Легкая добыча

Дейзи безутешно плакала в окружении девочек из финансового. Натаниэль остановился перед их стайкой в нерешительности. Он хотел извиниться за несостоявшийся ужин – вчера это вышло скомкано и невнятно, когда они столкнулись в холле. Дейзи ждала его, а он спешил за своей проклятой начальницей, как собачонка, на ходу пытаясь надеть пальто и не уронить чехол с ее одеждой. Но теперь сахарной блондинке вряд ли пригодились бы его извинения. - Что случилось? – тихо спросил Прей, тронув за локоть крайнюю сотрудницу. - Ее уволили, - шепнула та. Дейзи отняла от заплаканного лица ладони и увидела Ната. - Это все она, - выпалила девушка дрожащим голосом. – Дерек сказал, приказ сверху… Это она меня уволила за то что… за вчера… Блондинка снова разразилась рыданиями, а Натаниэлю стало муторно. Он развернулся и решительно направился в кабинет генерального директора. - Какого черта вы это сделали?! - Прей, ты пьян? – Виктория отвлеклась от изучения бумажной документации. - Вы уволили Дейзи Шугар. - С каких пор тебя это касается? - С тех самых, когда человека увольняют из-за меня! - Ее уволили, потому что работа секретарши – помогать своему начальнику, а не чирикать по углам. - Вы ее уволили, - прошипел Нат, - потому что она единственная отнеслась ко мне по-человечески. Потому что она меня жалела… - С чего тебя кому-то жалеть, Прей? - Да потому что она слышала, что вы вытворяли со мной в тот день! Женщина коротко рассмеялась. - Закрой дверь. - И не подумаю. - Ты хочешь отправиться вслед за ней? Натаниэль на секунду смешался, и Виктория перешла в наступление. - Да, это я уволила твою сахарную мисс, - негромко заявила она, приближаясь. – Потому что ее куриных мозгов не хватило на то, чтобы не клеить моего секретаря у меня под носом. - Клеить? Да мы были просто друзьями… - Ты пытаешься сделать из меня дуру или в самом деле такой наивный? – Лэшш потянулась к дверной ручке. В этот момент в приемной зазвонил телефон. Они оба замерли. Виктория размышляла пару секунд. – Ответь. Натаниэль развернулся на каблуках и пошел к своему столу. - «Эль’Индастриз», приемная генерального директора… Да, это я… Что?.. Виктория, стоя в дверях, наблюдала, как лицо секретаря становится все более растерянным. Он посмотрел на нее, будто видя впервые в жизни. - Я должен срочно ехать… - пробормотал Нат. - У тебя полно работы, - отрезала Лэшш. В его глазах отразилось отчаяние, потом что-то похожее на обиду. Она ждала, как он сейчас начнет, как обычно, сбивчиво извиняться перед собеседником, кем бы тот ни был, попытается перенести, вымолить… Но мужчина вдруг сжал губы и упрямо поднял подбородок, переменившись совершенно в этот момент. - Да, я понял. Буду в течение получаса, - Натаниэль положил трубку, обжег начальницу ненавидящим взглядом и развернулся прочь. - У нас собрание акционеров завтра! – крикнула ему вслед Виктория, опешившая от такой наглости. – Отчет должен быть готов, мне все равно, как ты это сделаешь!.. Он захлопнул за собой дверь приемной. «Мама умерла. Ночью для нее нашлось сердце, срочно назначили операцию. Отец звонил мне, но мой мобильный был выключен. А к утру ее уже не было. Я даже не попрощался, не сказал ей доброго слова в последний раз… Можно винить в этом кого угодно – Дейзи, мисс Л., себя или хотя бы хирурга, который допустил это. Но ничего не изменится. Мамы нет, ее не вернуть, найдя виновного. Все это бессмысленно…» - Прей… Натаниэль открыл глаза и поднял голову. Очень болела спина и шея. До его обоняния донесся запах свежесваренного кофе. Виктория подвинула ему кружку. - Помнишь, на какой странице уснул? - Я отправил в печать… Вроде… - мужчина попытался вспомнить и понял, что в голове все перемешалось. Он и во сне продолжал сводить итоги работы всех отделов, компануя их в отчет для сегодняшнего собрания. - Отправил, - кивнула Лэшш. – Ладно, я перепроверю все. У меня есть еще пара часов. - Графики для презентации… - Ты ее сделал. Все, сейчас подъедет машина, иди, поспи. Квартиру помнишь? - Квартиру?.. - Мою квартиру, - терпеливо объяснила Виктория, подпихивая ему ключи. – Консьержку я предупредила. - Но… - Я сказала, ты свободен на сегодня. Зазвонил телефон. Женщина успела снять трубку раньше. - Хорошо. Все, допивай и иди. Вот еще… - она порылась в сумочке и вытащила его мобильник. – Опять забудешь. Не включай только. Выспись. Натаниэль рассовал по карманам свой телефон и чужие ключи, кое-как набросил пальто и, все еще плохо соображая, вышел из офиса. Он смутно помнил потом, как попал в квартиру мисс Лэшш, как поднялся на последний этаж высотки в элитном районе, на автомате разулся и снял верхнюю одежду… Помнил только мелкий снег, колкую крупу, бьющуюся в лобовое стекло. Нат смотрел на него и пытался не уснуть, но таксисту все-таки пришлось его расталкивать. Прей добрался до ближайшей горизонтальной поверхности и выключился. А проснулся от чужого прикосновения. - Когда я даю мужчине ключи от своей квартиры, я предполагаю, что спать он будет в спальне на моей кровати, а не в гостиной на диванчике. Виктория сидела рядом, задумчиво трогая его волосы. Натаниэль пробормотал какие-то извинения. Он уснул в одежде и, похоже, в той же позе, в какой упал на этот диван – вытянувшись на животе. - Болит? – Лэшш нажала на плечевую мышцу. - Ничего страшного… - Поднимайся, пойдем. Она отвела его к кушетке в другой комнате. - Сними штаны и рубашку. - Мисс Лэшш… - Просто сделай это. Мне нравится раздевать тебя самой, но сегодня не тот день, я думаю. Поколебавшись, Нат все же исполнил ее приказ. - Ложись. На живот. Руки вдоль тела, вот так, - Виктория взяла трость, самую обычную с виду, даже слишком простую для такой женщины. Дерево было темным, наконечник обмотан кожей ровно под ее ладонь. Лэшш прислонила трость к кушетке как раз перед его глазами, сама же присела рядом. Провела ладонью по его спине. – Слишком напряжен. - Что вы хотите?.. - Чтобы ты помолчал. Женщина положила обе ладони ему на плечи и начала потихоньку проминать, двигаясь к пояснице. Это настолько не вязалось со всем, чем она занималась с ним раньше, что Натаниэлю понадобилось некоторое время, чтобы принять простой факт: ему делают массаж. Виктория разогрела ему спину и взялась с особым тщанием прорабатывать позвоночник, шею и плечи. Силы в ее руках не хватало, но и эти прикосновения были приятными, особенно после утреннего сна на рабочем месте. Немного размяв его, она прошлась по верхней части спины сжатыми в горсть пальцами, нанося мелкие точечные «укусы». Затем разгладила ласковыми скользящими движениями, запустила ладонь под белье, сжала ягодицу. - Не сегодня, да? – спросила Лэшш и ответила сама себе. – Да, не сегодня. Она продолжила гладить его, пощипывать, простукивать пальцами. Прикрыла ему глаза на пару секунд, а когда убрала ладонь, Нат понял, что открывать их ему не особо хочется. - Если уснешь, ничего страшного. Нет. Тихо. Молчи. И он промолчал, оставив ей распоряжаться своим телом, как ей вздумается. Виктория поработала с ним еще, добиваясь достаточной степени расслабленности, и зачем-то переключилась на ноги. Потом характер ее прикосновений изменился, хотя плывущий в полудреме Натаниэль заметил это не сразу и даже не столько по ударам, сколько по исчезнувшему источнику тепла. Женщина больше не сидела рядом, она стояла над ним и наносила осторожные тычки концом трости. - Не бойся, - ровно сказала мисс Лэшш, заметив, что он приоткрыл глаза. – Воспринимай это как продолжение массажа. Я не причиню тебе вреда. Прикосновения твердого дерева действительно были деликатны. Она легонько простучала ему плечи и бока, хлопнула по ягодицам и прошлась по мышцам ног. Мужчина закрыл глаза. Потом снова открыл. Наблюдать за движением Виктории вдоль кушетки было приятнее, чем просто чувствовать удары на себе. Она переступала на своих тоненьких шпильках с изяществом стриптизерши у шеста, совершенно уверенно. Совершенно уверенно вертела в руке трость, двигая практически только кистью. Натаниэль готов был наблюдать вечно и ни о чем не думать… Он проснулся на той же кушетке, укрытый пледом. Его одежда лежала рядом на стуле. Из глубины квартиры доносились аппетитные запахи готовящегося мяса. Чувствуя себя смущенным, Прей оделся и отправился на поиски хозяйки. Виктория обнаружилась на кухне. Она курила, сидя на высоченном табурете, подобрав ноги на перекладину. На ней была свободная темная туника и легинсы, а вместо неизменных шпилек – мягкие туфли без каблука. Прическа за день немного смялась и опала. Лицо выглядело уставшим. - Извините, мисс Лэшш, - почему-то сказал Нат в первую очередь. Она хмыкнула. - Я разрешила тебе уснуть, помнишь? - Да, конечно… - Настолько вымотался или просто было хорошо? - И то, и другое, наверное, - мужчина смущенно пожал плечами. Лэшш кивнула. - Поужинай со мной. Мясо почти готово. Виктория затушила окурок и стекла с табурета, а Нат подумал, что вовсе не так обычно приглашают на ужин. И вдруг понял, что она просто привыкла так – руководить, отдавать приказы, требовать. Может быть, она даже не умеет просить. И смотреть на нее рядом с кухонной плитой было странно. Натаниэль легко поверил бы, что она каждый вечер ужинает в дорогих ресторанах, или заказывает еду, и совершенно не умеет готовить – да и как-то не к лицу это бизнес-леди. Но Виктория ловко вытащила из духовки противень с истекающим соком мясным рулетом и теперь умело нарезала его ровными кусками и выкладывала на тарелки вместе с гарниром. - В гостиной бар. Выбери нам вино. Мужчина помялся и признался ей: - Я ничего не понимаю в дорогом алкоголе, мисс Лэшш. - Возьми любую початую бутылку полусухого красного. Виктория даже не обернулась. Нат тихонько выскользнул из кухни. К ее появлению он отыскал вино и пару бокалов. Женщина расставила тарелки на столике в углу и разложила приборы. - Садись уже. С утра же ничего не ел. Если вспомнить, то даже не с утра, а со вчерашнего дня. Но ему и не хотелось. Вплоть до этого момента, когда на тарелке перед ним исходили ароматом четыре куска рулета с чем-то. Нату не хотелось угадывать, с чем именно. Если бы не присутствие Виктории, он набросился бы на мясо без ножа и вилки, но под ее внимательным взглядом проявил выдержку, стараясь даже пережевывать тающую во рту свинину. Мисс Лэшш отрезала от своей порции кусочек исключительно на пробу и откинулась назад, наблюдая за Натаниэлем. - Мне хочется надеть на тебя ошейник и кормить с рук, - она улыбнулась, заложив руки за голову, и, видя, как секретарь замер над тарелкой, успокоила: - Расслабься. Ешь. Мужчина проглотил вставший в горле кусок. Ему снова стало тоскливо. - Как… прошло собрание? - Как обычно. Не думай об этом. Половина наших акционеров – это всего лишь кучка идиотов, удачно вложивших свои деньги. Они ничего не понимают в том, чем занимается фирма. - А как же мистер Лэшш? - Он – это другая половина. Считай, что старался ты сугубо для моего деда. Не найдясь, что ответить, Натаниэль взял бокал и с сомнением покачал рубиновую жидкость. - У тебя умерла мать, - сказала Виктория неожиданно. – Вы были близки? - А может быть иначе? – удивился Нат, пропустив вопросы, откуда она знает и какое ей до этого дело. – Это же родители… это мама… - Я свою не видела уже лет двадцать, - Лэшш пожала плечами. – Она живет в Австралии, заботится о тамошних собаках. Пару раз присылала открытки. Может, и сейчас шлет, но мне приходит столько разного спама, что вряд ли можно отличить. Не помню даже имени ее, если честно… - женщина пригубила вино. – Отец тоже появляется раз в год по обещанию. Он сейчас в Бразилии. Вроде бы. Со своей шестой женой. Или уже седьмой, я сбилась. Может быть, приедет на Рождество, но что-то сомневаюсь. Натаниэль смотрел в стол. - Ты пей, - посоветовала Виктория. – Тебе сейчас это нужно. - Я не уверен, что хочу… - пробормотал Прей. «Что хочу, как отец…» - Не бойся, я не позволю тебе набраться. Хотя, может, стоило бы. Когда похороны? - Завтра… - Хорошо, завтра в офисе можешь не появляться. - Спасибо… Остаток ужина прошел в неловком молчании. - Вы очень вкусно готовите, мисс Лэшш, - неуклюже произнес Нат дежурный комплимент и укорил себя за то, как это прозвучало. Она действительно вкусно готовила. Почти как миссис Прей. - Останься у меня, если хочешь, - предложила Виктория. Натаниэль подумал, что дома сейчас отец или никого – и неизвестно, что хуже. - Я должен идти, спасибо. Спасибо за вечер, мисс Лэшш. - Вызвать такси? - Я поймаю на улице. Мне нужно пройтись. - Ладно. Увидимся послезавтра. Нат кивнул ей на прощание и вышел.