The Team.

«Дружба довольствуется возможным, не требуя должного.» Аристотель.

      Сознание вернулось к ней вместе со звуком слива туалетного бочка. Девушка разлепила слипшиеся ресницы и попробовала оценить обстановку.       Находилась она в школе, в кабинке женского туалета, прикорнув в обнимку с белым другом. Осознав сие, девушка тут же отшатнулась от не самого гигиеничного объекта и сразу зашипела от боли: ребрам явно досталось на славу. Синяки на руках тоже красноречиво отливали голубоватым цветом. Она ощупала лицо. Выводы были не самыми утешительными: разбитые губа и бровь, вдобавок еще адски болел затылок. Сацуки попыталась вспомнить, что же привело ее к столь печальным последствиям: она мыла руки, потом ее толкнули, она ответила, обернулась, а сзади была целая группа девчонок из старших классов Тэйко. Она им что-то сделала? Нет, вроде. Кажется, они обзывали ее подстилкой, коровой с выменем и еще парочкой выражений, которые воспитание Сацуки не позволяло воспроизвести даже в подсознании. Мерзко. Говорили, чтобы она не задирала нос и чтобы ушла из баскетбольного клуба, и оставила мальчиков в покое.       А клуб-то причем здесь.       «Черт! Тренировка!»       Момои в ужасе глянула на разбитый телефон: экран - в мелкую сетку, сам телефон не подавал признаков жизни.       «Я же опоздаю!»       Сацуки, посапывая от боли, вышла из кабинки. К счастью, в дамском заведении она была одна. Девушка нерешительно подошла к зеркалу и ахнула.       Одежда была в основном цела, но перепачкана грязью и кровью. С лицом дела обстояли еще плачевней: запекшаяся кровь, разбитая губа опухла, бровь тоже. На левой щеке красовался синяк, а на голове было самое настоящее гнездо для птичек размером с голубя.       «Как же я покажусь в таком виде?!..»       Момои принялась приводить себя в порядок: смывать кровавые следы с лица и одежды, попутно обдумывая, что же ей делать. Пойти на тренировку? Выговор ей сделают однозначно, а потом еще придется объясняться, как так вышло. Она и лиц нападавших-то не помнит толком. Прогулять, а потом показаться с синяками? Еще хуже будет. Надо предупредить, что ее не будет, и пойти домой. А потом она скажет, что заболела, и отсидится дома денек, а там и выходные. В понедельник ей уже будет лучше. Да, последний вариант ей нравился больше всего. Только у него был один крупный недостаток - как ей предупредить так, чтоб не спалить контору, а точнее, свой потрепанный интерфейс? Телефон умер. Две ее подруги уже наверняка разошлись по своим клубам, да и нет гарантии, что они не проболтаются о состоянии пострадавшей. Второго менеджера она тоже весь день не видела. Вот тебе и задачка, менеджер-аналитик Момои Сацуки. Думай, да быстрее.       «Боги, а времени-то сколько?!»       Забыв обо всем, она выбежала в холл и глянула на часы, что висели перед входом на лестничный пролет. До тренировки оставалось десять минут.       Момои рефлекторно прижала ладонь ко рту, она всегда так делала, когда старалась удержать эмоции в узде. Только в этот раз она почти сразу одернула руку. Разбитая губа прикосновений не жаловала.       Сацуки опустила голову как можно ниже, занавесившись волосами, и шустро двинулась к шкафчикам с одеждой. Хорошо, что она там хранит свой свитер на молнии. Вот закутается в него, и ничего будет не видно. Потом надо будет глянуть мельком, кто уже в зале, и кинуть записку в шкафчик тому, кто еще не пришел.       «Гениально!»       Девушка, порадовавшись своей сообразительности, прибавила шагу.       До шкафчиков она добралась без происшествий. Быстро накарябав записку и надев капюшон, она направилась к залу. Аккуратно выглянув из-за дверного проема, аналитик оценила обстановку. Не было Тецу-куна и Дай-чана. Впрочем, отсутствие Куроко она уточнила еще раз, а то мало ли. Но нет, пятнадцатый номер Тэйко в зале определенно не находился. Тогда менеджер почти побежала в сторону раздевалок.       Подкравшись к дверям, девушка прислушалась - внутри было тихо. Она быстро проскользнула внутрь, сунула записку в шкафчик Куроко и двинулась к двери, как...       — Момои-сан? — Раздался слегка удивленный голос Тецу у нее за спиной, со стороны двери в душевые и туалет. Сацуки затормозила лишь на секунду, после чего рванула бегом из раздевалки. Пробежав пару метров по коридору, она завернула к выходу, но тут же в кого-то врезалась.       — Сацуки? — Послышалось сверху. Кем-то оказался Аомине.       Момои была готова расплакаться от обиды - такой был отличный план, и вот теперь все коту под хвост. Не поднимая головы, как можно спокойнее, девушка оповестила друга:       — Меня сегодня не будет, неважно себя чувствую. Пока! — И, обойдя Дайки, она ринулась к выходу.       — Момои-сан, ты в порядке? — Тецу высунулся из раздевалки, держа записку в руках, с несколько озадаченным видом, если по его лицу вообще можно было прочитать озадаченность.       Дайки вся ситуация не понравилась. Странный Тецу, и еще более странная Сацуки. Он повернулся и увидел синяки на ее ногах. Это ему уже не понравилось вовсе. Девушку форвард нагнал, кажется, шага за три и потянул ее за капюшон кофты.       — А ну стой! Что за дела, Сацу... — Он не договорил, ибо девушка резко развернувшись, отмахнулась от него рукой, показав лицо, от вида которого Аомине проглотил все звуки.       — Дурак, зачем?! — Вырвалось у девушки уже почти со слезами, и она опять предприняла попытку к бегству, накидывая на ходу капюшон.       — Ее надо догнать, — будничным тоном оповестил Куроко, пробегая мимо Аомине. У фантома Тэйко с самообладанием все обстояло, видимо, лучше, чем у форварда.       Дайки дважды повторять не пришлось. Менеджера они нагнали в считанные секунды.       — Сацуки, подожди! Да стой же ты! — На этот раз он ухватил ее за локоть.       — Больно же, Дай-чан, отпусти! — Выпалила девушка. Друг детства руку отпустил, но на всякий случай встал перед подругой, преграждая путь к отступлению.       — Момои-сан, что случилось? — Мягко спросил Куроко, и тут Сацуки поняла, что она сейчас расплачется и все расскажет.       «Соберись!» - Мысленно приказала себе менеджер.       — Я упала с лестницы, — как можно более спокойно сказала Момои, но один всхлип ей все же не удалось удержать.       — Что-то не очень похоже, — скептически отозвался Дайки.       — Говорю же, неудачно упала с лестницы! — Девушка повысила голос и топнула ногой. Слезы и плач комом собирались в горле.       «Терпи!» - Она сжала кулаки.       — Дайки, Тецуя, где вас носит? Момои, тебя тоже касается, - в холл вышел Акаши. По телу девушки прошла дрожь. У нее не было проблем с Сейджуро, но разочаровывать капитана не хотелось совершенно.       — Момои-сан сказала, что плохо себя чувствует и пропустит тренировку. Вот, выясняем, что случилось, - сообщил Куроко. Акаши нахмурился. Момои баскетбол любила едва ли не больше самих игроков, и игре отдавалась полностью, как и своим обязанностям, поэтому прогул без причины он исключил почти сразу. А потом обратил внимание на подрагивающие плечи, сжатые кулаки и синяки.       — И что случилось? — Ровным тоном поинтересовался капитан.       — Момои-сан говорит, что упала с лестницы.       — Да нифига она не упала! - Взвился Аомине. — Ты на лицо ее глянь, так с лестницы падают?! — Он взял Сацуки за плечи и силком развернул ее лицом к Сейджуро. Далее, тройка в лице Аомине, Куроко и Момои присутствовала при редчайшем моменте - растерянном Акаши. Последний явно не ожидал увидеть то, что увидел, да и в целом нечасто лицезрел подобные картины.       — Дай-чан, ты дурак! — Момои спрятала лицо в ладони, и собралась было опять сбежать, но попытку пресекли Тецу и Дайки, преградив путь.       — Момои, — как можно более спокойно начал Акаши, твердо, но бережно положив руку на плечо девушки, стоявшей к нему спиной, — ты сейчас пойдешь домой вместе с Дайки, и все ему расскажешь. Тренеру я скажу, что ты заболела, а Аомине вызвался тебя проводить. Завтра мы тебя тоже не ждем. До понедельника. Поправляйся.       — Спасибо, — едва слышно ответила она, всхлипнув.       — Тецуя, пошли. И так опаздываем. — Сейджуро кивнул в сторону раздевалки. — Дайки, до завтра. И еще, - он выдержал паузу, удостоверившись, что Аомине его слушает, — без глупостей, пожалуйста, - форвард кивнул в ответ, и вышел вместе с девушкой. Акаши оставалось только надеяться на благоразумие товарища по команде, ибо сам капитан прекрасно понимал, что за Момои Дайки лицо разобьет хоть самому директору школы и главному тренеру.       Какое-то время парочка шла молча. Аомине изредка поглядывал на подругу. Сацуки шагала, опустив голову, вернув капюшон на макушку. Там, в холле, увидев побитое лицо лучшей подруги, парень натурально испугался. Момои не раз становилась объектом для насмешек, но это никогда не уходило дальше слов. Ну, и там за хвостики подергать могли. Он сам в том числе. Собственно, Дайки любил нервировать подругу, особенно в детстве. Сацуки становится такой забавной, когда злится. И голос поднять может, и ногой топнуть, и побить, да и вообще, походит на грозного хомячка. Но одно дело - дружеские подколы, да даже прозвища, что ей давали в школе. А избиение человека - это уже совсем другое. Дайки шел и успокаивал сам себя, еле сдерживаясь, чтобы не вытрясти из Момои всю правду и не умчаться возвращать синяки тем, кто их ей понаставил. За друзей Аомине был готов стоять горой и нестись тайфуном. Его друзей никто не смеет обижать, тем более, что Сацуки - девушка.       Когда очертания школы скрылись из виду, форвард перешел в нападение:       — Так что случилось-то? И не начинай про лестницу, знаю же, что неправда, — самым спокойным своим тоном поинтересовался Дайки.       — Да ничего такого, правда, - тихо ответила подруга.       — Ничего?! - Громыхнул Аомине, встав перед девушкой. — Твои синяки - это ничего?! - Парень гневно смотрел на покалеченное лицо подруги, чьи глаза начали наполняться слезами. Дайки вздохнул. Терпение - не его конек, однозначно. — Сацуки… — Мягко начал он, положив руки на плечи девушки и нагнувшись к ней так, чтобы глаза оказались на одном уровне. — Кто это сделал? — Момои вздрогнула, а удивление мгновенно высушило все слезы.       — Откуда ты... — Начала она.       — Я что, по роже не получал что ли? И не давал? Знаю я, как такие синяки получаются. Так кто это был? - Момои едва улыбнулась. Дай-чан вообще не задавался вопросами "за что?", "зачем?", "почему?". Девушка подозревала, что они в его голове даже не мелькали, просто он никогда не дает друзей в обиду. Без вариантов, причин и оправданий. А отвечать за Сацуки еще с детства привык, вот и переживает.       — Я не знаю, - выдохнула она. — Не видела почти. Девочки какие-то из старших классов.       — Они все там долбанутые, что ли? — Дайки выпрямился и продолжил путь. Ответ его не устроил, но он видел, что Сацуки не врала, а пытать ее дальше не было причин.       — В смысле?       — Говорят, Хайзаки опять подрался с кем-то, — тут он встал как вкопанный и медленно перевел взгляд на Момои. Та обернулась, столкнулась с его взглядом и сразу поняла ход его мыслей.       — Нет-нет, Дай-чан, - она примирительно помахала руками, — это был не он. Группа девушек, в туалете на втором этаже.       — Что им надо было? - Он нахмурился. Момои отвела глаза. — Только не ври. — Сурово наказал парень, заметив, как забегали глаза подруги.       — Чтобы я ушла из баскетбольного клуба. Они считают, что я вступила, чтобы быть для вас всех подстилкой, и таким образом, увожу вас у них. Как-то так, - она почти безразлично пожала плечами.       — Бред какой-то, — ляпнул Аомине, прежде, чем подумал. Момои кивнула, и они продолжили путь. Однако, обдумывая ее слова, Дайки понял одну пренеприятнейшую вещь - его лучшую подругу только что побили из-за ее любви к баскетболу, из-за ее преданности делу, да и из-за него тоже. И чем больше он об этом думал, тем больше его это бесило. А еще позднее он подумал, что будет, если Сацуки действительно уйдет? Если честно, он этого себе представить не мог. Просто они всегда были вместе. Да, чем старше становились, тем меньше свободного времени проводили совместно, но все равно встречались в школе, на тренировках по баскетболу, по дороге домой, да мало ли еще где. Ее потенциальное отсутствие хоть и не пугало ни разу, но расстраивало однозначно.       — И ты уйдешь? — Он пожалел, что спросил почти сразу. Как-то по-свински это получается: ее избивают, а она должна остаться просто потому, что они такие все из себя друзья?...       — Нет, конечно. Оставь вас одних, - юмор вернулся в нотки ее голоса на пороге дома. Она обернулась и попыталась улыбнуться, но тут же осеклась.       — Больно, да? - Дайки вновь ощутил, как по телу растекалась жажда мести.       — Немного, - честно соврала девушка. - Пойду зализывать раны. Спасибо, что проводил.       — Не за что. Если вдруг вспомнишь, кто это был - обязательно скажи. - Дайки уже шел к своему дому, как обернулся и позвал. — Сацуки! - В проеме ее двери показалась удивленная мордашка Момои. — Мы тебя тоже одну не оставим. - Он улыбнулся. Она тоже, точнее, попыталась.

***

      Закатное солнце подсвечивало стены раздевалки, пробираясь сквозь плотные шторы. Блик от циферблата часов прошелся по лицу Шинтаро, закончившего процесс переодевания. До тренировки оставалось десять минут.       — Где Аомине опять пропадает? — Мидорима поправил очки.       — Кажется, Момои-чи плохо его пинает в последнее время, — заметил Кисе, зашнуровывая кроссовки.       — А кстати, где Са-чин? — Хрумкая чипсами, поинтересовался Ацуши.       — Ее не будет сегодня. — Сейджуро надел тренировочную футболку. В этот же момент в помещение зашел Аомине.       — Здарова! Это новый номер Сацуки, - он положил на стол листочек бумаги и пошел к своему шкафчику.       — Как она? — Подал голос Куроко.       — Лучше, но без слез не взглянешь, — хмыкнул Дайки, зашвырнув футболку вглубь шкафчика.       — А что случилось-то? — Рёта насторожился. Акаши пару секунд размышлял, насколько эта тема общедоступна, и решил, что уже поздно скрывать.       — Она рассказала, что произошло? — Капитан закрыл дверь в зал и прислонился к ней спиной, скрестив руки на груди.       — Вроде того... — не прерывая процесс смены одежды, ответил Дайки, восседая на скамье. — Толком нифига не ясно, но как я и думал - ее избили.       — Ч-ч-ч-чего?! — Рёта подлетел с места. Почти тут же у него на плече оказалась рука Куроко, призывая сесть обратно. Ацуши уронил чипсину, а Мидорима развернулся в сторону, где сидели ребята настолько резко, что впилился плечом в открытую дверцу шкафчика Аомине. Дверца смачно захлопнулась.       — Не ори, — отозвался Акаши в сторону Кисе. — И кто это был?       — Сказала, что какие-то девочки из старших классов. Налетели на нее, когда она в туалете была. И еще... — Дайки поднялся, хлебнул воды из кулера и повернулся к товарищам по команде. — Они сказали ей уйти из баскетбольного клуба, — после этих слов, на пару секунд, в раздевалке повисла тишина.       — Я как-то не улавливаю связи. — Мидорима очнулся раньше других.       — Ну, из мутного рассказа Сацуки, я понял, что нападавшие считают ее шлюхой, спящей со всей командой, которая мешает им заполучить парней из баскетбольного клуба. — Дайки вновь отпил воды. Правая бровь Акаши уехала вверх, челюсть Кисе поздоровалась с полом, Мидорима нахмурился, а Куроко понял, что он, кажется, зол.       — Фигня какая-то, - флегматично отметил Ацуши и потянулся за упавшей чипсиной.       — Идиотизм это, - поправил его Шинтаро. — Не ешь с пола! — Рявкнул он на центрового, который и не подумал следовать совету защитника.       — Они угрожали ей, что побьют еще раз, если она не уйдет? — Спросил Кисе.       — Не спрашивал, но ничего такого Сацуки не сказала. — Аомине почесал затылок.       — Не хотелось бы выяснять подобное опытным путем, — заметил Тетцу. Дайки с Рётой согласительно кивнули.       — Надо за ней присмотреть какое-то время, - начал Акаши, — не призываю бегать хвостом, но держать в поле зрения. Просто, чтобы она надолго не оставалась одна в малолюдных местах. Дайки, поговори с ее подругами, пускай звонят тебе, если ситуация грозит повториться. Момои - такая же часть команды, как и мы все. И никому не дозволено вытирать о нас ноги.       За монологом Акаши не последовало разъяренных возгласов, громких обещаний и объединяющих братаний. Это, в принципе, не было в стиле Тэйко, особенно между шестеркой, что молчала сейчас в раздевалке. Их понимание было на несколько ином уровне. Рефлекторно-интуитивном. Если в играх все было отточено донельзя: каждый понимал, что он хорош, и играет вместе с такими же, достойными. Вне площадки, это была интуитивная проекция игровой модели поведения на обычную жизнь. Каждый отдавал игре всего себя, внося свой характер. Тот самый, который оставался с ним, когда форма лежала в шкафчиках. Они привыкли бороться на площадке, тем оружием, которым владеют лучше всего. Удара в тыл, да еще и извне, не ждал никто. И хоть, по сути, к клубу эпизод с Момои имел мало отношения, каждый из присутствующих ощутил, что задели конкретно его. Конкретно задели. Самым гадким и подлым способом. И пусть вне баскетбольной площадки и перед подобной мерзостью они безоружны, сдаваться никто не намерен. И допускать такое никто не позволит.       Ощутив верный настрой команды, Акаши едва улыбнулся:       — Отлично. А теперь пошли, тренировка не ждет.

***

      Небо неспешно светлело, неторопливо нагревая утренний воздух. Момои еще раз критично осмотрела себя в зеркале. Отеки, к счастью, спали, а синяки ей кое-как удалось замазать тональником.       «Вроде, даже на человека похожа,» - невесело улыбнулась себе девушка и вышла из дома.       На крыльце восседал Дайки, пережевывая бутерброд.       — Дай-чан, ты что тут делаешь?       — Тебя жду. — Аомине запихнул остатки пищи в рот и глянул на девушку. По ней было почти не заметно, что еще пару дней назад на ее лице, можно сказать, живого места не было, - хорошо выглядишь.       — Спасибо, - промямлила Момои, комплименты от Дайки, все равно, что снег в июне, — а зачем ждешь?       — Дурная, что ли? — Вот это уже куда привычней. — Проводить, ясен пень.       — Ааа, — протянула девушка, пряча улыбку. Приятно же, когда о тебе заботятся.       А масштаб заботы основного состава команды Тэйко о своем менеджере она поняла не сразу. Только на третьей перемене девушка осознала, что во время каждого перерыва обязательно видит кого-нибудь из ребят. В прошлый раз, например, Ацуши должен был находиться в другом крыле школы, а был тут. Вид у него был запыхавшийся, но вполне мирный. Он даже угостил ее кукурузными палочками. Обедала она с подругами, чувствуя, как спину прожигает взгляд Акаши. Апогеем стал перерыв после физкультуры. Весь ее маскировочный марафет «поплыл» от пота, и девушке пришлось идти в туалет и замазывать все заново. Времени ушло прилично, а на выходе из женской раздевалки ее поджидал взволнованный Кисе.       — Момои-чи, ты в порядке?! — Он окинул ее внимательным взглядом, удостоверившись, что девушка невредима.       — Ки-чан, ты чего?       — Что можно там делать столько времени? — Голос блондина окрасился в ироничный оттенок, а сам он расслабленно засунул в карманы руки, что до этого были сжаты в кулак. Сацуки поняла, что ей заговаривают зубы.       — Дай-чан вам все рассказал, да? — виновато потупив взор, спросила девушка.       — Момои-чи, мы все - одна команда, и своих в беде не бросаем. Обидчикам своим можешь это передать, при случае, — на лице Рёты играла его фирменная самодовольная ухмылка. Момои улыбнулась в ответ.       — Спасибо.       В тот момент, Сацуки, наверное, впервые поняла, что действительно может положиться на ребят: не только на Дайки, которого знает с детства, а именно на всю основу баскетбольного Тэйко. Что вопреки разности характеров, впечатляющему эгоцентризму и отсутствию дружбы в привычном понимании этого слова, они — команда. И Момои подумалось, что в этом отсутствии панибратства и клятв они будут намного честнее других. Каждый из них — оголенный нерв, и в этой откровенности они друг другу намного ближе, чем сами могут себе представить.       А еще, менеджеру стало кристально ясно, что именно эту разношерстную шестерку она и считает своими настоящими друзьями. И любит их, всех вместе, и каждого по своему. И дело было не только в том, кем являлись сами ребята, но и в том, кем они позволяли быть ей. Собой. В Тэйко каждый был сам собой и именно за это ценился. Именно это единство противоположностей и было основой их успеха.

***

      Месяц спустя, Дайки все еще провожал Сацуки до школы и обратно, Акаши все еще сверлил ее глазами во время обеда, да и на переменах ей все еще встречались игроки основы Тэйко. Но реже, значительно реже. О неприятном эпизоде уже почти забыла и сама Момои. Именно этот период усыпленной бдительности и выбрали обидчики девушки, чтобы напомнить о своих пожеланиях.       — Эй, корова, тебе не ясно с первого раза? Так мы повторим! — Раздалось позади менеджера, когда она умывалась после уроков. На этот раз, она развернулась сразу, всматриваясь в лица девушек, хорошенько их запоминая.       — Повторяйте, сколько угодно, только для начала я вам вот что скажу, — убийственно спокойный тон Момои и полнейшее отсутствие попыток сбежать, несколько сбили с толку группу нападающих девиц. Они стояли и удивленно смотрели на Сацуки, — из баскетбольного клуба я не уйду. Не из-за желания вас позлить, уводить у кого-то мальчиков или еще чего-то, что вы там себе понапридумывали. Не уйду, потому что люблю эту игру, люблю этот клуб, и люблю людей, которые отдают себя этой игре. И не потому, что они писаные красавцы или рыцари на белом коне, а потому что они — моя команда, мои друзья. Можете еще раз меня избить, но я вас не боюсь. Теперь, я запомнила ваши лица, и знаю, кто вы такие. И ребята узнают, если надо. И не только они. Думаю, мне не надо пояснять, что может произойти дальше. Приходите как-нибудь посмотреть, как мы рвем всех на площадке, и представьте что-то схожее за ее пределами, будет вам примерный масштаб разрушений. А теперь, прошу меня простить, но у меня тренировка, и если я не явлюсь вовремя, ребята будут волноваться, — она бодро двинулась прямо на девушек, и внезапно продолжила, — вы ведь тоже группой ходите, и если одну из вас обидят - вы заступитесь, я думаю. Вот и у нас то же самое. Счастливо! — Протиснувшись сквозь офигевающую группу дамочек, Момои уже начала открывать дверь, как ее резко дернули за волосы. Она вскрикнула.       — Ну, соплячка, сейчас я из тебя весь пафос выбью! — Коренастая брюнетка засучила рукава. Сацуки больно приземлилась на пятую точку и на локоть. Неважный расклад: до тренировки еще минут пять, а есть ли кто за дверью, она не знает.       Не знала она и о том, что ее подруга, Ми-чан, подходила к дверям туалета как раз в тот момент, когда группа обидчиц только вошла, заблокировав дверь. Прислушавшись, она поняла, что ничем хорошим дело не кончится, и понеслась в сторону раздевалок баскетбольного клуба.       — Аомине-кун! — Ми-чан колотила дверь со всей силы.       — А? — Интеллектуально представился стоявший в проеме открывшейся двери Мурасакибара с шоколадкой в зубах. Девушка аж дар речи потеряла на пару секунд от размера товарища, находившегося напротив.       — Чего там такое? — Дверь открылась шире, и показался сам Дайки, хмуро взирая на девушку.       — Там...в туалете, у столовой, — девушка запыхалась и связно говорить не могла, — Момои, по-моему ее опять... - Договорить ей не дали, ибо Аомине сорвался с места, едва не сбив девушку с ног. За ним, с совершенно не изменившимся выражением лица, бодрым шагом проследовал Мурасакибара.       — Где они застряли там? — Ми-чан услышала еще голос в раздевалке, и на пороге показался Кисе.       — Вы сюда? — Вежливо поинтересовался блондин.       — Да, то есть… нет. Я подруга Сацуки, похоже ее опять хотят избить, — девушка отдышалась и говорила значительно бодрее.       — Где?       — Туалет у столовой, — блондин только кивнул и скрылся обратно в комнате для переодевания. Посчитав дело сделанным, Ми-чан пошла обратно, бежать уже сил не было. Вскоре ее обогнали трое молодых людей. Среди них она узнала блондина, с которым разговаривала у раздевалки.       Сацуки решила, что бой она сдавать не намерена и пнула надвигающуюся девушку ногой в живот. Та зашипела и выругалась.       — Вы ничего не добьетесь! — Голос Момои срывался, но решительность оставалась с ней.       В этот же момент дверь в туалет распахнулась, заставив рухнуть на пол девушку, что держала ручку и в целом была ответственна за перекрытие движения в маленьком помещении.       У двери стоял Мурасакибара, а недалеко от проема показались Кисе, Аомине, Мидорима и Акаши. И вид у всех был крайне недоброжелательный.       — Момои-сан, пойдем. Тренировка уже почти началась, — буднично позвал ее Куроко, который, конечно, тоже был рядом, но которого все привычно потеряли из вида.       — Уже иду, — самым счастливым тоном ответила Момои и вышла к ребятам, не повстречав на пути никакого сопротивления.       — Я скажу это только один раз... — Своим спокойно-стальным голосом, не терпящим никаких возражений начал Акаши, - оставьте участников баскетбольного клуба Тэйко в покое. Иначе, мы сделаем все, чтобы вас здесь больше не было. Никогда.       — Учтите, — продолжил Мидорима, — мы вас увидели и запомнили.       — И поэтому, — закончил Аомине, — если с Сацуки что-то случится, мы будем знать, чьи головы надо оторвать.       Мурасакибара только покивал, нахмурив лоб.       — И я вам искренне не советую злить целую баскетбольную команду, — посоветовал напоследок Кисе.       Никто из них не репетировал речь. Не согласовывал заранее очередность высказываний и их смысл. Просто каждый знал, что надо сказать, сделать и как поступить в тот конкретный момент времени. Знал, потому что они – команда.