Сойдя с пути шиноби

В первые же месяцы война шиноби унесла великое множество жизней. Было среди жертв и немало обычных людей, порой, даже не имеющих отношения к деревням. С каждым днем положение ухудшалось, шиноби сражались друг с другом и о примирении не шло и речи. Какаши, Обито и Рин успели выполнить множество миссий, но, к счастью для них, убийств им совершать не довелось. Третий Хокаге, несмотря на войну, был категорически против детей на поле боя. Не сказать, что Какаши был этому рад, но в открытую свое мнение не высказывал. Он тренировался каждый день, готовясь в любой момент отразить нападение врага, рискуя своей жизнью. Какаши знал, что Обито тоже тренируется, но разве этот неудачник мог догнать его? Какаши отрицательно качал головой и тренировался еще усерднее, бодрствуя по восемнадцать часов в сутки. Иногда он даже забывал поесть, и заботливая Рин приносила ему из дома рис с овощами. Какаши был ей благодарен и, сам не понимая зачем, сказал, что Обито тоже питается плохо. Рин стала приносить две порции, а смущенный Обито едва не светился от ее заботы. Эта картина вызывала у Какаши неведомые ранее теплые чувства, что не могло не пугать. Под руководством Минато-сенсея они совершали проникновения на вражескую территорию, похищали секретные свитки, охраняли ворота Конохи. Но даже несмотря на всю опасность, на миссиях было по-настоящему весело. Обито умудрялся влипать в неприятности без всяких усилий, а Какаши или Минато-сенсею приходилось вытаскивать его. Чаще всего причиной неприятностей Обито были вовсе не вражеские шиноби, а сам Обито. Как его только земля носит? Какаши уже устал закатывать глаза и вытаскивать Обито из реки/колючих кустов/идиотских ловушек и даже сам не заметил, как вместе с Рин и Минато-сенсеем стал смеяться над насупившимся Обито. Они грызлись по любому поводу, но к удивлению Какаши, это больше походило на вполне безобидные подколки, впрочем, Минато-сенсей все равно был не в восторге. Стоило им сцепиться в словесном поединке, как Минато-сенсей тут же начинал читать лекции на тему дружеских отношений в команде. Какаши и Обито окидывали друг друга сердитыми взглядами, хмыкали и расходились в разные стороны. И Какаши почти готов был сознаться, что такой исход ему нравился больше драки. Но было у Какаши и Обито кое-что общее, некое занятие, в котором они негласно объединили свои силы. И этим занятием являлись ежедневные подколы Минато-сенсея по поводу его подружки. Впервые они увидели Узумаки Кушину, вернувшись с длительной миссии в страну Травы. Им пришлось задержаться там больше чем на неделю, что изрядно раздражало, ведь задание было пустяковым. И когда они, в конец измотанные, добрались до ворот Конохи, им навстречу внезапно понеслось нечто, похожее на демона с длинными красными волосами. - Почему так долго? Я же волновалась, даттебане! - воскликнул демон женским голосом и с такой силой огрел Минато-сенсея по голове, что тот впечатался лицом в землю. Какаши, Обито и Рин выпучив глаза наблюдали эту картину. Демон с красными волосами оказался очень красивой девушкой, но ее характер до чертиков пугал всю седьмую команду, включая самого Минато-сенсея. Куноичи помогла сенсею подняться на ноги и тут же заключила в горячие объятия, прося прощение за чересчур бурное приветствие. - Кушина... познакомься - это мои ученики. - Минато-сенсей кивнул в сторону еще не отошедшей от шока троицы. - Ученики Минато? - Кушина обвела взглядом всех троих и внезапно покраснела. - О... Я так рада, даттебане! Давно мечтала с вами познакомиться! Минато так много рассказывал о вас! - Нам тоже очень приятно, Кушина-сан! - улыбнулась Рин, вежливо поклонившись. Какаши и Обито последовали ее примеру. Наступила пауза, впрочем, вскоре прерванная громким покашливанием Обито. - Сенсей... а Кушина-сан и вы... того? - Обито с ехидным видом оттопырил мизинец. - Подружка ваша что ли? Минато-сенсей и Какаши в ужасе уставились на Обито. Ну как можно быть таким тупым! - П... Подружка? - переспросила Кушина и ее лицо тут же слилось по цвету с волосами. - Подружка... Обито уже понял, какую ошибку совершил, но было поздно. Одним метким ударом Кушина впечатала Обито лицом в землю, как ранее Минато-сенсея. - Может и подружка, даттебане! Но не говори об этом ТАК, даттебане! Кушина смерила Обито суровым взглядом, а затем одарила таким же и Минато-сенсея. - Пошли домой? - она внезапно улыбнулась. - А... Ага. - Минато-сенсей, все еще заметно нервничая, взял Кушину под руку. - Было приятно познакомиться с учениками Минато! До встречи! - оба помахали напоследок и неторопливо направились в сторону деревни. Минато-сенсей выглядел по-настоящему счастливым, крепко держа ее руку. Какаши тихо вздохнул. - Это... что это было? Даттебане... Она просто ужасна! - выплевывая песок изо рта, просипел Обито. - Потому что не надо было смеяться над ее чувствами к сенсею! - Но... Я не смеялся, Рин! Я просто спросил! - Просто спросил? Парни такие... бестактные! - Рин покачала головой и, скрестив руки на груди, поспешила удалиться. Обито растерянно заморгал. - Да что не так с этими женщинами, Какаши? Какаши молча пожал плечами и тоже удалился. Слушать нытье Обито у него не было ни малейшего настроения. Но все же интересно... Минато-сенсей никогда не упоминал о том, что у него есть... подружка. Дурацкое слово! Тем не менее, Какаши знал, кто такая Кушина Узумаки. Он знал почти всех сильных шиноби в деревне, за исключением, разве что, воспитанников корня АНБУ. И уж о ком, но о джинчуурики девятихвостого демона-лиса, куноичи, не раз спасавшей деревню, Какаши был наслышан сполна. И теперь, когда он увидел, как легко она впечатала сенсея в землю одним ударом, Какаши не мог скрыть восхищения. Кушина Узумаки - достойная женщина. Минато-сенсею несказанно повезло, что она выбрала его. И если бы Какаши волновали такие мелочи, как любовь, то он бы непременно взял себе в жены такую женщину, как Кушина-сан. Может, когда-нибудь Рин вырастет такой же сильной и достойной куноичи... Хотя вряд ли. Рин слишком добрая. И слабая. Она хороший медик, но в битвах ей всегда приходится нелегко. В этом плане даже такой жалкий неудачник, как Обито, превосходит ее. На следующий день Обито во всю подкалывал смущенного Минато-сенсея, доставая его идиотскими вопросами и намеками. Рин бросала на него недовольные взгляды, но уголки ее губ подрагивали от сдерживаемого смеха, и даже Какаши невольно ухмылялся, наблюдая за попытками сенсея сменить тему разговора. Вскоре и сам Какаши начал подкалывать Минато-сенсея. Но в отличие от прямолинейного Обито, Какаши специально выбирал момент и когда сенсей меньше всего ожидал подвоха. Как только сенсей расслаблялся, Какаши внезапно спрашивал, не собирается ли он жениться на Кушине-сан и стать примерным мужем. Обито в этот момент гаденько хихикал и посылал Какаши одобрительный взгляд. И почему-то Какаши не мог удержаться от ответного взгляда, а внутри у него все трепетало от радости. Однако не только подколки сенсея объединяли Какаши и Обито. На миссиях они рисковали, прикрывая друг другу спины. Какаши делал это не из дружеский чувств, вовсе и нет. Он всегда знал, что сможет легко уклониться от атак и спасти Обито, снова ткнув его носом в то, какой он жалкий слабак. Но и Обито не отставал. Пару раз он даже защитил Какаши от метко летящих в него кунаев и взрывных свитков. В последнее время Какаши изрядно пугало то, как Обито относится к нему. В нем не чувствовалось вражды, лишь соперничество и что-то доброе, проскальзывающее во взгляде темных глаз каждый раз, когда он наблюдал за Какаши, думая, что тот его не видит. Неужели это и есть дружба? Обито считает его другом? Нет, конечно же нет! Чтобы не думать об Обито и его странных чувствах, Какаши полностью погрузился в изучение ниндзюцу. *** Вскоре Какаши дали возможность сдать экзамен на джуунина и это было приятным сюрпризом. Возбужденный Какаши тренировался дни и ночи напролет. Он уже несколько месяцев пытался освоить новую технику, придуманную им же, но пока не достиг особых успехов. К большому удивлению, экзамен на джуунина оказался не таким сложным, как представлялось Какаши. И на следующий день он уже держал в руках документ, подтверждающий, что он, Хатаке Какаши, отныне джуунин деревни скрытого Листа. Еще немного! Еще немного, и он сможет стать легендарным шиноби. Какаши не мог сдержать улыбки. Это то, о чем он мечтал! Он дал слово следовать по своему пути и ни разу не нарушил - все миссии седьмой команды были успешно завершены. Ни одного провала! Улыбка Какаши стала шире, когда он представил восхищение Минато-сенсея и Рин, и ошеломление на лице Обито. Он не мог больше врать себе - они не были ему безразличны. По крайней мере, они стали хорошими товарищами по команде и благодаря их способностям Какаши отчасти и удавалось выполнять все миссии безупречно. Отрицать это было бы глупо. Какаши знал, что Рин и остальные уже знают о его успехе и готовят подарки в честь этого важного события. Завтра у них будет новая миссия у моста Каннаби, и Какаши с ранее неведомым возбуждением ожидал этого. Сегодня он засыпал исключительно с приятными мыслями. *** Почему? Почему все вышло так? Какаши смотрел в спину Обито, решительно уходящего прочь. Он только что решил провалить миссию, чтобы спасти Рин, своего товарища. «Как отец». День начался так здорово... Минато-сенсей подарил ему свой особый кунай, а Рин - аптечку на случай травм. И теперь Рин захватили вражеские шиноби. Они наверняка будут ее пытать, а затем убьют. Какаши зажмурился. Но он не имеет права проваливать миссию! Это была его первая миссия в качества джуунина, капитана команды. Минато-сенсей пошел один, доверив Какаши командование над товарищами, а Обито собирался нарушить правила и поставить под угрозу успешное завершение миссии! - Обито, ты не имеешь права ослушаться, правила шиноби нарушают только... - Ничтожества? - Обито остановился. - Какаши, Минато-сенсей рассказал мне о твоем отце. И знаешь, что? Я считаю Белого Клыка героем. Да, в мире шиноби те, кто нарушает правила - ничтожества. Но те, кто бросает своих товарищей, намного хуже ничтожеств! Обито повернулся лицом к Какаши и их взгляды встретились. Какаши чувствовал, как его собственные глаза быстро становятся влажными. Он не мог перестать смотреть на Обито. Такого властного и решительного взгляда он никогда не видел у своего товарища. Но... сейчас Какаши чувствовал невольное восхищение. Разве Обито мог быть прав в своих суждениях? То, что он сказал, произвело на Какаши сильное впечатление. Словно некая преграда в его душе начала рушиться после этих слов. - Я пойду за Рин, - холодно сказал Обито и исчез, оставляя Какаши наедине с собственным смятением. Он не мог понять своих чувств. Правила шиноби... Это его путь! Идеальный шиноби, всегда следующий правилам. Но почему Обито так легко нарушает их? Ради Рин? Перед глазами снова возникла ужасающая картина того, как враги пытают Рин. Она тут же сменилась другой картиной - презрительные взгляды жителей деревни, насмешки одноклассников, отец... Мертвый отец. Убивший себя, не выдержав этого позора. Из глаз Какаши невольно потекли слезы. Он тут же вытер их рукавом, пытаясь сообразить, что же ему теперь делать. По правилам, шиноби должен всегда уметь принимать решение в трудных ситуациях. Но Какаши не мог! Ноги словно налились свинцом, а мысли затуманились, мешая принять верное решение. Сколько он уже стоит на месте? Почему ничего не делает? Какаши зажмурился. По правилам он должен завершить миссию, наплевав на Обито и Рин. Но внутри что-то сопротивлялось этому. Он снова вспомнил слова Обито и решительность в его взгляде. Обито выбрал товарищей... Какаши наконец принял решение и распахнул глаза. Он так долго колебался... Это недостойно шиноби. Можно считать, что правила он уже нарушил. И сейчас он нарушит их снова, потому что поверил в слова Обито и потому что его товарищи значили для него больше, чем просто шиноби, выполняющие вместе миссии. Они - его друзья. Какаши что есть сил рванул вперед. Он бежал так, как наверное никогда не бегал, но даже не чувствовал одышки или усталости. Лишь бы только успеть! И к своей радости он вскоре обнаружил знакомую спину на которой был начертан знак великого клана. - Обито! Обито обернулся, и в глазах его мелькнуло удивление. - Идем. Мы должны спасти Рин. Несколько секунд Обито с недоверием смотрел на Какаши, а затем благодарно улыбнулся. То, что произошло дальше, больше напоминало абсурдный сон. Враг напал на них, и ему удалось ранить Какаши кунаем прямо по лицу. Волна боли захлестнула его, и он упал на колени, прижимая ладонь к кровоточащему глазу. Ему не нужен был осмотр, итак яснее ясного, что левым глазом он больше не сможет пользоваться никогда. Несмотря на боль, инстинктивно Какаши приготовился защищать себя и Обито. Но в этом не было нужды, потому что на этот раз Обито защитил его. И не просто защитил. Он сумел обнаружить и нейтрализовать врага, чья техника делала его невидимым. А ведь даже Какаши не смог найти его! - Обито, как ты... Обито взглянул на Какаши, и он с замиранием сердца увидел знаменитый шаринган. Теперь перед ним был не просто идиот Обито, а Учиха Обито, наследник самого могущественного клана в деревне Листа. - Как ты? Ты серьезно ранен, Какаши! - в голосе Обито звучало жуткое волнение. И это после того, как он чуть не бросил своих друзей на смерть? Какаши не заслуживал, чтобы кто-то вроде Обито переживал за него. - Все нормально... Идем. Какаши терпел боль в глазнице, не подавая вида. Нельзя допустить, чтобы Рин пострадала. У него нет права жаловаться. И... он не мог видеть боль в глазах Обито. К счастью, они успели вовремя. Рин находилась под гендзюцу, но была невредима. И когда Какаши и Обито сражались с остатками врагов, их командная работа впервые была совершенной. Они словно чувствовали друг друга. Им даже не нужно было обмениваться словами - они без труда предугадывали движения друг друга и работали как одно целое. «Мы - отличная команда», - подумал Какаши. И это чувство единения было волшебным. - Какаши! Обито! - Рин с благодарностью посмотрела на своих спасителей, когда они наконец расправились с врагами и сняли с нее гендзюцу. - Надо выбираться отсюда. Хоть им и удалось спасти Рин, их силы уже были на исходе. Пещера, в которой они находились, начала рушиться. Последняя вражеская техника... Они помогли Рин подняться и бросились прочь, спасаясь от тяжелых камней, которые в любую минуту могли раздавить их в лепешку. Осталось всего-ничего, и они выберутся из-под камнепада! Но ноги с трудом держали ослабленного после ранения Какаши, и он, не выдержав, упал на колени. Нужно подняться и бежать! Повинуясь шестому чувству, Какаши поднял голову вверх и увидел огромный камень падающий прямо на него. Черт! Он не успеет уклониться. Неужели это конец?.. - Какаши! Какаши почувствовал, как его с силой отшвырнули в сторону. Он услышал ужасный грохот - это камень наконец достиг земли. Где-то неподалеку кричала Рин... Когда координация вернулась к Какаши, он сразу же взглянул на огромный валун, лежащий буквально в метре от него. А под ним... - Обито... - сломлено прошептал Какаши. Его тут же захлестнуло отчаянное желание разрыдаться. Обито был придавлен камнем. Спасти его уже невозможно. - Какаши... - едва слышно позвал Обито и закашлялся. - Рин... - Нет! Нет! - Рин опустилась рядом с ними. Ее плечи дрожали. - Обито, мы приведем помощь. Мы не позволим тебе... Слова застряли в горле. Надо что-то сделать! Они не могут бросить его умирать! Но в глубине души Какаши отчетливо понимал, что все уже кончено. - Я не чувствую свое тело... скоро я умру. От этих слов сердце пронзила острая боль. Не выдержав, Какаши тихо заплакал, изо всех сил стараясь не завыть от ужасных чувств, переполняющих все его существо. Неужели это правда? Обито пожертвовал своей жизнью, спасая его? Какой же он придурок! Почему, почему, почему он должен умереть?! - Какаши... - вытерев слезы, Какаши взглянул на Обито, чьи губы двигались очень медленно. Каждое слово давалось ему с большим трудом. - Я так и не поздравил тебя... Но я все же хочу подарить тебе кое-что. Это не будет бесполезной вещью... Рин, - обратился он к сжимающей его руку девушке, - пожалуйста, пересади Какаши мой глаз. Какаши вздрогнул. Неужели он хочет..? - Я все же пробудил шаринган... И я хочу, чтобы он был твоим. Так я смогу увидеть будущее... Рин, прошу тебя. Рин кивнула и, шмыгнув носом, достала из кармана аптечку. Пока она готовила инструменты, Какаши не отводил взгляда от Обито. - Прости меня, я... - начал Какаши. - Не нужно. Я знаю, что ты хочешь сказать. Я тоже, Какаши. Я тоже считаю тебя своим другом. Самым лучшим другом. Какаши отвернулся. Как все могло обернуться этим? Он только-только обрел друга и вынужден потерять его навсегда. - Готово. Приступаю к операции. Какаши плохо помнил, что делала Рин. Даже если ему и было больно, он этого почти не ощущал. Куда больнее было осознание того, что Обито умрет. Он прокручивал в голове все связанное со своим другом, слушая его тихое дыхание. Обито... его друг. Первый друг. Его первый друг погиб по его вине. - Все... Какаши открыл левый глаз. Теперь он видел мир глазами Обито, но легче от этого ему не стало. - Защити Рин, Какаши... - Да. Я обещаю. На лице Обито появилась слабая улыбка. Последняя улыбка. Рин крепко сжимала его руку и Какаши не сомневался, что она уже была холодной. - Мы должны идти, Рин. Но уходить было так тяжело. Если бы не Рин, Какаши, наверное, лег бы рядом с Обито и умер. Но он должен сдержать свое обещание. Обещание, которое дал самому важному человеку. Рин кивнула и поднялась на ноги. Они взялись за руки и вместе полезли наверх. Камни в любой момент могли упасть и задеть их, но Какаши все равно медлил. Он бросил последний взгляд на Обито. Он умирал, улыбаясь. А затем его окончательно завалило камнями. Какаши закусил губу, чтобы снова не расплакаться. Он должен быть сильным... Когда Минато-сенсей нашел их, Какаши уже успокоился. Он чувствовал странную отстраненность, словно вместо сердца осталась лишь пустая дыра. Рин плакала всю дорогу до дома. Минато-сенсей как мог утешал ее, но по его лицу было понятно, что он и сам готов заплакать в любую минуту. Вот только ответственность в этот раз лежала не на его плечах. Им все же удалось выполнить миссию. Но Какаши не чувствовал радости. Он наконец смог понять чувства отца. Успешно завершить миссию ценой жизни своих друзей - это хуже самого страшного кошмара. - Как ты, Какаши? - спросил Минато-сенсей, когда они добрались до деревни. Им навстречу уже бежали другие шиноби и мед отряд. - Минато-сенсей... он умер, как герой. Минато-сенсей с беспокойством взглянул на Какаши. - Тебе нужна помощь. Твой глаз и... - Все в порядке, - Какаши отмахнулся от назойливого медика, пытающегося подобраться к нему с лекарствами и бинтом. - Не о чем волноваться, сенсей. Я иду домой. Отчет... я предоставлю его завтра. - Какаши! Но Какаши уже не слышал никого. Он равнодушно окинул взглядом кучку шиноби, с серьезными лицами требующих от Минато-сенсея подробностей. Его взгляд остановился на Рин. Она сидела на чьей-то куртке с закрытыми глазами, а шиноби-медик прижал светящуюся лечебной чакрой ладонь к ее лбу. Рин тоже его друг. И он должен защищать ее, ведь он обещал Обито... но не сейчас. Сейчас она в безопасности. А Какаши нужно поскорее остаться в тишине. Он больше не мог видеть всю эту суету. Оказавшись дома, Какаши медленно поднялся в свою комнату и долго смотрел на свою кровать. А затем просто упал в нее лицом и громко разрыдался. Он плакал навзрыд, постоянно повторяя имя Обито и шепча бесконечные извинения. Все это время Какаши думал, что он куда более достойный шиноби, но сейчас понимал, как сильно ошибался. Обито давно превзошел его. Он действительно мог осуществить свою мечту... Именно таким должен быть Хокаге. Оберегать своих друзей и защищать их даже ценой своей жизни. И если бы Какаши позволили выбирать свою смерть, он хотел бы, чтобы его конец был таким же. Смерть, достойная настоящего шиноби. Эта ночь была самой ужасной в жизни Какаши. Он плакал до самого утра, а потом молча подошел к старому зеркалу и долго рассматривал свой новый глаз. «Я защищу Рин, клянусь. И покажу тебе счастливое будущее, Обито». Какаши не мог даже представить, что в это же время тяжело раненый, но все же живой Обито спит мирным сном в логове Учихи Мадары. *** Жизнь шла своим чередом. Война шиноби была в самом разгаре, и Какаши все так же ходил на миссии с Минато-сенсеем и Рин, но каждый раз он ненадолго замирал и смотрел вдаль в надежде, что вот-вот появится запыхавшийся Обито, опоздавший по какой-нибудь глупой причине. Но Обито так и не приходил. Его больше не было, и Какаши надо научиться с этим жить. Его путь шиноби изменился. Слова своего первого друга Какаши запомнил навсегда, постоянно прокручивая их в голове. Эти слова были самым важным из всего, чему он научился. «Правила шиноби нарушают лишь ничтожества, но те, кто бросает своих товарищей, намного хуже ничтожеств». Имя Учихи Обито вырезали на мемориале героев. А вскоре там появилось еще одно имя.