Правда о прошлом

Джерард взял телефон и набрал по памяти номер. Раз гудок, два гудок и, наконец, после третьего на другом конце линии взяли трубку. - О, Джи, привет, - ответил такой любимый и такой недоступный голос. От того, как парень назвал его имя, по телу прошли мурашки, а сам Джи улыбнулся, вспоминая прошлое, когда они с Фрэнком были вместе и когда еще была их группа. Но в тоже время стало так грустно и больно от осознания того, что это, скорее всего, больше никогда не вернуть. - Джи, Джи-и, ты тут? - в трубке снова послышался голос, и Джерард пришел в себя. - Да, да, я тут. Просто задумался, прости, - вздыхая, ответил парень. Он в который раз не смог, не смог произнести те заветные три слова, которые пытается сказать парню не первый год. - Лили, подожди, дай папе поговорить по телефону. Джерард, я немного занят, прости. Ты что-то хотел? - был слышен детский голосок, что-то наподобие: "Папа, ну пап, поставь мне мультики". Джерард понял, что теперь ему нет места в жизни Фрэнка, наверное, из-за этого он и не признавался. Уже было слишком поздно, чтобы что-то менять. - Фрэнки, приезжай, - это всё, на что хватило Джи. Уэй знал, что сейчас Фрэнк удивленно хлопает ресницами, ведь он никому не позволял и не позволяет себя так называть. Никому, кроме Джера. Да и сам Джерард не ожидал, что так назовет парня; наверное, он просто он сильно нуждался в нем. - Джер, я-я сейчас не м-могу, - вздохнув, ответил парень, неожиданно для себя заикаясь. По его интонации было слышно, что он хочет приехать, но кое-что его держит. И это "кое-что" - его семья. - Я тебя лю.. Понял, Фрэнк. Пока, - Уэй-старший сбросил вызов и кинул телефон на стол. Он лишний, лишний в жизни этого парня, и никогда не будет так, как было раньше. Пора бы ему уже смириться, а не надеяться как маленький ребенок, который верит и ждет Санту. Джерард взял с одного из стеллажей вино и разбитым пошел в спальню. Он сел на кровать и отрыл бутылку. Понюхав содержимое через горлышко, парень скривился и поставил вино на пол. В последнем ящике тумбочки, которая стояла возле кровати, было двойное дно. Джерард в детстве прятал так свои альбомы, и, видимо, эта привычка навсегда осталась с ним. Рыжеволосый достал альбом и начал рассматривать рисунки. На всех листах был изображен Фрэнк. Это был особый альбом, только с портретами Айеро. Медленно просматривая, Джерард вспоминал прошлое и улыбался: вот они с Фрэнком на выдаче аттестатов, вот на первой репетиции, а вот на концерте. Кого-кого, а Айеро Уэй мог нарисовать хоть с закрытыми глазами. Он прекрасно помнил каждую черту его лица, каждый изгиб тела. Спустя некоторое время от просмотра рисунков становилось только хуже и, отбросив альбом, Джерард снова схватил бутылку. Но только поднеся её к губам, парень вспомнил, что обещал Фрэнку никогда больше не пить. Уэй помнит этот день, как будто он был только вчера. Джерард пришел домой в хлам пьяный где-то в три-четыре часа ночью. Фрэнк что-то кричал, даже угрожал, что уйдет из группы, а потом просто собрал свои вещи и ушел. На следующее утро Джи отправился домой к Фрэнку и долго извинялся. Но только после того, как парень пообещал, что он больше не будет пить, Фрэнк простил его. Хоть и в их общую квартиру вернулся только через неделю. Джерард с того дня даже пиво не пил с друзьями. И даже после того, как они с Фрэнком расстались, он держит свое обещание. Непонятно откуда, но Джерарду пришла в голову идея подрочить. Он подумал, что вдруг это поможет немного снять напряжение. Он кинул бутылку на пол и она разбилась, выплескивая всё содержимое на ковер, но сейчас парню на это было плевать. Джерард запустил руку в боксеры, вспоминая как первый раз увидел Фрэнка голым.

***

POV Frank - Я тебя лю.. Понял, Фрэнк . Пока, - вздохнул Джерард и бросил трубку. - Джи, Джи, стой, стой, мать твою! - но было слишком поздно что-то говорить, из трубки доносились только раздражающие короткие гудки. Ну что он от меня хочет? Он же сам всё решил своей свадьбой. Конечно, мы остались друзьями, но с тех пор он ни разу не называл меня "Фрэнки". У меня даже дух перехватило, когда ОН произнес моё имя в ТАКОЙ форме. Ведь я даже Джамии не разрешаю меня так называть. Я так долго строил стену, так долго скрывал свои чувства и врал себе, что я уже и сам поверил, что не люблю Джерарда, но стоило ему один раз произнести моё имя и всё, все мои старания разрушены! Да будь проклят ты, чертов Джерард Артур Уэй. Я забежал в свой кабинет и достал из тумбочки фотографию. На ней были изображены я и Джер, за пару лет до его свадьбы. Это единственная общая вещь, что у меня осталась, кроме воспоминаний и привычек. Ведь именно из-за него я пью теперь только кофе и люблю шарфики, а ведь раньше я их ненавидел. Нет, я ему не нужен, точнее не так - это он мне не нужен. У меня есть всё, что хотела от меня мама: жена, дети и работа. Но вот одна загвоздка; это всё хотела мама, но не я. Я хотел всего лишь быть всю жизнь с этим придурком, хоть и понимал, что это невозможно. Я, черт возьми, до сих пор люблю его. Но я справлюсь, я ведь сильный. Но если он мне позвонил, то значит ему действительно плохо... Но мне плевать так же, как и ему было плевать на мои чувства, когда он сообщил, что женится на следующий день. Это было так больно, я даже сразу не поверил ему, думал он шутит и даже посмеялся, но когда он дал мне приглашение, я понял, что это не шутка. Я был разбит всего лишь из-за какого-то листика, но я тогда не устраивал истерик. Ничего не было, я просто собрал вещи и ушел, но напоследок сказал, что мы можем остаться друзьями, мы ведь в одной группе как-никак, и что я буду любить его всегда несмотря ни на что. Нет, я так больше не могу, он мне просто необходим как наркотик. Я так долго боролся с этой зависимостью, но как только мне показали шприц с дозой, у меня просто сорвало крышу. Он мне нужен как свежий глоток воздуха. Сейчас такое чувство, будто я иду где-то в горящем городе, где нигде нет чистого воздуха, но после его звонка я вижу выход из этого проклятого города. Но при этом я знаю, что надолго меня не выпустят оттуда. И хоть я понимаю, что мне будет только хуже после встречи с ним, но не могу больше терпеть, я еду к нему. - Лили, скажи маме, что я скоро вернусь, - я быстро обулся и надел куртку. Завязав шарфик и поцеловав дочку в лоб, я выбежал из дома и сел в машину. Ехать мне надо минут 40, так что есть время всё обдумать. За это время я успел взвесить все плюсы и минусы этой поездки, и минусов оказалось больше. Я это понял ещё на полпути, но мне просто не хватило сил повернуть домой. Я подъехал к его дому, заметив только одну машину. Это значит Линдси не было дома, но я об догадался сразу после звонка Джи - не будет же он звать меня к себе, когда жена дома. Я вышел из машины и огляделся; у меня не было желания попасться под камеры местных журналистов близ дома Джерарда. Убедившись, что никого в радиусе трехсот метров нет, я отправился к его дому. Сейчас было самое сложное - войти в дом. Я запаниковал, так как совершенно не знал, что делать. Позвонить или войти так? Спустя пару минут я всё же решил, что лучше будет зайти так, ведь у меня вроде как есть приглашение. Дверь оказалась не заперта, значит, либо Джерард отошел, либо он надеялся, что я приду. О том, что парень дома, говорили его ботинки и куртка на вешалке у двери. Я разулся и, повесив куртку, начал искать его. Обойдя весь первый этаж, я не застал его нигде, даже в личном кабинете. И, если честно, меня это немного обеспокоило, но я решил подняться на второй этаж и посмотреть в спальне. Чуть приоткрыв дверь спальни, я заметил ЕГО. Он лежал на кровати, согнув ноги в коленях, а на ковре было огромное красное пятно и осколки стекла. Боже мой, только не это. Я быстро влетел в комнату и подскочил к нему. Сказать, что я был в ахуе - ничего не сказать. Этот "страдалец" лежал с закрытыми глазами и дрочил, томно вздыхая. Только от одной это картины и его вздохов я стал возбуждаться; уж очень давно я не видел его в ТАКОМ виде. Так, всё, стоп, это неправильно. У меня есть жена, дети, я не должен дрочить на свою настоящую любовь. Или должен? Ну ведь это никто не узнает. Я уверен, что у нас с Джи ничего уже не будет как раньше, и даже если у нас что-то будет, это ничего не исправит. Ну да и насрать, я слишком долго старался всё забыть, я это заслужил. Пока я размышлял, что правильно, а что нет, Джерард стянул с себя шорты и чуть припустил боксеры, но не снял их до конца, - он всегда так дрочит. Я не знаю, почему он это делает так, когда-то давно я спросил у него, но он не ответил, а лишь рассмеялся. Мой член уже болезненно пульсировал, и я машинально запустил руку в боксеры, громко выдохнув, и тут же прикусил губу, надеясь, что Джер это не услышит, но он услышал. Уэй открыл глаза и, увидев меня дрочащим на него, охуел.

***

POV Gerard Да, дрочка была хорошей идеей. Мне сейчас так хорошо, будто я вернулся в те время когда мы с Айеро были вместе. Я чувствовал, что волна оргазма скоро накроет меня, но услышал рядом чей-то стон или что-то похожее на него. Я открыл глаза и замер. Знаете, когда люди говорят, что не верят свои глазам, думаю, они правы, потому что сейчас я не верил своим глазам. Передо мной стоял Фрэнк с запущенной в штаны рукой и тяжело дышал. - На меня дрочишь? - спросил он, пошло закусывая губу. Знает ведь, как меня заводит это действие. - На тебя, Фрэнки, - по спине Фрэнка прошли мурашки, это было видно по его лицу, и он тяжело вздохнул. Он наклонился ко мне, на очень опасное расстояние к моим губам, и прошептал: - Как же мне тебя не хватало, - а затем резко впился в мои губы поцелуем, для меня это было своеобразным сигналом. Ни с чем никогда не сравнится вкус губ этого парня. Я вытащил руку из боксеров и притянул парня к себе на кровать за талию, не разрывая поцелуй. Я аккуратно покусывал его нижнюю губу, через раз оттягивая ее, на что парень томно вздыхал и проводил руками по моей спине, задирая майку. Его холодные руки обжигали мою кожу, и я постанывал в поцелуй, кусая губы Фрэнка. Перевернув парня на спину и сняв с него футболку, я стал покрывать его тело поцелуями. Айеро отвечал стонами на мои действия и выгибался в спине, прижимаясь ко мне. Он быстро стянул с меня майку, откидывая её к своей, и запустил свои руки мне в волосы. У меня же от его стонов закружилась голова и совсем сорвало крышу. Я кусал, а затем зализывал и аккуратно посасывал его соски, из-за чего Фрэнк едва ли не отрывал мне волосы на голове, захлебываясь в стонах. Когда я начал целовать его ребра, парень начал тереться своим стояком об мои бедра, как бы говоря, что достаточно прелюдий. Я лишь усмехнулся и одним резким движением снял с него штаны вместе с боксерами, отчего Фрэнк притянул меня к себе за волосы и поцеловал. Этот поцелуй был очень мягким и нежным, никто никого не кусал, не боролся за лидерство, мы просто наслаждались друг другом. Фрэнк осторожно водил языком по моим зубам и деснам, посасывая мой язык; от его действий я стонал в поцелуй. Я отстранился от парня, напоследок чмокнув его в губы, и стянул с себя всю оставшуюся одежду. Из того же ящичка в тумбочке я достал смазку и быстро открыл её. Выдавив немного себе на пальцы, я кинул её на пол и принялся растягивать парня. Аккуратно введя первый палец, я всё равно сделал парню немного больно, и он зашипел. - Фрэнки, солнце, если сильно больно, я могу остановиться, - шептал я ему на ухо, покусывая мочку и продолжая вводить палец. - Всё норма-ально, продолжай, - ответил парень и попытался расслабиться. Я почувствовал это, поэтому ввел второй палец, сразу же раздвигая их ножницами. Фрэнк моментально сжался вокруг моих пальцев и впился ногтями в мою спину, запрокидывая голову назад. - Хва-атит, я гото-ов, - заикаясь, произнес парень, и я ещё раз согнул пальцы в нем, тем самым заставляя его оставить на моей спине красные следы. - Фрэнк, если что, я остановлюсь, только скажи, - вытащив пальцы из парня, я приставил свой возбужденный член ко входу, начиная медленно проталкиваться внутрь. Наклонившись, я поцеловал его, надеясь, что это хоть как-то уменьшит боль. Фрэнк прокусил мою губу до крови, когда я уже наполовину был в нем, но затем стал зализывать место укуса, и я полностью вошел в него, останавливаясь, давая время привыкнуть. Я провел рукой по его щеке, не разрывая поцелуй, и почувствовал дорожку слез. Я отстранился от него и просто стал смотреть на него. Такого красивого, с прикрытыми глазами и приоткрытым ртом, и такого моего, хоть и ненадолго. - Джи, двигайся, все хорошо, - прошептал парень и притянул меня к себе, снова целуя. Я знал, что ему все ещё больно, но он выдержит. Я начал медленно двигаться, постепенно увеличивая темп. Он был таким узким, и я получал огромное удовольствие, чего не скажешь о Фрэнке. Я разорвал поцелуй и сменил угол проникновения, полностью входя внутрь. Это подействовало, и парень выгнулся, закусывая губу и громко простонав. Я стал наращивать темп, а Айеро целовал мои шею, плечи, оставляя засосы. Каждый раз, дотрагиваясь до этой точки внутри Фрэнка, он сжимался вокруг моего члена, стараясь принести мне столько же удовольствия, сколько получал сам, и это у него получалось. Я сжал руку вокруг члена парня и начал двигать ею в такт толчков. Айеро хватило всего пары движений моей руки, и он кончил, гортанно простонав моё имя и сжимаясь вокруг меня, отчего я и сам кончил, простонав его имя и впиваясь в губы. Этот поцелуй тоже не был жестким, но и нежным его нельзя было назвать. Я провел языком по губам Фрэнка и покусывал их, тут же слизывая маленькие капельки крови, на что парень улыбался сквозь поцелуй. Отстранившись от него, я вышел из парня и вытер его живот полотенцем, что висело на спинке стула. Я лег рядом с ним на спину, прижимаясь к его телу и пытаясь восстановить дыхание. Фрэнк поднял с пола наши боксеры, и мы надели их, всё также не нарушая тишины. Сейчас это было лучше каких-либо разговоров. - Фрэнк, знаешь, я ведь... - Джи, может не надо? Может не стоит ворошить прошлое? - Перебил меня парень и лег мне на грудь, переплетая наши пальцы и закрывая глаза. Ну уж нет! Надо. Раз я собрался это сказать, то скажу. Будет он меня тут перебивать. Я уже не боялся его реакции. Даже если он скажет, что ничего уже не вернуть и захочет жить со своей семьёй, я все равно буду знать, что я ему нужен. Мы так и лежали в тишине. Я думал, как сказать ему, что люблю его, а Фрэнк рассматривал мои пальцы. Видимо, он тоже что-то хотел сказать, но боялся. Я ведь знаю его лучше, чем кто-либо другой. Когда он не может что-то сказать, он прячет свои глаза и начинает рассматривать какой-либо предмет, делая вид, что он ему правда интересен. - Знаешь, Джи, ты сможешь мне что-нибудь сказать только тогда, когда сделаешь так, - парень приподнялся на локтях, глядя мне в глаза, и снял своё обручальное кольцо. Он просто взял и снял его, затем положил на тумбочку и наклонил голову набок, видимо, ожидая от меня то же самое. Это что-то типа проверки? Если это так, то пожалуйста. Я усмехнулся и снял свое кольцо, положив его рядом с его и сел на кровати, упираясь спиной на подушки. - Фрэнки, ох, милый Фрэнки, я так много хотел тебе сказать, но ты и слушать, наверное, не станешь меня. Знаешь, в тот день, когда я надел его, - я показал на кольцо, - то понял, что потерял тебя. В тот день я понял, что Линдси - это моя молниеносная вспышка. Возможно, я просто испугался, что у нас с тобой нет будущего и нашел спасение в ней. Первое время мне было хорошо с Линдси, хоть и было сложно видеть тебя каждый день рядом. Каждый раз ловить твой взгляд на себе и понимать, что уже ничего не исправить. Мне было больно, но когда ты сообщил нам, что женишься, я... Я даже не знаю, что тогда испытал. Конечно, я был рад, что ты нашел свою любовь, но я очень сильно ревновал. Просто хотелось подойти к тебе и, схватив за волосы, впиться в твои губы поцелуем. Но не мог. Я понимал, что уже опоздал и что теперь точно всё кончено. Я тогда просто пожелал тебе счастья и все. И с каждым днем стал понимать, что мне нужен только ты, что никакая Линдси не сможет заменить тебя, - вздохнув, я поднял на него глаза и продолжил. - Знаешь, когда родилась Бэндит, я был так же счастлив, как и тогда, когда ты первый раз сказал, что любишь меня. Но потом Линдси поставила меня перед выбором: либо семья, либо группа. Я не мог бросить вас, но и не мог бросить семью. Я полюбил малышку, так же сильно, как и тебя. Я просто не мог потерять и её. Поэтому пришлось распустить группу, сказав, что больше не чувствую всех нас группой. Я просто не мог сказать вам правду. Прости меня. Так вот к чему это, Фрэнки, ты моя настоящая любовь. Я люблю тебя, - я всё говорил и говорил, чуть заметно улыбаясь и смотря в глаза парню. Я видел в них столько боли, что мне стало противно от самого себя, хотелось убить себя. Я никогда не смогу простить себя за то, сколько причинил боли этому парню. А Фрэнк просто слушал меня и не перебивал, чуть сильнее сжимая мою руку. - Я тоже люблю тебя, - приблизившись к моему лицу, прошептал Айеро мне в губы, прижимаясь к ним своими Я не мог поверить в происходящее, я просто замер, не отвечая на поцелуй. Но через мгновение пришёл в себя и приоткрыл рот, отвечая на поцелуй. Фрэнк отстранился от меня и снова посмотрел мне в глаза, только теперь я не видел в них ни боли, ни отчаяния, я видел, как они светились, и улыбнулся этому. А Фрэнки лег рядом со мной, укрывая нас одеялом. Мне сразу стало так легко, легко от того, что я наконец-то признался. И я понял, что всё ещё не до конца потеряно. Я прикрыл глаза, и тут же услышал как на первом этаже хлопнула дверь. Айеро тоже это услышал, и мы оба подскочили с кровати. Я шепнул Фрэнку, чтобы он быстрее лез под кровать или в шкаф, но было слишком поздно, и в дверном проёме стояла охуевшая Линдси. - Ух, ты, Лин, привет! А к нам Фрэнк решил зайти в гости, мило так. Мы так давно с ним не виделись, - я даже не контролировал, что говорю, просто подходил к девушке и улыбался. - Не трогай меня, гребанный Уэй! - зло произнесла девушка и выбежала из комнаты. Было слышно, что она на кухне нашла ещё одну бутылку вина и сейчас наливает себе. Фрэнк уже оделся и подошел ко мне, передавая кольцо. - Сделай так, чтобы об этом не узнала Джамия раньше времени. Я хочу сам с ней поговорить, - прошептал он мне на ухо и ущипнул за бок, тихо смеясь. - Ты там аккуратней мимо моей жены проходи, а то она и убить может, - также тихо прошептал я и поцеловал парня в лоб, отчего он улыбнулся. Он спустился на первый этаж и, быстро схватив свои вещи, даже не обувшись, выбежал на улицу, а я усмехнулся. Быстро одевшись и расчесавшись, а самое главное - надев кольцо, я спустился на первый этаж и пошел на кухню, к жене. - Линдси, нам надо поговорить...