В поисках

Ньют устал Он ужасно устал Носиться по Глэйду в течение всего долбанного дня в поисках Томаса? Отлично, делать же больше нечего. Нет никакой работы, вообще никакой. Самое главное — найти эту наглую задницу, где бы она не была и отчитать за такой странный уход. Ньют же ничего не сделал. Или сделал? Блондин уже было подумал, что чем — то ненароком обидел своего друга и теперь пытался найти его, чтобы расспросить. Томас вдруг ни с того ни с сего сорвался с места и выбежал из Берлоги, прервав тот разговор. Минхо тогда заржал, как ненормальный, но Ньюту было вообще не до смеха. Что произошло и кого во всем винить?! Он оббежал Глэйд в который раз, выискивая среди парней одно единственного. Томми. И где же он пропадал? Целый день. Нога Ньюта никогда так не болела. Ему самому не было так плохо еще со времен, когда он был бегуном. Жуткая отдышка, что странно, боль в ноге, насквозь пропитавшаяся потом футболка, мокрый лоб. Как же это все начинало раздражать. Ньют еле сдержался от яростного выкрика, когда снова оббежал весь Глэйд. Он проверил везде, где только можно было, кроме леса. Он просто до последнего надеялся, что последним местом, куда направиться его друг будет именно лес. Что там делать? Плакать в пенечек, вытирать сопли листьями? С чего это вдруг Томасу потребовалось такое уединение, причем после довольно колкого замечания со стороны Ньюта? Парень фыркнул и решил, что теперь ему точно осталось проверить только в этом долбанном лесу, поэтому ему снова пришлось побежать через весь Приют, чтобы добраться до первых деревьев, которые постепенно сгущались и переходили в маленький лесок. Он, едва дыша, пробежал мимо первого дерева и стал вглядываться в глубь леса. Ничего не видно, зелень так и пестрит в глазах. Оставалось только зайти глубже, не мог же Томас просто взять и пропасть. Ньют зашел довольно глубоко в лес и теперь от безысходности просто принялся заглядывать за деревья. Одно, другое. Ньют был готов разорвать друга на части, если увидит. Вот так вот пропасть, заставив его по — настоящему беспокоиться, это каким наглецом нужно быть?! — Больной придурок. Томми, где же тебя черти носят? — прошипел Ньют себе под нос и от досады пнул одно из деревьев. Это было больно. Новые ощущения как раз были «необходимы» Ньюту. Он зашипел, но на этот раз от боли. Он готов был запрыгать от этого неприятного ощущения, и наверняка сделал бы это, если его нога бы не болела так сильно после огромных физических нагрузок. До ушей Ньюта донесся странный звук. Он сначала принял это за собственный хрип от боли, но потом понял, что это не он издает этот звук. Ему пришлось напрячь свой слух и прикрыть глаза, чтобы определить сторону, из которой доносились новые звуки. Что это было? Уже ничего. Полная тишина снова врезалась в уши Ньюту и тот досадно вздохнул. А хрип возобновился, на этот раз его было слышно гораздо громче. Ньют понял, что теперь он точно не ослышался, и проверить источник было необходимо. Кто же знает, что это могло быть. Ньют смог определить сторону. Где — то справа. Хрип доносился оттуда и Ньют, крадучись, обошел дерево. То, что он увидел, заставило его сердце сделать сальто, кувыркнуться куда — то в пятки, а потом подскочить аж до глотки и болезненно сжать горло. Он сначала не понял, какого лешего вообще Томас стоит так глубоко в лесу, упирается левой рукой в дерево, опустив руку вниз, а потом, когда до его ушей снова донесся этот хрип, мысли в голове Ньюта попытались встать на место, но стоит отметить, что попытка была неудачной. Ньют и не сразу додумал, что надо бы прятаться. Только тогда, когда до него донесся первый несдержанный стон, оцепенение вдруг резко отпустило тело Ньюта, парень залился краской и рванул к дереву, стараясь как можно меньше шуметь. Уже за ним он закрыл глаза и прижался к дереву так, что руки нещадно начинало жечь от колючей коры. Теперь ноги по — настоящему заледенели. Ньют слышал стоны своего друга и понял, что он не должен был их по сути слышать. Томас специально ушел так глубоко в лес, чтобы сделать это. Возможно, у него были на это причины. Ньют сглотнул. Руки начали дрожать. Он захотел выглянуть, чтобы убедиться, что это точно Томас. Его стонов он никогда раньше не слышал и теперь его наконец осенило, что он мог и обознаться. Поборов свой страх, Ньют выглянул из-за дерева и пробежался взглядом по широким, подрагивающим плечам, задержался на темной макушке. Вне всяких сомнений. Это Томас. Чертов Томас, который просто стоит у дерева и усердно дрочит. Ньют снова укрылся за деревом и шумно сглотнул. Он корил себя за жуткое любопытство, а стыд накрыл его с головой. Через несколько секунд он понял, что Томас уже вообще не сдерживает себя. Ну, возможно, пытается закусить губы, чтобы сдержать стоны, потому что изредка они действительно лишь переходили в мычание. Ньют старался не слушать их, сосредоточившись на чем — нибудь другом. Почему он не уходил? В голову Ньюту вдруг резко ударили вопросы. Чем это вызвано? Что произошло такого, что Томас вдруг сорвался? Ничего же не было! Так что вдруг изменилось?! Вот только думать Ньют больше не мог. Его внимание постепенно переключалось на стоны. Это было до жути неправильно, но в то же время так завораживающе. Ньют по — прежнему прятался за деревом и не решался больше выглядывать. Ньют прислушался к стонам. Томас едва ли не переходил на сдавленный хрип на особо ярких моментах. Иногда Томас особенно ярко стонал, и от каждого подобного звука у Ньюта по телу расползалось тепло. Он не понимал, почему так реагирует на Томаса, особенно теперь, в столь пикантной обстановочке. Теперь каждый из стонов сладко отзывался у блондина в паху. Ньют почувствовал, как вдруг стало тесно в штанах и досадно вздохнул, уже жалея о том, что вообще поперся искать Томаса. Теперь придется ждать, пока он уйдет и делать тоже самое, если конечно, возбуждение вдруг не исчезнет так же неожиданно, как оно и появилось. Ньют уже еле сдерживался, чтобы вдруг не потянуться руками к собственным штанам. Эти стоны просто сводили его с ума. А Томас, кажется, и не думал останавливаться. Вдруг они стали громче и Ньют уже забеспокоился, как бы еще кто из глэйдеров не заметил этого. А потом Томас вдруг стал еще и хрипеть что — то между стонами. Ньют сначала решил, что ему показалось, но потом Томас стал довольно отчетливо проговаривать слова. — Ох, черт… — Томас снова застонал — Ньют… Парень за деревом теперь едва не потерял сознание, услышав собственное имя. Его руки заледенели, он на секунду забыл вообще обо всем. О своем собственном стояке, о Лабиринте, о других глэйдерах, о том, что дышать тоже необходимо. — Ньют… — снова простонал Томас. Блондин, проклиная свое чрезмерное любопытство, снова выглянул из — за дерева. Положение Томаса теперь немного изменилось: он пододвинулся ближе к дереву, его левая рука сползла вниз, а голова была откинута назад. Ньют не смог выдержать подобного зрелища и снова отвернулся, он был готов кусать свои руки, лишь бы самому не запустить их в штаны. Стоны Томаса становились все громче и ярче. Он совсем забылся в удовольствии — Ох, Ньют… Ньют… Что же ты со мной делаешь?.. Ньют… — Томас выстанывал каждое слово. У Ньюта подкосились ноги, в животе настолько приятно скрутило, что он сам едва не захрипел от удовольствия. Он хотел, чтобы парень продолжал выстанывать его имя. Томас еще парочку раз простонал, а потом, кажется зарычал, а через пару секунд затих. Ньют слышал только его и свое шумное дыхание. Теперь тишина давила на Ньюта. Он не знал, что теперь будет. Была возможность, что Томас не услышит его и просто уйдет. Ньют услышал звук застегивающейся ширинки, а потом и глубокий вздох. Он понял, что теперь слишком сильно слышно его шумное дыхание и поспешно закрыл себе рот рукой. В голове пульсировало, казалось, что виски вот — вот взорвутся. Он зажмурился, услышав шебуршание шагов Томаса. Сколько прошло времени? Минута? Две? Час? Ньют точно не знал. Он ужасно боялся, что Томас вдруг его обнаружит. Ему стоило огромных трудов только открыть глаза. Он не увидел перед собой Томаса и готов был просто кричать от радости. Нужно было уходить. Он вздохнул и прислушался. По звукам никого уже давно не было в лесу, кроме самого Ньюта. Он наконец — то спокойно вздохнул и отпрянул от дерева. Он обогнул дерево и замер на месте. Прямо рядом с ним стоял Томас собственной персоной. Ньют замер. Его глаза округлились, сердце пропустило пару ударов, а руки сами потянулись спрятать свой стояк. Томас стоял и просто пялился на Ньюта. — Слышал, да? — спросил он наконец. Голос слегка охрип от стонов и криков, но Ньют понимал, что он говорит. — Что слышал? Нет. Не слышал, — пробормотал Ньют — Хожу тут, ищу тебя и ду… — Не ври, — Томас вдруг опустил взгляд вниз и заметил бугорок на штанах Ньюта. Блондин проследовал за взглядом Томаса и тут же скрестил руки спереди, пряча такой позор — Ты серьезно? Ньют нервно сглотнул. Теперь он чувствовал себя чертовым ребенком, которого отчитывали за какую — нибудь глупость. — Я просто наткнулся на тебя в лесу, — Ньют решил говорить правду, — Искал тебя. И вот нашел. А ты тут занят был. — И ты остался? Ньют поджал губы и виновато глянул вниз, на свои ботинки. Встречаться взглядом с Томасом ему теперь ужасно не хотелось. — Я просто… Не знаю. Да, я остался. — Значит ты все слышал? — Значит да, я все слышал, черт возьми. Можешь убить меня прямо здесь, если хочешь, — Ньют махнул рукой и поднял взгляд на Томаса. Тот буквально сверлил его взглядом. А потом вдруг произошло то, чего Ньют вообще не ожидал. Томас вдруг подался вперед и схватил друга за воротник. Толкнув его вперед, прямо на ствол дерева, он подошел еще ближе, не отпуская футболки и наклонился вперед, к уху Ньюта. Сердце того подскочило и он снова нервно сглотнул. Его дыхание сбилось. — Значит так, мистер ходячий возбудитель и любитель подслушивать, ты должен мне пообещать кое — что, — вся веселость Томаса, которую так любил Ньют, вдруг пропала. — Я никому ничего не скажу, — Ньют закусил губу, когда вдруг почувствовал, что Томас прижался к его стояку своим пахом, подавшись вперед. — А я и не этого хочу, — Томас улыбнулся. Ньют расслабился, увидев эту улыбку. Хотя бы Томас не злился на него. — Чего же ты хочешь? — Ньют наконец нашел в себе силы заглянуть парню в глаза. — Пообещай мне кричать так же громко, ага? — Томас коварно улыбнулся — Чего?.. — «о» Ньюта малость затянулась, когда Томас вдруг запустил руку в его штаны — Томми, ты шутишь? — охнул он, когда Томас присел на колени перед Ньютом и медленно расстегнул ширинку на его штанах — Знаешь, это совсем не обязательно. Я ничего никому не скажу. Томми? Ох, Боже, Томми!.. — Ньют не сдержал стона — Вот только попробуй сейчас остановиться, я не знаю, что потом с тобой сделаю… А вне леса тем временем царила полная неразбериха. Глэйдеры уже около получаса не могли понять, от кого исходили такие громкие стоны. Лес наполнился ими, эхо доносилось аж до Берлоги. Парням оставалось лишь догадываться, кто скрывается меж деревьев и от каждого нового стона сдерживать смех.