Летнее утро, изменившее судьбу, или как оставаться всегда счастливым

POV Зейн Утро. Я проснулся с жуткой головной болью. Да, весело вчерашний вечер прошел. И все-таки с возрастом похмелье по утрам все тяжелей и тяжелей… К сожаленью, без веселой пьянки в моем деле никуда. Я музыкант. Играю и на фортепьяно, и на гитаре, причем, практически везде: начиная от ресторанов, заканчивая престижными домами, на вечерах у важных людей. Но у этого похмелья была еще одна причина… Я расстался со своей девушкой и уже около недели заглушаю эмоции в баре «Хромая лошадь». С бокальчиком безалкогольного мохито на скорую руку, я вышел прогуляться по парку, дабы придти в себя. Почему именно с этим напитком? Да потому-что, как интеллигент, я не считаю, что пиво – лучшее средство от похмелья. Я был одет в белые штаны, без рубашки, но в белом расстегнутом пиджаке. С моими черными волосами все это смотрелось потрясающе. Проходя вдоль озеря, я заметил молодую девушку на другой его стороне… POV Либрин Утро. Как всегда, после легкого утреннего душа я предпочитала проводить его в парке у озера, пока было время перед учебой. Там не было ни одного человека в столь ранний час. Вокруг раздавалось пение птиц, ветер играл в волосах и напевал старую родную мелодию. После давнего переезда от родителей, я каждое утро бродила именно здесь, т.к. это был единственный уголок города, до которого почти не добралась цивилизация и не доходили шумы города. Мои белые летние туфли на среднем каблучке оставляли маленькие следы на траве. Корсет хоть и был туго стянут, но никак не мешал вдыхать полной грудью аромат свежей травы, озера, деревьев. В одну минуту ветер сильно разбушевался, приподнимая подол юбки. В тот миг, когда я пыталась удержать ее, он сорвал мой летний белоснежный платок с шеи и унес его через все озеро на другую сторону. Только сейчас я заметила там молодого парня… POV авторы Молодой парень двинулся на встречу платка и поймал его у самого края воды, когда ветер хотел унести его обратно. У Зейна было много свободного времени, ближайший концерт был только вечером в доме каких-то расфуфыренных особ. Он подошел с платком к березе, от которой недалеко находилась девушка и написал у себя в блокноте: «Привет». Либрин проследила за действиями парня и, немного подумав, подошла к нему. Не зная, почему, она начала улыбаться, глядя на него. Зейн с самого рождения был немым, поэтому и пошел в музыканты, решив, раз не умеет говорить, то будет извлекать звуки другим образом. Поэтому, когда девушка подошла, он передал ей записку с приветствием. Либрин несколько удивилась тому, что вместо привета ей дали листок, но взяла его. Развернув и прочитав его, она все поняла. - Привет, - снова улыбнулась она. – Спасибо, большое за платок, я боялась, что не смогу его вернуть. Зейн просто кивнул головой, улыбнулся, подвинулся к девушке и стал завязывать его на шее Либрин. Он стоял так близко, что она чувствовала его дыхание рядом со своим ухом. Его руки действовали аккуратно, но все равно коснулись нежной кожи на шее и, казалось, специально по ней провели немного вниз. Их взгляды встретились. Зейн, закончив завязывать платок, спокойно отошел на шаг назад, достал блокнот и написал:« Приходи сегодня на мой концерт в 18:00 на *** улицу, в *** дом», оторвал его и отдал девушке. Она прочитала листок:- Спасибо, я с радостью приду на твой концерт,- и снова на ее лице засияла улыбка. Зейн помахал рукой, развернулся и спокойно пошел домой, думая об этой девушке… Но надо было собираться на концерт. Либрин смотрела ему вслед. POV Либрин Счастье наполняло мою душу, а сердце билось в разы быстрее. Как только парень исчез из поля зрения, я опомнилась, взглянула на часы и поняла, что безжалостно опаздываю на курсы рисования, зато успеваю на скрипку. Схватив висящий рядом на дереве рюкзак, я побежала в свою привычную жизнь, крепко сжимая в руке заветную записку с адресом и временем. Уставшая после скрипки, я вернулась в свою квартиру. Жила я в обычном панельном доме, в однокомнатной маленькой квартирке, которая была скромно обставлена. Но со вкусом. Пальцы приятно ныли, после струн, все тело побаливало после нескольких часов напряженной работы. Я взглянула на настенное зеркало, что висело в прихожей и вспомнила сегодняшнее утро. До концерта оставалось не более двух часов. - Боже, я же не успела подготовиться! Так мало времени… Я должна успеть, - и с этими словами я побежала в душ. Горячие струи воды сняли боль и напряжение, оставив свежесть и бодрость. Высушив свои длинные вьющиеся волосы, я скорее начала выбирать костюм.. С волосами далее было бесполезно бороться, поэтому просто заколола сверху пару прядей невидимками. Голубое облегающее платье в пол, как всегда, эффектно подчеркивало фигуру. Почти закончив сборы, я услышала засигналившую на улице машину. Это было такси. На часах было уже 17:30. -Повезло, что живу не далеко,- подумала я, и, схватив сумочку и записку, выбежала из квартиры. POV Зейн Я пришел домой, а жил я, стоит заметить, довольно богато. У меня был собственный двухэтажный особняк под которым были еще два подземных этажа. Я разулся и босиком по полу с подогревом спустился на самый нижний этаж, где располагался бар, бассейн и фортепьяно. Проиграв свою партию около получаса, поднялся наверх, оделся в свой самый любимый концертный костюм, белую рубашку и черную бабочку. Спустившись вниз, я на своей машине поехал на свой концерт. Хотелось бы дополнить, что, не смотря на то, что я был хорошим пианистом, это был не единственный мой способ заработка на жизнь. Припарковавшись, я вышел из своей машины и зашел в дом. Все было обставлено через чур ярко и празднично, что несколько раздражало. Швейцар проводил меня к хозяину. Я достал свой блокнот и на листе бумаги попросил напомнить цель мероприятия. Он сказал, что день рождения его дочери. После он отвел меня в просторный зал, где она сидела вместе с гостями. Она была прелестной, чем-то напоминала утреннюю незнакомку, но было видно, что ее аристократическое общество развратило. Мы с ней поклонились друг другу, и я сел за фортепьяно. На часах было без 10 минут шесть. POV авторы. Либрин неслась на такси, но не доехав всего 100 метров, угодила в пробку. Быстро расплатившись с водителем, она побежала ко входу в здание, находившееся по адресу, указанному на листке. Швейцар услужливо проводил ее в большой зал. Девушка была сильно удивлена столь богато обставленному помещению. Но больше всего ее поражала золотая огромная люстра, достойная питерского оперного театра. Не смотря на все это, ей было очень неуютно среди аристократических сливок общества. В каждом их слове, улыбке, движении чувствовалась истинная фальшь, обязанная этикетом. Но она не забывала, зачем пришла сюда. Увидев на сцене парня, садившегося за фортепьяно, она стала продвигаться к нему. На первом ряду сидела именинница этого мероприятия и строила глазки Зйену. Увидев, как Либрин подошла к парню, как он улыбнулся ей, она спряталась за кулисами. Зен достал блокнот и написал девушке:« Привет еще раз. Мы так и не представились. Я Зейн». - Приятно познакомиться, я Либрин, - ответила девушка, подавая руку. Парень взял ее ладонь и поцеловал. – Кажется, ты пользуешься большой популярностью у девушек и у дам, - кивнула она головой в сторону скрывшейся именинницы. Вдруг она выскочила из-за кулис, схватила блокнот Зейна. - Ты что, немой??? Папа, кого ты мне пригласил?! Я не хочу, чтобы на моем празднике музыку играл мне калека! – и она топнула ножкой. Наглость этой девчонки сильно взбесила Лирлин, воспитанную в тихой семье, и она не смогла смолчать: - Начнем с того, что этом зале лишь одна калека, и сейчас она стоит передо мной. И это ты,- возмущенно сказала я девице,- этот человек, -указала на тебя,- в своей жизни достиг гораздо большего, чем ты, причём самостоятельно, а не за счёт состоятельных родителей. И если сейчас ещё можно вернуть отсутствующую речь, то твоё отсутствие тактичности, воспитанности, человечности и в целом разума, вряд ли можно исправить, - и только договорив, она поняла, что в зале звенящая тишина и все смотрят на них. Осознав до конца, что она наделала, Либрин посмотрела на растерянного Зейна, тихо сказала «прости» и убежала прочь. Зейн захлопнул фортепьяно, подошёл к отцу именинницы, хлопнул его по плечу, не сильно. - Вы еще будете у нас выступать?- спросил он. Зейн помотал головой и направился в направлении Либрин. Он хотел отыскать ее. Уже выйдя из зала, Зейн услышал крики отца на свою дочь, и объявление об отмене торжества. Парень решил не отвлекаться от своего и, предположив, что девушка побежала к озеру, направился следом. Уже было темно. Спустившись и пройдя через весь парк, Зейн нашел Либрин сидящей около самой кромки воды. - Какая же я дура… И зачем только пришла сюда,- приговаривала девушка. В этот момент Зейн присел сзади нее на корточки и приобнял за плечи. Девушка резко развернулась и обняла крепко парня. -Прости. Я не должна была ругаться, я испортила тебе вечер, - причитала она, и слезы лились лишь сильнее. Парень решил ее успокоить и, набросав быстро на блокнотном листе:« Успокойся, она не стоит твоих слез», отдал его девушке. Потом посмотрел в ее глаза и погладил по голове. Зейн встал и протянул девушке руку, помогая встать. Либрин рассмеялась, стерла слезы платочком, и приняла его руку. -Тебя подвезти?- спросил Зейн с помощью своего блокнота и ручки. -Если тебе не сложно,- улыбнулась девушка. Они подошли к машине. Либрин не выдержала и сразу же выразила свой восторг по ее поводу. Зейн улыбнулся и любезно открыл дверь, помогая девушке сесть в автомобиль. Сев на водительское место и заведя этот транспорт, парень вопросительно посмотрел на девушку, и она быстро назвала свой адрес. Довезя ее до дома, девушка улыбнулась снова: -Спасибо, что довез и за сегодняшний вечер спасибо. Эм… Может будешь кофе или чай?- спросила она из вежливости. Зейн лишь качнул головой и написал:« Дела. Может завтра встретимся?» - Возможно. Я каждое утро в том парке, где ты меня сегодня видел. -«Хорошо, удачи»,-отдал Зейн последний за сегодня листик Либрин. -Спасибо, и тебе удачи,- с этими словами она побежала скорее домой. Pov Либрин Я поднялась на свой этаж и без сил завалилась на кровать, не успев даже переодеться или выключить свет. Перед тем, как голова успела коснуться подушки, в ней пробежала единственная мысль: -Будильник!.. Я его не завела…- и мгновенно уснула. Pov Зейн Как только девушка зашла в подъезд, я сел в машину и поехал в бар. В свой бар. Я же говорил, что не только от игры на фортепьяно получаю деньги. Я продаю в своем баре алкоголь и наркотики, но только взрослым, так как считаю, что они сами могут за себя решать, что им нужно и как они хотят умереть. Бар мой называется «Хромая лошадь». Я его получил от одного богатого господина за свою игру. Протусив всю ночь в баре, следя за счетом продаж, покупок и, главное, деньгами, я лишь в пять утра приехал домой и лег спать.