План А

Стайлз снова проснулся весь растрепанный и взволнованный. Спина мокрая, волосы прилипли ко лбу, а воображение, словно издеваясь, вырисовывало не самые приличные картинки с участием некоторых хмуромордых волков. — Чертов Дерек Хейл, — пробурчал парень и улегся обратно. Он поближе прижал к себе подушку, стараясь снова уснуть. Нет, так жить нельзя. Надо что-то делать с этим. Пора либо признаться в своих чувствах, либо уже перестать пускать слюни в подушку от безнадежности. Утром было решено, что пора действовать, и Стайлз разработал план по захвату альфы, по всем правилам, записав на листе бумаги для верности. Так и назвал «Либо мой, либо ничей». А в левом уголке плана нарисовал волчью морду. Морда получилась миленькой. Все-таки Дерек не такой хмурый, каким кажется с первого взгляда… ну, или со второго. Ближе к обеду парень примчался к лофту. Именно примчался, потому что по пути он забыл отдать деньги в цветочном магазине. Он решил, что нужно для начала прощупать почву и купил букет цветов. Вернее, спёр, но это вышло случайно. Стайлз знал, что в лофте не будет никого — стая была на тренировке. Даже Скотт, который вечно был занят, и то пошел в этот раз. Аккуратно положив букет на журнальный столик, парень взлетел по лестнице на второй этаж. Пялясь в телефон в ожидании, что Дерек вот-вот зайдет, Стилински даже дышать перестал. Как он будет выбираться из лофта — парень ещё не придумал, но это дело второстепенное. Главное, чтобы волчара узнал его почерк; к букету прилагалась записка, в которой всё было прекрасно и внятно изложено. После часа валяния на полу и игры в тетрис на телефоне двери лофта наконец-то открылись. Громкий топот отдавался эхом в помещении. Дерек вроде так не топает? Кто-то плюхнулся на диван и довольно вякнул: — О! Цветочки! Стайлз узнал голос и громко шлепнул себя ладонью по лбу. Лейхи! Так вот кто не пошел на тренировку — Стилински не разобрал имя, когда разговаривал со Скоттом по телефону. Только его тут и не хватало! Айзек недавно вернулся из Франции и, казалось, что там он совсем одичал. Волчишка слегка изменился, но всё равно оставался все тем же кудрявым чудом, которое сохло по Скотту. Только вот МакКолл, как обычно, ничего не видел. — Свет моих очей… угу… бла-бла… люблю тебя… ты для меня всё… твой поклонник, — Лейхи пробубнил содержимое записочки и усмехнулся. — Я вот, может, тоже страдаю от неразделенной любви и что теперь, цветы дарить? Боги, да я чертов гений! Волк не успел договорить, как двери лофта снова открылись. Усталый, растрепанный и злой МакКолл ввалился внутрь. — Скотт, это тебе! — Лейхи протянул букет и захлопал ресницами. Айзек уже и не знал, как подкатить к тру-альфе, но сегодня удача просто обязана была повернуться к нему хотя бы не задницей. Скотт нахмурился, растерянно переводя взгляд с букета на бывшего бету, но через пару секунд смягчился, поставил сумку на пол и взял цветы. — Э-э-э… Спасибо, Айзек, — выдал все-таки Скотт после затянувшейся паузы. — Может, сходим куда-то вечером? Кстати, а где все? — Лейхи сделал вид, словно его это беспокоит, но сам сверлил альфу таким взглядом, что ещё чуть-чуть и вокруг волчонка начнут мельтешить розовые сердечки с крылышками. — Я уехал раньше, потому что мне ещё на работу, — Скотт замялся, не зная, что ответить. Оборотни немного поговорили, и МакКолл таки согласился на приглашение волчонка. Айзек, счастливо вздохнул, и, порхая, как бабочка, удалился из лофта. Следом за ним и МакКолл. — Идиоты, — изрек Стилински и сполз со второго этажа. Чертов комок шерсти, кудрявый и влюбленный, испортил ему такую хорошую идею. План А провалился, переходим к плану Б. Через три дня уши Стайлза уже скручивались в трубочки от рассказов некоторых внезапно прозревших альф о том, какие у Айзека нежные руки, мягкие губы… ну и прочее о других частях тела. Стилински вполне мог бы написать целую книгу под названием «Анатомия Лейхи». Поэтому Стайлз отключил телефон и, проклиная все на свете, готовился к плану В. Точнее, всё было готово, оставалось хоть как-то воплотить его в жизнь. Стая вечно толпилась в лофте, а выкурить их оттуда никак не получалось. Но гениальность Стилински не давала сбои (в отличии от некоторых кудрявых шарфоносцев) и, притащив всем билеты в кино он, наконец, избавился от волков на целых несколько часов. Хейлы уехали к Коре, так что за Дерека беспокоится было не нужно. Оставив коробочку с печеньем и записку, на этот раз с подписью, Стайлз хотел было удалится, но возле двери опять послышался топот. Ретировавшись в шкаф, Стилински затих. — Где этот чертов телефон… — кто-то шарил по гостиной в поисках нужной вещи. Снова Айзек?! О, мой бог! Да что ж такое-то?! — О, печеньки, — Лейхи взял коробочку и аккуратно открыл. — Съем одну, а там закрою, чтоб никто не увидел. Услышав это, Стилински решил, что к черту все. Нужно спасать признание. — Чертова. Мохнатая. Прожорливая. Задница! — Стайлз выскочил из шкафа и попытался отобрать коробку у волчары, которую Айзек, от неожиданности и испугавшись разъяренного вида Стилински, тут же выронил. Содержимое рассыпалось по полу в поисках пристанища. Сложилось впечатление, что от Стайлза убегали даже печеньки. — Дважды! Дважды я пытался признаться Дереку в своих чувствах! А ты всё портишь! Ты! Отдал мой букет, сожрал моё печенье! Зато свою жизнь устроил! Я уже готов выдрать твои кудряшки с корнем! Будешь лысый ходить! — Стайлз и не знал, что может так злится. Похоже, оборотни заразны и без укусов. А, может, это все луна. Или гнетущее чувство того, что Дерек так и не будет с ним. Айзек, потерявший дар речи от такого напора со стороны Стайлза, испугался окончательно и хотел было удрать, но Стилински решил сдержать свое обещание и приступил к его выполнению, завалив волчонка прямо на рассыпанные печеньки. — Кхм… я вам не мешаю? — в дверном проеме стояла знакомая небритая физиономия, в руках которой позвякивали ключи от машины. Стилински забыл, как дышать. Опять, да. Соврать, что они просто дурачатся или волк что-то услышал? — Дерек! — нервно пискнул Стайлз. — Что ты тут делаешь? — Я тут живу, — напомнил волк, чуть выгнув бровь. — Ты… э-э-э… как давно здесь? — подобрав челюсть, пробормотал Стилински. — Я видел побег печенек и твою яростную тираду. Да, давно, — Дерек усмехнулся, и кивнул головой, подтверждая свои слова. Стайлзу стало совсем нехорошо. Захотелось провалиться сквозь землю. Конечно, можно попытаться попасть в Хогвартс… с разгону и об стену, но для этого было слишком много свидетелей. — Лейхи, исчезни, — сказал Хейл. Айзек убрался за три секунды, даже не вспомнив про телефон. — Дерек… это всё не то, что ты думаешь. И вообще, с чего ты решил, что ты мне нравишься? Бред какой. Где ты, со своей сексуальной задницей, а где мое божественное лицо. В общем, приятно отдохнуть, а я домой, — выдал Стайлз со скоростью пулемета и попытался повторить недавний рекорд Лейхи. Конечно, у него не вышло. В основном, потому что он был схвачен за шкварник и нагло зажат в дверном проеме. — На твоем божественном лице и так всё написано, Стайлз. Мне было интересно посмотреть, как ты будешь признаваться мне в любви. Я представлял это иначе, но и так сойдет, — Хейл аккуратно сжал бока парня и приблизился вплотную. — Значит, я тебе нравлюсь? — Стилински довольно заулыбался, чуть ли не мурлыча от прикосновений. — Я ещё подумаю, — Дерек поцеловал парня, от чего второй почти превратился в лужу. — И, кстати, я терпеть не могу лилии.