Ущербный

- Спасибо... Сэхун недоуменно посмотрел на Лу. Он зажал нижнюю губу. "Нет же... За что ты благодаришь меня? Я ведь сделал это не из жалости, просто... действительно захотел." Альфа отвел затуманенный взгляд в сторону. Он хотел бы ещё раз взглянуть на красное, но прекрасное лицо Лу, но больше не позволил себе сделать это. - Лухан, за подобные вещи "спасибо" не говорят... Я совершил глупость: ты мой ученик и... и ещё маленький. Поэтому прости. - Мне понравилось... Сэхун в изумлении покосился на бету. Дышать вдруг стало так тяжело. Тихий шепот парня заставил альфу замереть и лишь завороженно смотреть на его румянец на щечках и отведенный в сторону взгляд. Губы Лухана дрогнули, из-за чего Хунни весь сжался. - Давайте забудем об этом? - вдруг отрубил младший, чем привел в шок преподавателя. - Вам не стоит воспринимать это всерьез. Я никто для вас, поэтому, пожалуйста, извините. Подобное не повторится. Альфа хотел бы сказать что-нибудь, но мысли, подобно птицам, улетели из его головы и оставили вместо себя пустоту. Он вдруг превратился в маленького мальчика, стоящего перед выбором. Он сам не понимал, чего хотел. Странное чувство, которое не испытывал ранее. Лухан, что же ты делаешь со своим учителем? На данный момент все желания альфы сводились к одному - обнять Хана, прижать его к себе и никогда не отпускать. Неужели поцелуй может так воздействовать на его сознание? Но сейчас внутри Сэ боролись два врага: привязанность и учительские принципы. Последний, к сожалению, взял верх. - Хорошо, давай забудем. Лу невинно улыбнулся, так, будто бы ещё несколько минут назад ничего не случилось. Внутри старшего же осталась опустошенность.

***

Этим утром пошел первый снег. Белая пелена укрыла собой такой большой Сеул, не жалея себя. Лухан любил зиму. Ему нравился холодный пух, лежащий прямо на улицах, а также его завораживали беленькие снежинки, падающие на землю к остальным. Бета помнит, как в детстве ловил эти самые снежинки вместе со своим братиком. Как они бегали по улицам, а снег поскрипывал под напором их небольших ножек. Мама всегда ругала мальчишек за то, что они снова чуть ли не снимали свои курточки из-за того, что им было жарко после вот таких вот пробежек. Вспоминая все это, Лухан не мог сдержать себя и не улыбнуться. Он открыл окно, сквозь стекло которого он ещё недавно вглядывался. Парень протянул ладошку, стараясь словить снежинку. Одна приземлилась, опекая кожу еле заметным холодом, а затем растаяла. Лухан медленно поднес руку к себе, все так же вглядываясь в мокрый след, где ещё несколько секунд тому назад находилась снежинка. - Волшебство, - тихо произнес он и снова улыбнулся. Лухан оперся рукой о подоконник. Он посмотрел назад. Его взгляду приглянулся тот самый альбом с пандочкой и фотоаппарат, лежащий возле него. Немного поразмышляв, ЛуЛу пошел взять его. Осторожно, боясь сделать что-то не то, парень взял аппарат в две ручки. Изучив его, Ханни снова вернулся к окну. Он поднес фотоаппарат к открытому окошку, желая сфотографировать. Решив, что ракурс просто идеальный, бета нажал на кнопочку, после чего немного занервничал, испугавшись, что нажал не туда, куда надо. Но его сомнения пропали, когда из фотоаппарата вылезла готовая фотография. Лухан взял фото в руки. Он посмотрел на него и, оставшись довольным, улыбнулся. Бета схватил маркер и начеркал запись. Первый снег. Он напоминает мне о тебе. Вклеив фотокарточку на страницу альбома, Лухан прижал его к себе. Он вздохнул и положил его на свою полочку.

***

Сэхун шел уже по привычной дороге до дома Бэкхена. Он старался не думать о том поцелуе: одной бессонной ночи ему хватило, чтобы накрутить себя, и он посчитал, что этого достаточно. Смотря на немного грязный снег под ногами, юноша спокойно передвигался, не боясь опоздать, ведь он, как всегда, вышел из дома слишком рано. Легкий пар изо рта и онемевшие пальцы очередной раз доказывали, что Корея уже окончательно в плену зимы. Сэхун не любил холод. Ему не нравились отмороженные конечности и красный нос, из-за которого его лицо становилось забавным, и скорее милым, нежели красивым. Альфа поднял глаза. В одну секунду осознание больно ударило его, а мысли пропали. Там, немного дальше, лежал Лухан. Возле него на снегу виднелись алые пятнышки, а сам бета сильно прижимал к себе что-то, плача. Первое, что пронеслось в голове альфы - помочь. Он как можно быстрее подбежал к младшему, падая на колени возле него и хватая его лицо. Из носа шла кровь, а взгляд был затуманенным, но даже так можно было увидеть лухановское недоумение. - П-преподаватель О? - парень скривился и отвел взгляд. Сэхун ничего не ответил, он лишь прошелся взглядом по лицу младшего, затем по телу. Ручки сжимали тот самый альбом, который альфа сразу же узнал. Он удивленно расширил глаза. Люди вокруг начали оборачиваться и шептаться, поэтому Хунни решил отнести того в дом, не желая больше приковывать к себе их внимание. Он аккуратно, боясь сделать больно, взял на руки бету. Последний сжался и еле ухватился за куртку старшего, кладя свою голову ему на грудь. - Потерпи немножко.

***

Альфа уложил Лухана на кровать. Он, наконец-то, отнял альбом у того (сделать это было непросто, поверьте) и положил на стол рядом с кроватью. Сэхун сел возле Хана и коснулся пальцем синяка на щеке. Бедный поморщился от боли, сжался, но не издал ни звука. Тяжело вздохнув, преподаватель принялся раздевать Лу. Он приподнял тело того и, придерживая, начал стягивать куртку, которой было совсем не место в постели. Далее последовал свитер. Юноша стянул его через голову и с изумлением узнал, что под ним нету ничего кроме белоснежной кожи, еле виднеющегося пресса, пупка и двух сосков. Старший смутился: не следовало ему этого делать, но выбора не было, потому что только так можно проверить есть ли у Лу гематомы на теле. К счастью, его предположение не выявилось правдой. Сэхун начал обрабатывать ранки и вытирать кровь на лице Ханни. Лухан лишь молча наблюдал за всем этим и временами подрагивал. После каждого прикосновения Сэхуна на теле оставались невидимые отпечатки огня. - Как это случилось? - выпалил Сэхун, укрывая младшего одеялом. Он пристально посмотрел на Хана. Тот закрыл глаза и отвернулся. - Лухан, кто это сделал с тобой и почему? - уже более требовательно произнес альфа. - Я... я поскользнулся. - Не ври... Не ври, черт возьми! Кто? - таким учитель не был ещё никогда. Это пугало Лу. Он начинал бояться. Тело само задрожало, в глазах читалась растерянность. Это не осталось незамеченным Сэхуном. Альфа вздохнул и опустил голову. - Ладно, прости, я не хотел испугать тебя. - Это сделали мои друзья, - тихонько и неуверенно произнес Лухан. Да, он называет друзьями людей, которые избили его. Альфа недоуменно посмотрел на Хана. - За что они побили тебя? Ты что-то сказал им? - альфа старался разговаривать как можно спокойнее, не желая снова напугать парня, но внутри его бушевала буря, созданная из злости и желания метать все подряд. - Нет. Я... Я просто увидел их из окна и захотел похвастаться моим альбомом... Не хотел, чтобы так случилось. Я выбежал во двор, радостно приветствуя их, и протянул парням альбом. Они сначала взяли его, и мне показалось, что им понравилось. Но они лишь начали смеяться, - голос младшего начал подрагивать, но он держался и не плакал, хоть и было обидно. - Почему они засмеялись? - Они открыли первую страницу, увидели нашу фотографию и сказали, что вы слишком хороши для того, чтобы фотографироваться с таким ущербным, как я, - младший зажал губу, сдерживаясь как только возможно. - Затем один из них выбросил альбом прямо в снег, из-за чего я разозлился и кинулся, чтобы поднять его, но стоило мне сделать это, как они набросились на меня. Это случилось лишь по моей вине. - Нет же, твоей вины здесь нет. Просто больше не общайся с такими "друзьями", - Сэхун взял того за ладошку. - Ещё болит? - Немножко, - тихо произнес Лухан. Он сжал руку старшего и посмотрел на него красными большими глазками. Сэхун замер. Казалось, даже кровь перестала перетекать по венам. - Только не говорите БэкХен-хену, хорошо? Он будет злиться. - Не скажу. Лухан, а тебя что, так часто избивают? - Нет. Я редко выхожу куда-то. Подобное случалось только три раза. Но это ничего, - парень улыбнулся. Насколько это было искренне? Альфа тяжело вздохнул. - Ладно, ты лежи - я пойду сделаю чаю. И да, Лухан... Ты не ущербный и не выглядишь возле меня плохо. Даже наоборот. Юноша поднялся и направился на кухню, оставляя Хана с размышлениями.

***

- Ты нормально себя чувствуешь, Лухан? - Сэхун прервался, увидев необычно бледного Лу, лоб которого покрылся испариной. - Д-да, все нормально, просто... мне надо выйти в туалет, можно? - Конечно, - Сэхун кивнул и обеспокоено проводил взглядом выходящего из комнаты Лухана. Альфа отложил в сторону свою книгу. Он наткнулся на тетрадь Хана, и ему захотелось проверить записи того, ведь вдруг ученик не понял что-то из сказанного. Пройдясь по иероглифам беты и проверив все, Сэхун уже было положил тетрадь назад, как вдруг обложка зацепилась за его руку и перевернулась, открыв последнюю страницу. В глаза бросился небольшой рисунок в уголке. Альфа, любопытность которого никогда не страдала, снова взял тетрадь в руку и присмотрелся. То, что он увидел вызвало у него легкую улыбку. Не думаю, что он даже заметил свою эмоцию. На листочке черной ручкой было нарисовано сердечко, а внутри него имя "Сэхун". Это показалось Хуну милым и совсем не странным, но, услышав шаги за дверью, альфа быстро положил вещь на место. Сделав вид, что ничего не произошло, старший лишь ухмыльнулся бете. Последняя даже не обратила внимания: не до того было. Лухан сел обратно на стул. По-правде, с ним происходило что-то не совсем обычное. Ужасно кружилась голова и постоянно потело тело. Бету бросало то в жар, то в холод, но он не желал рассказывать об этом кому-то. Сэхун продолжил зачитывать, а Лу лишь записывал. Вдруг его передернуло. Он испуганно поднял глаза на Сэхуна. - Что это? - тихо произнес парень. Неизвестность так пугала его сейчас. Сэхун нахмурился и посмотрел на него. - Что случилось? - альфа действительно не понимал, пока не вобрал в легкие воздуха. Внутри сжался комок, а перед носом так и пронесся запах черного горького чая. - Штаны... они мокрые? Это кровь? Лухан выглядел до жути напуганным. Он откинул свой учебник в сторону, и, дрожа, бросился в тот самый угол, пытаясь защитится. Он не понимал. Что с ним? Он умирает? Или это связано с его отклонениями в развитии? Слезы истерики начали скатываться по его щекам. Бета (или же омега теперь) ткнулся лбом в свои колени. Сэхун же до сих пор стоял в одном положении, не зная, как поступить. Запах течной омеги... Он так быстро заполнил комнату. - Лухан, это не кровь... - неуверенно начал Сэхун. Его голос подрагивал, пропадал, ноги подкашивались, но альфа таки подошел к Лу. Он сел возле него и обнял, прижимая к себе и пытаясь успокоить. Внутри все бушевало, но учитель придерживался самоконтроля. - Что со мной происходит? - прошептал Лу, боясь поднять глаза. - Не бойся, это просто течка. Это нормально, ты ведь... омега.