Позаботься обо мне

      Этого было более чем достаточно, чтобы Петра оживилась. Эта речь и этот вдохновляющий пинок ногой в дверь. Поднятые к верху кулачки, блеск в глазах. Всё это воодушевило девушку и напомнило ей, кто она такая.       И вот они идут по длинному коридору с факелами на стенах, мраморным полом, устеленным красными коврами. Идут пружинистой походкой, не глядя назад и не обращая внимания на взгляды прохожих и гостей. Спустя несколько минут они дошли до огромной двери с высеченными на ней узорами, стража открыла её, и они окунулись в иную атмосферу.       Нарядные девушки и нарядные кавалеры кружатся под медленную музыку, слышатся тихие разговоры и стук каблучков опрятных женских туфелек и черных лакированных туфлей мужчин. Официанты разносят напитки и закуски. Огромный потолок был увешан роскошными люстрами, с которых свисал хрустальный дождь, а сам он был расписан разнообразными цветами. Петра была здесь впервые, поэтому она с восхищением глядела по сторонам, как вдруг сзади послышались голоса: - Ха, ты только посмотри на неё, что это она на себя напялила? - Она так всё разглядывает, как будто с другой планеты. - Посмотри на нее, ха-ха-ха-ха, она такая смешная, – рыжеволосая обернулась, сзади неё стояла группа людей, они смотрели оценивающими взглядами и вслух обсуждали её внешний вид. Две девушки с пышными высокими прическами, с элегантной бижутерией на шеях, с пышными платьями, обступили растерявшуюся Рал. - Эх... Бедняжка, ты выглядишь совершенно ужасно, – протараторила одна из них, взяв в руки прядь рыжих коротких волос Петры.       Все эти городские девушки одеты были слишком вульгарно. На лицах - полно косметики, а платья - пышные и ярких цветов. Внешний вид этих "милых" дам отображал их гнилую сущность, которую они даже не скрывали. Многие приближенные короля и просто знатные особы жившие внутри стены Сина были просто не людьми, а во стократ хуже, чем титаны.       Рал растерялась и попыталась не заплакать: больно колкие слова говорили эти девушки. Все её сомнения и переживания по поводу внешнего вида оправдались в эту минуту. Всё то, чего она так боялась, сбылось. - Эй, стадо клоунов, чего надобно? – это подошла Ханджи. - Хм, ещё одна тупая уродина из Разведки, – съязвила девушка. - Что ты сказала? Я тупая? Да я тебя скормлю моим любимым титанчикам. Хотя, такая как, ты не достойна их.       Городская красавица потеряла дар речи, она непонимающе смотрела на Зоэ, раскрыв рот от возмущения. - Чё рот открыла, рыбка? Иди-ка ты, танцуй. Удачно споткнуться, – Ханджи изобразила жест рукой, мол, "брысь". - Когда захочу, тогда и пойду, очкастая дура, – девушка поправила свою прическу. - Хорошо, тогда уйдем мы, – она взяла Петру под руку, развернулась, и девушки ушли в противоположную сторону. - Петра, не слушай их, – попросила ученая подругу, а за тем зло покосилась на мадам. – Сучки крашенные.       Капрал подошел к длинному столу, где лежало множество еды и напитков. Он не посмотрел ни на одну закуску и лишь взял чашку с налитым чаем и отошел к стене. Леви оперся спиной на стенку и принялся осматривать зал, тут всё было настолько богато и красиво, что Леви было противно. Люди голодают, умирая от голода. Им нечего надевать, и они ходят, замотавшись в наволочки. У них нет средства для существования, а эти твари тут балы устраивают, обжираются, наряжаются, шикуют, соревнуются, у кого лучше платье и кто больше съест.       Его размышления прервала незнакомая брюнетка, она подошла к нему, облокотившись возле него у стеночки. - Ой, а что это вы так странно чай пьете? А давайте танцевать? – капрал окинул её презрительным взглядом и кратко ответил: - Нет.       Девушка надула губки: - Но ведь вы не простоите у этой стены весь вечер? - Это мое дело. - Ладно, – девушка ушла искать себе другого кавалера, более приветливого, на её взгляд.       Петра выпила уже два бокала шампанского. Это было для неё вообще не свойственно, она никогда не пила. Поэтому голова немного кружилась. Решив, что уже хватит с неё шампанского, она подошла к столу, налила себе холодной воды и выпила одним глотком. Поставив стакан обратно на стол, девушка повернула голову. Её взгляд упал на капрала Леви, который обхватил кружку с чаем по-своему, и делал маленькие глотки. Он стоял у стены и наблюдал за всем своим фирменным взглядом.       Его покой нарушила какая-то особа с темными волосами. Рал не слышала, что она говорит, но примерно догадывалась, хотя нет, она точно знала, что ответил капрал. Брюнетка тем временем надула губки и сказала что-то ещё, капрал отвел от неё взгляд и бросил что-то короткое, еле шевеля губами. Брюнетка кинула на Леви обиженный и в то же время недоумевающий взгляд и ушла в толпу. Рыжеволосая девушка, стоящая у стола и наблюдающая за этой картиной, улыбнулась, сама не зная почему, но на её лице распласталась широкая улыбка.       К Леви подходило ещё много девиц. История повторялась снова и снова. И с каждой новой подошедшей девушкой капралу становилось всё скучнее и он отвечал всё холоднее. Заметив это, командир Эрвин Смит подошел к капралу. - Эй, Леви, чего тут стоишь? Я же видел, тебя приглашали девушки. - Все они меня раздражают. - Ну же, такой шанс не часто выпадает: просто развеяться, оторваться от планирования вылазок, отчетов и уборки. - Я бы предпочел делать уборку. - Я знаю. Но сейчас не время! Если ты не пойдешь с кем-нибудь танцевать, то я простою с тобой всё это время. И спокойно тебе уж точно не будет. - Мне не по душе все эти девушки. Сказал же ведь, они все меня раздражают. - Ну, а ты попробуй найти по душе. Есть же кто-то, кто тебя не раздражает? Иди, танцуй, я ведь не отстану. - Нет. - Ладно. Тогда, это приказ! Иди, танцуй.       Леви изогнул бровь, он всегда выполнял приказы свыше, и сейчас это было не исключение. Такой уж капрал. - Ладно. Я найду кого-нибудь. Только отвяжись от меня. - Я буду наблюдать за тобой. Отсюда всё хорошо видно. - Я не ребенок, что бы за мной наблюдали.       Леви поставил чашку на поднос официанта и, отойдя от Эрвина Смита, который показался ему ещё назойливее, чем все вместе взятые девушки, подходящие к нему, стал думать, кого бы ему пригласить.       Тем временем Петру пригласил на танец какой-то мужчина. Было видно, что она не в восторге от партнера, но всё же почему-то танцевала с ним. Она выглядела маленькой птичкой по сравнению с остальными. Леви наблюдал, как она легко и плавно порхала в танце с каким-то мужиком. Вот он сказал ей что-то такое, от чего Петра покраснела и отвернула голову, как бы ища кого-то по залу.       Капрал подошел к танцующей паре. - Петра, потанцуй со мной.       Парень, ведущий танец, резко остановился. - Петра, так вот, как тебя зовут, – обратился он к потерявшей дар речи девушке, - приятно познакомиться. Танец остановился, но молодой человек всё же не отпускал девушку. - Извини, парень, но Петра уже танцует со мной, – обратился белобрысый к Леви. Петра просто тупо уставилась на Капрала: - Я... – но не успела она договорить, как белобрысый начал уходить и потянул её за руку. Леви, конечно, прям-таки не горел желанием танцевать на этом балу, но когда он чего-то хотел, а кто-то забирал это из-под его носа или же посягал на то, что принадлежит ему, он очень злился.       Капрал пошел за блондином и Петрой. - Эй, ты. Остановись, – Леви сложил руки на груди, а белобрысый продолжил путь, даже не обернувшись. Петра же взволнованно посмотрела на капрала. - Я же сказал, сегодня она моя дама и будет танцевать со мной. А ты, мелкий, иди, найди кого-то другого, – нахально бросил на ходу блондин.       Петра прикрыла рот рукой от ужаса, ведь её партнер назвал капрала "мелкий". - Что ты сказал, кусок дерьма? – глаза Леви горели яростью. - Как ты выражаешься, это не культурно! Я сказал, чтоб ты нашел себе другую пару. - Нет. До этого, – капрал хрустнул пальцами.       Петра в ужасе стала вырывать руку из огромной ладони парня, что тащил её за собой, но у неё плохо получалось. Вдруг она почувствовала теплоту на своем другом запястье. Обернулась и... "Титана твоего за ногу" - прозвучали у неё в голове любимые слова Ауруо. Её схватил сам капрал. Парень впереди Петры остановился и обернулся. - Черт, вот ты пиявка, – блондин был зол, но взгляда капрала ему хватило, он понял, что лучше с ним не связываться. А Леви в душе всё ещё бесился, если бы не Петра, вот бы шоу он тут закатил, он бы размазал по стенке эту наглую морду. Капрал проводил блондина взглядом и когда, наконец, обернулся, решил всё-таки исполнить приказ.       Он уверенно повернулся к Петре и кивнул ей. Она смутилась и переступила с ноги на ногу. Леви положил её руку, которую держал, себе на плечо, а свою руку положил на талию девушки. Рыжеволосая вздрогнула. Леви взял её вторую ладонь и поднял их руки, слегка согнув в локтях. Девушка залилась краской, её руки дрожали, а ноги подкашивались. Она так боялась ошибиться, опозориться. "Что если я наступлю ему на ногу? Что он обо мне подумает?"       Ей не хватало воздуха, её сводила с ума рука Леви на талии. Она не могла больше ни о чем думать, хоть и знала, что он делает это не из своего желания, всё равно была рада, ведь это такая честь - танцевать с самим капралом.       Многие девушки в зале устремили яростные взгляды на рыжеволосую, в их глазах читалось желание выдрать ей все волосы и выколоть глаза. Петра понимала это, ведь пока капрал спокойно пил чай у стеночки, к нему подходило немало девиц.       Петра была по душе капралу. Во-первых, она была чуточку ниже, ему это льстило, и Леви чувствовал себя полноценно рядом с ней. Во-вторых, она не была наполнена пафосом, она отличается от всех этих девушек. Хотя в Легионе Разведки много девушек, но Леви выбрал в свой отряд именно Петру. От неё веяло теплом, и рядом с ней он чувствовал себя уютно. Она была настоящая, не такая фальшивка, как все эти притворные дамы, а настоящая. Она делала то, о чем думает и что хочет. Если хочет улыбаться - улыбается, если хочет плакать - плачет. Говорит то, что думает. И не скрывает своих чувств и эмоций. Она была искренняя. И именно это привлекало капрала в Петре.       Петра Рал заряжала всех позитивом, соответствовала цвету своих волос, она вся такая же яркая, позитивная, живая. В самое тяжелое время не дает сломаться, подбадривает, хотя самой очень плохо. Она искренне скорбит о погибших солдатах. И сама остается верным солдатом, выполняет все приказы, все. Это и делало её особенной, и поэтому она пришлась по душе Леви.       Леви смотрел ей в глаза. Длинные реснички девушки подрагивали, глаза выдавали её волнение. - Расслабься.       Девушка инстинктивно расслабила плечи. Она привыкла делать всё, что говорит ей капрал. А обычно он выдает лишь приказы. И сейчас она даже не задумалась, что это был не приказ, а просто просьба. Или совет. Или пожелание. Что угодно, но точно уж не приказ.       С капралом было комфортно. Хоть она и боялась сделать что-то не так и постоянно тряслась над каждым своим жестом, всё равно, с ним было намного лучше и проще, чем с другими.       А ещё она знала его, знала чего от него ожидать, знала примерно, что он может ответить. Она много наблюдала за ним, много изучала его. Он был интересный человек, и она все никак не могла его разгадать. Сколько бы ни старалась. Разгадать его не получалось. Он был сложный. И от этого поднимался ещё выше в её глазах. Она любила сложные задачи. Ей нравилось, что он такой. У него не было всё на виду, у него были свои принципы и свои моральные качества. Было свое мнение и чувства. Он был не такой как все. Он ставил чувства человека превыше всего. Права и чувства. Она много о нем знала, а не знала ещё больше.       Из-за этого ей хотелось узнать ещё больше. Хотелось знать о капрале все. Даже то, чего не знает сам капрал. "Какой же вы человек на самом деле, капрал Леви?", – глядя на его прямые черты лица, задавалась вопросом девушка.       Она быстро пробежала глазами по залу. И вернула взгляд обратно на капрала, вернее сказать, на его белоснежный воротничок, в который она втыкала всё время, что с ним танцует. И всё-таки, среди всех этих парней, заполняющих этот зал, среди всего этого гнилья, он был самый правильный и самый настоящий.       Девушка подняла на него глаза. Леви смотрел ровно вперед. Он был как стеклянная фигурка, такая хрупкая. Одно неверное движение, одно неверное слово, и этот момент оборвется, Рал это отлично понимала. Поэтому боялась потревожить его покой.       Мужчина уверенно вел танец, он осторожно держал Петру за талию. Она как всегда послушалась его и моментально расслабилась, капрал подумал, что она восприняла его слова как приказ. Конечно, она солдат, но, прежде всего, девушка. Леви понимал это, он обращал внимание на каждого солдата и видел, прежде всего, в них людей. Ведь если так подумать что в этом мире важнее, чем люди?       Сейчас он кружил в танце Петру, она была такой милой и отрешённой. Ее платье больше подошло бы для танцев где-то в саду, под звездным небом. Петра освещала бы мглу. А тут, среди всех этих "сливок общества" ей определенно не место. Рыжеволосая была слишком прекрасна для этого общества. Все расфуфыренные мадамы сейчас улыбались своим кавалерам притворными улыбками. А Петра улыбалась Леви по-настоящему. Он бы тоже улыбнулся, может быть, но по привычке не делал этого.       Петра воспользовалась возможностью разглядеть лицо капрала поближе и подняла на него глаза. Безупречное лицо, гладкая кожа. Ей ещё никогда не приходилось видеть его так близко. А запах капрала: запах черного чая и мяты.       "- Интересно, почему он никогда не выражает своих чувств? Ведь он чувствует. И боль, и ненависть, и радость, но он никогда не кричит, никогда не плачет и никогда не смеется. Почему? И видел ли кто-нибудь это? Если нет, то я хотела бы быть первой, кто увидит всё это", – думала Петра, скользя глазами по лицу своего Капрала.       Танцевали они долго. - Ты, наверное, устала. Не буду тебя больше обременять. Кстати, отлично выглядишь, Петра. - капрал убрал руку с талии девушки и, развернувшись, не дожидаясь ответа, направился к столу не торопливым шагом. "- Подожди, Леви, я готова танцевать с тобой вечность", – хотелось выкрикнуть девушке, но она лишь стояла, как столб, на том месте, где закончился их танец, и смотрела в толпу, через которую прошел капрал.       ...Вот и закончилась её сказка.       Осталось только нырнуть обратно в реальность.       Она не могла позволить себе жить в этой сказке. Потому что у неё нет на это права.       Она должна думать о другом, о более важном. О вылазках, о заданиях, о стенах, о титанах. Она не может жить в этой сказке, потому что там, за стенами, ходят эти твари, жаждущие сожрать всё, а она должна спасать всех от них, и хороших людей, и даже эти "сливки общества".       Это будет слишком эгоистично, ведь капрал никогда не позволяет себе такой сладости.       И она не должна.       Не должна жить в розовом мире, в котором всё хорошо, где никто не умирает, и все тебя любят. Так не правильно. Пусть реальность и жестока, невыносимо жестока, но на то она и реальность, чтобы жить ею.       Петра не из тех, кто смотрит на всё в розовом цвете, но сейчас, ей так хотелось немножко побыть такой. Хоть она и знала, что капрал сказал, что она отлично выглядит только потому, что он настоящий джентльмен и сказал бы так любой из своего отряда. Но ей всё равно хотелось верить, что он видит в ней нечто большее, чем просто бойца...       У стола к Леви подошел Эрвин: - Хм, молодец, Леви, признай, тебе понравилось танцевать.       Леви лишь отпил глоток чая.       Время было уже за полночь, бал потихоньку заканчивался, все расходились по домам, а Легион Разведки по своим комнатам.       Толпа понемногу начала расходиться, и отряд Капрала Леви тоже расходился по комнатам. Петра подошла к столу, который был наполовину пуст, взяла ещё один бокал шампанского и опустошила залпом. Затем вышла из зала и направилась в свою комнату. Завтра предстоит обратная дорога, и всё снова встанет на свои места.       Она снова наденет форму отряда Капрала Леви, Крылья Свободы, снимет платье и отдаст его Ханджи, она, конечно же, будет возражать и настаивать на том, чтоб Петра оставила его себе, но Петра никогда не принимает того, чего не заслужила, за что не боролась. Поэтому она всё равно подкинет его ей в шкаф. Она спрячет балетки, которые ей достались от мамы. И единственное что у неё останется от этого дня, это воспоминания, которым она будет предаваться.       Она, конечно же, напишет письмо отцу, опишет всё до мельчайшей подробности. И снова вернётся к прежней жизни. С вылазками за стены, и никаких развлечений. Но грустно и пусто у неё в душе было не потому, что это день закончился и не потому, что её ждут вылазки и титаны, нет.       Ей грустно, потому что капрал больше никогда не пригласит её на танец. И больше никогда не скажет, что она отлично выглядит. Поэтому по её щеке скатилась слеза, которую она быстро смахнула холодной рукой.