I believe in your love

      Прошла где-то минута, когда Томас все же додумался отпрянуть от Ньюта. Блондин явно занервничал: его глаза стали больше, словно они вот-вот вылезут из обит, а губы слегка подергивались, как тело того парня - Бена. Ньют медленно поднялся с колен, но не решился сделать шаг навстречу темнокожему, что так пристально на него смотрел, из-за чего волна мурашек пробегалась по всему телу. Томас громко проглотил слюну, что встала поперек горла.       - Прости, Алби. Я... Я просто перебрал, - начал оправдываться Ньют.       Алби продолжал стоять на том же месте, в то время, как сам блондин уже сделал пару шагов к старшему.       - Не надо, Ньют. Не надо сейчас оправдываться, - произнес Алби. Его голос звучал суровым, строгим и громким, но все равно в некоторых словах была слышна та дрожь, которую темнокожий так упорно пытался скрыть.       - Алби, прошу!       На мгновение, Томасу показалось, что он стал свидетелем какой-то сцены из мыльной оперы. Казалось, будто он уже видел, или, быть может, переживал такие ситуации.       - Ньют, это я тебя прошу, иди спать, - произнес Алби. Подросток закатил глаза, протягивая фонарь блондину, который послушно зашагал в сторону Хамстеда.       Снова неловкое молчание. Ньют уже скрылся за далекими деревьями, поэтому Алби и Томас остались в полной темноте, не считая тех красных огоньков, что светили за пределами Глэйда.       Вдруг, Алби резко подлетел к Томасу, толкая его со всей силы. Томас отлетел назад, приземляясь на пятую точку, больно ей ударяясь. Новичок не понял что произошло, так что поторопился встать на ноги, но его вновь грубо толкнули на землю. Казалось, что Алби в этот момент ненавидел Томаса даже больше Создателей, которые их сюда заточили. И Томас, естественно, не понимал в чем он провинился, ведь он ничего по отношению Алби не сделал...       - Послушай внимательно, шанк, - резко начал темнокожий, приземляясь на корточки рядом с Новичком, - я не собираюсь сейчас выслушивать твои объяснения. Ты должен прекрасно понимать, что ты делаешь и с кем. Ты понял меня?! - Алби громко закричал, от чего показалось, что все звуки вокруг затихли. - Не смей прикасаться к Ньюту! Он только мой!       - Что? - хоть Новичок и испугался, он посмел спросить.       - Что, спрашиваешь? Я тебе сейчас все объясню, кланкорожий. Ньют любит только меня! А если тебя сюда прислали разрушить то, что хоть что-то дорого мне и Ньюту, то прошу, прекращай свои жалкие игры, иначе полетишь у меня с обрыва! - последние слова были полны яда.       Темнокожий еще раз наградил Томаса полным ненависти взглядом и потопал по той дороге, по которой, как оказалось, его парень умчался чуть раньше.       Томас еще минуту сидел на земле, пытаясь переварить информацию, которая все никак не могла уложиться в его мозгу

***

      - Где ты был? - разведя руки в стороны, спросил Чак. - Я волновался...       - Не стоило, - отмахнулся Томас, поворачиваясь на другой бок, так, что он не видел лица пухлого глэйдера. Его первый день в Глэйде - заточении, как выразился бы сам Томас - близился к концу, или уже закончился?. Если бы у него были часы, они бы уже как час назад отбили полночь, но, к несчастью, у него не было даже этого простейшего предмета.       - Эй, я, вообще-то, отношусь к тебе дружелюбно, несмотря на то, что ты ведешь себя довольно странно и... Шанк, ты должен быть мне благодарен. - Кудрявый мальчик поудобнее устроился на боку, упираясь локтем в жесткую подушку.       - Ладно... - Томас перевернулся обратно. - Хорошо, что ты от меня хочешь?       - Так-то лучше, - младший сразу же заулыбался, радуясь такому раскладу. Где-то за его спиной послышалось "Заткнитесь и дайте уже поспать, глупые куски кланка!". - Я хотел спросить, - начал шепотом мальчик, дабы не потревожить всех вокруг, - где ты был? Я тебя искал. Ты куда-то уходил с Ньютом?       - Как ты узнал? - задал явно риторический вопрос Томас. - Да, он мне показывал, как их там?, гриверов вроде - красные огоньки за окошком, - быстро сообщил подросток, решая, что продолжение ему не стоит знать.       - А ты... кхм... Поговорил с Ньютом о... О том, о чем я тебя просил? - спросил Чак. Если бы Томас не знал то, что имел в виду глэйдер, он бы удивился тому, как сильно покраснели уши и щеки у паренька, и да, Томас все-таки смог разглядеть это смущение даже в темноте.       - Более чем... - Томас не хотел говорить о том, что тогда произошло. Хотя, угроза Алби помогла ему протрезветь, или это был страх, который вытеснил из его крови весь алкоголь? В прочем, не важно, потому что этому поспособствовал Алби и никто другой, а вот Ньют, как думал Томас, только пьянил его.       - Что произошло? До отбоя ты глазел на Ньюта, но он, почему-то, старательно игнорировал тебя. Ты не подумай, я за вами не слежу или что-то типа того...       - Да я понял, понял... А еще я понял, что цветок по имени "Ньют" уже был сорван до меня... Знаешь, если бы ты мне все сразу рассказал, всего этого не было бы, - с сожалением сказал Томас. Подросток перевернулся на спину, расположив свои руки у себя на животе.       - Что ты имеешь в виду? Только не говори, что между тобой и Ньютом что-то произошло..? - Чак с любопытством уставился на вдруг затихшего Томаса. - О боже! Серьезно? - Томас еле заметно покачал головой. - Что? Драка?       - Уж лучше бы... То есть нет, мы не совсем подрались, - хмыкнул Томас. Драка - не подходящее, вообще не подходящее слово, чтобы описать то, что произошло, то, что заставило Томаса задуматься над свой ориентацией, когда надо было думать над тем, как выбраться отсюда.       - А что тогда? Вы сражались? - Томас скептически уставился на пока-еще-недодруга.       - Сражались? Серьезно? Откуда в твоей голове вообще взялось это слово? - это действительно рассмешило Салагу Томаса.       - Эй! Я вообще-то предположил, я же не знаю как ты для себя это называешь, ну то, что произошло между вами... - Чак свалился на спину. Его рука устала держать тяжелую голову, в которой сейчас творился беспорядок, и виной тому был Томас, который явно что-то сделал не так.       - Как я это называю? Я называю это "Правило собственности", да, именно. А вот из-за тебя я его чуть не нарушил, дважды, - горько произнес Томас, осознавая, что только "чуть".       По тому, как резко вскочил Чак и крикнул свое "Что?!", можно было понять, что глэйдер начал вникать. На него опять шикнул кто-то из глэйдеров, и, это кажется был Галли, кудрявый продолжил, но уже шепотом: - Ты серьезно? Как ты еще жив остался?       - Так говорю ж, чуть на нарушил, - сказал Томас, поворачиваясь лицом к Чаку, лишь для того, чтобы заглянуть в его глаза, в которых ярким огоньком горело удивление, раздражение, страх, но вместе с этим и любопытство. - Что? Хочешь узнать, что я сделал? - на вопрос Чак только молча(?!) помотал головой, очень быстро помотал. - Ахаха, - мальчишка напомнил Томасу собаку, про которую тот внезапно вспомнил. Была ли у него собака?       - Блин, да говори уже! - возмущался Чак.       - Ну хорошо, хорошо, - быстро согласился Томас, но не стал переворачиваться обратно на спину, оставаясь в прежнем положении. - Мы просто пару раз пообнимались... и это было очень... кхм... интимно... А еще, я его чуть не поцеловал...       - Ты чуть что сделал?! Боже! Точно, Алби тебя убьет!       - Ну, как видишь, я еще жив, а ведь именно этот ваш вожак и остановил нас, - вспоминая все, сказал Томас.       - Странно... Тогда, он нагрузит тебя работой, да, так и будет, а потом, когда, ну, или если, ты не справишься хоть с чем-то - он накажет тебя.       - К-как? - В глазах Томаса мелькнул страх, он действительно боялся темнокожего подростка.       - Пока не знаю, каждый раз что-то новое... А сейчас, давай спать? У нас все рано встают, так что, да, пора спать... - Томасу резко показалось, что его новый друг(он уже был уверен в том, что они друзья, ибо он доверил ему такую тайну) опять начал темнить, в смысле, он что-то недоговаривал, и что бы это не было - Томас это узнает.

Второй день Томаса в Глэйде начался со сна, в котором он видел лишь сладкие и манящие тонкие губы, которые нежно касались его кожи, постепенно приближаясь к его собственным губам... Ньют...

***

      Утро, как показалось Томасу, было совсем не сладким. Все встали рано, кажется, совсем забыв про Томаса. Все было слишком спонтанным. Чак его еле разбудил, после чего парни пошли завтракать, когда все уже поели, что, конечно же, не понравилось Фрайпану, который нехотя, но все же наложил поесть опоздавшим детям.       - Ты же не забыл, что сегодня у тебя экскурсия с Алби? - внезапно спросил мальчик, отправляя последнюю ложку с едой себе в рот.       Глэйдеры сидели в столовой.       - Черт! - Глаза Томаса сделались шире, и он часто заморгал. - Забыл, и правда, забыл... Зато, будет время попросить прощения, ведь я тогда был пьян... Он ведь не станет меня слушать?       - Именно, - согласился Чак, осматриваясь по сторонам.       - Чак, я хотел тебя спросить, - серьезно начал было Томас, как в столовую вошел тот, у кого надо было просить прощение - Алби.       - Потом почешете языками. - еле слышно пробормотал себе под нос темнокожий. - Спасибо, что разбудил его, Чак, - Алби подошел к столу, за котором завтракали подростки. - А сейчас, будь добр, Шнурок, собирайся. Чем быстрее мы покончим с этим делом - тем быстрее я возьмусь за свои более важные дела.

***

      - ... А вон там - Хомстед. Сейчас эта убогая холупа раза в два больше, чем была, когда тут появились первые из нас. Мы е достраиваем по мере того, как ящик привозит доски и прочее строительное барахло. Выглядит, конечно, стремно, но жить там можно. Хотя большинство все равно спит под открытым небом...       Экскурсия только началась, а разговор все никак не налаживался. Алби только и говорил о том, как здесь живут. Но из всего сказанного им не нашлось ничего, что могло бы дать ответы на Томасовы вопросы. Новичок уже раз десять сдался просить прощение - его просто игнорировали или затыкали, подходя к новым местам - и поэтому он просто внимательно слушал парня старше него. Его предупредили, что если хоть один вопрос выскользнет с его губ - ему будет не легко. Так что Томас тихо следовал за вожаком, который продолжал без устали говорить. Темнокожий ни разу не упомянул о том месте, где они застряли в целом. Алби говорил только о том, что здесь есть, как они живут, но ни разу не сказал о гриверах, - монстрах, что скрывались за толстыми стенами Лабиринта, о котором Томас уже успел услышать от друга - о самом Лабиринте. Именно это хотел знать Томас. Он бы не отказался от большой книги "Лабиринт", в которой бы все было сказано, потому как в этом месте все слишком скрытные, никто не дает точных ответов, а только отвечает загадками... Или быть может они(глэйдеры) и сами не знают всех тайн этого места, может они все здесь пленники, как вначале подумал Томас про себя? Хотя это точно глупо, хоть кто-то здесь должен знать больше остальных, и Томас не сомневался, что этим "кто-то" был либо Алби, либо Ньют, а может, они вдвоем.       Парни дошли до Южных Ворот.       - Там Лабиринт. - Алби ткнул большим пальцем через плечо и замолчал.       Томас посмотрел в сияющий просвет между стен, служивший выходом из Глэйда. Коридоры, что следовали в неизвестность, были то-в-точь как те, что он видел днем ранее, когда его "спас" Галли, у Восточных Ворот через окно. Мысль о том, что на них мог в любую минуту напасть гривер заставила подростка вздрогнуть.       Успокойся! - одернул он себя.       - Я в Глэйде уже два года. Дольше, чем все остальные. Те, кто появился тут до меня, уже мертвы, - произнес Алби. При этих словах у Томаса часто забилось сердце и вспотели ладони. - Мы два года бьемся над разгадкой тайны, но так ни к чему и не пришли. По ночам долбаные стены в лабиринте двигаются, как здесь Ворота, поэтому составить карту Лабиринта чертовски сложно. Практически невозможно.       Мысли Томаса путались. Он был, если честно в ужасе. Алби был здесь два года - дольше никто не продержался. Стены в лабиринте двигаются, что объясняет странные громкие звуки этой ночью, что мешали Томасу заснуть. Но самый ужасающий вопрос ждал впереди:       А сколько человек здесь погибло?       Томас понял, что после этой экскурсии вопросов появится только больше, или уже. Шагнув к Воротам, он ощутил свежий ветерок, что гулял по бесконечным коридорам. Взгляд пал на стены, словно на них были ответы на все вопросы, впрочем, это от части так. Томас сделал еще один шаг, почти выходя за границы Глэйда.       Алби слегка оттолкнул Новичка назад.       - Туда нельзя, шанк.       Томас не сдержался, уж слишком любопытным он был, и спросил:       - Почему?       - Напомни мне дать тебе устав. Это Правило Номер Один - никто не может выходить за границы Глэйда, это запрещено. Всем, кроме бегунов. - Это было первым разом, когда темнокожий упомянул бегунов. - За нарушение этого правила не бывает пощады. Посмеешь его нарушить - и если к тому времени тебя еще не прикончат гриверы, за них это сделаем мы. Сечешь?       Томас понадеялся, что Алби говорил не серьезно. Хотя, после того, что произошло прошлым вечером, Томасу кажется, что Алби будет искать всевозможные способы его убить. Возможно, он даже сможет связать Томаса и, положив на здоровое блюдце, оставит за Воротами на ночь, как ужин для гриверов. И Томас готов поспорить, что если все так и будет, то Алби точно не забудет и про соль... Что ж, в голове Томаса определенно все сводится к Лабиринту и гриверам, что последнее время постоянно стоят у него перед глазами, в переносном смысле. Хотя, Лабиринт, жаль, никуда за ночь не делся, а следовательно, он до сих пор у него перед глазами, и не известно, когда это закончится.       Вдруг, резкий громкий вой, что обрушился на всю площадь Глэйда, прервал ход мыслей Томаса. От неожиданности парень присел на землю, зажал уши ладонями и ошалело завертел головой. Сердце участило свой ритм, словно было готово выпрыгнуть из груди. Посмотрел на Алби, который, кажется ни чуть не испугался, он выглядел разве что удивленным, не более и не менее. В этот момент, Томасу показалось, что Алби слишком скуп на эмоции. Но именно это "удивленно-умиротворенное" лицо помогло успокоиться Томасу, сообщая о отмене Конца Света.       Спустя какое-то время вой стих - так же внезапно как и начался.       - Что происходит? - спросил взволнованный Томас. Его уши заложило, из-за чего он довольно громко говорил.       - Ящик, - все что ответил Алби, и двинулся к этому злосчастному Ящику.       Томас огляделся. Его взгляд пал на Живодерню - все подростки, что недавно трудились не покладая рук, кучкой вышли из-за загона и тоже двинулись к Ящику.       Томасу хотелось крикнуть "Что происходит", но он прекрасно понимал, что его и сейчас, когда шум давно стих, никто не услышит, поэтому он тоже двинулся к месту его пребывания, к месту с чего все началось - к Ящику.