Шанс мира Пустых 2

      Зангетсу срезал половину маски очередного пустого, практически не встретив сопротивления. Это был последний.       Вложив катану в ножны, Ичиго начал было разворачиваться, когда его взгляд скользнул на распадающееся тело минуса, где и застыл.       Массивная туша истаивала, превращаясь в сияющую пыльцу, которая, поднимаясь вверх, просто исчезала. Процесс протекал быстро, и через полминуты, от огромного пустого не осталось и следа.       Сколько он раз уже видел подобное?       Не сосчитать...       Так почему же он обратил на это внимание?       «Умирая, шинигами превращается в золотую пыль...» - пронеслось у него в голове. Янтарные глаза расширились.       «А как умирают арранкары?» ……       Серебристая энергия прозрачной сферой окружила истаивающую тушу убитого пустого.       - Бесполезно…       Хронос опустила руку, прервав действие своей силы. Серебряные глаза скользнули в сторону высокого рыжеволосого юноши, задумчиво рассматривающего место, где был убит очередной минус.       - Я не Бог, маленький Владыка, - она полностью повернулась к собеседнику. Её спокойный голос далеко разносился в мёртвой тишине Хуэко. – Мне не дано вернуть к жизни того, кто уже умер…       Она посмотрела на свою ладонь:       - …Сколько бы я не пыталась…       Задумчивые янтарные глаза встретились с её собственными.       - Зато я – Бог… - тихо прошептал он, и отвернулся. – Пойдём домой, Хронос… - он ещё раз оглянулся на пустое место, где распался последний их «подопытный». – Нам здесь больше нечего делать. ……       - Что? – неверяще выдохнул Гриммджоу, широко раскрытыми глазами уставившись на Ичиго. Остальные застыли в шоке. Даже непрошибаемый Гин лишился дара речи.       - Ты не ослышался, Гримм… - выдохнул Куросаки, скрестив руки на груди и закрыв глаза. – Вы всё правильно расслышали, я предлагаю вам разделить со мной мою силу. Вы станете частью меня, как я стану частью вас. – Он открыл свои золотые глаза. – Целое, неделимое… тем не менее не утратившее индивидуальность, многогранность…       - Почему?       - Вы - моя семья… А я слишком эгоистичен, чтобы вас потерять. Кроме того, - он устало выдохнул, - вы станете моей защитой, моим щитом…       Моими бессмертными Хранителями…       - Подумайте… ……       - Ну, и зачем мы здесь? – проворчал Секста, - разве это не «опасно» – быть здесь всем скопом?       - Успокойся, Гриммджоу, - раздался глубокий голос Старрка, – и ты – Лилинетт, тоже, – оборвал свою половину души, Койот.       Джинджербак надулась.       - Но это действительно интересно, - заметила Нелиел, - зачем собирать нас здесь, да еще и с фракцией?       - Пришло время решать, - подошла ближе Хронос, и огляделась, - все здесь?       - Не хватает только Гина. – лениво потянулся Примера.       В тоже мгновение, в паре метров от собравшихся арранкаров, появился Сенкаймон.       - Привет, народ! – бодро прозвучало со стороны врат.       - А вот и «пропажа» нашлась, - язвительно прокомментировал Джагерджак.       - Тогда начнем, - прозвучало у них за спинами.       - Владыка? – синхронно отозвались арранкары, развернувшись.       Сейчас, перед ними был именно Король – их Владыка.       - Спрашиваю в последний раз, - он обвёл взглядом присутствующих. – Вы уверены?       - По-моему мы дали свой ответ несколько лет назад, - протянул Джагерджак, остальные кивнули, в соглашении.       - Тогда встаньте в круг, - мягко улыбнулся он.       Первый круг – тот, что ближе к нему – Эспада; второй – в паре метров от Эспады – их фракция.       - Хорошо, - Король довольно кивнул, - а теперь, расслабьтесь.       С последним словом, от его чёрной фигуры полыхнуло мощной реацу, и золотое сияние поглотило всё вокруг.       Арранкары чувствовали, как всё их существо заполняет Сила. Мощная, древняя, неукротимая.       Как она переполняет их, грозя уничтожить, погрести под собой.       Огромная сила, захлёстывающая их души, сплавляя в единое, переплетая в нечто новое… совершенное…       Здесь не было Ичиго, не было Гина или кого-то из Эспады, только существо, состоящее из разных, неделимых частей.       Энергия Короля расползлась по всему помещению, словно утренний туман, она поглотила всех, пожрала, не оставив ничего, только мельчайшие сияющие частички.       Также быстро, как и заполнив, она собралась в плотный шар и вспыхнула. ****       - Что? – недоверчиво прозвучало со стороны капитана 13 отряда.       - Ты не ослышался, Укитаке, - немного насмешливо ответила Йоруичи, скрестив руки на груди. – Малышка Исина стала шинигами.       - Разве такое возможно? – полюбопытствовал Айзен.       Урахара подозрительно на него покосился:       - Вполне, в конце концов, её отец – шинигами.       - Главнокомандующий? Что скажете?       Помещение погрузилось в тишину, капитаны повернулись к сидящему на возвышении шинигами.       После недолгих размышлений старик приоткрыл глаз. ****       - Разве такое возможно, отец? – Ютсури всё никак не могла прийти в себя, потеряно разглядывая свои руки.       - Трудно сказать наверняка, - Урахара не дал Исину открыть рот, - в конце концов, ты – дитя Шинигами и Квинси, родившаяся в Мире Живых. Сама должна понимать, такое случается не каждый день. Кто знает, благодаря чему ты смогла пробудить свою силу…       - Значит, ты здесь, чтобы следить за ней? – Масаки успокаивающе прикоснулась к руке мужа.       - Да, - кивнул головой капитан 12 отряда, - наблюдать за ней, посмотреть, как она справляется со свалившимися на неё способностями, и отправить в Общество Душ, когда Кучики-сан отправится обратно в Сейретей.       - Сколько?       - Несколько недель. – Киске серьёзно посмотрел на супругов, - вы должны понимать, что в обычных условиях, её должны были немедленно доставить в Сейретей, для разбирательства. Только благодаря тебе, Исин, главнокомандующий позволил отсрочку до тех пор, пока у Ютсури-чан не начнутся каникулы в школе. ****       - Они обеспокоены… - Сорано открыла свои невидящие глаза.       - Это может навредить нашим планам? – склонил голову Ичиго.       - Урахара что-то подозревает, - отозвалась девушка, словно к чему-то прислушиваясь. – Так же как и Шихоин и Кучики-старший. Но они не знают наверняка, только догадки и подозрения, основанные на воспоминаниях прошлой жизни.       - Что они решили по поводу моей сестры?       - Наблюдение. Но… ты знаешь своего отца и учёного, они не оставят её один на один с проблемой.       - Это значит..?       - Да, - она повернулась в его сторону, - тебя ждут довольно тихие вечера… ****       - Если сосредоточить реацу в руках, то можно увеличить свою силу.       - Насколько?       - Сложно сказать, это зависит от тела шинигами, его возможностей. Если тело шинигами тренировано, выносливо, то и эффект будет сильнее… а зачем тебе?       - Да так, - делано равнодушно пожала плечами Ютсури, - просто интересно. ****       - Завтра соревнования, - голос Сорано нарушил окружившую подростков тишину.       - И что? – равнодушно протянул Катсу, с удовольствием растянувшись в тени дерева. – Ичиго победит.       Девушка промолчала, склонив голову в сторону.       - Не так просто, - наконец отозвалась блондинка, приковывая к себе внимание.       - Что ты имеешь в виду?       - Твоя сестра тоже участвует, Ичиго. И её тоже обучают. В этот раз результат будет другой.       Карие глаза поражённо расширились.       - Ты хочешь сказать..?       Она склонила голову.       - Хм, - он закрыл глаза, раздумывая, - посмотрим, что из этого выйдет. ****       - Ну как? – на большом экране появилось изображение смуглой, красивой женщины.       - Всё нормально, - пожал плечами Киске, параллельно чиркая что-то в своей тетрадке. – Она очень быстро учится, впитывает знания как губка. Правда, с контролем у неё не совсем в порядке, в прочем, все Шиба страдают этим на первых порах.       - Хорошо, - Шихоин закрыла глаза, - что скажешь? Это может быть она?       - Сложно сказать, - устало выдохнул блондин, проведя ладонью по волосам, он повернулся к подруге. – Она очень похожа на него, но… чего-то не хватает. И я говорю не о тех арранкарах.       - Она опасна?       - Как и все мы. ****       Она задумчиво смотрела в окно, глубоко погрузившись в свои мысли.       - Ютсури? – Масаки легонько дотронулась до плеча дочери. Та вздрогнула, поворачиваясь к матери. – Как ты?       - Нормально, просто думаю о завтрашних соревнованиях.       - Всё будет хорошо, детка, - Куросаки успокаивающе улыбнулась.       - Да! В этот раз я определённо выиграю! – решительно воскликнула рыжеволосая. – И докажу Ичиго, что я сильная!       - Я уверена, что он это знает, и гордится тобой, пусть и не показывает этого, - улыбнулась бывшая квинси. – Мы все любим тебя, тебе нет смысла что-либо доказывать.       «Ты ошибаешься, мама», – мрачно подумала Ютсури, - «я ему не интересна. Слабая… шумная… приставучая…»       …Оставьте, она ничего не стоит…       «Я докажу, что я сильная, победив тебя, Ичиго», - она посмотрела на свою ладонь, несколько раз сжав и разжав кулак. ****       Стоило им скрестить катаны, он знал, что сегодня всё изменится.       Что такое семья?..       Парировать удар противника, скользнуть в сторону и перейти в нападение.       Семья – это тепло …       Скользнуть в сторону, пропуская лезвие.       ... любовь…       Нанести рубящий удар, заставив противника отступить, чтобы тут же нанести молниеносный горизонтальный удар.       … поддержка…       Со слегка вибрирующих лезвий посыпались искры, он вновь отступил, почувствовав просыпающуюся реацу оппонента.       … единство…       Он попытался принять рубящий удар противника, когда произошёл всплеск энергии. Его карие глаза, за защитной маской, поражённо расширились, а оружие раскололось, не выдержав удара, ставшей необычайно острой, катаны противника.       Он попытался отшатнуться, понимая, что поздно. С опускающегося, не встретившего практически никакого сопротивления, лезвия сорвалась невидимая остальным «острая» волна энергии, заставляя пошатнуться. Грудную клетку пронзило болью, а одежда стала стремительно намокать.       Сбоку послышались пораженные крики, а он пытливо заглянул в глаза напротив.       Непонимание, осознание, неверие, шок, страх.       Его губы скривила, невидимая другим, невесёлая ухмылка. Он обессиленно опустился на пол.       «Глупая девчонка…»       Его тут же окружили медики, опуская его на носилки, снимая верх, осматривая место ранения.       Он закрыл глаза и попытался расслабиться, понимая - всё изменилось.       Безвозвратно.       Навсегда.