Загадай желание, или новогодний беспредел

Информация поступила, и начала активно перевариваться. А меня стало трясти от ужаса, от осознания ситуации, в которой я очутилась. Мозг лихорадочно искал решение, понимая, что со своим женихом мне придется объясняться уже сегодня вечером, и вряд ли я обнаружу что-то кроме презрения и брезгливости. И в лицо, наверное, даст… Рассматривала вариант убежать, но отринула его как непродуманный. Куда бежать-то? Обратно к принцу? Значит, переговоры. Надо будет попробовать объяснить, что Лиэль оказался обманут коварным соблазнителем, что душа моя кровоточит, что я безмерно раскаиваюсь в содеянном, и смогу стать ему идеальным супругом. И кого я обманываю? А вечер, тем не менее, приближался… Принесли ужин, и выходившая на пару часов Лилиана вернулась со свежими новостями. Воины прибыли, с ним Рин. Она видела его всего пару мгновений, и, судя по тому, что лицо его черно, добрые люди уже поведали обо всем, что происходило в его отсутствие. А я сидела в кресле, ни жива, ни мертва, свернувшись комочком и обхватив голову руками. Дверь резко распахнулась, и вошел он. Нет, не так. И вошел ОН. Вся комната моментально озарилась каким-то поразительным светом. Вошедший был прекрасен, более того, был совершенством. Черные, словно ночь, волосы заплетены в сложную косу, широкие плечи, узкие крепкие бедра и глаза… Его глаза словно глубокие темные озера, но сейчас в этих глазах плескалась такая невыразимая боль, такая тоска, что я ощутила ком в горле и почувствовала, что по щекам потекли слезы. А он задал всего один вопрос: - Зачем? Лиэль, зачем ты это сделал? – От его голоса по всему телу пронеслись мурашки. По-моему, Лиэль – идиот. Неужели он не видел, какое совершенство достается ему в мужья. Я еще не видела принца, да и не горю особым желанием, но уверена, что Рину он и в подметки не годится. И тогда я сделала то, что посчитала в той ситуации единственно правильным. Встала с кресла, на негнущихся ногах подошла к жениху и опустилась на колени, опустив глаза. - Прости меня… - пауза затягивалась, надо было поднять голову (обувь я уже досконально изучила), но, господи, как же страшно было посмотреть в его лицо. -Я задал вопрос, Лиэль, - голос тих и спокоен, но глаза… глаза выдают бурю, творящуюся в душе. Ну что, скажите мне, здесь можно ответить? - Я идиот… Тихий смешок - Я знаю. - Я больше не буду так. Обещаю. - Разумеется, не будешь, - что-то в его интонации меня смутило. Кажется, гнев! Он был невероятно зол. В глазах заполыхало пламя ада. Я реально испугалась, и попыталась подняться, чтобы уползти куда-нибудь подальше и переждать, но Рин одной рукой удержал меня в положении на коленях: - И раз уж ты у нас теперь такой опытный, и находишься в такой чудесной позе, докажи мне, что очень сожалеешь. - Глаза моментально наполнились слезами. Он что, минет предлагает сделать? Хотелось вскочить, дать ему по морде и убежать. Громко хлопнув дверью. Только вот куда? К принцу? Ну уж нет… Тут я должна, наверное, некоторым образом прояснить свою позицию. Я ничего не имею против минета, более того, меня заводит ощущение власти над мужчиной в такой момент, и в любой другой ситуации я бы с огромной радостью доставила ему удовольствие. Но он-то хочет меня этим наказать… унизить, оскорбить, втоптать в грязь, отомстив за унижение, которое ему пришлось пережить по вине Лиэля. По моей вине. Так должна ли я в такой ситуации подчиниться и принять наказание? Очевидно, да, если я все же хочу жить долго и счастливо. Да, наступив на глотку своей гордости, самоуважению и самолюбию. Тем более, все равно деваться-то некуда, держит крепко. Но я бы была не я, если не предприняла бы еще одну попытку: - Пожалуйста, прости. Не принуждай меня, прошу… - я смотрела на него глазами, полными слез, да я бы сама себя простила в эту минуту, но воин оказался непреклонен. А ведь он так и не сказал, состоится свадьба или нет. Рин, одной рукой удерживая меня за волосы, второй расстегивал пуговицы на брюках. Я вздохнула, пахло от него изумительно. - А что будет, если я откажусь? – Вот тебе, получил? Что на это скажешь? Я была безмерно горда собой в эту секунду. - Я тебя заставлю, - был ответ. Вот так все просто. Он сильнее, и правда на его стороне. Я попыталась вырваться – не вышло. Что ж, будем принимать судьбу такой, какая есть. Как говорят вечно все знающие американские психологи, не можешь избежать изнасилования, постарайся расслабиться и получай удовольствие. Я потерлась лицом о его пах. Рин вздрогнул и громко сглотнул. Взялась за пояс его штанов и медленно стащила вниз, до колен. Восставший член спружинил мне в лицо. Черт, да он огромный. Я легонько прикоснулась к нему пальцами, размазала по головке выступившую капельку смазки, касаясь легко-легко, провела кончиками пальцев по стволу. Проводя правой рукой вдоль члена, левой легонько сжала яички. Раздался приглушенный стон. Похоже, ему приятно. Продолжая перекатывать в ладошке яички, слегка лизнула головку, посмаковала во рту новый вкус. Такой терпкий, такой мужской и возбуждающий. Почувствовала, что моему члену в штанах стало несколько тесно. Терпи, дружок. Не до тебя. Облизала головку, обхватила губами плотнее и насадила свой рот на его член, вобрав насколько могла глубоко. Не целиком, конечно, но в горло он мне уперся. Легонько сдала назад, полизала уздечку, ткнулась язычком в дырочку и вновь насадилась ртом. Рин стонал без остановки, а я вошла во вкус и кайфовала. Вылизала яички, беря их по одному в рот, ласкала их язычком, и снова возвращалась к члену. Одной рукой оттянув резинку на своих штанах, обхватила член рукой и стала водить ей вниз-вверх. О боже, это было что-то совершенно невероятное. Все-таки не зря мне, наверное, в моей нормальной обычной жизни иногда хотелось иметь член. Ну-ну, говорят, под новый год… А Рин силой толкался в мой рот и, похоже, уже был близок к оргазму. Я почувствовала, как он весь напрягся, выплюнула член и подставила лицо. Горячая сперма потекла по щеке, я легонько ее лизнула. И в этот момент оргазм накрыл и меня. Глаза в экстазе закрылись, а я подумала: ведь это всего лишь рукой себя до такого состояния довела. А что было бы, если бы мы с Рином местами поменялись. Думаю, надолго бы меня точно не хватило. Рин усмехнулся, продолжая удерживать на коленях. Похоже, так просто прощение будет не получить. Погладил меня по волосам - Ален неплохо тебя обучил. – Кажется, я покраснела, потом позеленела, осознав, что он только что сказал. Уж не в курсе, чему там учил принц Лиэля, но меня-то он ничему не учил, поэтому буду выкручиваться как смогу. Я подарила Рину самый невинный взгляд и сказала: - Ален не давал мне себя в рот. - Интересно, почему это? - Думал, что откушу, наверное… - соврала так вдохновенно и с таким честным видом, что Рин поверил, расслабился и отпустил мои волосы. Я встала, коленки затекли, ноги слегка дрожали от напряжения, и, сделав пару шагов, рухнула в кресло, прикрывая глаза... Хлопнула дверь в ванную, послышался шум воды, а я сидела в кресле, сжавшись в комочек, и размышляла. То, произошло между нами, не было мне неприятно. Я не чувствовала себя изнасилованной, хотя, по идее, должна была. Более того, еще и удовольствие получила, извращенка. Снова почувствовала напряжение в паху. Рин был настолько совершенен, настолько поразительно красив. И тут в голове что-то взорвалось: где обещанные шрамы, развороченные гениталии? Блин, да Лиэля развели как последнего лоха. Ну, этот долбаный принц у меня за все ответит. Только немножко приручу своего женишка, и всем достанется. Размышляя о всевозможных карах для принца, довела себя до состояния сильнейшей злобы, и, услышав, что ванна освободилась, встала, не замечая Рина, ломанула охладиться. Стянув пижамные штаны и кофту, встала под душ. Постепенно сделала воду горячее и полностью расслабилась. Упругие струи стегали тело, а я размышляла о собственном призрачном будущем. Надолго ли я здесь? Если верить многочисленным фентези – навсегда. А как же мой мир? Родители, брат, работа, Роман… Правда, сейчас моя одержимость Романом воспринималась как что-то совсем далекое и призрачное. Ведь здесь был Рин… Рин… Человек, сумевший, похоже, пленить не только мое тело. Дверь в ванную бесшумно распахнулась. Подошел, обнял за талию, я откинулась спиной на его грудь, услышала вздох. Так мы и стояли под струями воды, обнявшись, и молчали. А я поняла, что, несмотря на все сложности – счастлива. И, похоже, влюбилась в этого совершенно незнакомого, но уже, почему-то, такого близкого мне человека, и сделаю все, что смогу, чтобы сделать его счастливым. Захотелось плакать. Слегка шевельнулась, а Рин наклонился к моему уху и хрипло прошептал: - И почему я так тебя хочу? – Дыхание у меня сбилось, горячая волна ударила в пах. А его руки гуляли по моему телу, нежно поглаживая самые чувствительные места. Рин отстранился, я протестующее замычала, но он лишь развернул меня лицом к себе, взял в руки мыло и начал меня мыть. Черт, да ничего эротичнее со мной в жизни не происходило. Он медленно намыливал плечи, руки, грудь, слегка коснулся мгновенно напрягшихся сосков, перешел к животу. Я уже тихо постанывала от удовольствия. А Рин опустился на колени и принялся намыливать стопы: сначала одну, потом другую, подбираясь руками все выше. Нежно погладил попу, провел пальцем между ягодиц… У меня перед глазами плясали разноцветные круги. Кажется, я уже имя свое забыла, неистово гладя его плечи, спину, руки. Рин приблизил лицо к члену и лизнул головку. Задохнувшись от нахлынувших ощущений, запуталась пальцами в роскошных черных волосах и притянула голову еще ближе. Хмыкнув, Рин вобрал член полностью, и, продолжая гладить ягодицы, скользнул между ними пальцем, слегка нажав на кружок мышц. От вспышки дикой боли я зашипела. Что за черт, почему так больно? Рин сориентировался первым. Встал с колен, прижал меня к себе и прошептал: - Он не особо с тобой церемонился, да? – Здесь я могла только порадоваться, что Лиэлем стала сегодня утром, а не неделю назад, потому не было никакой уверенности, что смогла бы пережить все, что пришлось вынести бедному парню. Да и он не пережил, судя по всему… От такого облома я расплакалась. Рин, поняв это по-своему, решил, что я плачу от боли, от воспоминаний (которых у меня, к счастью, не было), я не стала его разочаровывать. - Он – чудовище, - всхлипывая, прошептала я. Руки Рина сжались в кулаки, глаза заполнил гнев. Я, несмотря на немалый рост, чувствовала себя хрупкой рядом с ним, думаю, он был сантиметров на 15 выше, и раза в два шире меня в плечах. - Что сказал доктор? – мягко спросил Рин. Ну откуда же мне знать, что сказал доктор? Пошла ва-банк: - До свадьбы заживет! - И замерла в ожидании ответа. Сейчас как скажет, что он думает о самой возможности жениться на мне… - Ладно, постараюсь шесть дней продержаться, - я тихо выдохнула. Да что же это за человек такой замечательный, если после всего он все еще согласен принять в семью такое вот неразумное существо? Рин смыл с меня мыльную пену, вытер пушистым полотенцем и на руках отнес в спальню, уложил в постель и сам лег рядом. - Ты здесь и ночевать собираешься? - Да. – На языке крутилось множество вопросов, и я уже открыла рот, чтобы их задать, но в этот момент Рин повернул меня на спину, накрыл мой рот своим, и все мысли покинули мою голову. Воин покусывал мои губы, его язык танцевал с моим языком, его руки вновь изучающее ласкали мое тело. - Ты меня с ума сводишь, - тихо простонал мне в ухо, лизнув. По телу пронеслись мурашки, тело выгибалось дугой от его умелых ласк. Я постанывала от удовольствия, а Рин продолжал, выцеловывая мою шею, плечи, накрыл ртом сосок. От пронзившей меня искры я чуть с кровати не спрыгнула, но жених крепко прижимал меня. Горячий рот спустился ниже, лизнул пупок, руки скользнули под мои ягодицы, чуть приподнимая их, и Рин накрыл ртом член. Со мной творилось что-то невообразимое, кажется, я ему все лопатки расцарапала. Рин, тем временем, закинул мои ноги себе на плечи и лизнул меня там… - ОООооо… - Тебе нравится? – Шепнул Рин. - Да, очень… - Правда ведь, лучше, чем с ним? – Ни секунды в этом не сомневаюсь. - Да-да-да… И тут меня накрыл оргазм. Я билась под Рином, выкрикивая его имя. Теперь с уверенностью могу сказать, что мужской оргазм по сравнению с женским - что ураган рядом с летним бризом. Уставшая и опустошенная, прикрыла глаза, уютно устроившись на женихе. И, кажется, моментально уснула. Все-таки день был весьма для меня не типичный. Рин тоже уснул, и мы не видели пораженного личика заглянувшей пожелать мне спокойной ночи Лилианы и ее счастливой улыбки.