Это все она. Ледяное сердце.

Жизнь Хитсугаи Тоширо всегда была по плану. Он всегда знал что ждет его в будущем, ну, хотя бы, после войны с Айзеном. Все всегда было по плану. Отчеты, тренировки, задания, придирки к Матцумото, собрания капитанов. Все. Ему всегда казалось, нет, он был уверен, что вывести его из равновесия невозможно, что он по праву называется "ледяным капитаном". Но одна встреча изменила все на корню. Эта взбалмошная и неугомонная, психованная и взрывная девушка, перевернула спокойную жизнь Хитсугаи, его ледяная маска треснула. Теперь он не знал что будет завтра, теперь он ни в чем не был уверен. Но нравилась ли капитану его новая спонтанная жизнь? Определенно. Всего пару недель назад его жизнь была однотонной. Серой. Без красок. Но с появлением Карин его жизнь стала принимать более яркие тона. В начале был оттенок оранжевого. Куросаки смогла вывести из себя, взбесить, пробить броню. Потом оранжевый стал ярко красным, алым. Война. Ну, во всяком случае, начало войны. Когда Карин вылила ему на голову ведро воды. К красному прибавился синий - цвет соперничества, вы, верно, думаете это глупо. Но гордость и упертость капитана не давала ему первому закончить эту войну. Ему хотелось, чтобы эта девчонка сама пришла и извинилась. Хитсугая никогда не признается ни себе, ни тем более другим, что эта глупая игра в войну была ему по нраву, Тоширо никогда не забудет лицо Исане, когда она увидела его в гриме, или с каким лицом Камамура обнаружил лысину, как Хитсугая чувствовал отмщение за разбитое сердце. Вы не подумайте, что наш капитан люто ненавидел Шухэя или Момо, нет, просто капитан, наконец, поверил в справедливость. И поэтому в его жизни появился новый цвет - желтый. Цвет радости и озорства. Впервые капитану показалось, что он многое потерял, позволив детству пройти мимо него, что он в погожий летний день заучивал кидо или тренировался в ведении боя, что когда его звали поиграть, он отказывался. Но Карин, кажется, разбудила в нем ребенка так, что Тоширо даже не заметил, когда вскоре к этой гамме прибавился новый цвет - фиолетовый. (Прим Автора: думали розовый будет, да? Да не тут-то было. Для меня фиолетовый - цвет зарождающейся любви. Застенчивой). И вот сейчас Хитсугая размышлял, есть ли цвет отвращения. Целовать самого себя. Это извращение, даже если и представишь что внутри девушка, которая тебе симпатична. Это ненормально, это просто ненормально. И поэтому Хитсугая впал в ступор. Все происходящее казалось ему сном. Кошмаром. Что он скоро проснется в своей кровати, в своей комнате и, главное, в своем теле. Он, вероятней всего скинет этот кошмар на жару, и отправиться работать. Он наорет на Матцумото за несделанный отчет, потренируется в банкае и, наверно, получит какую-нибудь пакость от Куросаки и, вероятней всего, отомстит ей. Но вскоре капитан понял, что кошмар слишком реалистичный, что он не проснется у себя и в себе. «Конечно, в этой истории вмешана Куросаки, так что ничто не может быть по плану», - думал бедный капитан, - «как такое вообще может быть? Мы же духи и никак не можем поменяться телами, у нас их попросту нет», - эти мысли пролетели в голове Хитсугаи за считанные мгновения. Но его мысленный поток прервала Карин. Она, наконец, прервала поцелуй, если это можно назвать поцелуем. Как она и ожидала, ничего сверхъестественного не случилось, и перед ней стояла она сама с немного офигевшим лицом. Хитсугая еще был в прострации. - Так это кажется, не помогло, - констатировала факт Куросаки. Эти слова вернули Хитсугаю в реальность. - Не помогло... Не помогло, Куросаки! Я с самого начала понимал, что это не помогло бы, но ты, как всегда, тупо не задумываясь о последствиях, прешь вперед! - Хитсугая наблюдал как, его лицо искажается до виноватого выражения лица. - Не делай такое лицо, у меня никогда не бывает такого выражения, - зло прорычал капитан, как обычно от злости Тоширо комната начала леденеть. Так, стоп, леденеть? Это что, реацу Хейринмару? «Но как так? Я уверен, что мои силы у Куросаки, я же своими глазами видел, как вот так же леденеет комната, когда Куросаки злилась на Матцумото пару минут назад. Так, кажется, я схожу с ума. Ямамото Генрюсай-сама говорил, что у Куросаки зампакто огненной стихии. Так что такого не может быть. Или может? Это все же Куросаки... У них все не как у людей», - Тоширо так задумался, что не заметил как Карин давно закинула свою совесть, сами знаете куда, и начала закипать. - Ау, капитан, Вы в порядке? Теперь у Вас выражения лица, которое я никогда не использую, - Карин решила не нарываться. Пока. - Выражение задумчивости. Я уверен, Куросаки, что такого выражения у тебя просто не может быть, - насмешливым тоном сказал Хитсугая. – Что, Куросаки? Учись пока со стороны, хотя бы притворяться думать. Это поможет поднять твой авторитет, хотя это вряд ли. Тут ничем не поможешь, - капитан 10 отряда начал открыто насмехаться. -Ну, Тоширо, знаешь, это уже переходит все границы. Я, значит, не нарываюсь, дабы не злить сие королевское величество, а ты надо мной попросту насмехаешься? - Карин сказала это на подобии манеры злиться Хитсугаи, и если бы кто-нибудь другой увидел бы Карин сейчас, он просто не заподозрил бы не ладное. - А в этом, если своя доля правды, Куросаки, ты ведешь себя более или менее сдержанно и это на тебя не похоже. А я срываюсь, ехидничаю и ору, ну, больше обычного. Да и контролировать я себя не могу, - заметил неладное Хитсугая, - и больше похожу на Зараки, нежели на себя, - задумчиво добавил капитан. - Ну, спасибо, ты только что назвал меня неуравновешенной и срывающейся психопаткой, которая и не знает про самоконтроль и правила поведения, - спокойно сказала Карин, немного, прищурившись. «Я все правильно до тебя донес», - подумал Хитсугая и ухмыльнулся,- «стоп, ухмыльнулся? Все... Дело - труба…» Карин, заметившая ухмылку на своем лице и последовавшее после нее недоумение, поняла, к чему клонил капитан. Они поменялись не только телами, но и характерами. Ну, конечно, не до конца, но у нее появилась рассудительность и сдержанность. Ведь давно если ее назвали бы психопаткой она, наверное, выцарапала бы тому глаза, а тут просто прищурилась. Да и капитан вел себя совсем несдержанно и необдуманно. Обычно капитан говорил мало, но информативно, а здесь целый словесный поток. Старый капитан объяснил бы данную ситуацию в пять-шесть слов и не позволил бы себе такой неофициальный тон. Да и Карин никогда не задумывалась о тоне людей. Ей было просто на это наплевать. И если давно ей так разъяснили ситуацию, как только что это сделал Хитсугая, то она не поняла бы. И вообще у Карин никогда не было такого мысленного потока, у нее все мысли заходили в голову все, сразу не давая обдумать ситуацию, а сейчас все мысли распложены по полочкам. «Мда, гений, что сказать. Да если бы я так могла думать и рассуждать, я сразу смогла бы стать капитаном», - поражалась Карин. Пока Карин рассуждала про мысленный процесс Хитсугаи, у капитана в голове находился хаос. Он хватался за каждую мысль, не успевая обдумать ее, как следует, как сразу появлялась новая. И мысли могли быть, как и важные, например, как обмен телами, так и совершенно ненужные, такие как надо бы сменить интерьер. Так что капитан находился в растерянности. Но Хитсугая был бы не Хитсугаей, если бы не попытался выкинуть все ненужные мысли и сложить картинку. Как ни странно у него это получилось, ведь свой гений Тоширо не растерял. Во всяком случае, не до конца. «Как можно жить с таким бардаком в голове? Интересно, у Матцумото тоже такое в голове? Так, стоп, меня не туда понесло, соберись, Тоширо, ты же капитан. Нет, у Матцумото хуже. А-а-а, я этого не вынесу!» - Хитсугая, не привыкший к такому, был в растерянности. - Так, Куросаки, пока я не растерял остаток мозга, давай разберемся с этой ситуацией, - раздраженно прорычал Хитсугая и потянул Карин в своем теле к выходу. Но так как физически Карин была намного слабее Хитсугаи, у Тоширо ничего не вышло. - Так, капитан, Вы должны извиниться за то, что назвали меня психопаткой, так еще и безмозглой, - сложила руки на груди Карин. «Надо же без своих форм очень удобно вот так скрещивать руки, даже в этой ситуации есть свои плюсы. Да и у Хитсугаи довольно накаченное тело. Так порядок в голове на меня плохо влияет». – Ладно, забыли, пойдем быстрее в 12 отряд. Ох, Куротцучи у меня получит, а его запасную лабораторию с землей сровняю, - с угрозой сказала Карин и потащила Тоширо к 12 отряду. Хитсугая хотел было отбиться и вырваться, но его кое-что остановило. Он бы с радостью хотел сказать, что он решил не ругаться, что решил держать себя в руках... Но остановило его совсем другое, ему нравилось прикосновение его тела к телу Карин и ему не хотелось прерывать телесного контакта. И тут Тоширо осенило: «Так вот что чувствует Куросаки», - Тоширо недобро ухмыльнулся. «Это объясняет ее поведение. Она просто хочет меня заинтересовать. Так, стоп, если я смог узнать ее чувства с этим хаосом в голове, она узнает мой, с моим же гением. Так Куросаки, оказывается, еще и скромностью не блещет. Так, Хитсугая, что тебе нравилось в ее поведении? Улыбка? Так, не улыбаться. Ее складочка между бровей, когда она хмуриться или задумается. Так, не хмуриться и не думать. Так, стоп, я сейчас хмурюсь, пока думаю. И почему я так часто себя останавливаю? Понятно, не улыбаться, не думать и не хмуриться. А что меня в ней бесит? Вспыльчивость, характер, манера перебивать, несдержанность. Хватит, мне надо быть несдержанной, вспыльчивой грубиянкой. Ну, это я смогу. Кстати, у нее красивое тело. Вот блин, я сейчас в пижамной майке и в шортах. Меня раскроют, мне хана», - тут в голову к Хитсугае пришла идея. - Карин, мне тут не много холодновато в майке и шортах, - наврал Тоширо. На улице стояла жара. Так что в шортах и майке ему было как раз превосходно. Карин, отпустив Хитсугаю, повернулась и схватилась за голову. -Ой, блин, ну зачем я вчера переоделась, уснула бы как ты в форме, но нет, мне же надо переодеться. Ладно, пошли обратно, - Карин хотела схватить Тоширо за руку и так же, как привела сюда, отвести назад, но Тоширо решил не отходить от плана, не раскрывания чувств отдернул руку и заявил. - Я и сам ходить могу, - Тоширо гордо на шумпо пронесся к баракам 10 отряда. Карин пошла следом. «Мда, это я так себя веду, да. Надо бы вести себя спокойней что ли», - думала она. Уже в комнате Карин Хитсугая поспешил к шкафу. Порылся в нем. Достал форму и только хотел переодеться, как зашла Карин. - Что ты делаешь? - Переодеваюсь, а что не видно?- вопросом на вопрос ответил Тоширо. - Капитан, Вы понимаете, что обычно я девушка, а Вы парень, но сейчас мы немного не в своих телах. Так что меня не очень радует мысль, что Вы меня голой увидите, - Хитсугая покрылся красными пятнами, об этом он не подумал. - Ну, тогда, давай я так пойду, - Тоширо уже спешил выбежать из комнаты, но Карин его остановила. - Ну, уж нет, я не позволю себе в таком виде гулять по Сейритею. Я сама тебя переодену. - Как ты там меня называла?.. А, точно. Извращенка, - Тоширо повел себя как любая девушка и дал Карин легкую пощечину. Но проблема в том, что он парень. - Так, кажется, твое тело на меня плохо влияет. Ладно, переодевай, - «Блин, я сам себя сдам сейчас. Молодец, Хитсугая, ведешь себя как Куросаки» - Про этот инцидент забудем. Глаза закрой, - Карин удивлялась своей выдержке. Тоширо послушно закрыл глаза, про себя молясь, чтобы пронесло, но его молитвы прошли мило адресата. Карин же сняла шорты с Тоширо и почувствовала неладное. Ей как будто скрутило живот и стало жарко. «Так, я еще и простудилась», - думала Карин. Куросаки быстро одела на Тоширо форменные штаны и уже хотела приступить к верху, как заметила, как она простудилась. «Вот блин», - единая мысль в голове как у Карин, так у Хитсугаи. Только вот по разным причинам. У Карин из-за одной проблемки, а у Тоширо из-за топота шагов которые однозначно принадлежат Ичиго, которому 100% Матцумото не успела сказать о проблеме с телами. И только Хитсугая хотел предупредить Карин, как Ичиго ввалился в комнату сестры. И представьте его удивление, когда он увидел Карин, которая на самом деле Тоширо, в откровенной пижамной майке и капитана 10 отряда, который на самом деле Карин, с маленькой проблемкой и верхом формы шинигами в руках, которой так не хватало его сестре.