Это была не сказка...

Солнце словно взяло сверхурочные и усиленно принялось за работу, во всю излучая свое тепло. Земля почти прогрелась от зимы. Первые майские цветы только-только распустили бутоны, наполняя воздух яркими ароматами. Стрекот цикад разносился по округе, не смешиваясь с гулом города. В этом и есть преимущество пригорода. Нет суеты, вечного шума – только спокойствие и тишина, нарушаемая естественными звуками природы. Правда, даже в таком месте похожем на утопию может быть скучно. Так думал мальчик, сбежавший из своего особняка, обманув гувернантку. Он отправился в сад, где совсем недавно увидел дыру в ограде, через которую нетрудно и пролезть. Он ощущал себя свободным, как птица в небе. Рядом не было ни слуг, ни отца, ни учителей по разным предметам, что вмещали в его голову знания. Только он и мир. Мир, наполненный чудесами, о которых писали в сказках. Их он читал тайком в библиотеке, пока никто не видел. Мальчишка бежал по лесу, слыша, как листва перешептывается между собой. Он представлял, что это обсуждают его, нежданного гостя, посмевшего нарушить покой столь неожиданно. Малец перешел на шаг, разглядывая синеву неба сквозь ветки деревьев и изредка попадающуюся паутину, искрящуюся в солнечных лучах. Мальчик брел все дальше и дальше, пока не услышал шум ручья и тихую мелодию. Неизвестность пугала, но банальное любопытство оказалось сильней. Он вышел на небольшую полянку, где вода струилась по мелким порожкам, а у источника сидела девочка. Её светлые волосы были заплетены в два низких хвостика, а глаза цвета темного шоколада наблюдали за листиками, следующими вниз за течением. Она напевала себе под нос незатейливую мелодию - простую, но очень приятную на слух. Девочка заметила, что теперь не одна, и от неожиданности подскочила, уставившись на стоящего у края поляны. Казалось, что перед ней кукла, самая настоящая. Красивая, чуть бледноватая кожа; красные волосы, которые она прежде никогда не встречала. Несколько секунд прошли словно вечность, и мальчишка сделал шаг вперед. - Кто ты? Как тебя зовут? – спросил он, останавливаясь, потому что боялся ненароком спугнуть её. - А как бы ты меня назвал? – в ответ поинтересовалась девочка. – Мне мое имя не очень нравится. - Как бы назвал? – мальчишка на секунду задумался. – Я думаю… Хитоми. Так называют девочек с красивыми глазами. Ведь у тебя они действительно красивые. Ой, – он смущенно отвел взгляд, слегка краснея от своих слов. - Хитоми? Мне нравится! – радостно воскликнула девчушка. – Тогда ты будешь Акихико! У тебя яркие волосы и… Ты похож на принца. - На принца? Но принцы должны спасать принцесс. - Вот и спаси меня от скуки, Акихико. Этот день положил начало дружбе маленького мальчика и девочки. Каждый раз они встречались на поляне, часами болтая и дурачась. В такие моменты можно было не притворяться, а просто быть собой. Для них не имело значения, что Хитоми и Акихико - ненастоящие имена, ведь они являли нечто большее, чем собственные. Мальчик и сам не понял, в какой момент его сердце стало биться быстрее только от вида широкой улыбки девочки. Хитоми не была похожа на людей, что постоянно находились рядом, с самого рождения. С ней привычные фальшь и высокомерие отходили на задний план, исчезая под напором искренности и честности. Только она могла легко ударить его и назвать дураком. Только она могла успокоить и выслушать Акихико. Только она могла ощутить его любовь… Но это была не сказка… - Акихико, я завтра уезжаю, – грустно произнесла Хитоми, вглядываясь в алые глаза, где все еще играли бесенята. - Уезжаешь? Куда? Я приеду к тебе, Хитоми, – ответил мальчик, сжимая маленькую ручку своей. – Не хочу, чтобы ты уезжала. - Акихико… Я не знаю куда. Мне не сказали, – призналась девочка и отвела взгляд. Уж слишком печален был её друг. Да и друг ли вообще? – Завтра в десять. Я приду попрощаться, – Хитоми собрала всю смелость и поцеловала Акихико в щеку. – Приходи, – она поднялась и побежала в сторону дома. - Я приду! Я обязательно приду! – прокричал мальчик ей вслед. Он приложил руку к щеке, на которой до сих пор ощущалось нежное прикосновение губ. Акихико пришел на следующий день, как и обещал. Пусть это оказалось довольно сложно, но у него получилось. Вот только Хитоми не было… Мальчик ждал её до самого вечера, но она так и не появилась. В расстроенных чувствах он вернулся обратно. Выслушав ругань отца и неодобрение гувернантки, мальчишка поднялся наверх и закрылся в комнате, отгораживаясь от всего мира. Его Хитоми пропала так же быстро, как и появилась, оставив на память о себе лишь самые счастливые моменты в жизни, болящее сердце и один поцелуй. А он так и не смог сказать ей о своей любви… Стук фишки о лакированную поверхность доски разнесся по пустому классу, прерывая мимолетное погружение в прошлое. Акаши признавал, что не все шло гладко в последнее время, но не настолько, чтобы похороненные воспоминания о Хитоми вновь выбрались наружу после долголетнего сна. Вот только причем тут они? Зачем напоминают о первом предательстве в его жизни? Даже Сейджуро не мог найти ответы на эти вопросы. Каким бы умным его ни считали - прежде всего он просто человек. Парень поднялся со стула, оставляя доску на столе. К чему её убирать, если он завтра вернется в эту комнату, которую директор лично выделил для баскетбольного клуба. Правда, тогда пошло немало слухов, но все замолкали, натыкаясь на взгляд алых глаз. Акаши это нравилось. Нравилось смотреть на всех свысока, указывая каждому на его ничтожность. Нравилось казаться Богом или Дьяволом. Нравилось внушать окружающим, будто знает будущее. Это лишь несколько причин, почему он выбрал баскетбол. Предугадывать движения, стратегии, заставлять сомневаться в себе и товарищах, разрушать надежды… Быть может, это просто прихоть восьмилетнего мальчика, который до сих пор стоит на небольшой поляне и ждет девочку. Он ждет, а с каждой секундой в детское сердце просачиваются ненависть и разочарование в мире. Сейджуро остановился посреди школьного коридора, привлекая внимание и заставляя редких школьников обходить его. Акаши раздражали вновь всплывшие воспоминания о предательстве, похороненные еще в восемь лет. Даже то, что это время было самым счастливым в его жизни – ничего не значило. Последний день перечеркивал все. Все, кроме робкого прикосновения губ к его щеке. Парень вернул себе самообладание и продолжил свой путь к выходу из школы. Большинство школьников старались на него не смотреть, а школьницы, наоборот, кидали заинтересованные взгляды, иногда легко улыбаясь. Вот и вновь несколько девушек, что стояли в холле у выхода, не сводили глаз с Сейджуро. Они начали активно перешептываться, то и дело поглядывая на парня. Акаши даже слегка улыбнулся. Давненько он не видел, чтобы обсуждали так открыто, тем более в его же присутствии. У той, что находилась справа, были рыжие волосы до плеч, аметистовые глаза, очки с красной оправой и несколько сережек в левом ухе. Вторая, стоящая посередине, имела кудрявые каштановые волосы и выразительные зеленые глаза. У последней же выделялись длинные светлые волосы и темно-карие глаза. Она держалась чуть в стороне, но тоже разглядывала Сейджуро с улыбкой. Акаши прошествовал мимо, одарив каждую заинтересованным взглядом, но как только открыл дверь, резко обернулся. Эти глаза цвета темного шоколада и улыбка… Парень подошел к ним, встав напротив светловолосой, и развернул её к себе за локоть. - Ты чего? – поинтересовалась девушка, пытаясь высвободиться, но безуспешно. Она перевела глаза с руки на самого школьника. – Что тебе надо? - Хитоми? – спросил Сейджуро чуть неуверенно, что было ему несвойственно. – Ты Хитоми, да? - Что? Нет. Ты обознался, – ответила школьница, удивленно смотря на парня, который немного начал её пугать. - Кониси-чан, вы знакомы? – полюбопытствовала рыжая у своей подруги. – Может, позвать Миямото-куна? - Думаю, не стоит, – ответила Кониси, после чего обратилась к Акаши. – Ты обознался. Меня зовут Кониси Сэкико. Так что не мог бы отпустить мою руку? - Ты меня не помнишь? – Сейджуро не обратил внимания на слова девушки. – Ты играла в детстве у ручья в небольшом лесу. - Как ты… Да кто ты такой?! – закричала Сэкико, испугавшись. Она никому не рассказывала об этом. Откуда же он узнал о её маленьких вылазках из особняка, где отец работал садовником, а мать - кухаркой? Кониси вырвала руку, отходя на пару шагов. – Мне плевать, кто ты! Если приблизишься вновь, тебе несдобровать! Понял?! – девушка быстро зашагала вглубь школы, даже забыв о своих подругах. - Кониси-чан?! – крикнула вслед рыжая и помчалась за одноклассницей, бросив осторожный взгляд на Акаши. - Отстань. У неё очень ревнивый парень, – бросила шатенка напоследок и ушла за подругами, надеясь быстро нагнать их. Сейджуро проводил девушек взглядом. Несомненно, это была она. Кониси Сэкико – его Хитоми. Она забыла о нем, но отчего? Почему помнит только то, куда сбегала из дома, как и он сам? Неужели для неё это была всего лишь игра? Нет. Тот поцелуй не был игрой. Все её переживания и их долгие разговоры - они искренние. Это та Хитоми, что обожает кружиться под дождем, боится собак и летучих мышей, не любит карри, зеленый горошек и фасоль, восхищается красотой неба и считает альстромелии красивейшими цветами. Ей не нравилось собственное имя. Сэкико… Акаши ухмыльнулся и вновь направился к выходу, покидая школу. Она была первой любовью. Она наполняла яркими красками его серую жизнь. Она принадлежит ему. И он не собирается её ни с кем делить и никому отдавать. Если есть парень - расстанутся. Если подруги будут против, то канут в лету. Если вновь попытается сбежать, то придется посадить её на цепь. Если она возненавидит его, то он заменит ненависть любовью… Хитоми… Нет. Сэкико однажды исчезла из его жизни, так нормально и не попрощавшись. Второй раз такого не повторится. Он не позволит. Быть может, на все воля судьбы, но сейчас даже она начнет кроить свои планы, если те не совпадут с желаниями Акаши. Тот, кто выигрывает – всегда прав. Поэтому никто не смеет перечить его воле. Никто, даже сам Бог…