*****
В Конохе стояла глубокая ночь. На небе парила полная луна. В одном квартале было тише, чем обычно, даже свет нигде не горел. На дороге лежало несколько окровавленных тел, не подававших признаков жизни. Почти никого в живых не осталось. Среди трупов стоял мальчик-подросток в форме АНБУ без маски. Перед ним лежал один выживший — восьмилетний мальчик. Он был без сознания после применения на нём Мангекё Шарингана. Итачи стоял и с напускным равнодушием смотрел на младшего брата. Теперь обратной дороги нет. Теперь он предатель и убийца. Все связи разорваны. Парень сам не знал, почему оставил в живых брата, ведь ему приказали искоренить весь клан. Может, он на что-то надеялся? Учиха развернулся в сторону окраины, откуда планировал сбежать из деревни. Сделав пару шагов, парень остановился. Он хотел снова увидеть её и повернул в другую сторону. Итачи стоял у окна и сквозь стекло смотрел на спящую девочку. Для себя он решил просто посмотреть на неё, но ему этого оказалось мало. К тому же в помещении было слишком темно, чтобы её разглядеть, поэтому тихо открыл окно и проник в комнату Сакуры. Девочка продолжала спать, лишь плотнее укуталась в одеяло из-за того, что в комнату проник сквозняк. Учиха подошёл ближе к кровати и присел на одно колено, рассматривая лицо Сакуры. Она выглядела такой умиротворённой и даже не подозревала, что произошло совсем недавно. Парень запоминал её черты лица, может, он видит её в последний раз. Юноша хотел провести ладонью по розовым волосам, но опомнился и посмотрел на свою руку. Несколько минут назад он ею лишил десятки жизней, и теперь она запятнана кровью. Парень не хотел этой рукой прикасаться к девочке, опасаясь её осквернить. Решив, что смотрит на неё слишком долго, Итачи встал и пошёл к окну. Вдруг подул сильный ветер, и зашелестели шторы, что разбудили Сакуру. Девочка зажмурилась и немного приподнялась, протирая один глазик маленьким кулачком. Харуно заметила тёмный силуэт в своей комнате и сразу его узнала. — Итачи! — радостно крикнула Сакура. Парень обернулся. Девочка, скинув одеяло, спрыгнула с кровати и побежала к нему, чтобы обнять. На ней была длинная бежевая сорочка с рукавами. — Не подходи! — негромко, почти шёпотом, крикнул Учиха, опасаясь, что его услышат, и резко отступил на пару шагов. Харуно замерла в паре метров от него, не понимая, почему он от неё отстраняется. — Почему? Сначала Учиха не ответил (не мог же он ей сказать, что вырезал собственный клан и что его руки теперь по локоть в крови, и если она к нему прикоснётся, то испачкается?). — Я пришёл попрощаться, — тихо и отчаянно произнёс парень. — Попрощаться? Ты куда-то уходишь. Надолго? А когда вернёшься? — Никогда. — Что?! Как это никогда! Ты же обещал, что мы всегда будем вместе! — сделав шаг вперёд, крикнула Сакура. — Прости, но я не могу выполнить своё обещание, — с сожалением ответил Итачи. — Тогда останься! — Девочка сделала ещё один шаг. — Это невозможно, — сказал парень, закрыв глаза, и отвернулся. Сакура, не выдержав, подбежала к нему и, обойдя, обняла. — Тогда возьми меня с собой! — умоляла девчушка, смотря на него снизу вверх. Итачи изумлённо смотрел на неё, но, опомнившись, немного отстранил её и присел на одно колено, сжимая её хрупкие плечи. — Нет, тебе нельзя со мной. Я ухожу туда, где маленькие девочки не смогут выжить. — Тогда я буду тренироваться и стану сильной! Я не буду обузой! Только возьми меня с собой! — умоляла, нет, скорее требовала, Харуно. — Не в этом дело. Со мной ты рискуешь измениться не в лучшую сторону. Я буду делать нехорошие дела. — Мне всё равно, хороший ты или плохой! Я люблю тебя и хочу быть с тобой! — отчаянно кричала девочка, отказываясь что-либо понимать. — Сакура, это не любовь. Ты не можешь любить меня по-настоящему, ты ещё маленькая. — Я не маленькая! — заплакала девчушка. — Я, правда, тебя люблю. — Она стала протирать кулачками глазки. — Сакура, не плачь, слёзы тебе не идут, — пытался её успокоить парень, убирая маленькие ручки от лица, и вытер слёзы, но снова и снова появлялись новые мокрые дорожки. — Когда ты вырастешь, всё поймёшь. — Но я умру без тебя, — всё плакала Харуно, прижимая ручки к груди. — Ты не можешь любить меня, это невозможно… — Тогда кого мне любить, если не тебя?! — снова отчаянно крикнула Сакура. — Люби Саске, — незаметно для себя произнёс Итачи, — а меня забудь. — Что? — удивлённо раскрыла глаза розовласка. — Так будет лучше для тебя и… меня. — Но я не хочу никого любить кроме тебя! — Так нужно и я так хочу. Девочка застыла и опустила голову, скрывая лицо волосами. — Ты действительно этого хочешь? — тихо спросила она, медленно поднимая голову. Её глаза были полуоткрыты, будто она в любой момент уснёт. — Да, я этого хочу, — сказал Учиха, не задумываясь, какую ошибку допустил. Глаза Сакуры стали переливаться белым. — Забыть Итачи, любить Саске. Забыть Итачи, любить Саске… — начала розовласка повторять как заклинание. Парень удивлённо наблюдал за ней, не понимая, что с ней происходит. — Сакура, что с тобой? — Учиха стал её несильно трясти за плечи, но она не отреагировала и продолжала повторять одно и то же. Вдруг Итачи почувствовал, как от сердца что-то отделилось. Опустив взгляд, парень заметил, как из его груди появился светящийся ослепительно белый лепесток. Кожу обдало ознобом, словно это часть цветка являлась источником тепла. «Что это?» — удивился отступник, всё ещё держась за девичьи плечи. Лепесток разделился на две части: на голубую и белую. Белый лепесток теперь почти не светился и обратно скрылся в сердце юноши, но утраченное тепло не вернулось. Небесный лепесток полетел к окну. Учиха почувствовал, что не может его потерять и хотел побежать за ним… — Сакура! Ты опять не спишь! И с кем ты там разговариваешь?! — раздался раздражённый голос женщины за дверью. По коридору были слышны характерные шаги. Итачи снова оглянулся на розовласку. Та замолчала и, закрыв глаза, потеряла сознание, начав падать. Парень быстро поймал падающую девочку, взял на руки и положил на кровать, укрыв её одеялом. Сам же быстро покинул комнату через окно. Дверь резко открылась, и в помещение проник сильный сквозняк, из-за чего волной затрещали шторы. Мать Сакуры огляделась. Никого. Только её дочь мирно спала на кровати. Женщина подошла к окну и закрыла его. Итачи на крыше наблюдал, что происходит в комнате Сакуры. Как её мать закрывает окно и одёргивает шторы. Печаль засела в его сердце. Ему не понравилось то, как странно повела себя Сакура, и решил остаться в деревне на один день, чтобы убедиться, что с его девочкой всё в порядке. Учиха огляделся: небесного лепестка уже нигде не было. И что это было?Глава 26. Прощание
31 мая 2014 г., 15:46
Безлюдная улица, где никто не живёт. Когда-то здесь было строительство, сейчас это место заброшено и забыто. У одного из недостроенных домов на крыльце сидел, обняв колени, тринадцатилетний мальчик-подросток и качался назад-вперёд, едва сдерживая слёзы. Сегодня он получил приказ ночью уничтожить клан Учиха: убить отца, мать, младшего брата, всех родных и тех, кто состоит в клане. Помимо этого он должен покинуть Коноху и больше не возвращаться. И он больше не увидит свой любимый цветочек, не увидит больше эту счастливую и беззаботную улыбку. Однако не только это его беспокоило: он не увидит, как распустится бутон, не будет наблюдать за цветением. Парень был уверен, что в будущем этот цветок будет поистине сильным и прекрасным.
Внезапно кто-то обнял его сзади за шею.
— Итачи, не плачь, — раздался успокаивающий детский голос. Учиха почувствовал слабое тепло, но отчаяние было сильнее. Он, не вставая, медленно повернул голову к девочке.
— Что-то случилось? Где-то болит? Тебя ранили? Или тебя кто-то обидел? — обеспокоено спросила Харуно.
— Сакура? Как ты меня нашла? — с пустым взглядом спросил юноша. Девочка, обойдя его, встала перед ним.
— Я не знаю. Я просто почувствовала, что тебе плохо и пришла сюда. — Затем девочка обхватила его за шею, и прижалась к нему, крепко обняв. — Не плачь, всё будет хорошо.
Юный АНБУ не смог сдержаться и сам в ответ крепко обнял свой любимый цветочек, и по щеке пробежала одинокая слеза. Нет, уже никогда не будет всё хорошо. Он станет предателем, вся деревня будет его ненавидеть. Зато Коноха будет спасена, и его девочка будет жить. Мысль, что Сакура тоже будет его ненавидеть, терзала сердце. Она больше никогда не улыбнётся ему счастливой улыбкой, не позовёт весело, больше не побежит к нему с раскинутыми руками и не обнимет, а он не услышит её радостный звонкий смех. Теперь он будет видеть её презренные и ненавистные взгляды. Они станут врагами.
Сакура непонимающе моргала, не понимала, что с Итачи. Она не знала, что сказать. Поэтому просто прижалась к нему, обтираясь щекой о его плечо, и гладила по чёрным волосам.