Уроки приручения

Изая медленно тер пальцами ноющие виски, нервно хмурясь. Что-то в поведении Шизуо дало сбой, что - не знал он сам, потому и так нервозно себя чувствовал. Шизуо - животное, одержимое только инстинктами, такими как голод, ярость и похоть. Только вот последнее тот почему-то упорно игнорировал, как и таблетки виагры, постоянно подсыпающиеся ему в завтрак. Не то, чтобы Орихара чувствовал влечение к блондину, нет, но хотелось сломить его прежнюю жизнь. Все же, восемь лет, Токио почти перерос себя, ему уже мало места, больше людей, больше жизни. Но Хейваджима словно пропустил этот отрывок истории, просто перелистнул слипнувшиеся страницы, забывая, какой сейчас год. А было и такое, что путался в датах. И тогда информатор понял, что раз уж не развести старого монстра на игрушки и догонялки, то попытаться переформировать его отношение ко всему, к нему в том числе, - отличнейшая идея! Просто гениальная! Только строилась одна проблема - как? Вообще, привыкший к обычному устою жизни Хейваджиму было не так-то просто сдвинуть с насиженного местечка мировоззрения. Но можно было ли вообще? И Орихара Изая громко крикнет: можно! возможно! и очень-очень нужно! Посеять сумбур в голове животного легко - главное, управлять этим сумбуром и не дать ему превратиться в черную дыру. Это как управлять космосом, только чуть сложнее. А именно в том, что чертов Шизуо не поддавался вообще никаким рациональным объяснением! В принципе, блондин хорошо выполнял свою новую работу: сидел с угрюмым видом под, вновь окрасившейся белесой, челкой и беспрестанно курил. Уж никакого другого человека, или зверя, на такую работу нельзя было найти! Изая даже подумывал уволить Намие, так как новоиспеченный телохранитель достаточно неплохо варил кофе. Только он стал часто исчезать из дома, мотивируясь прогулками на свежем воздухе. Кого он обманывает, сейчас уже даже воздух не назовешь воздухом. Возвращался, конечно, Хейваджима исправно, но всегда с ссадинами, ранениями и взъерошенный, словно воробей после драки. Это настораживало, но не настолько, чтобы запаниковать. Поэтому Изае оставалось молча перевязывать раненного от оружия Шизуо, даже не спрашивая, кто его так. Информатор прекрасно знал, что это он и натравил новые группировки на Хейваджиму. Орихара крутанулся на стуле, разворачиваясь от окна. Жизнь на улице кипела, даже сейчас в полночь. Как и голова информатора. Кипела от вопросов и ситуаций, не имеющих ответа. Он слышал шаги за дверью, позвякивание ключей и отворившуюся дверь. Хейваджима не приходил ранее полуночи, но сегодня почему-то без крови и ругательств. - Что сегодня нового, сладенький? - усмехнулся Орихара, сложив ручки замком, упираясь локтями в полированный стол. Цепкий взгляд проследил за передвижением монстра, тот привычно плюхнулся на диване. - Иди на хуй, - да нет, ведет себя как всегда. Вот, послал даже. Только хмурится больше обычного. И как придет - сразу спать. - Я же вижу, что ты, миленький, не весел, что головушку повесил. Что не так, Шизу-чан? - облизываю губы, а рука ведет в нижний ящик за ножом. Не нравится его поведение, ой, как не нравится. Хейваджима поднимает спокойный взгляд, смеряя Орихару такой презрительностью, что любой бы его враг позавидовал и сдавленно рычит. - Не твоего ума блошиного дела. - Моего ума касается все, разве ты забыл?- больше приторности, больше ласковости. Чтобы прямо-таки задушить его своей мягкостью. - А может быть, Шизу-чану нужно снять напряжение?- он ведет плечами и снимает жилетку. Неужели... - И без тебя видал шлюх. Так что закройся и не мешай мне высыпаться. Молись блошиным богам, чтобы я завтра встал в хорошем настроении. Пф, сколько грубости. Изая встает с места и нависает над спящим Хейваджимой, вслушиваясь в дыхание. Уже уснул? Вот это зверь, - смеется про себя и не замечает, как горячая рука оказывается у его шеи, сжимая. Взгляд опускается вниз, прямо в янтарные глаза монстра, в которых плещется ярость от потревоженного спокойствия. - Я сказал проваливай отсюда, - зарычал зверь, скалясь и зажимая мое горло сильнее. Орихара, не переставая скалиться в ответ, трижды пожалел, что больше не хранит ножи в карманах джинс. - Да ладно тебе, Шизу-чан, - прохрипел Орихара, из последних сил царапая стальную хватку. Воздуха переставало хватать, легкие болезненно ныли. - Я сказал тебе идти и молиться, а не лезть ко мне своими грязными руками, - рычал блондин, не ослабляя рук, а все крепче сжимая. - Я ненавижу тебя, грязное отродье, ненавижу твои тупые планы, ненавижу, ненавижу, - Хейваджима уже поднялся, держа тело информатора на весу, все еще отчаянно сопротивляющееся. - Да... брось, Шизу.. - Изая дышал через раз, уже по-настоящему боясь быть задушенным в своем кабинете. - Я всегда... же таким был - таким и останусь Шизуо зарычал уже в голос, словно зверь, швыряя Орихару на диван, дав ему насладиться кислород, жадно вдыхая. Но брюнету не дали нормально отдышаться, сразу же полетел удар под дых, Изая согнулся пополам, открывая спину и голову. Крепкая рука блондина опустилась на голову, сжимая волосы и оттягивая назад, грозясь содрать скальп. Орихара скалился. - Захотелось поиграть? Да ладно, Шизу-чаааан, подождем утра. Я не в настроении,- фыркнул Орихара, тут же затыкаясь от пощечины. - Почему ты такая сука? Почему умирают невинные, а ты, такая мразь, живешь? Почему я не могу тебя убить? Орихара открыл рот, собираясь ответить что-то подобающее в ответ, но промолчал, хмурясь. В голове проскочили мысли, одна заменяя другую, заставляя шестеренки крутиться, составлять цепочку. Изая опустил взгляд, шумно вдыхая через рот. - Ооо, я понял. Взрыв бытового газа, в районе Тиёда, да? Авария машин, повлекла за собой смерь нескольких пешеходов на тротуаре, затем протаранивание первого этажа ресторанчика китайской еды. Там-то и находилось более двадцати посетителей, женщины и дети, все погибли, - Изая откинул от себя руку замершего блондина, нервно хмурящегося и опустившего взгляд. - Авария не была случайность. Это ты, - Орихара с каким-то восторгом указал на Шизуо, облизывая губы, - Это ты устроил аварию, наверняка из того, что когда проходил по переходу заметил какую-нибудь неважную деталь. Например, связанная шлюха в кабине машины, да? -Хейваджима отпустил тело информатора, отходя на пару шагов назад, словно нашкодивший щенок. Только это был не разбросанный корм и не пожеванные подушки, а около пятидесяти невинных жертв. - Тройное бинго, Орихара, тройное бинго, - усмехнулся информатор. - Так вот что тебя так волновало, Шизу-чан. Ты такой сентиментальный, милый, - фыркнул Изая, уже вальяжно разваливаясь на диване, не боясь атаки со стороны Хейваджимы. Сейчас он подавлен и даже не посмеет напасть. Он лишь молча сжимает кулаки, опустив голову. - Я не хочу убивать, я уже пережил все это. Ты понимаешь, черт тебя возьми? Я не хочу быть таким как... таким как ты! - взрычал Шизуо, поднимая взгляд на Орихару. Тот усмехнулся. - Не убивай. Что тебе мешает? Ах, я же забыл, что кто-то у нас такой благородный и милосердный... - брюнет картинно вздохнул, прижимая руки к сердцу. - Брось это дело, Шизуо. Я предоставил тебе работу, кров над головой и питание, что еще? Я не впутываю тебя в свои дела, в большинстве случаев, скажу тебе, и держу твоего братика под своей опекой. Но тебе мало, да, Шизу-чан? Захотелось почувствовать себя героем времени? Это паршивая работа, Шизу, паршивее, чем моя. Хейваджима молча отступил еще назад, тяжело потирая виски и лоб. - Тяжело для тебя, да? Но нужно смириться,- фыркнул Изая, поднимаясь с дивана. Он отряхнул себя от пыли, потирая ноющую от крепкой пощечины скулу. - Найди себе другой способ самоудовлетворения. Спокойной ночи, сладенький, - Орихара удалился в ванную, оставив блондина одного при своих мыслях. *** По договору с Хейваджимой было обусловлено, что он, проживая у информатора, занимает всю приемную и верхнюю комнату на выбор, а Изая - спальню соответственно. Шизуо претендовал лишь на диван, на нем и ночевал, тогда информатор занял верхнюю комнату, с прекрасным видом на тихие улочки Синдзюку. И утро вроде бы было светлое, и птички там пели, и все по сценарию хорошего утра, но вот была одна деталь, которая портила все впечатление. Такая ложка дегтя в этой большой бочке информаторского меда. Просто, понимаете, получилась маленькая загвоздка... До этого утра, Шизуо никогда не просыпался в наручниках