Вот к чему приводит убийство

Pov Кол Майклсон Я сидел в своей комнате и придумывал план, как найти ведьму Беннет, ведь, как гласит поговорка: мертвая ведьма - нет заклятия. Мои размышления прервала Ребекка. Она зашла ко мне в комнату и села у меня на кровати. В последнее время ее, как и Элайджи, небывало дома. Я посмотрел на нее немного нервным взглядом: - Чего тебе? - Спросил я. - Я решила провести время с братом. Разве в этом есть что-то плохое? - Она мило улыбнулась. Когда она так вела себя, я знал, что что-то здесь не так. - Есть. Особенно, когда ты так себя ведешь. - Да перестань, Кол. Давай сходим в бар, выпьем чего-то, поиграем в бильярд, ты найдешь себе молоденькую сексуальную жертву, а я пофлиртую с Мэттом. - Ну, хорошо. - Я согласился с ее предложением, но я буду бдительным. Как только она отвлечется на того блондина я сразу же побегу к дому Сальваторе. Мы приехали в бар. Внутри было людно. Похоже, кто-то что-то праздновал. Я и Ребекка пошли за барную стойку и заказали себе виски. - Ну что, выпьем, сестра. - Сказал я и поднял бокал. - За нас, брат, самых красивых в этом городе. Мы напились в хлам. Моя ненаглядная сестренка уже открыто лезла к бармену, а я старался соблазнить одну типичную блондинку. Ребекка настолько увлеклась, что не обращала на меня никакого внимания. Я воспользовался этим. Взяв дуру за талию, я вышел из бара. Как только мы зашли в темный переулок, я впился в ее губы. Поцелуй был жадный и требовательный. Девушка издала тихий стон, а потом забросила на меня свою ногу. Ее короткая юбка поднялась до талии, обнажая ее зад. Эта блондинка готова была отдаться мне прямо в этом переулку, но у меня были другие планы. Одной рукой я вцепился ей в ягодицу, а другой убрал волосы с шеи. Я посмотрел ей в глаза и сказал: - Ты будешь стоять тихо, не бойся и получай удовольствие. Я резко притянул ее еще ближе и, наклоняясь к ее шее, укусил. Кровь медленно вытекала из ее тела. Девушка громко стонала и получала удовольствие как от оргазма. Я всегда любил убивать своих жертв со страстью. Когда из её жил вытекла последняя капля крови, я бросил ее на землю у бака, как какой-то мусор, а потом, с новыми силами, помчался к дому Сальваторе. Когда я был среди леса, меня согнула сильная боль. Я упал на землю и сжал кулаки. Было ощущение, будто меня разрывают пополам и поджигают живьем. Я крутился, но сдерживал крик. Мои глаза начали слезиться как от едкого дыма. Я не знал, сколько мне это еще терпеть. Было очень больно. Вдруг все прекратилось. Я едва поднялся на ноги, опираясь на ствол дерева. Интересно, что случилось. Я решил постоять так и набраться сил. Оглянувшись, я заметил чью-то машину на дороге, она остановилась и из нее вышел мой брат. Он подошел ко мне и спросил: - Почему ты здесь, Кол? - Хочу тебе задать тот же вопрос, Элайджа. - Ответил я. - Как я вижу, ты был у Ники. - Ездил навестить. - Мне кажется, что и боль, что я только почувствовал и то, что ты был у Ники каким-то образом связаны. - О какой боли ты говоришь? Я не понимаю о чем ты. - Будь у тебя хоть капля уважения, ты бы не врал! - Успокойся, Кол. - Я хочу поговорить с Ники. Серьезно! Я хотел бежать в сторону ее дома, но брат отбросил меня и я ударился спиной о дерево, а потом почувствовал острую боль в сердце. Элайджа проткнул мое сердце клинком. Я посмотрел на него взглядом полным боли и последнее, что я услышал было: - Так будет лучше для Ники и... Потом я уснул. Pov Элайджа Майклсон Мне было больно закалывать своего брата, но так будет лучше для моей подруги и моего будущего племянника или племянницы. Я взял брата на руки и положил на заднее сиденье машины, а после поехал домой. Когда я зашел в коттедж я заметил, что он был пуст. Я положил брата в гроб и поднялся в свою комнату. На тумбочке я заметил записку. Она была от Клауса. "Элайджа, я поехал в Новый Орлеан. Ведьмы замышляют что-то против меня и я разберусь с этим. Клаус". Я был зол, что он не подождал меня, но, как-никак, он мой брат, поэтому я начал собирать чемодан. Вдруг я услышал тиши шорох внизу. Быстро спустившись вниз, я увидел растерянную брюнетку. - Катерина, что ты здесь делаешь? - Элайджа! - радостно выдохнула она. - Я пришла к тебе. Я знаю, что очень виновата перед тобой и мне жаль, что так произошло, но я должна была это сделать ради своей подруги. Прошу, прости меня. Ты - моя единственная любовь. Она начала плакать. Я подошел к ней и обнял, погладил по волосам, а потом поцеловал в лоб. Мои губы опустились на ее скулы, потом на щеки, а после них - на ее губы. Наш поцелуй был полным жажды и страсти. Я стянул с нее жакет и бросил его на пол, а она сняла с меня пиджак. Я подхватил ее на руки и отнес в спальню. Мы сразу же упали на кровать. Я разодрал ее майку и куда-то выбросил. Она громко стонала и прогибалась, желая еще больших чувств. Я целовал ее шею и ключицу, пока она, дрожащими руками пыталась разорвать мою рубашку. Вампирше это удавалось трудно, однако, она справилась и коснулась своими ногтями моей спины. Я порвал лифчик и припал к ее груди. Девушка прогибалась и шептала мое имя. Я снял с нее штаны и трусики, а потом сделал то же со своими брюками и трусами. Она смотрела на меня горящим взглядом, а ее руки тянулись ко мне. Меня переполняла страсть и любовь к этой женщине. - Элайджа... - прошептала она, и мне снесло крышу. Я резко вошел в нее и начал быстро двигаться. С каждым ее стоном и движением навстречу я ускорял темп. Через некоторое время моя спина уже была неприлично расцарапана, Кэтрин не сдерживала крики, а я чувствовал, что скоро наступит вершина блаженства. И вот, я делаю последний толчок и вливаюсь в нее. Девушка громко вскрикнула. Я лег рядом с ней и притянул к себе, крепко обнимая. - Я слышала, Клаус уехал из города. - Начала она разговор. - Мы, наконец, можем быть вместе и не прятаться. - Мы не можем. - Грустно отвечаю я. - Я должен уехать за братом и помочь ему. - Элайджа, останься здесь, со мной. Вместе мы заживем счастливо. - Я не могу. - Говорю я, а потом добавляю. - Поехали со мной в Новый Орлеан. Я попрошу Ника отпустить тебя, и мы заживем счастливо там. - Я не могу. Лучше я останусь здесь, буду помогать Ники, оберегать ее и ребенка, и ждать тебя. Мы поцеловались и уснули, зная, что как только мы нашли возможность быть вместе, то потеряли ее.