Нож в спину

      Беларусь никогда не думала, что ей придется бороться с чьим-то давлением, в то время, когда она находится под опекой дорогого брата. Но неожиданно заявившиеся Америка и Англия совсем не внушали какого-либо доверия, наоборот, внутреннее "я" просто верещало о том, что ничем хорошим это не закончится. - Знаешь, дорогая Беларусь, ты должна будешь сослужить нам небольшую услугу. Ах, нет, не "должна", а "обязана". А именно - ты поможешь нам ослабить твоего братца Россию. - Да с чего вы вообще решили, что я предам его? Я ни за что и никогда не пойду против брата! - А кто тебя будет спрашивать? А если и не сделаешь того, о чем мы тебе говорим, для твоей страны наступят очень темные времена. - Но даже так, девушка знала то, что Россия поможет ей. Верила в это! Или просто хотела верить.       Лишь только после того, как Англия схватил девушку за голову, закрывая глаза и ударяя об бетонную стену, Беларусь погрузилась в темноту.

***

      Холодно. Темно. Страшно. Казалось, девушка впервые потеряла саму себя. Она идет по темному ночному саду у дома России. Девушка с платиновыми волосами всегда любила это место, гулять здесь. Только в дневное время, когда кустарники с изумрудной листвой колышутся от легкого ветерка под ярким солнцем. Сейчас же все не так. Луна прекрасна, но и неприятна сама по себе. Беларусь не понимала, что происходит. Она шла... не сама. Шла, как марионетка, управляемая кукловодом. Девушка пыталась остановиться, но все тщетно. Полумертвые глаза безразлично смотрели вперед. Фарфоровое лицо не украшалось ни одной эмоцией, из-за которой можно было сказать, что вот она, Беларусь здесь! А так - лишь оболочка знакомой дивы.       Лестница. Коридоры, погруженные в пучины мрака. "Нет!" - кричало подсознание, пытаясь остановить не подчиняющееся тело. Беларусь словно сама в себе билась в истерике, стараясь вразумить собственную оболочку. Горячие слезы текли по бледным щекам. Слезы не оболочки - души.       Палач входит в комнату жертвы. Хрупкая рука скользит под подол платья, вынимая остро заточенный клинок. Лезвие игриво переливается под светом безжизненно-белой луны, однако дива прячет его за спиной, отправляя в тень. - Беларусь? - мужчина проснулся, почувствовав присутствие постороннего. - Что ты здесь делаешь? - Он наклоняет голову на бок и тепло улыбается. Сердце девушки нещадно сжимается. - Соскучилась. - "Беги, быстрее беги! Пожалуйста!". Подсознание истерично кричало, молило, захлебываясь жгучими слезами. Тело медленно подошло к России и присело пред ним на кровати. "Пожалуйста! Почему ты не убегаешь?! Ну же, как всегда! Почему?! Беги же!". Он улыбается, ничего не подозревая. Это и так понятно... Беларусь не сдавалась, пытаясь вернуть контроль над своим телом. Она не желала мириться с тем, что настанет такой момент, когда она подставит своего брата... любимого брата... любимого...       Беларусь обнимает Россию резко, так, как никогда не смела его обнимать. Нож в руке лезвием направлен в спину мужчины. Рука дрожит. Девушка продолжает бороться с собственным телом. "Беги!".       Искра луны успевает отскочить от лезвия перед тем, когда нож вонзается в кожу. Русоволосая резко отскакивает от России. Она смогла. Свежая кровь окрасила доселе опрятный фартук в рдяной цвет. Ладонь саднило после вытащенного из нее ножа. - Братик, прости. - Слезы потекли из сапфировых глаз. Она смогла остановиться, но вина о содеянном ее не отпустит. Никогда.       Россия подошел к осевшей на пол девушке, из руки которой непрерывно шла кровь. Обвязав длинным шарфом рану, он обнял сестру. Тепло. - Не вини себя.       Боль в раненной руке отдавалась легким гулом. Беларусь практически не чувствовала ее, наслаждаясь первыми объятиями своего брата. - Люблю тебя, братик, - ей уже не важно, что будет дальше, Беларусь уже рада от того, что смогла защитить своего брата от самой себя.