Кто опаснее: акулы или овечка?

Маленькие ножки настойчиво семенили по земле. Хотя их топотка не было слышно, он точно был чрезвычайно частым. Хрупкое тельце смешно пошатывалось. Ножки ненадолго замерли, а затем подбежали к руке спящей девушки. От их прикосновения она вздрогнула, но глаза не открыла. Ее пухловатые губы расплылись в теплой улыбке. – Еще пять минут, – мягко прошептала она. По тонкой, слегка загорелой руке пробежалась щекотка. Обладательница маленьких ножек хотела разбудить девушку, что желала еще немного понежиться в сладостной дремоте. И все же, Миа – а это была именно она – протяжно потянулась и приоткрыла глаза. Ее взгляд упал на предплечье, которое кто-то безустанно щекотал. – Фу, сколопендра, – тихо рыкнула Миа и сбросила назойливую многоножку с руки. Сколопендра развернулась и быстро засеменила к выходу из лазарета. Миа вновь смежила веки, однако сон уже не шел. Она попыталась перевернуться на спину, но ей что-то мешало. Попробовала вновь – ничего не вышло. Слегка рассерженная этим обстоятельством, она открыла глаза и в недоумении уставилась перед собой. Ее взгляд уперся в широкую обнаженную грудь. Миа сглотнула и перевела взор выше. Перед ней оказалось смугловатое лицо: темные волосы спутались и лежали в совершенном беспорядке; квадратный подбородок с аккуратной ямочкой так и просил, чтоб до него дотронулись; выдающиеся скулы и слегка впалые щеки придавали лицу мужественности и серьезности. Картер безмятежно спал, не подозревая, что его рассматривала Миа. Она потянулась вперед, но ее удержали. Озадаченно поерзав, она почувствовала по-хозяйски обвившую ее талию сильную руку. Миа обхватила ее, попыталась перевернуться. Ей удалось это не сразу, лишь с третьей попытки, и то наполовину. Вторым "соседом" оказался Джек, нагло закинувший свою ногу на нее. Она уперлась одной рукой ему в грудь, стараясь выбраться из стальных объятий. От прикосновений нежной ладони мышцы парня напряглись. Миа приоткрыла рот и закусила губу. Джек, как и Картер, был очень привлекательным. Красиво очерченные кубики пресса, мускулистая грудь, рельефные руки, так настойчиво пытавшиеся прижать ее ближе к шикарному поджарому телу. Вдруг ветки, прикрывавшие на ночь вход в лазарет, отодвинулись, и внутрь просунулась сонная, но от того не менее хитрая моська Лиса. Суженные желто-зеленые глаза, слегка скрытые прядями прямых рыжих волос, загорелись от увиденной картины. Мию, зажатую с двух сторон Картером и Джеком, почти не было заметно за двумя крыльями, нависшими над ней: пепельным и бордовым. – Подъем, любители тройничков! – задорно воскликнул Лис. Миа обожгла наглеца взглядом больших серых глаз. Он усмехнулся, подошел к продолжавшим спать парням и легонько пощекотал их шеи. Миа зажмурилась, вспомнив, как она пыталась сложить крылья больных. Однако на сей раз обошлось без происшествий. Они просто легли позади своих хозяев, чуть прикрыв их плечи и руки. Лис задорно подмигнул Мии и вышел из лазарета, что-то напевая себе под нос. "Освобожденная" встала на колени и осмотрела мерно сопящих парней. Они выглядели вполне здоровыми. Она подползла к Рамону и положила ему ладошку на лоб. Если температура и была, то невысокая. Миа провела кончиками пальцев по его скуле, еле коснулась красиво очерченных губ и спустилась к шее, где пульсировала артерия. Миа сглотнула и отдернула руку. Теплое дыхание Рамона будоражило едва заметный голод. Она глянула мимолетно на лицо Рамона и столкнулась со спокойным взглядом янтарных глаз. Он рассматривал перепуганные серые глаза девчушки, прижатые к груди тонкие руки. – Прости, я думала, ты спишь, – тихо пробормотала Миа. – Ничего. Я ведь разрешил тебе пить мою кровь. Так что не стесняйся. – Что ты, я не собиралась сейчас... – А твои глаза говорили совсем другое, – в голосе Рамона промелькнула укоризна, но затем он вздохнул и заговорил более спокойно. – Ладно, забыли. Он сел и размял плечи, раскинув в стороны крылья цвета горького шоколада. Никакой слабости не было, только горло слегка побаливало, о чем он поспешил сообщить Мии. Она посияла и бросилась будить спящих. Те недовольно заворчали, с легкостью отпихивая от себя назойливо тормошащую их руку. В голове мелькнул коварный план, и Миа склонилась над Картером. Она приоткрыла рот, чтобы что-нибудь крикнуть на ухо. Вдруг он разомкнул чарующие шоколадные глаза. – Доброе утро, – вкрадчиво прошептал он и поцеловал ее в щеку, слегка коснувшись уголка губ. – Д-доброе ут... – Эй, какого черта! Джек дернул опешившую Мию на себя и скрыл ее от глаз Картера огромным пепельным крылом. Она решила переждать, нежели возмущаться, но вскоре передумала. Грудь Джека вздымалась часто, руки все сильнее прижимали хрупкое тело к мускулистому торсу, а в зеленых глазах плескалась ярость. Она успокаивающе погладила кубики Джека. Он на миг удивился, довольно улыбнулся и ответно погладил Мию по ее плоскому животу, за что получил по рукам. Зеленые глаза вновь похолодели и зло глянули на Картера. – Не смей трогать ее без ее разрешения. – А ты что сейчас делаешь, позволь спросить? – горько усмехнулся Картер, бросив многозначительный взгляд на Мию, скрытую красивым пепельным крылом. – Не ссорьтесь, – раздался приглушенный голос. – Джек, выпусти, тут жарковато. Он нехотя приподнял крыло и убрал от Мии руки. Та смерила обоих недовольным взглядом и, "грациозно" встав, вышла из лазарета, стараясь скрыть покрасневшие щеки и уши, которые выдавали ее с головой. Обычно теплые шоколадные глаза Картера посерьезнели. Казалось, он готов был разорвать в клочья претендента на сердце Мии. Джек не уступал сопернику по настрою. – Она не твоя, – прорычал он сквозь зубы. – И не твоя, – парировал Картер. – С каких это пор ты распускаешь руки? – Ты первый вздумал ее целовать! – Она сама наклонилась ко мне! – Но не для поцелуя же! – Откуда тебе знать? – ядовито прошипел Картер. Джек задохнулся, не зная, что ответить на подобный выпад. Действительно, Миа вполне могла выбрать Картера в качестве парня. В таком случае, в поцелуе не было ничего зазорного. Но он все никак не мог вспомнить ни единой ситуации, когда Картер и Миа оставались бы надолго наедине. Джека все это сильно беспокоило. У него появилось огромное желание врезать сидящему рядом Картеру. С другой стороны, это было глупо, да и понимал он, что может не выстоять против такого соперника. – А я-то думал, что больные – тихие ребята. Джек и Картер оторвались от препирательств и повернули головы на голос. В проеме лазарета стоял Кристиан, сложив руки на груди. Ярко-рыжие крылья были смиренно сложены за спиной; такого же цвета волосы обрамляли лицо. В красивых голубых глазах блестела усмешка. Он тряхнул головой и заправил за ухо красноватую прядь волос, отличавшуюся от остальной копны, обнажив коричневое родимое пятно. Обыкновенно бледная кожа загорела за несколько дней пребывания на острове. – Крис! – радостно воскликнул Картер и вскочил на ноги. – Эй, потише, – усмехнулся Кристиан и ответил на порывистые объятия лучшего друга, похлопав того по спине. – Из-за чего шумели? Опять эта неугомонная чертовка? – Она не чертовка! – вспылил Картер и тут же осекся под насмешливым взглядом друга. – Согласен, – пробубнил недовольный Джек. – С чем согласен? – раздались два голоса, и в лазарет залезли близнецы. – Джеймс? Дилан? – Джек просиял так, будто ему сделали долгожданный подарок. – Вы тут откуда? – Не поверишь – снаружи! Ха, нам же интересно узнать подробности, как принцесса тебя лечила. По близнецам было видно, что за шутками они пытались скрыть волнение за младшего брата. Джек улыбнулся и тоже принялся шутить, передавая таким способом, что с ним все в порядке. Болтовня была настолько громкой и активной, что их слышно было чуть ли не на пол-лагеря. Заслышав шум в том месте, где больные должны были отдыхать, Миа направилась прямиком к шалашу. Резко раздвинув ветви, она зашла внутрь. По волосам стекала вода, отчего тонкая футболка быстро промокла и через нее стал просвечивать верх лавандового купальника. – Это что еще такое? – возмутилась она. Парни притихли и с опаской посмотрели на нее. Миа негодовала. Заболевшим нужен был покой, а их беспардонно тревожили! Уперев руки в бока, она решительно подошла к посетителям. По сравнению с ними она казалась коротышкой. Однако этот факт еще ни разу не убавил в ней уверенности. Она в прямом смысле вытолкала опешивших "гостей" и удовлетворенно потерла руки, посмотрела на Джека с Картером и рассмеялась: они состроили обиженные моськи, немного выпятив губу, а затем демонстративно отвернулись. – Мы только встали. – И вообще, мы уже не маленькие, чтоб нас спать укладывать, – добавил Картер. – Да ну? – вскинула бровь Миа. Пока "пленные" выполняли ее указания, остальные решили их спасти. Ребята устроили настоящий мозговой штурм с различными идеями по выручке своих друзей. Кристиан, Дилан и Джеймс как закоренелые заговорщики разрабатывали план по безопасному проникновению в лазарет и освобождению друзей от "тирании" Мии. Они были настроены решительно, но все равно опасались гнева девушки-вампира. Времени у них это заняло буквально несколько минут. Разумеется, действовать только по одному плану было бессмысленно, поэтому был придуман еще один. Быстро утвердив план «А», они встали на изготовку. – Ай-яй-яй! – заверещал Джеймс и упал на землю. На весьма неправдоподобный крик из лазарета выглянула Миа. Она подскочила к пареньку, изображавшему из себя мученика, и стала взволнованно засыпать его вопросами о случившемся. Обманный маневр удался. Пока Джеймс отвлекал на себя внимание наивной девушки, Кристиан и Дилан, как заправские шпионы, на цыпочках пробрались к лазарету. В их плане был только один промах, который они осознали слишком поздно – они не учли реакцию больных. – Крис? Как ты пробрался мимо Мии? – весьма громко спросил Картер. Джеймс, корчившийся на земле, перестал кривляться и хлопнул себя по лбу, а затем перевел взгляд на Мию. Ее лицо менялось с каждой секундой. От романтично-заботливого оно становилось яростно-негодующим. Не сводя с Мии голубых глаз, Джеймс тихо отползал куда подальше. – Серьезно? – процедила она. – Вы думали, что сможете меня провести таким дешевым трюком? – Конечно же нет. Каил, план «Б»! – завопил Джеймс на весь лагерь. – Каил? – растеряно пробормотала Миа. Не успела она и шагу ступить, как сбоку на нее налетел упомянутый парень, подхватил на руки и резко взмыл в воздух. Глаза Мии расширились, и она изо всех сил вцепилась в похитителя. Каил хмыкнул и полетел подальше от лагеря, не обращая внимания на страх "пассажирки". Как только поляна исчезла из поля зрения, он замедлил полет и спустился к самой кромке деревьев. Миа недоуменно на него уставилась. – Ты что, сговорился с ними? – голос немного дрожал от страха. Причиной были не только высота и полет, но еще и сам Каил. Он всегда был настроен против нее, так что Миа понятия не имела, чего от него можно ждать. А вдруг он ее сбросит на землю или оставит где-то? – Да. – Почему? – Потому что ты прилипла к беднягам хуже пиявки. – Если я больше не буду так делать, ты опустишь меня сейчас на землю? – Нет. А будешь столько болтать – сброшу прямо отсюда. Миа благоразумно замолчала и, чтоб не обращать внимания на умопомрачительную высоту, принялась разглядывать Каила. Мощные коричневые крылья мерно вздымались; плавность взмахов совершенно не вязалась с образом хулигана. Короткие светлые волосы встали дыбом от сильного ветра, а темно-карие глаза казались черными. Миа скользнула взглядом по острым чертам лица Каила и медленно опустилась ниже. И тут она увидела то, чего не замечала раньше. От плеча к ключице парня тянулась тонкая бледная полоса, особо выделявшаяся на загорелой коже. Миа протянула руку и невесомо провела пальчиками вдоль необычного шрама. Каил вздрогнул и посмотрел на нее. – Лучше уж говори, а то неуютно как-то. Она бодро кивнула и стала болтать обо всем на свете, с радостью отмечая, что Каил не так холоден с ней, как был поначалу. Пару раз он даже улыбнулся, обнажив ряд красивых ровных зубов. Увы, как ни старалась Миа сдержать свое любопытство, она все-таки спросила о происхождении шрама. – Подрался кое с кем, – отрывисто ответил Каил и посерьезнел. – За дело хоть? – За любимую девушку. – У тебя есть девушка? – новость поразила Мию до глубины души. – Была. И если ты не против, я не хотел бы затрагивать эту тему. – Конечно, прости. Они еще немного полетали, иногда Миа спрашивала о чем-нибудь и наконец-то чувствовала себя свободно рядом с Каилом. Не было больше холодного тона, открытой неприязни или еще чего-то подобного. Он спокойно отвечал на вопросы. Порой что-то и сам спрашивал, понимая, что перед ним обычная хрупкая девушка, а не кровожадный монстр. Когда солнце начало припекать, Каил решил вернуться к лагерю. Плавно опустившись на землю, он помог шатающейся Мии устоять на ногах, а потом отпустил ее. Она тут же понеслась на всех парах к лазарету, с твердым намерением выгнать оттуда непрошенных гостей, хотя ее не покидали размышления о бывшей девушке Каила.