Братья

С тех далёких событий минул год. Братья сблизились ещё больше, не ограничиваясь братской любовью. Оба поступили в университет: Влад — на факультет живописи, Максим же, чтобы быть ближе к брату, решил поступить на архитектурный, отказываясь от мечты стать прославленным певцом. И, надо отметить, Максим всем сердцем полюбил архитектуру. Конечно же, Влад поднатаскал его для поступления, чему Максим был очень рад, ведь он проводил с братом чуть больше времени. Но часто их занятия перетекали в нечто совсем незапланированное. Благо, матери не было дома. Никто из знакомых и не догадывался о том, что творится у них в душах. Лишь добрая Эмма знала и тщательно хранила их секрет. Как могло быть иначе? Ведь в Эмме соединялись все качества, которые должен иметь настоящий друг. Верная, сострадательная, готовая всегда прийти на помощь, Эмма помогла братьям понять, что не они ущербны, а мир таков, что в любви нет ничего запретного и неправильного. Девушка училась на параллельном курсе, и братья часто виделись с подругой. Поступив в университет, братья стали снимать квартиру. Они работали, чтобы иметь возможность платить за неё, ведь мать бы явно не потянула. Их квартира хоть и была маленькой, но всё же была уютной. Влад, любитель чистоты, поддерживал постоянный порядок (который постоянно нарушал Максим), стены квартиры постепенно покрылись его картинами, их было очень много, хотя Влад и продавал много картин, всё же какая-то часть оставалась с ним, а именно те, которые приглянулись самому автору. Картины Влада пользовались спросом, профессора прочили ему хорошую карьеру. У Максима были успехи в архитектуре. В свободное от учёбы и работы время парень умудрялся ходить на тренировки. И всё ради Влада. Самого же Влада Максим и без того считал идеальным. Стараясь соответствовать своему «личному солнцу» Максим старался изо всех сил. Вскоре он стал лучшим на курсе, обогнал тренерскую программу. Довольно часто Максим приносил своему возлюбленному шоколад. Влад всегда ненавидел сорванные цветы (ему было больно видеть увядающее могущество природы), но шоколад просто обожал. А Максим всегда с удовольствием ловил улыбки брата, заметившего в его руках коробку шоколадных конфет. Влад же своё свободное время проводил либо с Максимом, либо, когда того не было (Влад не хотел отпускать Максима на тренировки, да и вообще не понимал, зачем они тому, ведь он и так прекрасен) сидел на любимом зелёном диване в компании любимого кота Персея, или Персика, как его называл Максим. Кот прижился и будто стал членом семьи. Он словно понимал, что Владу грустно без Максима, и поэтому всячески старался его утешить: там мурлыкнул, тут мурлыкнул, потёрся о ногу, залез на хозяина. Влад просто обожал слушать мерное урчание рыжего «львёнка». Довольно часто именно с урчащим котом под боком Максим и заставал спящего брата. В такие моменты он долго любовался лицом брата, не выражающее ничего, спокойное, затем убирал кота и тихонечко прикрывал уснувшего брата его любимым вязаным пледом (подарок матери).

***

Почуяв аромат свежесваренного кофе, Влад понял, что вновь уснул на диване, так и не дождавшись возвращения брата. — Доброе утро, Влад, — услышал недавно проснувшийся и ещё не совсем отошедший ото сна парень. Повернув голову, он увидел в дверном проёме своего брата и любимого по совместительству с подносом в руках. Откинув прядь отросших волос (Максим строго запретил стричь), Влад в ответ пожелал доброго утра и в очередной раз залюбовался любимым. Его широкие плечи, изгиб шеи, горящие зелёные глаза… Зевок. Максим же умилялся представшей перед ним картине: сонный с утра и от того ещё более привлекательный брат зевнул и потянулся. Движения Влада способствовали оголению части живота. Максим облизнулся, но решил не торопиться и дать любимому спокойно поесть. У них впереди целый день, выходной ведь.

***

Ближе к вечеру, но не очень поздно, братья направились в парк. Как бы невзначай дотрагиваясь до рук друг друга, они дошли до скамеечки, находящейся в тени деревьев. Влад достал скетчбук и стал делать зарисовки: растения, прохожих, птиц и животных. Максим же разглядывал окружающее вокруг, иногда возвращаясь взглядом к сидящему слева брату. — Ну, что там у тебя? Покажи, — активировал Максим режим «щенячьи глазки». Сколько он не пытался выведать у Влада, что же там за рисунки в зелёном скетчбуке, тот напрочь отказывался показывать. А сегодня в спешке, Влад схватил не тот скетчбук (брал-то обычно синий), чему Максим был несказанно рад: у него появилась возможность выведать художественное содержание книжки для зарисовок. — Нет. Не смотря на протестующие восклицания Влада, Максим выхватил прямо из его рук скетчбук. Максиму показалось, или Влад действительно покраснел? Открыв первую попавшуюся страницу, Максим обнаружил…себя. Тщательно проработанная зарисовка, её-то и зарисовкой нельзя назвать — настоящий портрет. Тёплые цвета выдавали тёплые чувства автора. Яркие, с задорной искоркой глаза смотрели на зрителя и казались живыми. А на соседней странице аккуратным почерком выведены слова: — Скучаю жутко по тебе… Считаю дни, часы, минуты. Скучаю жутко по тебе. Мне без тебя ужасно трудно, Живу как будто бы во сне. Скорей бы миг счастливой встречи. Хочу скорей тебя обнять, А в этот одинокий вечер Опять о нас буду мечтать. Глаза закрою — ты со мною, Тепло дыхания наполнит душу. Скорее, слышишь, возвращайся, Чтоб одиночество разрушить. Как, должно быть, Владу одиноко без него, что он даже облёк всю свою печаль в стихотворную форму. Максиму стало совестно, что он в последнее время проводил так мало времени с Владом. Он подвинулся ближе к брату и несмотря на то, что вокруг много прохожих, сильно обнял того, уткнувшись лицом изумлённому Владу в ключицу, словно давая безмолвное обещание исправиться. Влад же, отошедши от неожиданности, стал вдыхать приятный запах волос своего брата, попутно проводя пальцами по ним.

***

Братья не помнили, сколько просидели в том парке, но домой они вернулись глубокой ночью. Решили сразу же лечь спать. У парней была огромная круглая кровать (это всё непредсказуемые идейки Влада). Зелёные простыни (ох уж эта любовь Влада к зелёному!) были аккуратно уложены. Братья легли как обычно: Влад — справа, Максим — слева. Влад тихонечко ахнул, когда произошло нечто непривычное — тёплые руки обвили его талию со спины и струйка воздуха коснулась его шеи. Почувствовав мягкий поцелуй, Влад успокоился. Вскоре парни уснули крепким сном. А наутро были такими бодрыми, как никогда до этого.