Очищение души

Сегодня выдался очень жаркий день. Даже для этого чёртового острова. Когда мне сообщили, что я буду дежурить на вышке целый день и целую ночь, сказать, что не обрадовался — ничего не сказать. Но перечить боссу — всё равно что подписать себе смертный приговор. И вот я здесь. Сижу на высоте чуть ли не птичьего полёта, окружённый раскалённым железом. Пот ручьём скатывается по лбу. Снайперская винтовка одиноко лежит на деревянном ящике неподалёку. Надеюсь, что сегодня она мне не понадобится. Никогда не любил стрелять в людей, причинять другим боль. Но я сам выбрал этот путь, сам так решил. И только я несу за это ответственность. Сажусь на неудобный стул, закидываю ноги на бортик вышки. Да, должен следить за потенциальной опасностью, но всегда ли вы выполняете свою работу на сто процентов? Думаю, нет. Мне жарко. Душно. Снимаю с себя рубашку, тем самым оголяя подтянутый торс. Становится немного легче. Все так же сижу в ожидании прохладной ночи. От безделья начинаю вспоминать отрывки своей жизни. Прошлой жизни. Той, от которой так сильно хотел сбежать, и той, которую сейчас так сильно хотел вернуть. Пожалуй, расскажу вам, кем я был, как оказался у пиратов и стал одним из тех, кого презирал. Кстати, забыл представиться. Меня зовут Коул. Раньше жил в маленькой квартирке в Бруклине. Сирота. Что случилось с родителями, спросите вы? Они попали в аварию, когда мне не было и трёх лет. С тех пор жил в приюте. Там было несладко, мягко говоря. Когда стал совершеннолетним, то сразу устроился на работу. Сначала приходилось снимать крохотные полуразрушенные комнатушки. Жить ведь где-то надо. Работал, как вол. День и ночь. И вот, спустя три года, накопил на собственную квартиру, хоть и в Бруклине. Это было моим личным достижением. Моей победой. Также у меня была подружка, Александра. Красивая рыжеволосая бестия. Она сразу покорила меня. Ради неё был готов на всё. Но она оказалась предательницей, обычной гнилой пустышкой. Переспала со своим же боссом ради повышения на работе. Ну разве не шлюха? После этого мне тяжело давалось доверие к людям. Я знал, что придет время, когда смогу позволить себе отдохнуть, расслабиться, почувствовать себя человеком. И вот, полгода назад я и три моих приютских друга, Джереми, Крис и Чак, решили отправиться в путешествие. Мы захотели побывать в самом отдаленном уголке мира. Долго выбирали между какой-то маленькой страной, Киратом, и архипелагом Рук. Кират не приглянулся мне своим нежарким климатом и горным ландшафтом. А вот Рук был то, что доктор прописал. Жаркие тропики, голубой океан, чистые пляжи, экзотические фрукты, девушки в бикини… Тогда это все казалось настолько привлекательным, что мы не задумываясь купили билеты и пустились на встречу приключениям. Если бы знали, какой подарочек нам преподнесёт судьба, никогда бы не поехали на этот остров разбившихся надежд. Наша радость была недолгой. Яхту, на которой мы плыли вместе с другими туристами, подбили из, как я понял, РПГ. Несколько человек умерло сразу. Было много раненных, в том числе и мой друг Чак. Ему оторвало ногу. Никогда еще не доводилось мне видеть столько крови. Крики бедняги Чакки до сих пор преследуют в кошмарах. К нашей яхте на небольшой лодке приплыли вооружённые люди в красных майках, у кого-то были банданы того же цвета. Самым первым на борт сошёл рослый человек с ирокезом и шрамом на голове. По его выдержке и нахальному взгляду было понятно, что он — главарь всей этой шайки. Человек со шрамом достал из кармана сигарету и зажигалку, сделал затяжку. Его взгляд скользил от одного туриста к другому. Вот настал и мой черед встретиться с ним взглядом. Я не отводил глаз, он тоже. После минутной игры в гляделки, он сделал ещё одну затяжку, обернулся и крикнул своим сподручным: — Здоровых мужиков и баб тащите в лагерь, а стариков и раненных сожгите нахуй вместе с этой посудиной. Не верю своим ушам. Вот так просто? Сжечь живых людей? Что же это за звери такие? Мои размышления прервал сильный удар прикладом винтовки по затылку, от которого я потерял сознание. Как только открыл глаза, то увидел чистое звездное небо. Уже ночь. Огляделся. Что это? Решетка? Бамбуковая решетка? Серьезно? Попытка подняться не увенчалась успехом. Голова кошмарно гудела. Воспоминания нахлынули со страшной силой. Яхта. Друзья. Взрыв. Люди в красном. Кто они? Пираты? Слева от себя услышал всхлипы. Повернул голову на шум. Оказывается, что недалеко была еще одна клетка, а в ней находилась девушка в лохмотьях и с растрёпанными волосами. Заметил на ее левом виске плешь - выдрали клок волос. Как давно она в плену? Пробую сесть, голова гудит, стараюсь не обращать на это внимание. Облокачиваюсь на решетку спиной. Девушка, заметив, что я пришел в себя, награждает меня тяжёлым взглядом зеленых глаз. Грязные волосы спадают ей на лицо. Стараюсь не делать лишних движений, чтобы не спугнуть её, как дикого зверька. — Эй, ты в порядке? — пытаюсь завести диалог. — Как тебя зовут? Всхлип. Еще один. Терпеливо жду ответа. Минуту. Две. И вот она решается заговорить. — Меня зовут Эмили, — её голос дрожит, — и я не в порядке. Чувствую себя такой грязной, — слеза скатывается по её щеке. — Они убили моих родных. Всех. До одного. То, что они сделали со мной… — она запнулась. — Не могу об этом даже говорить. Она отворачивается, а я не знаю, что сказать. Молчу. Эмили сотрясается от нового потока слёз. Больше ничего не говоря, она отползает в противоположный конец клетки и сворачивается калачиком, как эмбрион в чреве матери. Мне её жаль. А себя? Решаю осмотреть то место, где нахожусь. Это лагерь? Вижу вальяжно разгуливающих пиратов, вышки со снайперами, туши мертвых животных висят на крюках, пустые бутылки из-под пива и прочего алкоголя. Прохожусь взглядом дальше и вижу другие клетки, точно такие же, как моя. Ищу знакомые лица, всматриваясь в темноту. Надеюсь и в то же время боюсь увидеть там Криса, или Джереми, или Чака. Вот глаза привыкают к отсутствию освещения, и понимаю, что в клетке, в метрах пяти от меня, сидит паренек-блондинчик, что плыл вместе с нами на яхте. На вид ему было не больше двадцати. Он напуган, дёргается, в глазах застыл страх. На меня накатывает разочарование и облегчение одновременно? Никогда бы не подумал, что можно испытать эти чувства вместе. Мне кажется, что прошёл уже не один час моего заточения. Ничего не происходит. В этом лагере слишком тихо. Думал, что в плену по-другому. А может я и не заложник вовсе? Тогда кто? Почему сижу в клетке, как дикое животное? Вопросы наслаиваются друг на друга, а ответы так и не приходят на ум. Устал. Уже? Странно. Мои глаза закрываются без моего разрешения. Сползаю на пол. Или это земля? Неважно. Сворачиваюсь точно так же, как Эмили, и проваливаюсь в сон.

***

Прошла неделя моего заточения, а я все так же сижу в этой клетке. Спросите, почему не думаю о побеге? Отвечу вам. Два дня назад тот самый блондинчик пытался сбежать. Видимо, сломал хрупкую бамбуковую клетку. Он успел пробежать по двору лагеря от силы метров десять, прежде чем был застрелен. Я насчитал семь выстрелов. Шесть в спину и один в яблочко, простите, в затылок. Признаюсь, это меня напугало. Не хотел закончить так же. Каждый день нам приносили еду. Трёхразовое питание? Нет. Ровно в три часа дня каждому пленному приносили по одной тарелке какой-то жижи и одной чашке сравнительно чистой воды. Когда впервые попробовал этот ужасно пахнущий «суп», меня чуть не вывернуло. Отвратительно. Наверное, даже свиней кормят более хорошей едой. Но мне нужны были силы. Поэтому, защемив нос пальцами, съедал всё до последней крошки. Ещё за эту неделю мы с Эмили немного сблизились. Теперь она хоть знает, как меня зовут. О своей прошлой жизни она ничего так и не рассказала. Но и меня не тянуло на задушевные разговоры. Не то место и не то время для этого. Вам, наверное, уже надоело слушать меня, и вы хотите действий? Что ж, тогда ближе к делу. Начнем с того, что ранним утром не знаю какого дня, на середину лагеря вышел человек с ирокезом. Я слышал, как пираты называли его Ваасом. Он приказал вывести всех пленных из клеток и привести к нему. Его подчиненные тут же бросились исполнять приказ. Вижу, как ко мне приближается громила в красной майке и камуфляжных шортах. Открывает клетку. Грубо хватает меня за плечо и вываливает из уже привычного убежища. Быстро поднимаюсь на ноги. Чувствую, как дуло автомата упирается мне в спину. Понимаю, что медлить не нужно. Иду к главарю пиратов. Перед ним на коленях уже сидят другие пленники. Человек пять. Отмечаю для себя, что Эмили здесь нет. Её оставили в клетке. Копирую их действия и так же сажусь на колени. Меня пробирает небольшая дрожь. Ужасно боюсь за свою жизнь. Осмеливаюсь поднять голову и осматриваю пирата. Крепкий мужчина лет двадцати пяти-тридцати говорит с каким-то акцентом (испанским?), под глазами темные круги (мало спит?), про ирокез и шрам я уже рассказывал. Вот он смотрит на меня. Поспешно опускаю голову. Вздрагиваю, когда он начинает говорить. — Итак, мудаки! Вам пиздец как повезло! Я сегодня добрый и решил объявить некоторым из вас, блять, амнистию! — он смеется. — После прошлого нападения наших старых друзей — Ракьят, — начинает расхаживать перед нами туда-сюда, — наши ряды заметно поредели, и я, пораскинув мозгами, решил, что из вас, дохляков, может что-то да получится. Отобрал тех, — смотрит на каждого из нас по очереди, — кто уже обречен. Обречен? Непонимающе глазею на него. Что это значит? Тем временем главарь продолжает: — Вы, — Ваас достал пистолет и снял с предохранителя, — возвраты. Возвраты? Окончательно перестаю что-либо понимать. В голове каша. — И, чтобы максимально извлечь из вас долгожданную, блять, выгоду, — он раздражен, — я предлагаю каждому из вас вступить в ряды доблестных пиратов! — человек со шрамом улыбается. Если это можно назвать улыбкой. Больше похоже на хищный оскал. Ему нравится наша слабость. Так он чувствует себя сильнее? Но отвлекаясь на него, не улавливаю главное. Ваас только что предложил нам стать пиратами. Такими же, как он. Мне было противно даже думать об этом. Главарь прерывает поток моих мыслей. Он подходит к первому пленнику. Мужчина в возрасте. Наверное, лет сорок. С виду ещё крепенький. — Хочешь стать пиратом? А? — Ваас наклонился к нему. Мужчина молчит. Упрямится. — Не слышу, блять! — главарь бьет его рукояткой пистолета по голове. Лицо пленника искажается от боли, но он все так же молчит. Немой что ли? Слышу выстрел. Он оглушает меня. Я выпучиваю глаза и вижу, что секунду назад ещё живой упрямец теперь лежит на земле бездыханным трупом с дыркой во лбу. Шок. Хоть и помню, что недавно сделали с блондинчиком, но такого все равно не ожидал. Мне страшно. Другой парень (он был третьим в нашей шеренге) вскакивает и бежит куда глаза глядят. Страшная ошибка. Ещё выстрел. Ещё труп. Краем уха слышу, как два оставшихся человека соглашаются стать пиратами. Спасают свою жизнь. Их можно понять. Настала моя очередь. Ваас подходит ко мне, садится передо мной на корточки и заглядывает прямо в глаза, а ощущается, будто в душу. — Ну, а ты, молчаливый, что скажешь? Да, нет? — видно, что ему уже надоело с нами возиться. Не задумываясь отвечаю: — Да. Вот и всё. Только что заключил сделку с дьяволом. Не судите меня. Я просто хочу жить.

***

За два месяца я научился обращаться со снайперской винтовкой и пистолетом. Более-менее. Но вот рукопашная борьба давалась мне очень нелегко. С самых первых «занятий» по рукопашке я ушёл еле живой. Так как толку от меня пока было мало, то мне поручали только мелкие задания: почистить снаряжение, проверить работоспособность раций, помочь донести раненного бойца до медпункта, где-то прибраться и всё в таком духе. Но сегодня было по-другому. Я как раз убирался в баре, когда в него вбежал даже не радостный, а возбуждённый Ваас. — Наконец-то нашёл покупателя для этой сучки! — крик разнёсся на весь бар, - Ты, — он указал на Дака, пирата, с которым я был в контрах, — и ты, — тут его палец показал на меня, — сегодня в шесть вечера у ворот лагеря! И чтобы, блять, без опозданий! Он вышел так же быстро, как и вошёл. Что ж, моё первое крупное дельце. Сопроводить босса на сделке. Иду на повышение? Интересно, что за сучка, о которой говорил Ваас? Тогда я даже не догадывался о том, что мне предстоит вынести…

***

Ровно шесть вечера. Уже стою у ворот. Ко мне приближается Дак. — Собачка уже на посту и ждёт своего хозяина? — он ухмыляется. Как же мне хочется стереть эту ухмылку с его лица. Но пропускаю колкость мимо ушей и говорю только короткое «заткнись» в его адрес. Мы стоим еще минут двадцать. Ни Вааса, ни покупателя. Неужели нас надули? Дак теряет терпение. Видно, что он нервничает. Признаться, я тоже. Но вот замечаю нашего босса. Волнение нарастает. Он подходит к нам. — Этот старый пидорас позвонил и сказал, что у него, блять, дела и что он приедет к семи! Не, вы слышали? Дела у него, блять! А мы тут, что? Говно пинаем?! Ваас рвал и метал. Снова принял свои колёса? Да, он наркоман, если вы не знали. Когда он в таком состоянии — лучше его не трогать. — Держи, — он всунул мне в руку рацию, — Свистни, когда приедет этот урод. — Есть, босс, — ответил я коротко и ясно. Босс развернулся и зашагал к своему ангару. Как он может жить в этой железяке? Особенно в таком жарком месте, как этот остров? Я сел на ящик недалеко от ворот и стал ждать. Дак сел на скамью на противоположной стороне, закурил. Дым его дешёвых сигарет душил меня. И я погрузился в свои мысли, чтобы как-то отвлечься. Кстати, за то время, что я здесь, так и не узнал, где мои друзья. В лагере их не было. А спрашивать у других не осмелился. Вдруг подумают, что хочу помочь им выбраться отсюда? Мне не нужны были лишние подозрения. Я предположил, что Чак остался гореть на той яхте. Ведь он был ранен, так? А Ваас приказал оставить всех раненных «гореть вместе с той посудиной». Возможно, Криса и Джереми убили сразу или отвезли в другой лагерь, а позже продали. А может они тоже сейчас пираты, как я? Я отогнал эти мысли и услышал звук мотора подъезжающей машины. Неужели уже семь? Поспешно достал рацию. — Босс, он здесь. — Отлично, блять. Соизволил. Мы с Даком как по команде встали и подошли к машине. Серебристый Hummer. Неплохо. Из авто вывалился жирный лысый старый мужчина в желтом костюме. Идиотский цвет. Как он вообще может передвигаться? Вот открылись задние двери машины - вылезли охранники нашего потенциального покупателя. Такие же лысые, но спортивного телосложения и в чёрных костюмах. Сзади слышу звук стремительно приближающихся шагов. Нет сомнений, это босс Ваас надвигается. Как только главарь равняется с нами, мы с Даком отступаем назад, давая покупателю понять, кто тут главный. — Прошу прощения за опоздание, — выдавливает из себя лысый толстяк. — Доплачу сверху пять тысяч за причинённое неудобство. Ему даже говорить тяжело. Зачем ему девчонка? Он же умрёт на ней. Ну, вы поняли, о чём я. Эти слова ласкают слух Вааса, так как он сменят гнев на милость. — Что вы, мистер Филлс, какие неудобства? Вы наш постоянный клиент. Для вас — всё что угодно! — босс улыбается. Впервые вижу, чтобы он так мило с кем-то разговаривал. Не хочет потерять клиента. Всё понятно. — Хотите пройти к нам в бар и попробовать лучший пиратский ассортимент? — мягко предлагает Ваас. — Нет, спасибо. Давайте сразу к делу. У меня мало времени. Где девчонка? — с отдышкой отвечает жирбос. Такой тон не радует босса, замечаю, как напрягаются его плечи, но он сдерживается. — Что ж, моё дело предложить, — снова улыбка. Ваас оборачивается ко мне. Я вытягиваюсь по стойке смирно под его настойчивым взглядом. — Приведи девчонку из седьмой клетки. — Слушаюсь, босс, — выговариваю прежде, чем успеваю подумать. Бегу за пленницей. Понимание падает на меня, как снег на голову. Седьмая клетка. Седьмая. Эмили. Совсем забыл про неё. Она всё ещё здесь? Все эти два месяца она была тут? Как мог её не заметить? Неужели, так увлёкся своей новой должностью, что забыл об этой несчастной? Осторожно приближаюсь к её пристанищу. Эмили сидит, облокотившись спиной на прутья клетки. Она замечает меня. Подхожу, достаю ключи и открываю клетку. Чувствую на себе её взгляд. — Выходи, — приказываю я. Она немного опешила от такого тона. Но покорилась. Вот уже стоит рядом со мной. Эмили ничуть не изменилась. Всё те же грязные волосы. Тяжелый обречённый взгляд зелёных глаз. Замечаю только, что ссадины и синяки зажили. Наверное, её не трогали, чтобы продать подороже. — Иди вперёд, — снова приказываю. Мне противно от того, что ей помыкаю. Но она просто делает то, что я говорю. Облегчает мне задачу? Или ей уже всё равно? Мы идём рядом в полной тишине. Вот и ворота. Эмили вдруг останавливается. Я смотрю на неё. Её глаза округлились и, кажется, сейчас вылетят из орбит. Она переводит испуганный взгляд то на меня, то на жирбоса. — Нет! — шепчет она, — Что они хотят со мной сделать? Прошу, не отдавай меня им! Помоги мне! — она бросается ко мне. Хватается хрупкими ручками за мою куртку. Слышу крик босса: — Веди уже сюда эту суку! Заглядываю в глаза Эм. Они полны мольбы и надежды. Она верит, что я её спасу. Разрываюсь. Желание ей помочь очень сильно. Но боязнь за собственную жизнь сильнее. Нельзя перечить боссу. Поэтому отцепляю от себя девушку, хватаю её за локоть и волочу к покупателю. Она вырывается, брыкается, кричит, царапает мою руку. Но тщетно. Пара минут — и она уже в машине толстяка. До сих пор помню её последние слова, адресованные мне: — Я верила и надеялась, что ты не такой, как они. Но ошиблась. Ты намного хуже. Hummer уехал. Деньги на руках у босса. Сделка прошла успешно. Вот только мне от этого не легче. С того дня моя совесть была нечиста. А на душе появился тяжкий груз. После удачной сделки босс стал везде таскать меня с собой. Даже взял штурмовать аванпосты, которые у нас захватили Ракьят. Ракьят — бывшее племя Вааса. Не знаю, почему он ушёл от них, но от других пиратов слышал только то, что у нашего главаря есть сестра — Цитра, которая и возглавляет племя. Говорят, она очень красива. Не знаю, правда ли это. Не видел лично. Но не это важно. Важно лишь то, что, во время первого моего штурма аванпоста, я стал убийцей. Убил человека. Пусть он и туземец, но это был человек. Он дышал, ел, спал, жил так же, как я. А я – бум! — пристрелил его. И ещё десятки таких, как он. После этого долго находился в депрессии. Еще и мысли об Эмили не давали покоя. Пытался как-то отвлечься. И, как по заказу, босс закатил вечеринку по случаю освобождения трёх аванпостов. Специально что ли? Я решил не упускать возможность. И напился. Да так сильно, что уснул в то время, когда какая-то шлюха делала мне минет. Упился и забылся, как говорится. Со временем стал привыкать к трудностям жизни пирата. Привык убивать, хоть мне до сих пор это не нравилось. Привык пить, гулять до утра и трахаться чуть ли не каждый день. Но до изнасилования пленных девушек ещё не опустился. Видимо, во мне осталось немного человечности. Незаметно пролетели ещё четыре месяца. Мои навыки рукопашки стали более совершенными, увереннее держал оружие в руках и не так часто думал о тех, кого убивал. И вот я здесь. На этой самой вышке, откуда и начал свой рассказ. Пока предавался воспоминаниям, солнце село, и, наконец, пришла долгожданная прохлада. Я наслаждался тишиной джунглей. И вдруг урчащий услышал звук. Дикий зверь? Не, просто мой желудок напоминает о себе. Нужно поесть. Снова надеваю рубашку. Аккуратно спускаюсь с вышки. Главное — не попасться боссу. Иначе — голову с плеч. Пробираюсь к бару, заглядываю в окно. Мне везёт — никого. Открываю дверь и захожу внутрь. Ничем не пахнет. Придется довольствоваться холодной пищей. Тихонько открываю дверцу холодильника. Достаю оттуда банку пива и жаренную курицу. Пойдёт. Поворачиваюсь и вижу через окно трёх наших. Узнаю в них Лесли, Кайла и Йозефа. А кто это с ними? Мои глаза округляются. Это ведь маленькая девочка! Ей отсилы лет десять. Она похожа на куколку. Большие красивые глаза, светлые короткие волосы. На лице беспокойство, страх, растерянность. На щеках видны дорожки от слёз. Что они с ней сделали? Её подталкивают в сторону клеток. Неужели… она пленница? Не верю своим глазам. Девочку посадили в клетку. Ребёнка! Как она вообще здесь оказалась? Слышу голос Вааса и понимаю, что нужно быстрее тащить свою задницу к вышке. Выбегаю из бара так быстро, как могу. Забираюсь на свой пост и делаю вид, будто там всё время и был. Я в замешательстве. Никогда ещё не видел детей на этом острове. Надеюсь, что с ней ничего не сделают. После суточного дежурства силы покинули меня, и я проспал весь следующий день. Проснулся только часов в пять вечера. Странно, что никто не стал меня будить. Поспешно привожу себя в порядок, одеваюсь в чистую одежду. Выхожу на улицу. Уже вечер. Не так жарко. Оглядываю двор лагеря. Пусто. Но такого не бывает. Иду к бару, слышу оттуда музыку. Захожу. Так вот где все. Весь зал битком набит пиратами. Кто-то уже пьян в стельку. Кто-то танцует. Кто-то забавляется со шлюхами. Всё как всегда. — Коул! Коул, идём к нам! — зовёт меня Дак. Дак? Он же ненавидит меня! Что за безумный день? Подхожу к барной стойке, за которой сидят Дак, Лесли и Кайл. — Что такое, народ? В честь чего праздник? — сажусь на барный стул, заказываю себе виски. — А ты не в курсе? — Дак явно в хорошем настроении, он улыбается во все тридцать два зуба. — Вчера у аванпоста, вблизи деревни Аманаки, поймали мелкую девчонку. Её папашку наши ребята грохнули на месте. А её забрали в лагерь. Ваас вне себя от счастья. Прикинь, сколько денег за неё отвалят? Ведь есть клиенты с особенными предпочтениями. — Да-а… нам на всю жизнь хватит, — с энтузиазмом подхватывает Лесли. — Что ж, это охрененная новость, парни! Предлагаю за это выпить! — улыбаюсь, пытаюсь скрыть свое истинное состояние, залпом выпиваю свой виски. Они подхватывают мою идею и начинают упиваться до чёртиков. Я тем временем незаметно выскальзываю из бара. Нужно помочь этой девочке.

***

Вот и ночь. Наконец-то. Стою около своего домика. Смотрю на девочку в клетке. Она сидит, поджав ноги к подбородку. Плачет. Медленно приближаюсь к ней. Стараюсь не пугать её. Она дернулась. Глядит на меня. Забавно, но она напомнила мне Эмили. Отголоски моей вины? Сажусь на корточки перед её клеткой. — Малышка, как тебя зовут? — говорю ласковым голосом, каким разговаривают с детьми. — Плохие дяди тебя не тронули? Девочка недоверчиво смотрит на меня. Корчу ей рожицы. Она немного расслабляется и улыбается мне. Невинное дитя. Пододвигается ближе ко мне. — Я Зои, — она хватается ручками за прутья клетки, встает на коленки, продолжает улыбаться и смотрит мне прямо в глаза, — А как тебя зовут? Вопрос про дяденек она игнорирует. Что ж, ладно. — Меня зовут Коул, — тоже улыбаюсь ей. — Хочешь немного поиграть? Она энергично кивает мне головой. — Тогда я сейчас открою клетку, и мы с тобой тихонечко, как мышки, прошмыгнем вон к тому забору, хорошо? — держу всё тот же ласковый тон. Зои снова кивает. Я знал, что недавно в том заборе пробил дыру дикий кабан, он бегал по двору лагеря до тех пор, пока его не пристрелили и не зажарили. Было вкусно. Так вот, а заделывать эту дырень никто не захотел. Там ведь кусты. Не видно. А чего не видно, того не существует, так ведь? Логика. Открываю клетку, и девочка тихонько выходит из неё. Мне везёт. Пираты до сих пор в баре. Что касается босса… видел, как он и две шлюхи пошли в его ангар. Так что он там надолго. Мы, пригнувшись, проходим от одного укрытия к другому. На всякий случай. Добираемся до забора. Отодвигаю ветки густых зарослей. Вот она - дыра. — Зои, давай, пролезай. А я за тобой. Девочка слушается и ловко оказывается по ту сторону забора. Мне же приходится несладко. Еле протискиваюсь через спасительный проход. И вот мы вне лагеря. Что делать дальше? Нужна лодка. Мелкота смотрит на меня. Пусть думает, что это всё игра. Так мне будет легче. Спустя час, может, два, мы добираемся до берега. Прячемся в кустах. Зои всё это забавляет. Я же трясусь от волнения. Высматриваю наличие людей на берегу. Вижу всего лишь двоих. Они оставили парочку пиратов охранять лодки? Тупость какая. Говорю Зои сидеть в кустах и ждать меня. Сам же пробираюсь к небольшим деревянным домикам. Заглядываю за угол, вижу незнакомого мне человека. Он стоит ко мне спиной. Как удобно. Понимаю, что он один из нас, а я один из них. Но сейчас жизнь маленького человека мне была дороже личных распрей. Решаюсь, тихо подхожу и сворачиваю ему шею. Неприятный хруст, кажется, разносится по всему берегу. Оттаскиваю тело за дом. Забираю у трупа нож. Иду дальше. Вижу ещё одного. Его я узнаю. Это Гарри. Жуткий тип. Он мне никогда не нравился. Жестокий насильник и полный псих. Без колебаний пускаю нож в полёт, тот попадает прямо в шею. Гарри падает на землю. Точнее, его труп. Приходится оттащить его туда же, где уже лежит один незнакомец. Тяжелый, зараза. Прикрываю их какой-то тканью, что лежала неподалёку. Не хочу, чтобы Зои их увидела. Замечаю три лодки. Забираюсь в одну из них, пытаюсь завести. Успех. Слышу приятный звук работающего мотора. Зову девочку к себе. Отмечаю, что всё это время она была там, где я её оставил. Какая послушная. Умничка. Она подбегает ко мне. Помогаю ей забраться на борт. И только тут понимаю, что не знаю, куда её везти. Здесь повсюду пираты и… племя Ракьят. Деревня Аманаки. Ведь там её нашли? Не так ли? Может, именно там она будет в большей безопасности, нежели здесь? Даю задний ход, и вот мы уже плывем на большой остров. Надеюсь, я поступаю правильно. Спустя два часа мы уже возле той самой деревни. Я и Зои. Добрались мы без приключений. И сейчас мне нужно отпустить девочку к ним, к туземцам. Знаю, что для них я враг. Мне туда нельзя. Поворачиваюсь к малышке. — Зои, ты должна зайти в эту деревню, найди кого-нибудь кто сможет приютить тебя, — убираю прядь её светлых волос за ухо. — Живи пока здесь. Не выходи за пределы поселения. Ты меня поняла? — смотрю ей прямо в глаза. Девочка кивает. — А ты со мной не пойдёшь? — её большие глаза наполняются слезами. Странно, но сейчас она снова напоминает мне Эмили. — Нет, я не могу. Прости, — целую её в лоб и поднимаюсь, — Иди же, — подталкиваю её к открытым воротам. Зои бросает на меня последний взгляд. — Спасибо, дядя Коул, — проговаривает она тихо. Отворачивается и заходит внутрь. Вытираю влажные глаза. Хотите спросить, почему я это сделал? Моя совесть нечиста. Я не спас тогда Эмили, хотя она меня так сильно об этом просила. Убил столько людей, что мне никогда теперь не спать спокойно. Может, хоть этот поступок запустит уголок света в мою тёмную душу? Да, это прозвучало эгоистично. Прихожу в себя, когда уже снова нахожусь в лодке, плыву в лагерь. Вот так задумался. Надеюсь, девочки ещё не спохватились. Понимаю, что вернуться сейчас — самоубийство. Если Ваас узнает…

***

Захожу в лагерь. Мои опасения оправдались. Все ищут Зои. Ваас в бешенстве. Убивает пленников. Просто так. Без причины. Как всегда. Вдруг он замечает меня. — Где ты, блять, был?! — он так орёт, что ещё немного — и мои перепонки лопнут. — Где эта ебучая малявка?! — он приближается, в его руке пистолет. — Я тебя, блять, спрашиваю! — вот он уже рядом со мной. Его дыхание тяжелое, безумный взгляд. Мне конец. — Её здесь нет, — тихо отвечаю, — я освободил её. Спас. От всех вас, — смотрю боссу, уже не моему, прямо в глаза. Вижу, как мои слова доходят до него. Он бьет меня кулаком прямо по челюсти. Сильный удар. Я пошатнулся, но не упал. Он приставляет дуло пистолета к моему лбу. Чувствую… нет, не страх. Я чувствую, что поступил правильно. — Ты хоть знаешь, сука, как ты меня огорчил?! — снова сорвался на крик, дуло пистолета сильнее прижимается к моему лбу. — Куда ты её дел?! Не говорю. И никогда не скажу. Ваас видит, что я не собираюсь ничего ему рассказывать. Он замер. Думает, что сделать со мной? Пожалуй, я подскажу. Плюю ему прямо в лицо. Он срывается, его палец дергается, спускается курок. Моё бездыханное тело с выбитыми мозгами падает на землю. Мёртв. Я так жаждал жизни, что согласился быть пиратом. А сейчас, ради спасения маленького существа, с легкостью с нею расстался. Так и не смог забыть Эмили и тех людей, что убил. Мне противно от самого себя. Я никогда не был настоящим пиратом. По крайней мере, надеюсь на это. Меня согревает мысль, что перед смертью я успел помочь одной маленькой душе. Надеюсь, что она проживет достойную и счастливую жизнь. Один совет: Никогда не приезжайте на Рук Айленд. Живыми оттуда вы не вернётесь.