Титания

      Довольно тёплый мартовский вечер пришел в Токио. За высокими зданиями города солнца уже не было видно, и лишь его последние лучи озаряли улицы красным светом. Погода стояла безветренная. В воздухе уже пахло весной. Вот-вот сакуры должны были подарить японцам несколько недель невероятно красивого зрелища. Как раз начались непродолжительные весенние каникулы. Такие вечера просто созданы для того, чтобы проводить их вне своего дома.       Одним из таких вечеров Аомине стоял в парке, что на западной окраине Токио, смиренно ожидая назначенной встречи. Он сам её организовал. Парень пришел за десять минут до назначенного времени и теперь бездумно смотрел на тёмный от растаявшего снега грунт. Это место было отдалённое, почти в самой глубинке парка. Здесь редко бывали люди, но зато сюда часто приходили Аомине и Такада, с которой, кстати сказать, и была назначена встреча.       В последнее время всё приняло автономный режим. И пусть официально ребята оставались парой, но на самом деле их уже давно ничего не связывало. После того вечера у Такады они почти не разговаривали и встречались только в школе, во время уроков. Даже рождественские праздники провели раздельно. И лишь четырнадцатого февраля девушка принесла Аомине самодельный шоколад, хотя выяснилось, что Дайки вообще не любит сладкого.       С тех пор прошло уже больше месяца. Кажется, всё должно было ухудшиться, но ничего не изменилось. Как ни досадно, но Аомине действительно потерял всякий интерес к Такаде. Его больше не волновало, где она и с кем. Возможно, в глубине души Аомине хотел, чтобы девушка нашла себе кого-нибудь. Да, Дайки на самом деле искал повод, чтобы расстаться с Рен. Он - рослый, крепкий парень - вёл себя как мальчик, стоило ему только подумать о том, что он расстанется со своей девушкой, хотя и очень давно мечтал об этом. Баскетболист имел множество побочных связей с другими девушками, но ему было даже обидно из-за того, что Такада никак на это не реагирует. Аомине не подозревал, какая угроза над ним нависла.       На десятой минуте ожидания, ровно в шесть часов вечера, из-за деревьев показалась Такада. Кажется, Дайки совсем забыл, как дышать. Коричневая плиссированная юбка, коричневые замшевые сапоги на плоской подошве и грубой вязки белый свитер – вот, собственно, всё, что представлял собой её наряд. Однако что-то здесь было однозначно не так. Верно, ведь парень никогда не видел Рен с… косичками? Да, именно с двумя небрежными косичками. Её лучистая улыбка, её кроткий взгляд, её движения веяли лёгкостью и нежностью. То ли весна так подействовала, то ли Аомине просто не замечал в ней ту романтичную натуру, которая сейчас предстала перед ним во всей своей красе. - Что-то случилось, Дай-чан? – ласково-взволнованным голосом спросила брюнетка, устремив взор на Аомине. - Ничего, - покачал головой парень, окинув взглядом Такаду. – Тебе идёт эта одежда. - Спасибо, - улыбка не сходила с её лица. – Ты хотел о чём-то поговорить, не так ли? - Да, но… - Дайки замялся, вспомнив, зачем он всё это устроил. - Давай просто прогуляемся? Если ты не против, конечно. - Не против, - пожала плечами Рен, не спросив, куда именно они пойдут.       Аомине двинулся вперёд. Такада пошла за ним. Поравнявшись с парнем, Рен взяла его за руку. Дайки судорожно обернулся, недоумевающе уставившись на свою спутницу. - Что-то не так? – спросила девушка, не выпуская смуглой ладони из своей. - Да нет, просто ты взяла меня за руку. - Нельзя? – пара чёрных глаз устремилась на парня. - Нет, можно, просто… - не договорил Аомине. - Что? - Ты раньше так никогда не делала, вот я и удивился. - Да? Извини, - отвернулась Такада. Нежная улыбка снова появилась на устах девушки. – Просто я очень скучаю по тебе.       Дайки посмотрел на неё с удивлением, но ничего не ответил. Освободив свою руку, он сам взял руку Такады и продолжил путь. Всё время они прогуливались молча. Какое-то неопределённое чувство тревожило парня. Ещё никогда ему не было так хорошо рядом с ней, как сегодня. Эта новая Рен ему нравилась больше. Однако что нашло на девушку? Она никогда не предпринимала ничего первой, а сегодня сама взяла его за руку. Неужели и правда соскучилась?       И каким же нужно быть мерзавцем, чтобы разбить сердце этому хрупкому, нежному существу? Пусть внешне она и казалась грубой, но это ведь просто оболочка, внешность, обманка! Возможно, Аомине первый, кого Такада действительно полюбила, а он собирается сказать ей такое… Нет, это просто безумство. Он никогда, никогда не оставит её, пока девушка сама того не захочет. Любовь? Кажется, он влюбился заново. Причем ещё сильнее, лучше, чем прежде. И если утром он прокручивал в своём воображении сцену расставания, то сейчас он напрочь об этом забыл и предпочёл бы не вспоминать.       Аомине и не заметил, как прошёл почти целый час времени. Очнувшись, он предложил девушке передохнуть. Такада кивнула в знак согласия. Всё это время девушка внимательно наблюдала за поведением Аомине, ожидая в любой момент услышать то, ради чего она и была сюда приглашена.       Волшебными казались кроны деревьев, освещенные светом заходящего солнца. Вечерний ветерок шептал что-то ласковое их ветвям. Где-то наверху чирикали готовящиеся ко сну воробьи. Обстановка наступающего вечера дурманом пробиралась в голову, заставляя задумываться о самых неимоверных вещах. - Так о чём ты хотел поговорить? – вдруг заговорила Такада. - А, да ни о чём серьёзном. Не бери в голову, - из уст парня подобного душевного склада странно было слышать такие слова. - Знаешь, в иные моменты мне казалось, что ты разлюбил меня, - смотря куда-то далеко вперед, говорила брюнетка. Уголки её губ были приподняты. – Но теперь я поняла, что ошибалась. Прости. - Да ничего, - пожал плечами парень, что глядел на Такаду во все глаза. Телефон в сумочке Такада завибрировал. Достав сотовый, девушка прочла СМС и убрала гаджет обратно в сумку. - Извини, Дай-чан, но мне нужно бежать. Брат уже ждёт меня, - неловко улыбнулась она. - Я понимаю, иди, - сказал парень, тоже слегка улыбнувшись.       Рен подошла к сидящему на скамейке Аомине. Он поднял на неё взгляд своих синих глаз. Девушка, упершись руками о колени, наклонилась. Зрачки Аомине расширились. Впервые за всё время она первая поцеловала его. Отстранившись, девушка взглянула на него своими дьявольскими бездонными глазами. Ничего не изображалось в их взгляде. Такада улыбнулась и убежала, помахав на прощание рукой. Дайки сделал то же самое.       Почему-то всё произошедшее показалось парню довольно странным. Такое ощущение, что они виделись в последний раз, будто завтра могло уже и не наступить. И кто же знал, что им больше не суждено было встретиться...

***

      Вернувшись в пустой дом (Харука должен был появиться не раньше полуночи), Такада первым делом заварила зелёный чай и, усевшись в кресло, просидела полчаса, так и не выпив ни глотка. Завтра Харука женится на сестре Кисе, и это никак не укладывалось в голове младшей Такады. Что-то зловещее кипело в её душе. Она знала, что когда-нибудь этот день всё равно наступил бы, но не хотела мириться с этим. Нет, она не собиралась убивать невесту или срывать свадьбу. Просто Рен решила воспользоваться возможностью и обернуть всё происходящее в свою пользу.       Поставив на стол уже остывший чай, брюнетка пошла в ванную. Набрав очень горячей воды, Такада забралась в ванну и пролежала там довольно долго. Всё это время она планировала стратегию завтрашнего дня и сопоставляла её с произошедшим. Пока всё шло точно по плану.       Поднявшись в свою комнату, Рен надела пижаму и улеглась в постель, так и не застав старшего брата, который вообще заявился только под утро и почти сразу же ушёл.

***

      Невзирая на уговоры родственников, Нацуки решила, что её свадьба будет исключительно в европейском стиле. В конце концов, все её подружки так делают. Почему тогда она среди них должна быть белой вороной? Именно поэтому вот уже второй час длилось одевание невесты. Процесс этот больше был похож на самый страшный ночной кошмар: корсет платья совсем не хотел зашнуровываться, лиф оказался большим, а фата никак не цеплялась на голову. Женщины носились туда-сюда, ругаясь и крича на всю округу.       В комнате жениха тоже воцарился хаос. Во-первых, не совсем отошедшие после вчерашних гулек гости мужского пола то и дело путались под ногами, не давая жениху привести себя в порядок. Во-вторых, обручальные кольца куда-то запропастились. Однако они были благополучно найдены в кармане пиджака жениха. Свадьбе суждено было состояться.       Для росписи был обустроен большой шикарный зал, который арендовали родители Кисе, ведь семья невесты взяла на себя большую часть расходов. Что касается зала, то здесь и придраться было не к чему. Начиная сверкающими мраморными полами, огромной люстрой из драгоценных камней и живой музыкой, заканчивая бело-синей тематикой оформления самого зала и, соответственно, бело-синими одеяниями подружек невесты, всё было на высшем уровне. Свадебная церемония должна была начаться в четыре часа дня, так что оставалось ещё чуть более двадцати минут до её начала.       Рёта Кисе был удостоен «места в первом ряду» со стороны невесты. Он сидел между своей сестрой и матерью. Парень очень нервничал, хотя выглядел довольно спокойным и весёлым. Его взгляд то и дело обращался на всё ещё свободное сидение в первом ряду со стороны жениха. Такада до сих пор не пришла.       Сколько они не разговаривали? Пожалуй, сложно назвать точный срок. Парень так и не объяснился с Рен, хотя, как ему показалось, Такада и так уже всё знала. И тот случай с Хайзаки, и слова, которые Такада сказала ему, - всё это было очень неоднозначно. Парню только и оставалась, что утешать себя мыслями о собственной паранойе. Да и не мог же Аомине всё ей рассказать?       Рёта действительно любил Такаду и за долгое время их разлуки ещё больше убедился в этом. Он никогда раньше не испытывал подобного чувства. Одна мысль о том, что они могли бы быть вместе, заставляла сердце парня трепетать. Ему нужно было видеть её прекрасную улыбку, слышать её голос, ощущать запах её прекрасных волос. И теперь, когда нужно задействовать свой богатый словарный запас, Кисе просто растерялся. Он не знал, как начать разговор. Кисе, который никогда не знал отказа, должен был задуматься над тем, какую реакцию вызовут его слова. Как глупо!       С Ватари тоже творилось что-то странное. Мало того, что она уничтожила свою роскошную шевелюру и перекрасила волосы (ей было глубоко наплевать на всякие там школьные запреты), так девушка, похоже, вообще забыла о существовании Кисе. Она редко здоровалась с ним, не говоря уже о дружеских беседах, всерьёз занялась учёбой и стала ещё упорнее тренироваться, словно готовясь к чему-то.       Вот, кстати, и сама Харука. Здешние мужчины просто не могли не заметить появление сей особы и не оценить её габариты. Синее бандажное платье на четвертном рукаве очень удачно обтягивало идеальную фигурку Харуки, что и «заценили» представители сильного пола. Платье было удачно скомбинировано с чёрными лодочками и таким же чёрным клатчем. Аккуратная стрижка, прелестный и грамотно выполненный макияж с акцентом на глаза завершали её современный образ. Пройдя по красной дорожке, девушка присела на своё место в пятом ряду со стороны невесты.       Её приход оживил публику, однако она не была самой ожидаемой фигурой сегодняшнего праздника. Все, а особенно родственники Кисе, были в нетерпении не столько потому, что они ждали невесту, а больше потому, что они жаждали увидеть ими же провозглашённую невесту своего сына, то есть Такаду. А всё дело в том, что родители Рёты слишком буквально восприняли словосочетание «моя подруга», которым Рёта охарактеризовал Такаду во время её визита в дом Кисе.       За минуту до начала торжества брюнетка наконец появилась в зале. Гости даже на секунду умолкли, когда послышался стук её каблуков. Уверенной походкой она прошла к своему законному месту и, поздоровавшись с родителями невесты, села. То, как она посмотрела на Кисе во время приветствия, парень будет помнить всю свою жизнь. Сегодня она была чертовски хороша - этого не могли не обговорить присутствующие.       Зазвучала торжественная музыка. К алтарю прошел жених со свидетелем. Свидетельница уже была на своём месте. Двери в зал распахнулись, и в него вошла невеста, державшая под руку своего отца. Девушка сияла от счастья. Она была прекрасна: ей шло и это пышное белое платье, и причёска, и макияж, и жених. В руках Нацуки держала букет из белых лилий, перевязанных синей лентой. Все радовались, тихо плакали или смеялись. И лишь Рен сидела с каменным лицом, даже ради приличия не улыбнувшись. Её вообще мало волновала свадьба брата. Сюда она пришла с конкретной целью, известной только ей самой. - Согласна ли ты, Нацуки, взять в законные мужья Такаду Харуку? – спросила женщина с радушным выражением лица. - Да, - широко улыбалась Нацуки, глядя в зелёные глаза своего возлюбленного. - Согласен ли ты, Харука, взять в законные жёны Кисе Нацуки? - Да! – тоже улыбался парень. - Властью, данной мне, объявляю вас мужем и женой! Обменяйтесь же обручальными кольцами.       Надев кольца, новоиспечённые молодожёны поцеловались. Нерв на лице Такады дрогнул. Ей было очень неприятно смотреть на развернувшуюся мыльную оперу. Она хотела пропустить эту часть мероприятия, но тогда ещё больше рассорилась бы с братом. А это девушке было невыгодно.       После официальной части все перешли в обеденный зал. Это также был зарезервированный под немного-немало двести гостей ресторан в Токио. Застолье колоссально отличалось от нашего. Разумеется, там не было голубцов, котлет и заливного, но столы от этого беднее не стали. Просто весь банкет представлял собой огромный шведский стол и отдельные столики, где можно было присесть. Что касается блюд, то их было очень много. Это были как традиционные блюда японской кухни, так и заморские.       Все гости разбились на группы по интересам. Разговоры велись так, что никто кроме самих разговаривающих их не слышал. Поочерёдно люди подходили к молодожёнам и поздравляли их. Подарки складывали на специальном столе. Кисе находился в окружении парней и мужчин «в самом соку». Эти молодые и не очень люди все до одного были холостые, потому ничто не мешало им заниматься активными обсуждениями присутствующих дам. О приличии здесь, похоже, даже и не знали. - Ничего такая сестрёнка у жениха, - смеялись они, указывая на Такаду, что разговаривала с Ватари и Мисаки (второй сестрой Кисе). - Она ведь ещё школьница? - Ну, знаешь, в тихом омуте, как говорится…       Больше Кисе не смог этого выносить. Он просто отошел в сторону, взял со стола стакан сока и залпом осушил его. Взгляд карих глаз снова пал на стройный женский силуэт. Ей безусловно шла красная помада. Сочетание красной помады и стрелок в её случае было беспроигрышным вариантом. И когда она успела стать такой женственной? Чёрное платье миди на длинном рукаве ничего не показывало спереди, зато вставки из чёрного гипюра закрывали лишь плечи, полностью обнажая среднюю часть спины. А в сочетании с красными лодочками и чёрной сумочкой она и вовсе выглядела, как светская львица. Чёрные волосы роскошными завитками ниспадали с плеч и обрамляли нежное лицо. Сегодня Такада и вовсе была в центре внимания. И если другие девушки завидовали в сторонке, то парни вовсю восхищались ею. Самые смелые решались подойти, но получали такой словесный отпор, что просто терялись и уходили туда, где еще минуту назад спорили со своими друзьями о том, кто «быстрее подцепит эту цыпочку».       Рёте только и оставалось, что молча восхищаться её красотой и наблюдать за девушкой со стороны. Он пристально смотрел ей в спину. Такада почувствовала на себе пристальный взгляд и быстро вычислила его владельца. Всё тот же загадочный взгляд уже второй раз за сегодня устремился на Кисе.       Сегодняшний вечер вообще ломал всю систему проведения японских свадеб. Так, если на традиционной свадьбе никто и понятия не имел ни о танцах, ни о краже невесты, то сегодня гости были очень удивлены. Мало того, что тамадой был объявлен первый танец молодых, так ещё и оказалось, что со свадьбы был украден жених! Да не кем-то там, а его сестрой, которая самым наглым образом подошла и пригласила брата на белый танец. Харука немножко удивился и выпучил глаза, но танцевать согласился. И вот они уже кружились в вихре лёгкой ненавязчивой музыки, как вдруг появилась вторая пара: взбешённая невеста и её младший брат, то есть Рёта. И если Харука и Рёта просто удивились такому поведению Рен, то Нацуки поклялась, что «в порошок эту мразь сотрёт». Вдруг музыка затихла. Люди в зале замолчали. Танцующие тоже остановились. - Что ж, Нацуки, ты показала, что достойна сердца моего брата. Вверяю его тебе, - сказав это, Такада поклонилась чуть ли не в ноги ошарашенной невесты и передала ей руку брата.       Нацуки заплакала и обняла девушку. Зал загремел аплодисментами. Музыка снова зазвучала. Наконец Харука и Нацуки сошлись в танце. Такада и Кисе хотели уйти, но люди в зале были другого мнения: их просто выпихнули обратно и заставили танцевать, сказав, что никуда не пустят, пока не увидят танец.       Рёта посмотрел в глаза Такады и, улыбнувшись, подал ей руку. Девушка тоже слегка улыбнулась и протянула ему свою, положив вторую руку на крепкое плечо. Кисе долго не мог решить, куда ему деть вторую руку, ведь спина у девушки была почти голая, и от этого ему становилось не по себе. Однако ему всё же пришлось сделать это – и широкая ладонь коснулась холодной обнажённой спины Такады. Кисе нервно сглотнул. Парню казалось, что он спит и видит самый невероятный сон. Однако это реальность, и вот она, Такада, которая сейчас танцует здесь, вместе с ним. Такая лёгкая и грациозная, словно фея. Как же хочется, чтобы это длилось вечно. Но даже самому сладкому сну наступает конец, когда приходит утро. Танец закончился, и всё снова приобрело обычный ритм.       Однако Рёта решился. Он довольно долго искал девушку, но её нигде не было. Кое-как вырвавшись из ресторана, Кисе схватил свою куртку и выбежал на улицу. Парень не ошибся: девушка действительно ушла из здания. - Такада! – крикнул он, бросившись следом за Такадой. Рен обернулась. Кисе подбежал к ней. - Ты уже уходишь? – спросил он, переводя дыхание после внезапного быстрого бега. Девушка кивнула. - Позволь мне проводить тебя! Луна освещала пустынную улицу. Кое-где горели фонари, разрывая подступающую со всех сторон тьму. Взялся весенний заморозок. Холодно. Ветер играл с покрытыми инеем ветвями деревьев, заставляя их колыхаться. Первая звезда маленьким пятнышком сияла в ночном небе. Всё дышало покоем, будто во сне. Такада ничего не говорила. Кисе тоже молчал, упорно следуя за девушкой. - Говори уже, - вдруг сказала Такада, остановившись посреди тёмной улицы. - Как всегда, на шаг впереди, - усмехнулся парень. - Давай без притворства. Я слушаю тебя, - как-то холодно сказала девушка. - Хорошо. Только позволь мне сказать, что ты потрясающе выглядишь, - парень пригладил золотистые волосы назад. На лице его показалась очаровательная улыбка. - Спасибо. Ты тоже, - сказала Рен.       Чёрный костюм идеально сидел на нём, подчёркивая все особенности мужской фигуры. На фоне белой рубашки тёмно-синий галстук смотрелся просто идеально. Про отличную причёску и говорить нечего, ибо она всегда была при нём. Великолепен, как и всегда. Не зря же Кисе нравился стольким девушкам. - Я даже не знаю, с чего начать, - смущённая усмешка снова появилась на его прекрасном лице. Он посмотрел на Такаду. Глядя на слегка развивающиеся чёрные волосы девушки, Кисе сказал:– У тебя волосы отрасли. Он очень любил эти волосы! Рен продолжала смотреть прямо ему в глаза. - Извини, я веду себя глупо, - рассмеялся блондин, почесав затылок. – Просто ничего не могу с собой поделать. Знаешь, в той игре с Аомине-чи… - Вы поспорили на меня, - перебила его Такада. - Так ты знаешь, - парень опустил взгляд в пол. – Значит, и об остальном тоже знаешь? - Знаю. - Вот как, - насмешливо-разочарованно говорил Кисе. – И что ты думаешь по этому поводу? - Я сама виновата в том, что произошло. Мне стоило быть внимательнее, - равнодушным тоном ответила Рен, не глядя на парня. – Я совершила слишком много ошибок. Прости, что тебе пришлось пережить всё это из-за меня.       Сорвавшись с места, Кисе подошел впритык к девушке и, схватив руку Такады, прижал её к своим губам. - Не смей винить в произошедшем себя, слышишь? – дрожащим голосом говорил Кисе. – Ты же не виновата в том, что один дурак влюблён в тебя. Не виновата, понимаешь? Это целиком и полностью моя вина! Прошу, Рен, ответь, сможешь ли ты простить мне мою ошибку? Такада одёрнула руку. Кисе отпустил её. Он знал, что хочет слишком много, но всё же надеялся на благосклонность девушки. Она ведь всегда выручала его! Рен, резко потянув парня за галстук, впилась в его мягкие губы. У Рёты подкосились ноги. - Я не против остаться друзьями, - прошептала, отстранившись, брюнетка. – Но сердце говорит, что с тобой нельзя дружить. - Ты... - Уже поздно, мне пора домой. Не иди за мной дальше. - Подожди, Рен! - Прощай, Рёта! – отвернувшись, девушка стремительно зашагала в нужном направлении. Она уже погрузилась в этот омут и не имеет другого выбора, кроме как продолжить следовать вперёд, пока жизнь не прервётся на его илистом дне. Одинокая слеза унесла с собой всё то, что Такада действительно хотела сказать.

***

      Весна была в разгаре. Первого апреля, когда сакура показывает себя во всей красе, традиционно начался первый день нового учебного года. Теперь всем ученикам снова нужно посещать каждодневные занятия, от которых они так и не успели отдохнуть. Для кого-то школьная жизнь и вовсе закончилась. Теперь эти ребята стали студентами университетов и колледжей.

Что же случилось с нашими героями?

      В один из апрельских вечеров Аомине получил письмо, которое должно было ответить на все его вопросы. Как выяснилось, за время весенних каникул Такада просто испарилась. Причём никто не знал, куда именно она уехала. Трубку девушка не брала, на сообщения тоже не отвечала. Все, кто мог что-либо знать, упорно молчали. Это очень раздражало Дайки. «… мне стоит признаться, что я никогда не любила тебя, Дайки. Это была симпатия, влечение, но не более того. Думаю, что ты разделяешь эту позицию, поэтому я не вижу смысла поддерживать дальнейшие отношения. Отныне ты свободен так же, как и я. Нам лучше больше никогда не видеться. Ты можешь осуждать меня – это твоё право, но перед ним ты обязан извиниться. Прощай и спасибо за воспоминания!» - дочитав письмо, Аомине бросил его на стол. Невидимая стена в его сердце с грохотом пала. Дайки подошел к окну: солнце уже заходило. Она победила! Она влюбила его в себя и затем бросила, больно ранив в самое сердце. Она спланировала всё так, что у Аомине не оставалось и шанса на победу. Как же он был беспечен! Скупая мужская слеза скатилась по его смуглой щеке.

В тот день письмо получил ещё один человек.

      Кисе разбирал почту, когда наткнулся на письмо со странным адресом. Распечатав конверт, парень прочитал написанное. Листок, записанный иероглифами, бесшумно опустился на пол, а Рёта продолжал сидеть в том же положении, не в силах поверить прочитанному. Дрожащими руками он поднял письмо и прочитал его ещё раз. Аккуратно свернув листок, Кисе положил его на стол и, закрыв ладонями лицо, заплакал. Ужасная боль сдавила его сердце. Почему она раньше обо всём не сказала? Он должен был пойти за ней, даже если бы это стоило ему жизни. А теперь всё кончено! Она уехала навсегда, а его чувства стали ненужным балластом. Теперь внутри пусто и темно. Любовь, ударившись о камень равнодушия, разбилась вдребезги. Поднявшись со стула, Кисе, не помня себя, подошел к зеркалу. Дрожащими руками парень взял с комода фотографию в рамке. А ведь в тот вечер он видел её в последний раз! Тупая болезненная ухмылка появилась на его лице. Положив рамку изображением вниз, Рёта вышел на улицу. В тот день он больше не появился дома…