Не сказать, что он был против

Наверное, только в рождественское утро встаёт так много людей в столь ранний час. Ведь это праздник, несущий радость и веселье, и долго спать в этот день просто кощунственно! Каждый ребёнок и подросток, будь то маг или маггл, просыпается как можно раньше и первым делом бежит к ёлке. Пушистая зелёная красавица, украшенная разноцветными гирляндами, стоит, раскинув ветви, в каждом доме. Именно под ней и можно найти подарки. Магглы даже считают, что их приносит Санта Клаус – добрый дед с длинной седой бородой. Но юные волшебники знают, что никакой это не дед, а маленький Дух Рождества. Который очень любит дарить подарки хорошим мальчикам и девочкам. А сколько существует рождественских традиций – не перечесть! Солнце медленно поднималось над горизонтом, освещая ослепительно-белые вершины неприступных шотландских гор, просторы Запретного леса, прозрачно темнеющего в розовой дали, круглое, как тарелочка, озеро, скованное толстой ледовой коркой… И величественный замок, стоящий на скале по другую сторону озера: высокие башни, устремившиеся в небо, бойницы, большие окна, в которых отражались ясные блики. Яркие лучи добрались наконец-то и до окон одной из самых высоких башен и с любопытством заглянули внутрь. Но там не оказалось ничего интересного для них, и они отправились дальше. Прогулялись по стенам, оглядели несколько пустых классов, нашли в каморке спящего завхоза и посветили ему в лицо. Резво пробежав по стенам, заглянули в другую башню и удивлённо остановились. В одной из комнат лучики нашли единственного не спящего в такой ранний час человека. Гарри Поттер сидел на подоконнике в спальне мальчиков шестого курса Гриффиндора и смотрел в окно, наблюдая за медленно разгорающимся днём. Снег ярко искрился под лучами солнца, дымила труба на крыше домика Хагрида… на опушке леса показался маленький единорожек и тут же скрылся среди деревьев. Свет постепенно рассеивал предрассветную мглу. Отвернувшись от окна, Гарри бросил взгляд на часы и едва не застонал – еще даже восьми не было! Значит, он бодрствовал уже больше часа… А все из-за того, что Волдеморт с самого утра что-то замышлял. И Гарри надеялся, честно надеялся, что он не претворит своё последнее обещание в жизнь. Но именно нетерпеливое ожидание, которое Гарри ощущал по связи через шрам, и заставило его проснуться и не позволяло больше уснуть. Почти искренне желая своему «будильнику» поцеловать жабу, Гарри слез с подоконника, твёрдо вознамерившись разбудить Рона. Сиё нелегкое дело было выполнено ценой одного разорванного одеяла и назревающего синяка на груди у Гарри – тоже одного. Зато спустя полчаса два друга уже разворачивали подарки. - Мама опять прислала свитер, - расстроено выдохнул Рон, держа в руках красный «уизлитер» с большой желтой «Р» на груди. Гарри знал, что друг любил подарки, сделанные заботливыми руками миссис Уизли, но этот цвет просто чудовищно смотрелся с рыжими волосами Рона. - И мне, - улыбнулся Гарри, кивнув на красивый изумрудно-зелёный свитер, которой был аккуратно сложен на его кровати. - Эй, Гарри, а это кто тебе прислал?! – удивленно воскликнул Рон, изумленно разглядывая сверток, оформленный в холодной серебристо-зеленой слизеринской гамме. Он резко выделялся среди кучи обёрток, яркими ало-золотыми пятнами пестревших на полу. Взяв сверток в руки, Гарри не смог сдержать едва заметную тёплую улыбку. - Ну не мог не выделиться, - пробормотал он себе под нос, нетерпеливо разворачивая упаковку. Подарком оказался старинный фолиант на латыни, едва заметно «фонивший» тёмной магией. Хорошо, что почувствовать настолько слабые колебания мог лишь опытный волшебник. Одна из страниц книги была заложена закладкой. Открыв её, Гарри побледнел, а потом чуть не выронил подарок, глядя на старинный пергамент расширившимися от удивления глазами. - Что там? – Рона явно мучило любопытство, и Гарри не впервые обрадовался, что друг не может прочитать книгу: латыни он не знал. Наверно, стоит поблагодарить его за то, что заставил выучить этот язык… хотя нет, спасибо, его эго и так зашкаливает! - Неважно, - ответил Гарри. Наверно, это прозвучало слишком быстро. Справившись с чувствами, Гарри резко захлопнул книгу. Метнул быстрый взгляд на Рона, явно смущённого его действиями, и встал с пола. - Забудь, просто один мой друг решил неудачно пошутить, - немного нервозно улыбнулся Гарри, торопливо убирая фолиант в сундук. - Лучше пошли на завтрак. - Хорошо, хорошо. Только зачем в такую рань идти? - недовольно пробурчал Рон, но все-таки лениво встал. В гостиной они увидели только свежую и бодрую Гермиону, которая уже сидела у камина с очередной толстенной книгой для «лёгкого чтения». - Доброе утро, Гермиона. С Рождеством тебя, - тепло поздоровался Гарри, усаживаясь в кресло напротив нее. - С Рождество-о-ом, - с огромным зевком сказал Рон, плюхаясь в кресло. - С праздником, ребята, - поздоровалась Гермиона, на всякий случай проверив время на своих часах. - Гарри, как ты смог его поднять? – удивилась она, весело глядя на лохматого и сонного Рона. Гарри улыбнулся. - Практика, Гермиона, пять лет практики, - с наигранной серьезностью ответил он. Со стороны Рона послышалось сопение, и Гарри, подмигнув беззвучно смеющейся Гермионе, взял со стола клочок пергамента, скомкал его в легкий шарик и бросил в задремавшего друга. Столь бесцеремонно разбуженный Рон встрепенулся и осоловело уставился на Гарри под дружный смех. Он проморгался и обиженно взглянул на Гермиону. - Пойдемте на завтрак, пока Рон снова не уснул, - сказала она, откладывая книгу. Мальчишки нехотя тоже поднялись с кресел и послушно пошли вслед за ней, хотя так и хотелось остаться посидеть у тёплого камина… Попросить эльфов принести поесть. Хотя Гермиона наверняка долго бы отчитывала их за бессовестную эксплуатацию домовиков! Большой зал, как всегда на Рождество, был великолепен: высокие пушистые ели, украшенные игрушками и яркими гирляндами, стояли в четырех углах, с зачарованного потолка светило холодное, по-зимнему яркое солнце, в воздухе парили нетающие снежинки. Столы факультетов, как всегда, убрали, и учителя сидели вместе с учениками. Впрочем, не так много студентов остались в замке, всё же большая часть предпочли вернуться домой на каникулы. Да и было еще довольно рано. Профессор МакГонагал заметила друзей первой. - Доброе утро, мисс Грейнджер, мистер Поттер, мистер Уизли, с Рождеством вас, - непривычно тёплым тоном поприветствовала она. Профессор Спраут, сидящая справа от нее, весело улыбнулась и кивнула. Другие преподаватели оглянулись на троицу: большинство учителей приветливо поздоровались, директор Дамблдор шутливо отсалютовал бокалом, а профессор Снейп предсказуемо скривился. Двое других учеников, завтракающих в столь ранний час, приветственно кивнули и вернулись к еде. Поздравив всех с праздником и получив в ответ презрительный смешок Мастера Зелий и несколько улыбок, друзья сели на свободные места в конце стола. - Гарри, спасибо за подарок! – горячо поблагодарила Гермиона, накладывая себе блинчиков с джемом. – Я так давно хотела приобрести эту книгу… как ты сумел найти её? Не заметить удивление, восхищение и благодарность в голосе своей девушки Рон не мог. Хотя причины такой реакции он и не понимал. - Попросил друга. Он знает много различных мест, где можно купить редкие книги, - с едва заметной нежностью в голосе пояснил Гарри, отрезая кусочек бекона. И кто же этот друг, раз Гарри, обычно скрытный с незнакомцами, так говорит о нём? - И ты так спокойно говоришь об этом?! – удивление в голосе Гермионы стало гораздо сильнее, и Рон уже не мог подавить своё любопытство. - А фо он фебе повалил? – спросил он, надеясь, что друг решит рассказать. Порой Гарри бывал слишком уж скрытным! - Рон, неприлично разговаривать с набитым ртом! – строго сказала Гермиона, в этот момент ужасно напомнив Рону его маму. - Да ладно тебе! – отмахнулся он, беря кусок рождественского пирога. – Скажи лучше, что он подарил? – вновь попытал счастье он. Оставлять этот вопрос без ответа было слишком сложно при его все растущем любопытстве. - Истинный гримуар, - восхищенно выдохнула Гермиона. - И что это? – озадаченно моргнул Рон. Он разочарованно взглянул на остатки своего пирога: там ничего не было. А он бы не отказался от подковы на счастье или монетки на богатство. Его друзья только закатили глаза, на что Рон скривился. Ну не любил он книги! И желание Гарри учиться, возникшее вдруг в конце второго курса, совсем не симпатизировало ему. Тем более когда Гарри записался на Руны и Нумерологию, а не пошёл на Прорицания вместе с ним. Хотя нельзя было сказать, что Гарри плохо с этим справлялся. Они с Гермионой прочно стояли во главе списка лучших учеников, деля первое место между собой. Но стремление стать Невыразимцем! Гарри, кто целых два года был ужасным лентяем и не любил учебники, кто в большинстве случаев предпочитал списывать домашнее задание у Гермионы! И он сейчас хотел стать Невыразимцем, учёным! Даже Гермиона не была настолько помешана на науке! - «Истинный гримуар» - это учебник магического искусства. Он содержит множество заклинаний, рецептов и рекомендаций для волшебника, - лекторским тоном начала объяснять Гермиона. – Гримуар перевёл с еврейского Плейнгиере, доминиканский иезуит. Первоначально он был опубликован Алибеком Египтянином в Мемфисе в 1517 году. Более распространённое в наше время итальянское издание Истинного гримуара вышло в свет в 1880 году… - тут Гермиона вынуждена была прерваться, чтобы перевести дух. И продолжила, обращаясь к Гарри благодарно-взволнованным тоном: – Я даже не могу представить, сколько ты потратил денег! Эта книга такая редкость! - Брось! – слегка смутился Гарри. – Я наследник Поттеров и Блеков. Деньги для меня не проблема. А найти Доминик помог. - Доминик? А это не он прислал тебе ту книгу? – с любопытством спросил Рон, отпивая сока. Эта оговорка могла помочь ему раскрыть одну из загадок друга. - Доминик Селвин, - нехотя пояснил Гарри, примеряясь к куску рождественского пирога. Рон поперхнулся. - Что от тебя нужно этому Пожирателю?! - возмутился он, чуть не разлив свой сок. - Рон, Доминик Селвин не Пожиратель хотя бы по той причине, что в год падения Волдеморта ему было шесть лет. Он племянник нынешнего лорда Селвина, - раздражённо сказал Гарри. В этот момент с его лица исчезли все эмоции, он стал до жути похожим на слизеринца, точнее на это вечное «я бесчувственная статуя». - Ладно, ладно… - отступил Рон. Этот тон ему был очень хорошо знаком. Всем известно, что Гарри лучше не доводить – хуже будет. – Но откуда ты его вообще знаешь? - Познакомился в Лондоне летом после второго курса, - просто ответил Гарри и откусил от пирога. - Но почему ты нам не сказал? – растерянно спросила Гермиона, глядя на него с искренним недоумением. Гарри неопределенно пожал плечами. Вдруг он резко хлопнул себя ладонью по губам, выплюнул на неё что-то и сильно закашлялся, на глазах у него выступили слезы. Гермиона испуганно вскочила, но Гарри только покачал головой, успокаивая. Ему просто попалась безделушка, запеченная в пироге… - Кольцо? – ошарашенно выпалил Рон, подаваясь вперед. – Ух ты, это же означает свадьбу, да? С кем? – он во все глаза уставился на тонкое колечко, тускло поблескивающее в свете свечей. Неужели на его младшую сестрёнку наконец-то обратили внимание?.. Гарри его не услышал. Он шокировано смотрел на золотой ободок. Послышалось хлопанье крыльев. В Большой зал влетел чёрный филин и нахально уселся Гарри на плечо. Не узнать эту до ужаса гордую пернатую тварь Рон не мог: она ведь уже не раз до крови кусала его за пальцы! Гарри нахмурился, а Рон в очередной раз вынужден был подавить свое любопытство: сейчас Гарри точно ничего не скажет. Такой скрытности Рон не понимал. Гарри всегда все рассказывал, но при этом он умудрялся никогда не делиться подробностями своей охоты за артефактами, предпочитая лишь показывать добытое и рассказывать историю и свойства артефактов. «Сглазишь еще», - говаривал Гарри. Эту убеждённость он точно подхватил от магглов, волшебники в такую глупость не верили. - Гарри, все нормально? – с явным беспокойством спросила Гермиона, осторожно положив руку ему на плечо. - Да, все хорошо, не беспокойся. Просто я забыл, что обещал сегодня встретиться с другом в Лондоне, - успокоил ее Гарри, слегка улыбнувшись. Он встал из-за стола и добавил: - И лучше бы мне поторопиться. Доминик разозлится, если я задержусь ещё больше. - И когда вернёшься? – спросил Рон. Гарри убрал письмо в карман. - Или поздно вечером, или завтра утром. Если задержусь, то останусь у Доминика. Мы идём на маггловский аукцион, где сегодня продается один занимательный магический артефакт. Надеюсь, что смогу его выкупить. - Тогда удачи, - пожелал Рон, наливая себе ещё сока. От Гарри ведь больше и слова не дождёшься до тех пор, пока он сам не захочет рассказать. - Что за артефакт? – тут же заинтересовалась Гермиона, в её глазах зажёгся столь знакомый Рону огонёк. Такое происходило всегда, стоило Гермионе наткнуться на что-то, ей не известное. - Сердце Жасмин, - торопливо ответил Гарри, скосив взгляд на свои часы. Рон взглянул удивлённо. Видимо, и вправду торопился, ведь обычно Гарри не говорил, что хочет купить. - Никогда о таком не слышала, - озадаченно пробормотала Гермиона. - Гермиона, давай я расскажу тебе, когда вернусь? - резко бросил Гарри. - Я очень опаздываю, правда, - уже мягче добавил он. - Хорошо. Тогда до встречи, Гарри, - попрощалась Гермиона. - Пока, друг, - махнул рукой на прощанье Рон. Не говорит сейчас, потом скажет хотя бы ему. - Пока! - попрощался Гарри и быстрым шагом покинул Большой зал. - Мне кажется, что Гарри что-то скрывает, - задумчиво сказала Гермиона, глядя ему вслед. - Вряд ли, - возразил Рон, глянув в сторону входной двери. - Он частенько уходит вот так. Ты ведь знаешь его страсть к артефактам. Только раньше он не говорил, что не один. - Может, ты и прав, - согласилась Гермиона после небольшой паузы. Гарри, едва выйдя из зала, бегом бросился к границе антиаппарационного барьера. Сжал записку и тут же исчез. Появился он в большом кабинете, оформленном в зелёных тонах. Мебель темного дерева, изумрудно-зелёные тканевые обои. На одной стене было большое, во всю ширь, окно с тёмно-зелёными бархатными шторами, рядом с ним стоял широкий стол и массивное кресло, с другой стороны ещё два – но уже не таких роскошных. Рядом большая кушетка и журнальный столик. У стен расположились шкафы, полные книг по светлой и тёмной магии. Около стола стоял молодой волшебник: на вид лет двадцати двух, двадцати трех, не больше. Высокий, атлетически сложенный. Тонкие, резковатые черты лица, высокие скулы. Густые почти чёрные волосы спускались до плеч, в тёмно-темно-серых глазах едва заметно вспыхивали красные искры. Доминик пронзительно посмотрел на гостя. У Гарри слегка закололо в затылке от нехорошего предчувствия. - Десссять минут и восссемнадцать секунд, - свистящим шепотом сообщили ему. - Извини, но я не мог уйти сразу. Рон и Гермиона тогда бы заподозрили что-нибудь, - осторожно сказал Гарри, с опаской следя за Домиником: ему совсем не хотелось оказаться на прицеле его волшебной палочки. - С каких пор тебя бессспокоит мнение грязнокровки и предателя? - обманчиво ласково спросил Доминик, медленно наступая на него. - Не называй их так! – огрызнулся Гарри. Но заметив, как сузились темные глаза, поспешил успокоить: - Они могут сообщить Дамблдору о моем странном поведении. Тогда старик начнёт волноваться, а нам его активность не нужна. - Он поневоле отступал, пока не уперся спиной в холодную стену. - Мне изссменяет память, или раньше тебя это не оссстанавливало? - вкрадчиво произнес Доминик. Он подошел к Гарри вплотную и цепко ухватил его за подбородок, вынуждая смотреть в отливающие алым глаза. - Как видишь, не остановило и сейчас! - дерзко ответил Гарри, глядя на него с вызовом. - В таком случае ответь, что же помешало тебе вернуться на Рождество? Не в том ли дело, - темные глаза полыхнули бешеным красным огнем, - что общество Джиневры Уизли для тебя предпочтительнее? – с ещё большей злостью прошипел Доминик. Гарри на мгновение оторопел. Но неожиданное смутное чувство радости разлилось внутри, когда он понял подоплеку вопроса. Ему стоило просто чудовищных усилий не расплыться в блаженной улыбке и продолжить разговор, а не успокоить Тома более приятным способом. - Ты же сам говорил, Том, - Гарри, все-таки попытался воззвать к гласу холодного рассудка, - что мне лучше оставаться Мальчиком-Который-Выжил до поры, до времени… А от этого Мальчика ожидают вполне определенных выборов и поступков…. - Но это не значит, что ты можешь позволять этой девице виснуть на себе! – сердито отрезал Том, еще крепче стискивая подбородок Гарри. Это было уже почти больно. - Мне нравицсса, когда ты ревнуешшшь, - прошипел-прошептал Гарри. Его зрачки расширились настолько, что глаза казались совершенно черными. - Мне расцссенивать это как просссьбу? – изменившимся тоном произнес Том. Теперь в его голосе пробивались мурлыкающе нотки. В сочетании с парселтангом это звучало настолько дико, что у любого постороннего, окажись такой в комнате, волосы встали бы дыбом от ужаса. Гарри облизнул губы, по телу его прошла мгновенная судорога. Чёрт, им надо было поговорить! Но что поделать, если язык змей вызывал настолько сильную реакцию! - Возможшшно, - допустил Гарри, безумно жаждая ощутить прикосновения - больше… сильнее… ближе… Доминик не ответил. Он жестко, даже жестоко впился в губы подростка встречая активное сопротивление. Ярость и страсть бурлили в обоих, усиливаясь из-за связи. Воспользовавшись увлечённостью Гарри, Том резко разорвал поцелуй и с силой толкнул наглого мальчишку на кушетку. Придавив его своим весом, он неразборчиво прошептал заклинание, и появившиеся веревки привязали руки Гарри к подлокотнику. - Отпуссссти, - яростно прошипел Гарри пытаясь освободить запястья. - Зачем? – вкрадчиво прошептал Доминик на английском. Гарри нахмурился, увидев на лице любовника предвкушающую улыбку. Похоже он… Закончить мысль не удалось – поцелуи Тома определенно лишали способности мыслить, в эти моменты он готов был послать подальше весь мир, соглашаться на все, что угодно… Том всегда сильно на него влиял. Может, это было из-за странной связи, оставшейся между ними даже после удаления крестража? Или просто потому, что Гарри любил его? Он мог злиться, спорить, но как только его прожигал взгляд Тома, или касались жестокие губы, или даже когда Том сводил его с ума одним своим присутствием, весь мир для Гарри переворачивался. Были ли это чувства, или может связь, но эта странная зависимость от Тома, такая же зависимость Тома от него… Это было как наркотик, разъедало изнутри, но было до боли необходимо – даже больше воздуха…

***

Небольшая, но довольно просторная комната с высокими потолками. Декор полностью в традициях Слизерина: зелёные обои с серебряными бордюрами; длинный стол и резные стулья тёмного дерева в центре комнаты. Многочисленные портреты знаменитых волшебников висели на стенах, были и несколько красивых пейзажей. - Рассказывай, Гарри, - спокойно сказал Доминик. Гарри вопросительно посмотрел на него. Встретив красноречивый взгляд, явно намекающий на его низкие умственные способности, Гарри закатил глаза. - План на завершающей стадии, - сообщил он довольным тоном: все-таки его заслуга в этом была – и не маленькая. - Вчера я получил письмо от Сириуса, – Гарри слегка улыбнулся. - Крестный сообщил, что Лестрейнджи полностью восстановили поместье и на днях туда переедут. Они предпоследние в нашем списке «внезапных родственников». Маггл, заменявший в тюрьме Антонина, умер. Сейчас министерские ищут его родственников. По понятным причинам это делается довольно… вяло, - он презрительно-брезгливо поморщился. - Белла говорит, что Антонин планирует вернуться в конце следующей недели. Появится как собственный же двоюродный дядя из России. - После небольшой паузы Гарри с насмешкой добавил: - Отсутствие у арестантов меток отлично помогает дурить головы нашим чинушам, а деньги дают дополнительный стимул… - Чуть замявшись, он продолжил: - Белла еще сообщила, что ждёт ребёнка, и просила нас стать его крёстными. - Я это уже знаю, Поттер, - едва заметное раздражение в голосе. А вот и знаменитое «всезнание». Оно было настолько привычно, что даже вызывало улыбку. Гарри только усмехнулся на это. Сделав глоток, он продолжил свой отчет. - Два дня назад был завершен последний ритуал принятия. Итог такой: теперь ты официально внук моего двоюродного деда родом из Швейцарии, - с гордостью о проделанной работе сообщил он. - Даже если англичане сунутся к швейцарской ветви семьи, то получат полное подтверждение – Поттеры никогда не пойдут против главы рода. - Семья превыше всего. - Ритуал мы проводили с Селвином, так что твоё покрытие полностью разработано. Ты уже создал не существовавшую дочь твоего дяди – Морфина и ирландки-полукровки. После нашего вмешательства, она вышла замуж за Поттера. Их единственная дочка сбежала вместе с Александром Селвином – твоим отцом – в Швейцарию. Там ты родился и вырос, пока не получил письмо из Дурмстранга, где тебя и заметил близкий друг Джорджа Селвина – Люциус Малфой. Гарри остановился, ожидая реакции. Доминик только кивнул и молча выгнул бровь, словно спрашивая, почему Гарри замолчал. Глупо было ожидать похвалы, но все равно хотелось получить её от этого высокомерного павлина. Гарри с небольшим недовольством продолжил: - Дамблдор начал что-то подозревать. Его явно насторожило что после второго курса ты не показался ни разу. Он воспользовался примирением Сириуса с матерью и его оправданием перед законом и отправил его вместе со Снейпом шпионами к нашим иммигрантам, - Гарри не сдержал в конце усмешку. – Еще он несколько раз вызывал меня к себе в кабинет и пытался выяснить, что мне известно. Я, конечно, люблю старика и уважаю его заслуги, но Дамблдору давно пора на покой. Совсем завоевался! Реагировать на презрительный смешок он не стал и вернулся к своей чашке. - Он ничего не сможет понять вовремя. Я почти занял место министра магии, - остудил своего любовника Тёмный Лорд. Все-таки Гриффиндор – это диагноз, излишняя эмоциональность у них в крови. - Если бы не моя помощь, то бегал бы сейчас сумасшедшей рептилией и убивал магглов, - пробормотал себе под нос Гарри, с тоской посмотрев на остывшее какао. - Ты что-то сссказззал, Гарри, - вновь прозвучал знакомый свистящий шёпот. - Нет, ничего, - сухо ответил Гарри, посылая эльфа за новой порцией какао. Правда была в том, что к нынешней ситуации привела чистая случайность. Проходя сквозь тело Гарри во время своего побега после фиаско с Философским камнем, Тёмный Лорд не знал, что мальчик был крестражем. Повреждённая душа Лорда и крестраж в Гарри слились и оказались заперты под защитой Лили. В Тайной комнате, когда Гарри умирал от яда, защита ослабла, и Лорд смог выбраться и тут же оказался притянут к другому кусочку души – из дневника. Сил, которые к тому времени осколки успели украсть у Джинни и накопить во время жизни в теле Гарри, хватило для восстановления тела. Странным было то, что сам Гарри не потерял ни защиту, ни способность к парселтангу. Обманом вынудив Гарри дать клятву не говорить о его возвращении, Том вернулся в свой замок. За этим последовали многочисленные покушения на Гарри Поттера. Но из-за защиты все атаки Тёмного Лорда отражались, а никакие яды не срабатывали после отравления ядом василиска. В конце концов Тому надоели бесполезные попытки убить Гарри, и в середине июня он взялся за его «обработку». Уже потом, спустя несколько лет, их отношения переросли в то, что они имели сейчас. - Гарри, ты забыл одну важную часссть плана, - промурлыкал-прошипел Том. - Какую? – осторожно поинтересовался Гарри, ставя кружку на стол. Интуиция, которая его ещё ни разу не подводила, кричала о грядущих неприятностях. - Мы сочетаемся браком, - категоричным, не терпящим возражение тоном, сказал Тёмный Лорд. «Чёрт, я попал! И он, сволочь, все предусмотрел! Иначе зачем прислал мне книгу с описанием ритуала смены пола на время беременности…» - проскочило в голове у Гарри. Хотя… не сказать, что он был против…