Три слова

— Слушай, Уилл... А что случилось, когда вы со Звездочкой гуляли в парке? — неожиданно спросил Билл, когда в один из вечеров братья коротали время за бумагами. — Неудачная сделка... — пробормотал Уилл, подняв голову от разброспнных документов. — Что? — Что произошло между вами в парке? — терпеливо повторил Билл, нервно теребя смятую простынь. — Мы не поцеловались, — спокойно отчеканил Уилл, как всегда оставаясь холодным и равнодушным. Билл же наоборот сидел, словно на иголках. — То есть... Ничего не было? — переспросил он, стараясь успокоить внутренний огонь. — Я думал... — Думал, что я поступлю так же подло как и ты и чуть ли не пересплю с Пайнс? — горько усмехнулся Сайфер, откладывая очередную бумажку. — Че-е-ерт... — протянул Билл, озадачено зарываясь пальцами в светлые волосы. Как он вообще мог усомниться в брате? Он ведь правильный. Не то, что Билл. Который повел себя так... Так. — Блин, прости... Я... — Едва с цепи не сорвался, я знаю, — мягко улыбнулся Уилл, понимая, что сейчас все вернется на свои места. — Понимаешь, что чувствовал я? — Угу, — обереченно кивнул он. — Я лишний раз её коснуться боюсь... А когда представлял, что между вами было... — Ого, Билл и сопливые фразочки, — весело протянул Уилл, ловко поймав подушку, которую в него тут же запустил брат. — Неужели влюбился настолько? — Ты этого не слышал, Уилл Сайфер! — Я думал уж кто-кто, а Билл явно никогда даже не намекнет на свою человечность. — Идиот, заткнись... — пробурчал он, немного даже смущенно отводя взгляд. Вот что любовь творит с людьми, а? — Ладно тебе, братец. Мы оба в этом дерьме.

***

      А время все шло и их разлука тянулась невыносимо долго. Оба Сайфера думали и размышляли об этом, стараясь разобраться в своих чувствах и, наконец-то, решить, что будет дальше.       Билла мучала бессонница. В глазах все ещё стоял тот момент, когда Мэйбл вырвалась от него и едва ли не покончила с жизнью. Тот страх продолжал преследовать демона. Он просто не может просто так её потерять. Но бороться с братом... Их обоих убивает соперничество, они теряют рассудок из-за этого. Бороться с братом не хотелось.       Появлялись мысли о том, чтоб уступить. Уилл всегда был вторым, был хуже, слабее. Так почему, собственно, не уступить ему любимую девушку? Мда. Какой бы добрый порыв у Билла не был, а сделать это он не мог. Эгоизм напоминал о себе. Звездочка не сможет изменить его до конца.       Они поговорили. Старались вразумить друг друга. Без Мэйбл это было куда проще. И они решили, что при возвращении потребуют от Пайнс ответа. И какой бы ответ ни был — примут любым. Они больше не будут ссориться.       По крайней мере, они надеялись на это. Взрослые люди же.       Разлука и правда помогала. Хотя дни тянулись невыносимо долго.

***

      Время своеобразного отпуска в две недели вышло и близнецы были обязаны вернуться домой. Но страх давал о себе знать.       Они не хотят знать о решении Мэйбл.       Синее пламя неожиданно начало разжигаться во дворе, где через несколько мгновений появились Сайферы. И они тут же двинулись к семье, которая вновь сидела за столом. Миссис Сайфер и Мэйбл расставляли тарелки, а Пироника с Диппером вновь о чем-то спорили. Казалось, что ничего не изменилось.       И они были лишними.       — Билл и Уилл! — Ника резко подскочила на месте, поворачивая голову в их сторону. — Вернулись, Мэй! — и демонесса, внаглую оставив жениха, поспешила к подруге. У самой Пайнс руки дрожали, когда она зачарованно уставилась на них. Пусть лицо и смертельно побледнело, но она с радостным воплем побежала к близнецам.       — Вы верну-у-улись! — радостно залепетала Мэйбл, жарко обнимая их по очереди. И было совершенно плевать, что миссис Сайфер непонимающе уронила стакан, а Диппер оторвался от спора с Пироникой. Последняя же довольно ухмылялась.       — Горячий прием, Звездочка, — усмехнулся Билл, мимолетно целуя её. Уилл тут же её перехватил, одаривая случайным поцелуем чуть выше щеки.       — Пайнс, ты что... Рада нам? — растерявшись, спросил он, недоверчиво покосившись на девушку.       — Да-да-да! Простите, я не должна была тогда вам так говорить... Я знаю, но я не знаю, что со мной, — сбивчиво говорила девушка, виновато улыбаяясь.       — Разозлилась на нас, — подсказал ей Билл, подмигнув в своей манере. Получив утвердительный кивок, он лишь насмешливо фыркнул.       — Ладно, прощаем, — сдался Уилл, вмиг оборачиваясь к матери, которая быстрыми шагами приближалась к ним.       — Мальчики, а-а-а... А что происходит? — рассеяно спросила она, стараясь придти в себя. Билл также оставил "свою Звездочку" и догнал брата.       — Ну, мы вернулись, — нервно передернул плечами он, по старой привычке чмокнув её в щеку. Уилл повторил за ним, прекрасно зная, что это отвлечет мать.       — Все с нами хорошо, сделка прошла успешно. А сейчас нам нужно поговорить, — серьезно начал Уилл, надеясь, что по его тону все поймут важность разговора.       — Со Звездочкой, — добавил Билл, что окончательно расставить все точки.       — Чуть позже, — шикнул на него Уилл, вмиг переставая чувствовать себя "вечно вторым". Их наигранная беспечность не понравилась ни миссис Сайфер, ни Мэйбл. Но что с этим можно сделать? Ни-че-го. Они же Сайферы, с них правду не вытянуть...       — Решила завести себе гаремчик, да, Мэйбл? — озлобленно рыкнул Гидеон, который все это время отдаленно наблюдал за ситуацией. Его нахождение в доме Сайферов уже было столь привычным, что никто не удивлялся.       — Гидеон... Но... — Пайнс было растерялась, — она ещё никогда не видела его таким, — но тут же взяла себя в руки, рыкнув в ответ: — Какое тебе дело? — наконец-то спросила она, осматриваясь. Ей не хотелось привлечь лишнего внимания.       — Может я волнуюсь за тебя, — хмыкнул Гидеон, постепенно успокаиваясь. — Ты это... Мой друг!       — За свою Пасифику волнуйся и её другом называй, а меня не трожь.       Мэйбл вздохнула и осознала, что ей с большой легкостью дались эти слова. Ведь раньше она боялась его задеть, отшить. Бегала следом, как последняя дура.       А сейчас просто поняла, что ей плевать на Гидеона, его внимание, на Пасифику, на сложную ситуацию. Старая Мэйбл бы визжала от того, что Глифул обратил на неё внимание. Он ревнует!       Но та Мэйбл уже мертва, увы.       — Ты ревнуешь, — слащаво протянул он, усмехаясь. От такого движения Пайнс перекосило и ей захотелось поскорее ретироваться. Этот Глифул испортил ей всю радость...       — Боюсь, что ревновать к какой-то швабре — слишком низко. Меня больше люди интересуют, — невинно захлопала ресничками девушка и, круто развернувшись, ушла. — Разберись сначала с собой. Я же справлюсь сама. — И как в доказательство, Гидеону пришло оповещение с сообщением. Разобраться с собой ему и правда нужно...       — Я хотел помочь.       Видимо, Мэйбл сегодня проходу не дадут. Гидеона сменили близнецы. Однако, к ним хоть презрения не было.       — Ох уж эта молодежь со школьными романами, — ехидно хохотнул Билл, вновь получая кивок от девушки. В общем-то было приятно, что она соглашается с его мнением.       — Пайнс, нам нужно с тобой поговорить... — начал было Уилл, но возглас сестры его отвлек.       — Мэй! Иди сюда!       Спешно извинившись, девушка поспешила к Пиронике. Сердце все ещё выпрыгивало из груди от волнения, но Мэйбл достаточно хорошо держалась.       — Похоже, она нас избегает, — пробормотал Билл, удивленно смотря как Пайнс убежала к подруге.       — Пироника на её стороне, — выдохнув, добавил Уилл.       — Тогда... давай не будем дергать её? — неуверенно предложил Билл. — Пусть сама определится, серьезно. Видимо, ещё не готова.       — Ладно, — сдался Уилл и они оба двинулись домой...

***

      Мэйбл сидела, закутавшись в кокон из одеяла и размышляла, под убаюкивающие крики Пироники. Она что-то с энтузиазмом говорила, явно не замечая то, в каком состоянии находилась лучшая подруга. Эгоизм в этой семье наследственный.       Мысли Пайнс были довольно далеко от того, какой Диппер интересный и в какой оттенок розового лучше перекрасить волосы. Её мысли (собственно, как обычно) заняли близнецы. И то облегчение, когда она увидела, что они вернулись.       Она была готова упасть, но где-то внутри знала, что ни один из них не успеет её поймать. Поэтому девушка и держалась, подмечая, что они не злы на неё. Ведь разве они улыбнулись бы ей так? Так, отчего сердце забилось в несколько раз быстрее и она невольно забывала, как дышать?       Такой родной запах, такие теплые объятья, такие родные руки. Они тоже скучали. И невольно улыбались, когда она по-детски ерошила им волосы. Настолько детское поведение ни капли не подхожит жарким поцелуям.       Да-а, дышать в такт сердцу тяжело.       За эти две недели (вечность, не больше!) Мэйбл старалась все переосмыслить. Она прекрасно знала, что они потребуют ответа и хотела по приезду им его дать. Но это было выше её сил.       Она ставила себе кучу вопросов по отношению к Сайферам и старалась дать ответ. Но они оба шли наравне. Как и её тянуло к обоим.       Между ними выбрать невозможно. Они разные, но они одинаковые.       С Биллом было весело. Он был такии же безумным, а она с ним — смелее. С ним можно было забыть о детстве. Он помог перебороть её главный страх — быть взрослой. С ним быть взрослой не так уж плохо. Даже наоборот. Классно.       Уилл был личным успокоительным. Был... Пока не поступил так подло на свидании. "Я не поцелую тебя, пока ты не скажешь, что выбрала меня!" — так Пайнс видела эту ситуацию и отказывалась от других вариантов. Он был спокойным и холодным. Не было напряжения, как с Биллом, что "Вот-вот что-то случится!"       И если простить Уилла за эту оплошность, то оба заставляли её сердечко трепетать. После того, как у Диппера появилась Пироника, Мэйбл могла смело заявить, что только братьям была нужна.

Желанная, нужная, любимая...

      Кажется, Пироника перестала говорить. По крайней мере, чего-то на фоне не хватало. Неужели бесконечный монолог о любимом человеке измотал её? Смешно.       Хотя, впрочем, Мэйбл и сама устала от всего этого. Потому что небо постепенно светлело, а звезды исчезали. Ночь почти прошла, а она все ещё не уснула.       Дурацкие мысли.

***

      Мэйбл, в общем-то, почти и не спала. Однако поднялась рано, боясь наткнуться на братьев. Стараясь не шуметь, она спустилась вниз, где была ещё одна ранняя пташка — миссис Сайфер. Интересно, она вообще спит...       — Не спится, милая? — поинтересовалась она, ловко орудуя над едой. Пайнс немного смущенно кивнула — после вчерашней сцены с братьями она не знала, какая у Беллы может быть реакция. — Будешь есть?       — Да, почему бы и нет, — угрюмо кивнула Пайнс, протирая глаза. Энтузиазм этой стойкой женщины всегда завораживал девушку и наполнял энергией.       Уже в одиночистве трапезничая, девушка услышала чье-то раздраженное кашлянье и обернулась в сторону лестницы. Там стоял Уилл.       Она взглянула на Сайфера, явно не понимая причины ранней злости. Ещё же ничего не случилось. Он сел за стол напротив и принялся за свой завтрак, стараясь не смотреть на Мэйбл. Видимо, наедене с ней ему было не по себе. Теперь.       — Утречка, — довольно громко произнес Билл, спускаясь вниз. Он занял свое место рядом с братом, перед этим весело кивнув Мэйбл.       Дом медленно просыпался — где-то по коридорах ходили слуги, с улицы возвращалась миссис Сайфер, сверху спускались Диппер и Пироника (первый — обнаженный по пояс, а вторая — в его рубашке).       — А вы знаете, что завтра в городе будет праздник? — неожиданно спросил Билл.