Питомцы

Питомцы Дельта дружной компанией развалились на веранде и рисовали, освещаемые лучами закатывающегося за лес солнца. Но рисовали они не все, рейкеон лежал и дремал в том самом кресле-качалке, где вчера сидел хозяин, которого он обнимал. Чар, пичу и Порри совместными усилиями рисовали лес, над которым горело закатное солнце. Выходило довольно неплохо. – Порри, передай мне, пожалуйста, красную краску, – попросил Чар, старательно выводя линию одного из стволов деревьев. – Так там же пичу легче её подать, – Порри рисовал крону деревьев и вовсе не хотел отрываться от этого занятия, чтобы принести случайно откатившуюся в сторону баночку с краской. – Пичу, принеси Чару краску! Пичу, разрисовывая маленькой кисточкой кору деревьев, вздохнул, отложил кисточку и направился к баночке. Чар проводил его взглядом, поскрёб затылок и спросил: – Слушай, а чего его всё пичу, да пичу зовём? Давно пора бы уже имя дать. – Пичушистый, – подал голос рейкеон с кресла-качалки. Чар нахмурился: – А вы там на кресле лежите и помалкивайте. Натворили делов, теперь за вами расхлебывать сколько... – Ну, ребята, извините... – в сотый раз начал рейкеон. – Это моя натура, я не мог делать иначе... – А теперь можешь, – хмыкнул чармандер. Порри отвлёкся от рисования и сказал ему: – Чар, не начинай. Всё равно он сейчас на испытательном сроке. Пичу, скоро ты там? – Да сейчас, сейчас! – как оказалось, баночка укатилась довольно далеко, к стоящим там большим банкам с обычной краской-эмалью, и пичу вынужден был идти аж туда. – Так какое имя предлагаешь ему дать? – вернулся к прерванному разговору Чар. – Я вот, например, хотел бы назвать его Ушастиком. – Хех, скажешь тоже! – поригон засмеялся. – Ещё Черноухом назови. Или Чернохвостом. – Желтый комок шерсти. Шерстемых, – снова встрял рейкеон. Чар лишь отмахнулся от него: – Какой ещё Шерстемых, ты хочешь, чтоб его засмеяли? И вообще, ты не имеешь сейчас права голоса. Рейкеон надулся и вновь положил голову на лапы с оскорблённым видом. – Может, назвать его Пич? – предложил Порри. – Не, не очень как-то... Да и он эволюционирует когда, представь себе пикачу или даже уже райчу с таким именем. Не подходит. – А что, если... – тут очередной вариант Порри прервал грохот. Все мигом повернули головы в ту сторону, откуда он раздался. Пичу, зачем-то забравшийся на поставленные друг на друга банки с эмалью, не удержал равновесие и завалился вместе с ними. Едва прикрытые крышками (так как накануне Никитос вместе с Дельтом красили повреждённый забор и оставили их здесь до утра) банки раскрылись и залили своим содержимым несчастного пичу. Рыжий, как апельсин, пичу поднялся на ноги и поплёлся к покемонам, держа в лапке маленькую баночку, за которой его и послали. Чар и Порри переглянулись, и кивнули друг другу: – Рыжик. Самое то. После этого они бросились к нему, схватили за лапы и потащили к хозяину, чтобы тот ужаснулся, увидев пичу в таком состоянии, и начал его отмывать от краски. Рейкеон меланхолично лежал в кресле и лишь наблюдал за беготнёй покемонов и Дельта, который вместе со своим другом отмывал пичу от краски под краном на улице, то и дело выдавливая на него содержимое очередного флакона с шампунем, подносимого покемонами, таскающими их из ванной дома. Тимка вздохнул и подумал: «Как хорошо, что я на сей раз ни в чём не виноват... Хм... Рыжик? А что, неплохое имя...»

17.01.2014