Нас двое

Идет дождь. Серые капли монотонно стучат по стеклу. Кажется, от этого звука можно сойти с ума, но он благородно перемежается порывами ветра, от которых деревья вокруг здания больницы начинают угрожающе стонать, словно бы упадут сейчас. Впрочем, двое в палате не возражали бы. Женщина лежит на кровати. Ее дыхание прерывисто, а глаза, красные от природы, сейчас покраснели еще больше. Недавно женщина рыдала в голос. Теперь успокаивается. Рядом с изголовьем на табурете сидит мужчина и смотрит на капли дождя. Когда она билась в истерике, он пытался успокаивать, хлопал по щекам, кричал на нее, пока женщина не затихла. Теперь и он молчит. - Сакура сказала, пятнадцать процентов вероятности. – тускло говорит он. – Стало быть, надежда еще есть. - Почему она не сказала этого, когда мы ждали первого? – шепчет она устало. – Было бы хоть на одну смерть меньше. - Нельзя терять надежды. – и сам морщится от банальности. - Я не хочу больше проходить через это. – она качает головой. – Двух раз хватило. У нас с тобой не будет детей, Суйгецу. - Ну перестань. – он тянется к ней, но она вырывается и снова кричит – тяжело, гортанно, безнадежно. Дважды неудавшаяся мать. Он прижимает ее руки к своей груди, чтобы она перестала биться, ибо Карин метит головой прямиком в железный угол кровати. Она визжит, впивается зубами его в плечо прямо через ткань футболки. Слезы смешиваются со слюной. Он молча продолжает держать, когда она разжимает челюсти и утыкается лицом в его грудь, плача теперь по-детски надрывно и безнадежно. Оба безмолвно повторяют один и тот же вопрос: - Почему?