. Глаза слипаются, хочется спать. Но я знаю, что вскоре проснусь в ледяном поту от ночных кошмаров посреди ночи. И все же… Сон необходим.