Always topical or call it whatever you want

Вход в торговый центр кишит людьми, отчего дверь ни на секунду не закрывается, а всё дёргается, то впуская, то выпуская народ. Всё прямо как в Новый Год, людей не сосчитать. Но сегодня не Новый Год, а просто очередной выходной. Откуда-то сверху всё ещё нависают не снятые с Нового Года украшения. Многие неосознанно хотят, чтобы праздник оставался с ними подольше, хотят чувствовать наивное, необоснованное счастье и в повседневной жизни. Всем свойственно грезить о прошлом, где у них оставлен кусок души. Без пяти минут шесть гирлянду включили, она замигала всеми цветам радуги. На какую-то секунду, проходящие внутрь здания люди приостановились, взглянув наверх, но тут же продолжили путь, чтобы не задерживать других. Всю эту картину наблюдал Блейн Андерсон, пока стоял на морозе и, перешагивая с ноги на ногу, кого-то дожидался. Ему уже было хотелось набросить капюшон в страхе за попадание чрезвычайно недопустимого количества снега на уложенную причёску, как вдруг, в толпе показалось знакомое тёмно-синее пальто. Уловив взглядом невероятно светлое, озарённое лукавой улыбкой лицо, Блейн запутался в мыслях, потеряв цепочку своих размышлений о чём-то. По его спине пробежали неловкие мурашки. Курт подошёл к нему. Блейн поразился падающему на Курта освещению в этот зимний вечер. -Ну вот мы и встретились уже в другом городе, - сказал Блейн, на что Курт улыбнулся. -Что ты прячешь за спиной? - наивно спросил он. -Угадай. -Не говори мне, что это цветы... - в лице Хаммела появилась тревога, он не хотел зимой носить по улице цветы! -Я же не дурак, чтобы заставлять ходить тебя зимой по улице с цветами. Это всего лишь кофе. Просто хотел создать интригу, - ответил Блейн, достав из-за спины два больших белых стакана. Они, наконец, вошли внутрь торгового центра вместе с потоком людей. -Как вы доехали?- не зная с чего начать, спросил Блейн, открывая клапан у своего стаканчика с кофе. -Неплохо. Никаких инцидентов не произошло. Даже Сэм не пытался изображать Грустного Киану, а довольствовался старым добрым Джейкобом и его "Белла, я люблю тебя, а ещё я оборотень". Как ни странно, Блейн понимал всё с полуслова, даже когда ему говорили что-то отвлечённое о людях, которых он видел раз в жизни. Они шли вдоль рядов различных магазинов, при взгляде на логотипы которых, зрачки округляются, и ты чуешь непреодолимую тягу к трате денег на что-то манящее, загадочное, что потом может попросту надоесть, и вследствие этого название бренда на этикетке уже ничего для тебя не будет значить. Но не тут то будет! Потом-то эта история с опустошением кошелька повторится снова! А всё потому, что современные люди уважают дорогие магазины больше, чем самих себя. На лице Хаммела появилась задумчивость, он остановил шаг. -Ты любишь фильмы с Томом Крузом? - неожиданно спросил Курт, машинально усаживаясь на ближнюю скамейку. -Да, это моя слабость. -Ты встречался когда-нибудь с девушкой? - Курт считал, что конкретно сейчас самое время узнать ответ. Можно предположить, этим жестом он открыл сезон откровений. Блейн было открыл рот, но ненадолго замялся, думая, говорить или нет: -Я бы соврал, но не могу врать, когда ты так пристально смотришь. Нет, не встречался. А ты? -Тоже. Я и не считаю это нужным аспектом для нахождения себя, - констатировал Курт, сжав стаканчик в руках -Какая у тебя семья? - с интересом произнёс Блейн. -Я живу с папой. Про него особо нечего рассказывать, но и в то же самое время очень много... Последнее время у нас была куча поводов для разногласий, прости, я не хочу вспоминать. -Понимаю. У меня в семье тоже не слишком удачно всё сложилось, - Блейн ненадолго остановился, глядя Курту прямо в глаза, которые ярко блеснули; вокруг уже отключились шумящие звуки покупок, радостных, торопящихся людей, в общем, звуки всего мира; они сидели полностью изолированные от торгового центра, погружённые только в своё маленькое царство. Блейн продолжал: -Мои родители в разводе уже больше десяти лет. Когда я был маленьким, то очень переживал по этому поводу, ложился спать рано, но делал я это не чтобы спать дольше, а чтобы не слышать маминых рыданий поздней ночью. Она любила его, а он бросил её то ли из-за модели, то ли это был мужчина. Я до сих пор не знаю и знать не особо хочу. Но мои догадки и мамины предположения в принципе открыли мне глаза на существование геев. Жизнь сложена так иронично, - Курт смущённо улыбнулся его словам. Блейн слегка задумался, но решил, что будет лучше, если он осилит историю, которую ему не удавалось осилить прежде: - Есть один случай... он глубоко врезался мне в память. Я никому не рассказывал о нём, но если я так и буду держать это в себе, вряд ли когда-нибудь позабуду, - Блейн сглотнул, готовя себя на серьёзный шаг: рассказать о своём страхе. - Мне тогда было лет семь. Я проснулся очень поздно, что-то меня разбудило. У нас тогда была одна комната, и я спал на единственной нашей кровати, которую, конечно же, уступали ребёнку. Я стал потягиваться, потом понял, что слышу мамины всхлипы и посмотрел вниз. Родители были на полу. Папина голова лежала у мамы на коленях, по маминым щекам катились слёзы. Я помню фиолетовое пятно на шее отца. Большое пятно, - Блейн скривился, эта картина представала перед его глазами. - Я всё смотрел на этот странный отёк, или что это могло быть, и не мог оторваться. Мама продолжала плакать, еле сдерживаясь, она глядела вниз, не замечая меня. Я перевёл взгляд на неё, на её ноги...и увидел, как по ним струится кровь...прямо от папиной головы... Это вызвало у меня такой сильный рвотный порыв... Мама услышала, что я шевелюсь, и подняла на меня взгляд. Какие у неё были глаза! Страдающие, потерянные. Больше никогда я не читал в её взгляде таких глубоких переживаний. Даже во время развода. Она встала, бережно подложив под голову отца подушку, вытерла глаза, и мне стали видны следы крови на её ногах во всей красе. Она сказала, что я сплю, и это мне снится, дала мне успокоительное, и я заснул. Но она совершенно не задумывалась, что даже в 7 лет многие уже умеют отличать реальность ото сна. Тем более на следующее утро, я уверился в том, что это не было сном, когда увидел на кресле ту самую папину подушку, заляпанную кровью, мамино усталое лицо, но не увидел отца, - Блейн сморгнул слезу, пытаясь подумать о чём-нибудь хорошем, вспомнив, что его папа сейчас жив-здоров, - Я не спрашивал у мамы о случившемся, она бы всё равно не рассказала, я не спрашивал, где папа, всё шло как всегда, только без него, но как долго после этого я боялся ходить по тому самому участку пола! - Блейн ощущал внезапный прилив слабости. - Самое ужасное это то, что я до сих пор не знаю, что случилось в тот день. Глаза Курта наполнялись слезами, он был удивлён, увидев Блейна настолько откровенным и не понимал, чем он заслужил познавание таких подробностей. -Какое же это ужасное зрелище для ребёнка... - Курт схватил Андерсона за руку, которой он лихорадочно скоблил надпись на стакане, чтобы поддержать, дать ему сил. -Ведь...ведь с ним могло быть что угодно! Его могли пытаться задушить: у него было много врагов, опасная работа, где он их приобретал, куча долгов, которые он всё равно возвращал... Они могли поссориться с мамой, но я не верю, что она способна причинять боль. Нет, она не способна! Я не знаю, что это было! - Блейн подставил кулак под лоб и зажмурился. Ему всегда хотелось знать, что случилось, но он никогда не говорил об этом. Курт положил ладонь на его плечо. Лицо Блейна смягчилось, и он медленно повернул голову в сторону Курта. Его глаза были кристальны как алмазы. -Сейчас всё в порядке. Отпусти это как старый кошмар того семилетнего ребёнка. Ты рассказал это мне, и я рад, что ты высказался, спасибо тебе за это. В глазах Блейна горе сменилось на благодарность.