Это же маленький Томоэ!

— Томое, почему я должен идти с тобой? До храма Наруками несколько часов пешком! Я не хочу! — шагая по оживлённой улице города, стонал Кирихито, пытаясь вызвать у друга хоть каплю жалости. Но Томое целенаправленно шёл вперёд, делая вид, что ничего не слышит. Путь был не близким, но парень даже не думал садиться в такси и мчаться в нужном направлении. Посмотрев по сторонам, он заметил несколько девушек в школьной форме. Они стояли у магазина и о чём-то шептались, иногда бросая на него заинтересованные взгляды. Пытаясь не обращать на это внимания, Томое продолжил путь. Выход из города был уже недалеко, поэтому лис ускорился, что не очень понравилось Кирихито. — Томое, всё. Я дальше не пойду. Ты ещё марафон устрой. Жара на улице, а ты чуть ли не бежишь. Если это для тебя так важно, то иди сам, а меня тащиться с тобой не заставляй. — Я не просил тебя идти со мной. Ты сам решил. Я, конечно, рад, что ты помог мне выбраться из подвала, но ты всё ещё у меня в долгу. Так что или возвращайся в свой бар, или иди молча и не мешай мне думать, — ответил Томое, остановившись, чтобы передохнуть. Большая часть пути уже была преодолена. Город остался позади, а впереди высокая гора, по которой ещё предстояло подняться. Томое принципиально не захотел пользоваться летающей повозкой, и не позволил Кирихито воспользоваться удобным для него способом передвижения. Екай желал добраться до храма ближе к вечеру, часам к восьми, а всё потому, что в горах темнеет заметно быстрее. А пока Томое и Кирихито добирались до храма Наруками, Нанами желала как можно скорее увидеть своего Томое. Когда неизвестная женщина пригласила её в этот храм, девушка не думала, что он будет настолько ей интересен. Хотя, в нём не было чего-то действительно особенного, не считая того, что храм буквально парил в воздухе. — Слушайте, а ваш храм действительно в облаках или это какая-то новомодная дизайнерская система? — спросила Нанами, выглядывая из окна, из которого были прекрасно видны перьевые облака вокруг храма. — Не важно. Слушай, а Томое для тебя кто? — поинтересовалась Наруками, чуть брезгливо смотря на девушку, выглядывающую в окно. Богине очень не хотелось делить с кем-то Ёкая, поэтому она напряглась, пытаясь придумать, как устранить девушку. — Не знаю. Он провёл у меня несколько дней, но даже этого времени хватило, чтобы я любила и ненавидела его одновременно. Любитель чистоты и ненавистник лентяев. Думаю, если бы он провёл у меня месяц, то я бы просто умерла от ежедневной уборки, стирки и готовки. — Так значит, ты будешь не против, если Томое останется со мной? — оживилась Наруками, подходя ближе к окну. — Эй! Конечно, я буду против! Вы можете забрать этого длинного с ушами, а маленького Томое не трогайте! Наруками удивилась, услышав такие слова. Разные мысли закрались в её голову, составляя план дальнейших действий. Раз так обстоят дела, нужно действовать. Богиня не понимала, неужели девушка не знает, что Томое длинный — это и есть Томое маленький? Только в более привычной для него форме? Богине в голову вдруг пришла интересная мысль, как заполучить Ёкая, и не сдержать своё обещание, данное девушке: вернуть ей маленького Томое. Но чтобы исполнить затеянное, нужно было дождаться, когда появится Екай. Нисколько не сомневаясь, что Томое не согласится обменять себя на девушку, Наруками начала приводить в действие свой заумный план. — Послушай, может, я покажу тебе комнату, в которой ты можешь отдохнуть? Ты столько пережила: терпела выходки Томое, спасала его из плена, потом такой шок! Маленький Томое вдруг стал большим! Ну, оторвись от окна и пошли со мной, — щелчком пальцев, Наруками закрыла окно, завершая занятие Нанами. Отойдя от окна, девушка, смотря себе под ноги, пошла за Наруками. Нанами до сих пор не могла поверить, что все эти слова о Екаях и Богах правда, причём доказанная на, как говорится, живом материале. В её голове никак не укладывалось, что Томое действительно мифическое существо, имеющее магические способности. Пройдя по длинному коридору, Нанами свернула направо. Дойдя до последней открытой ставни в самом конце, девушка остановилась. Ей было интересно посмотреть, что в комнате делает Наруками. Богиня вошла внутрь. Остановившись у огромного, во всю стену, комода из красного дерева, она открыла первый верхний ящик и достала какую-то склянку с синей жидкостью. Спрятав склянку в карман пояса, Богиня обратилась к девушке, стоящей на пороге. — Это твоя комната, — указав рукой в сторону противоположной стены, подсказывая, что Нанами может войти и осмотреться, сказала Наруками. Девушка неуверенно прошла вперёд. Футон, пара небольших тумбочек, четыре стула, шкаф, наверняка забитый одеждой, и стоящий у стены комод. Обстановка не очень богатая, но и этому некоторые могли бы позавидовать. — Может, пообедаем? Я позову слуг, и они быстро нам что-нибудь приготовят? — предложила Наруками. Нанами показался странным тон Наруками. Она говорит так, словно совсем не рада её появлению в этом храме. Хотя, Богиня сама привела её сюда, а теперь будто хочет поскорее от неё избавиться. В голосе Наруками девушка почувствовала какую-то брезгливость и неприязнь. Нанами подумала, что пока ничего не будет говорить, чтобы выбраться их храма живой и здоровой. — Нет, я не хочу есть, — холодно ответила Нанами, продолжая осматривать комнату. — Ну, как знаешь. Куме, Котаке, принесите нашему гостью пить! — отдала приказ Богиня, поправляя бутылочку, что странным образом вылезла из пояса. Через полсекунды в комнате появились два существа небольшого роста. Они были похожи на зайцев. Правда, глаза у них были большие. Но самое странное — на них было кимоно. Подумав, что ей кажется, Нанами протёрла глаза, но когда вновь посмотрела на странных существ, которые держали в руках подносы с кружками, да притом ещё и кланялись, открыла рот от удивления. — Э-это кто? — показав пальцем на появившихся существ, спросила Нанами. — Это мои слуги: Куме и Котаке. Ну что, до сих пор не веришь в существовании Екаев, хотя видишь их своими глазами? — поинтересовалась Наруками, в голосе которой проскальзывали нотки ехидства. — Ну, может, эти твои слуги просто мутировавшие зайцы? — предположила Нанами, забрав кружку с горячим чаем с подноса странного существа. — Ну, тогда, хотя бы чай выпей, — Наруками внимательно следила за каждым движением девушки. Вот она подносит кружку, мелкими глотками пьёт горячий зелёный чай; вот кружка выскальзывает из её рук и падает, разбиваясь на мелкие осколки. Глаза девушки медленно закрываются, и она с грохотом падает на пол. Обессиленная, лишённая возможности двигаться, она что-то шепчет себе под нос. А уже через несколько секунд шёпот затихает. — Куме, Котаке, отнесите её в комнату для прислуги, в ту самую, куда редко кто заходит, и заприте там, — отдала приказ Наруками, бросив равнодушный взгляд на обездвиженное тело. — Хорошо, Наруками-сама, — хором ответили слуги. ********** Около шести часов вечера. Томое с попутчиком, который лениво перебирал ногами, показывая всё своё недовольство, забирался в гору. Для облегчения пути туристам, горожанам, прихожанам была сделана тропа, ведущая прямо к храму. По ней как раз и шли два Ёкая. Наконец, они забрались на гору. До храма осталось около ста метров. Облегчённо вздохнув, Кирихито обогнал Томое и поспешил дойти до храма первым. — Эй, ты же, вроде, устал? — возмутился Томое, поравнявшись с другом. Как только оба Ёкая ступили на крыльцо, ставни открылись сами собой, позволяя им войти внутрь. — Томое, я ждала тебя. Правда, не думала, что ты возьмёшь с собой помощь. Так не уверен в своих силах? — На крыльце появилась Наруками. Она так неожиданно показалась перед вошедшими, что те немного опешили. Но Томое решил, что нужно всё сделать быстро, поэтому решил ответить. — Я чувствую запах человека... Наруками, решила завести себе человека в личное пользование? Или сюда, наконец, стали приходить люди для молитв? — не удержался от издёвки он, зайдя внутрь. — А я думала, ты поймёшь, — разочарованно вздохнула Наруками, взглянув на Ёкая. — Пошли, покажу, — дополнила она, увидев, что Томое немного удивился её словам. Наруками развернулась и пошла в сторону коридора. Пройдя несколько дверей, богиня остановилась у одной, которая была ближе всего к той самой двери, где совсем недавно она поила Нанами чаем. Открыв дверь, Наруками прошла внутрь. В комнате было темно. Окна были плотно зашторены, и не видно самых обычных предметов, таких как стол, шкафы, стулья и прочее. Войдя в комнату, Наруками подошла к окну и одёрнула шторы вниз. Тёплый вечерний свет наполнил комнату; свет от горящего фонаря также пытался проникнуть внутрь, освещая небольшую часть пространства. Увиденное Томое и Кирихито повергло их в ещё большее удивление. В углу, куда свет проникал совсем слабо, почти не трогая предметы, стояла клетка высотой в метр. Её прутья были сделаны их металла, но от них исходило слабое фиолетовое свечение. Только благодаря нему можно было заметить слабый, почти незаметный человеческий силуэт, похожий на женский. Длинные волосы, аккуратное овальное лицо, миниатюрная фигура. Томое долго всматривался, пытаясь понять, правильны ли его мысли на счёт того, что он видит. — Наруками, как это понимать? — повысив голос, спросил Томое, делая несколько шагов ближе к клетке. — Зачем ты посадила её в клетку? — А что? — притворно удивилась Наруками. — Я думала, тебе на неё всё равно, вот и решила забрать себе. Может, мне интересно, почему ты сбежал именно к ней, — дала подсказку богиня, также подойдя к клетке. Тронув один из прутьев, богиня быстро убрала пальцы, словно почувствовала какую-то неприятную, а может, и болезненную отдачу. — Она же просто человек, к тому же, ничего не умеющий. Зачем тебе такая? Отпусти её, иначе я подумаю, что зря проделал путь. Ну, и я, как-никак, должен ей. Так что отпусти её, немедленно! — Томое опять повысил голос, пытаясь этим хоть чего-то добиться. — Я, конечно, извиняюсь, но может, вы закончите свои дела побыстрее. Я проделал пешком огромный путь, и не собираюсь торчать здесь ещё несколько часов только потому, что вы никак не можете договориться между собой. Всё, Томое, забирай девчонку, делай, что хотел, и пошли отсюда. А то здесь сыро! — вмешался Кирихито, который прежде спокойно стоял на пороге, подпирая стенку. — А ты забыл, что у тебя и передо мной должок? Вспомнил, что провинился? Я жду извинений, — отойдя от клетки, скрестив руки на груди, продолжила Наруками. — Я не собираюсь извиняться за что-то. Я не помню ничего из того, что произошло между нами. Это всё из-за твоего заклятья. Сними его, и, может быть, я вспомню что-нибудь. И, да, отпусти Нанами! — Томое тронул один из прутьев, но тут же, так же, как и Наруками, одёрнул руку, получив болезненную отдачу. — Ну, может, ты хочешь поменяться с ней местами? — с нотками ехидства спросила Богиня. — С чего это я должен с ней меняться? — возмущённо спросил Томое, которому уже надоедала вся эта бессмысленная беседа. Полминуты прошли в молчании. Со стороны Кирихито были слышны недовольные вздохи, которые ничем больше не сопровождались. Парень не хотел вмешиваться в дела Богини и Ёкая. Это слишком проблематично может закончиться и для него. Богиня в гневе — это, всё-таки, неприятное зрелище. Наруками потянулась рукой к поясу. Через секунду она сжимала в ладони склянку с синей жидкостью. Томое, увидев, что богиня держит в руках, уже представил, что же будет дальше. — Я надеюсь, ты не собираешься делать то, о чём я подумал? Это всё-таки обычный человек! Просто безрассудно делать из неё Ёкая, она же просто не выживет в нашем мире! — пытаясь воззвать к благоразумию Наруками, предупредил Томое. Екай боялся, что его опасения подтвердятся. Ведь, если Нанами станет Ёкаем, а это было возможно, потому что в руках у Богини святая синяя жидкость, то девушка просто не выживет. Томое посчитал, что если она нелегко справляется с обычными повседневными делами, то с силой, которая упадёт на её плечи, Нанами просто не выдержит, сломается. — Ну, я пока ещё ничего не делаю, но могу. Ты знаешь, что мне нужно, поэтому, выбор за тобой, — спрятав склянку обратно в пояс, сказала Наруками — Не надо ставить меня перед выбором. Ты сейчас отпускаешь Нанами, отдаёшь мне то, что было у тебя в руках, и мы уходим. Взамен, можешь не снимать с меня своё заклятье, и когда всё уладится, я приду к тебе сам, один. И, так и быть, стану твоим хранителем, — предложил Томое, сам не веря в то, что сказал. Но и оставаться в долгу перед девушкой ему тоже не хотелось, да и в запасе был один компромиссный выход из ситуации, на случай, если Богиня не согласится на его предложения. А стоящий у стены Кирихито внимательно наблюдал за происходящим, пытаясь извлечь хоть какую-нибудь для себя выгоду. Но ничего не было. Его друг только что подписал себе приговор, в обмен на какую-то девушку, которая, по его же словам, ничего не умеет. Посчитав, что Томое нужна помощь, Кирихито вмешался. — Стойте-ка. Томое, ты в своём уме? Ты хочешь обменять свою свободу и нормальную жизнь на этого человека? Ты же сам говорил, что она ничего не может делать нормально. Или я чего-то не понимаю? Ну, подумаешь, она спасла тебе жизнь, ну и что? Это было один раз, да и то потому, что я помог! Не делай глупостей. Идём отсюда, — пытаясь образумить друга, убеждал Кирихито, но Томое будто не слышал его и делал всё по-своему. Наруками задумалась. Прекрасно понимая, что лис очень хитрый Екай и может вытворить всё, что угодно, чтобы выйти победителем, она думала, что же он задумал. Томое предлагает слишком хороший компромисс, условия которого её устраивают, но не полностью. По её начальному замыслу, Томое, как и Нанами, не должны были покидать храм, пока она сама этого не захочет. Именно поэтому она посадила девушку в клетку, угрожала Томое напоить её странным зельем из склянки. А он вдруг предложил такие условия, если не согласиться на которые, можно остаться ни с чем. Решив, что нужно рискнуть, Наруками огласила своё решение. — Томое, если ты не хочешь быть моим хранителем, то просто скажи, я не стану тебя заставлять. Но если ты уйдёшь, то заклятье я с тебя не сниму, и совсем скоро ты снова станешь маленьким, таким, каким знала тебя эта девушка. Если ты согласен с моим решением, то можешь забирать человеческую девчонку. Но помни, если ты сделаешь это, то за последствия отвечать будешь сам. Екай долго колебался. Бросив взгляд на девушку, спящую на полу, он подумал, что нужно отплатить ей. — Я согласен. Открывай, — сказал Томое, немного отойдя от клетки. В ту же секунду прутья исчезли. Наруками, ничего не сказав, направилась к выходу. Остановившись, она краем глаза посмотрела, как Екай поднимает с пола девушку и с тяжёлым вздохом несёт её к Кирихито. Больше смотреть на это она не стала. Приняв своё поражение, Богиня вышла в коридор. — Томое, ты в своём уме? — спросил Кирихито, выходя их храма. — Ты о чём? — делая вид, что не понимает, о чём говорит его друг, спросил Томое. — Как ты мог променять свою свободу на неё? Раз заклятье не снято, ты можешь снова стать маленьким уже навсегда! Ты хоть об этом думаешь? — Кирихито заметно сдерживался, чтобы не обвинить друга во всех тяжких. Он понимал, что Томое просто хочет отблагодарить Нанами за выход из своего неприятного положения, но не мог принять его связь с человеческой девчонкой, которая должна ему персики. До храма Микаге, места, где живёт Томое, Екаи решили добраться на летающей повозке. Так было намного быстрее, тем более идти назад пешком не имело совершенно никакого смысла. Путь до храма занял меньше получаса. Правда, прибыл туда только один Томое, так как Кирихито сошёл у входа в город, сказав, что у него ещё есть дела в баре. ******** Беспрепятственно добравшись до храма Микаге, Томое слез с повозки и пошёл в дом. На крыльце его встретили два странных существа, очень похожие на карликов, причём детей карликов. На их лицах были маски, за которым совсем не видно было лица. Они что-то кричали, то ли радуясь приходу Ёкая, то ли ругая его за долгое отсутствие. Заметив, что на руках лиса спит девушка, они пропустили Томое вперёд. — Томое-доно, кто этот человек? — спросил один из «человечков», когда Томое вошёл в первую попавшуюся на глаза комнату. — Она поживёт у нас некоторое время, пока полностью не придёт в себя. Не спускайте с неё глаз, — отдал приказ Томое, а сам вышел в коридор, захлопнув ставню. ******* Утро наступило незаметно. Как только первые лучи солнца, прокравшись в комнату, коснулись лица девушки, она открыла глаза. Яркий утренний свет неприятно покалывал кожу лица, заставляя Нанами закрыться от лучей солнца рукой. Через минуту девушка нормально реагировать на утреннее приветствие. В горле было сухо, словно она не брала ни капли в рот уже второй день. Не сразу поняв, что находится не в своём доме, и даже не в храме странной женщины, называющей себя Богиней грома, Нанами осмотрелась в поисках воды. Взгляд прошёлся по всему полу и остановился у самой двери в комнату. Там лежала небольшая склянка с чем-то жидким, похожим на воду. Перекатившись на живот, Нанами ползком добралась до двери. Силы, для того чтобы встать и нормально взять склянку, ещё не проснулись... Дотянувшись рукой до спасительной «воды», Нанами открыла пробку и одним глотком выпила всё содержимое... Из коридора послышались чьи-то голоса, один из которых девушке был смутно знаком. Поняв, что кто-то направляется в комнату, Нанами также ползком быстро вернулась назад, на футон. Поправив одеяло, она стала ждать, когда дверь откроется, и она увидит обладателя знакомого голоса. — Эй, Нанами, ты проснулась? — ставня открылась, и в комнату вошёл высокий парень с серебристыми длинными волосами, забранными в пучок. Вся странность была в том, что у него были нечеловечьи ушки. Такие же, как у маленького Томое. Нанами подняла взгляд на вошедшего и, встретив знакомого, быстро вскочила и сделала несколько шагов назад. Не обратив внимания на странную реакцию девушки, Томое подошёл к футону, быстро его прибрал. — Убрала бы за собой, раз встала. Приведи себя в порядок и выходи на завтрак, — сказав всё, что хотел, Томое развернулся и направился к выходу. Но остановившись у самой двери, стал принюхиваться, будто почуяв странный сладкий запах совсем близко. Осмотревшись и не заметив ничего необычного, Томое опустил взгляд на пол. Рядом с дверью, в углу, лежала опустошённая склянка. Наклонившись и подняв знакомый предмет, Екай повертел его в руках. Ему показалось, что этот сосуд чем-то напоминает тот, что он украл у Наруками, когда она проходила мимо него. Это было сделано за мгновение, поэтому Богиня ничего не заметила. А если бы обнаружила пропажу сразу, то ни о каких компромиссах не могло идти и речи. Загадочное зелье синего цвета — это единственный способ снять заклятье, наложенное Наруками, самому. — Нанами... Ты что, пила из этого? — показав девушке склянку, спросил Томое. Его лицо приобретало бледный оттенок, не свойственный натуральному цвету. Глаза зло заблестели, когда он получил утвердительный ответ. — Что я могла ещё сделать? Мне хотелось пить, и эта штука — единственная жидкость в этой захудалой комнатке, — оправдалась девушка, заметив, что Томое не на шутку рассердился. — И как ты себя чувствуешь? — вдруг спросил он, выронив склянку. — Нормально. Пока стою, не падаю. А что? — Ничего. Одевайся и выходи на завтрак. На кухне всё объясню, — с этими словами Томое покинул комнату, агрессивно хлопнув ставней, отчего Нанами подпрыгнула. С чувством вины девушка надевала оставленную для неё у футона одежду. Решив, что придумает, как всё исправить, она вышла в коридор.